В 1801 г. Георг Гегель успешно защищает диссертацию «Об орбитах планет». Ко дню защиты работа ещё не полностью готова, зато у автора уже есть двенадцать тезисов. Вот некоторые из них:

Первый: противоречие есть критерий истины, отсутствие противоречия – критерий заблуждения.
Шестой: идея есть синтез бесконечного и конечного, и вся философия заключается в идеях.
Седьмой: критическая философия лишена идей и представляет собой несовершенную форму скептицизма.
Десятый: принципом науки о морали является благоговение перед судьбой.
Двенадцатый: вполне совершенная нравственность противоречит доблести.

Тема диссертации, напомню, – «Об орбитах планет».

Соглашаясь с коллегой Кыневым, сделаю психологическое дополнение. Следует вести себя так, как если бы сохранение ясности мысли гарантировало неизбежное наступление Прекрасной России Будущего. Как оно будет в действительности, никто не знает. Но психологически правильно вести себя именно так. Впасть в ничтожество всегда успеем, чего уж там.

Знал выражение «от винта» ещё с детства – из заставки к бессмертному мультсериалу «Чудеса на виражах». Но только, не поверите, сегодня, слушая Башлачёва, понял, в чём смысл выражения: посторонитесь от винта, чтобы вас не задело при взлёте соответствующего – винтового – самолёта! А раньше у меня «от винта» ассоциировалось с чем-то вроде «походка свободная, от бедра». Век живи…

Две недели провёл в госкомиссии – принимал экзамены и защиты бакалаврских и магистерских диссертаций у студентов-политологов. Весьма распространённый недостаток – некритичное отношение к идеологическим и/или медийным штампам, которые студенты не анализируют, а используют в качестве объяснения политической реальности. «Коллективный Запад», «полная несостоятельность Конгресса», «золотой миллиард», не говоря уже о всяческих «геополитических» концепциях – эти штампы студенты активно тиражируют в своих работах, причём без кавычек и даже без смайликов. Следовательно, задача-минимум для преподавателей – объяснить будущим магистрам и бакалаврам, что политическая наука и новости на Первом канале – это две большие разницы.

Большая проблема многих бакалаврских и магистерских работ студентов-политологов — низкое качество русского языка. Некоторые коллеги закрывают на это глаза, мол, что тут поделаешь. Не согласен. Это же не певческое искусство, не скульптура, не хирургия, не актёрское мастерство, не танец живота и не борьба сумо(м). Политология хоть и наука об отношениях власти внутри или между большими группами, тем не менее, опирается в общем и целом на работу с текстами. Текстами статей, монографий, выступлений, партийных программ, новостных сюжетов, аналитических отчётов; график электоральных предпочтений – тоже текст. Лингвистический поворот в наших науках случился уже сто лет назад (спасибо Витгенштейну!), а некоторые до сих пор этого не поняли. Таким образом, поскольку политология предполагает работу с текстом, то плохая работа с текстом (в т.ч. своим собственным) предполагает низкое качество политологических знаний в голове конкретного студента.

Звонили из «Московского комсомольца» и просили комментарий о политических амбициях Ксении Собчак. Отказал, конечно. А потом подумал, что зря. Этот вопрос – он ведь сродни тесту Роршаха. Можно что угодно говорить, в любом случае ты будешь говорить о самом себе, а не о собственно чернильных пятнах. При всём уважении к Роршаху и Собчак.

Добавлю к рассуждениям Баунова о неправильной оптике иных отечественных экспертов (и не очень) в отношении Украины ещё вот какое соображение. Соображение это касается, скажем так, полуобразованности. О чём речь? Вот все, кто интересуется вопросами наций и национализма, более-менее читали авторов-конструктивистов в лице Андерсона, Хобсбаума, Геллнера, Смита или нашего Миллера. И из их идей сделали половинчатый вывод: о том, что, в отличие от нас, всякие там украинцы и прочие македонцы – народы искусственные и вообще несерьёзные. В этом суть полуобразованности: когда из идеи о «созданности» всех модерных наций делается вывод, что созданными являются только некоторые – разумеется, те, которые мы по тем или иным причинам не любим. Здесь, впрочем, полуобразованность выражается ещё и в полном игнорировании психологического фактора: степень нашей лояльности к символическому никак не коррелирует с тем, есть ли за соответствующим символом хоть что-то «реальное».

«Сегодня в мире остро стоит проблема проголодавшихся людей». Это мне переводчик переводил слова ведущего на передаче, посвящённой понятно чему, на арабском канале Asharq. Переводчик хороший, а вот русский язык – сложный. Ну как объяснить иностранцу, что проголодаться – это что-то одно, а голодать – совсем другое? В очередной раз радуюсь, что мне не пришлось учить русский как иностранный язык. И задумываясь о сложностях родного языка, понимаю, насколько стыдно жаловаться на не дающийся английский. Это же элементарно, Ватсон!

Журналист Олег Кашин сорвал джекпот, попав одновременно и в «чёрный список» от ФБК, и в список «иноагентов» от Минюста РФ. Кашину – лучи поддержки, а обеим инстанциям – лучи сами знаете чего.

«Искусственный посев паники». Думаете, это фраза из бакалаврской или магистерской работы? Нет, это уже из целой кандидатской диссертации, которая будет защищаться осенью.

Американские опасения относительно русской угрозы обычно сводятся к тому, что Москва подорвёт демократические институты и либеральный образ жизни американцев. Русские же опасения до относительно недавнего времени были связаны с тем, что они заберут наши полезные ископаемые и территории. Эта разность страхов как-то так предательски выдавала, что же иные наши соотечественники думали о реальной ценности российского вклада в мировую цивилизацию. Впрочем, справедливости ради, сейчас тезис относительно отбора ископаемых и территорий сменился на другой: они просто боятся нашей вернувшейся независимости и наших легитимных амбиций великой державы. Уже лучше. Хотя, если спросите меня, демократические институты очень уж привлекательны regardless.

Учитывая нынешнюю деформацию семантического поля, концепция хлопка одной ладонью приобретает ещё более эзотерический смысл.

Общественный деятель Александр Казаков сегодня у Норкина на «Месте встречи» заявил, что полная и окончательная победа РФ на Украине является несомненным фактом. А после этого, мол, НАТО развалится – и далее в таком духе. Сегодняшние слова можно было бы списать на запал прямого эфира ток-шоу, если бы не то обстоятельство, что Казаков высказывается в таком духе примерно всегда, особенно после 24 февраля. Поэтому речь идёт о твёрдом убеждении. Убеждения, понятно, могут быть всякие, да и свобода слова является важным завоеванием европейской цивилизации. Проблема в другом: когда личные убеждения о будущем преподносятся как общезначимый факт о настоящем. Эта подмена плоха не только с интеллектуальной точки зрения, но и с самой что ни на есть практической – планирование страдает.

Читая литературу о Великой войне, поражаешься, что все великие державы на момент августа 1914 г. были убеждены, что, во-первых, их дело правое, а, во-вторых, их скорая победа является уже практически свершившимся фактом. Но что-то, как мы знаем, пошло не так. Осторожнее надо быть. И не смешивать.

«Народные массы, которые годами копят чувства несправедливости и обиды на власть, скрывают, на какие меры они готовы для изменения ситуации в стране при наличии подходящего случая». Ничего необычного, просто продолжаю читать кандидатскую диссертацию по политологии, которая готовится к защите осенью. Меня попросили написать на работу отзыв. В итоге отзыв разросся до статейного формата. Разросся, впрочем, преимущественно из-за обильного цитирования подобных пассажей. Иначе как объяснишь…