Мы отстали в инженерных делах. Есть задача - надо сделать какую-нибудь штуковину, приходишь на завод, а там говорят «у нас станка нет» или что-то такое. Что касается фундаментальной науки, к счастью, перегонять нужно, но не догонять. Материаловедение — это наша сверхсила с 50-х, а может и ранее, годов. Если вы возьмете работы советских ученых 50х-60х годов — это это современные работы. То, что тогда было набросано на бумаге, сейчас мы технологически подобрались и можем делать реально

Из этого не следует, что у нас в науке все хорошо. На мой взгляд мы проседаем по некоторым направлениям фундаментальной физики, потому что просто не можем тратить столько денег на все эти коллайдеры. Другое дело, что идея коллайдеров — это тупик. Большой адронный коллайдер не открыл ничего, хотя стоил дорого. Разве что только Бозон Хиггса, хотя есть мнение, что это не тот Бозон Хиггса, который надо было открыть.

Наши западные товарищи говорят, мы будем тратить еще больше денег, мы построим коллайдер еще мощнее. Понятно, почему они так говорят, это для них проект жизни. Ученый получает грант на несколько сотен миллиардов, он может больше не думать как будет жить. Это, наверное, круто для него. И, может быть, то что мы не всегда можем тратить сколько они — нам сейчас и поможет.

Жалко, что у нас нет мощных телескопов, все основные открытия совершаются сейчас в астрофизике а не в коллайдерах. Но не разрушилась международная кооперация в астрономии. Наши люди работают на международных приборах, и если вы посмотрите авторов статей по астрофизике (именно там мы ждем прорыва и в новых материалах, и в новых энергиях) там довольно много русских фамилий