Второй этаж "Зерцала" состоит из двух частей, длинной галереи в форме покоя и беседки-бельведера. Вот только считать эти архитектурные метафоры у меня вышло только потому, что я о них знала. Особенно умилил купол из пластика на манер садовых беседок или сезонных веранд ресторанов. Окей, хотя бы идея неплохая.

Но зачем же безжалостно перемешивать полотна из самых разных собраний, разбивая даже парные портреты?! Возникло неприятное ощущение, что это сделано в угоду визуальному ритму экспозиции - на манер чередования фоточек в ленте претенциозного аккаунта в некоторой соцсети. Помилуйте, разве это контент с фотостока, чтобы компоновать по цвету?! В куче оказалось все: уездное дворянство смешалось с фрейлинами, "провинциальный" портрет с придворным, матроны с детьми и архимандритами... Быть может, эффект хаотичной домашней галереи уважаемого семейства входил в планы кураторов, но меня это только разозлило. Имя безжизненным выставкам портретов, собранных вместе по воле случая - легион (каждый музей-усадьба или областная галерея).

Как можно повесить в ряд холсты из старой казачьей столицы, господ из Третьяковки и великоустюжского епископа, ни слова не сказав о контексте? О том, как и почему они отличаются или похожи? Чем оправдан винегрет из XVIII и XIX веков, довольно различных социально и политически? Неужели зрителю не стоит узнать, что безымянная фрейлина на портрете "XVIII века" - безусловно смолянка Екатерина Нелидова, фаворитка Павла, лицо очень узнаваемое? А пара портретов "второй половины XVIII века" из Смоленского музея - определенно наследие немецкой школы рококо, вполне логично для польского дворянства. Из этих тонких пересечений можно было столько всего извлечь... Видимо, Манеж во всем полагается на своих медиаторов (часть которых - неоплачиваемые волонтеры).
Prove me wrong, как говорится.

#выставочныеsorrows
(настроение у меня сегодня скверное)

Словом, в ближайшее время XVIII век будет немного разбавлен тюдоровскими портретами и миниатюрами (Николас Хиллиард и Исаак Оливер никогда не покидали моего сердечка💔). К тому же даже при дворе Елизаветы I можно найти как минимум одну женщину-художницу. И - интрига...

Роберт Пик Старший.
1. Портрет Фрэнсис, леди Рейнелл, из Уэст-Огвелла, Девон, ок. 1595. Художественная галерея Южной Австралии.
2. Портрет женщины, традиционно идентифицируемой как Мэри Клоптон (урожденная Уолдгрейв) из Кентвелл-Холла, Саффолк, ок. 1600. Yale Center for British Art, Paul Mellon Collection.

По моему скромному мнению, в прекрасном мире будущего обязательно должна пройти вдумчивая и критическая по отношению к современному нарративу выставка казачьего портрета и материальной культуры вплоть до конца XVIII века, когда они окончательно встроились в иерархическую систему империи (если я правильно понимаю).

Пока я просто восхищена удивительным костюмом Ульяны Алексеевны Ефремовой, урожд. Иловайской (эта семья владела землями, которые сейчас находятся в центре событий - см. г. Иловайск). Конец XVIII века, Екатерина II предпочитает в платьях смесь античного с превдорусским, а донские казаки по-прежнему выбирают собственную идентичность... Уверена, в этом усеянном жемчугом ансамбле есть влияние калмыцкого женского костюма - региональные взаимодействия казаков были самыми разнообразными.
#colonialsorrows