Forwarded from новая музыка. максимально коротко
ПРОТИВ ИНДУСТРИАЛЬНОГО ПОДХОДА
Лучший способ бить себя по рукам — делать это публично.
Я стал замечать, что когда пишу тут, даже в этом миниатюрном формате про новые российские записи, оцениваю их с точки зрения потенциального коммерческого успеха. Отсюда — лексика вроде «перспективы», «хиты», «взрыв» и так далее. Я не уверен, что это правильно, и хотел бы прекратить это делать.
В последние пять лет в России появилась более-менее настоящая музыкальная индустрия со своими механизмами — и все закономерно очарованы этим явлением. В том числе — журналистика / критика. С одной стороны, это нормально. С другой, это приводит к тому, что механизмы работы индустрии становятся главной, если не единственной содержательной повесткой. Посмотрите на темы нынешних онлайн-дискуссий — почти все они так или иначе толкуют об индустрии, бизнесе, инфраструктуре и прочих культурно-строительных делах. Одно из побочных следствий этого — проникновение industry speak в критический дискурс; вся эта внутренняя терминология типа слова «артист» и «площадка», которая становится доминирующим языком. Другое — что в музыкальной критике сильно реже, чем в других (кино-, арт-, театральной), возникают новые оптики: классовая, гендерная, колониальная, да даже собственно предметный разговор про звук.
Конечно, индустрия заслуживает осмысления и описания. Но я замечаю в себе, что индустриальный подход начинает заменять смысловой; что я начинаю думать про какую-то музыку не в ракурсе «что это значит», а в ракурсе «может ли это сработать». И мне это, пожалуй, не нравится. Все-таки одна из важнейших функций критики — это производство смыслов; рискну даже сказать, что это более важная функция, чем финансовая аналитика.
Очевидно, например, что в отношении экспериментальной музыки (лейблы Klammklang, «ТОПОТ», Cant, магазин Stellage и пр.) критических смыслов производится куда больше, чем в отношении какого-нибудь русского пост-R’n’B. Одним из ответов на вопрос, почему так, будет такой, что в экспериментальной музыке этих смыслов больше и есть. Другим — что во второй области этим производством мало кто занимается. Я за второй.
Понятно, что крохотки в этом канале могут называться критикой с большой долей условности. Тем не менее. Попытаюсь отказаться тут от рассуждений про рыночные перспективы. Как принято сейчас выражаться, рыночек пусть порешает сам. Без меня.
Лучший способ бить себя по рукам — делать это публично.
Я стал замечать, что когда пишу тут, даже в этом миниатюрном формате про новые российские записи, оцениваю их с точки зрения потенциального коммерческого успеха. Отсюда — лексика вроде «перспективы», «хиты», «взрыв» и так далее. Я не уверен, что это правильно, и хотел бы прекратить это делать.
В последние пять лет в России появилась более-менее настоящая музыкальная индустрия со своими механизмами — и все закономерно очарованы этим явлением. В том числе — журналистика / критика. С одной стороны, это нормально. С другой, это приводит к тому, что механизмы работы индустрии становятся главной, если не единственной содержательной повесткой. Посмотрите на темы нынешних онлайн-дискуссий — почти все они так или иначе толкуют об индустрии, бизнесе, инфраструктуре и прочих культурно-строительных делах. Одно из побочных следствий этого — проникновение industry speak в критический дискурс; вся эта внутренняя терминология типа слова «артист» и «площадка», которая становится доминирующим языком. Другое — что в музыкальной критике сильно реже, чем в других (кино-, арт-, театральной), возникают новые оптики: классовая, гендерная, колониальная, да даже собственно предметный разговор про звук.
Конечно, индустрия заслуживает осмысления и описания. Но я замечаю в себе, что индустриальный подход начинает заменять смысловой; что я начинаю думать про какую-то музыку не в ракурсе «что это значит», а в ракурсе «может ли это сработать». И мне это, пожалуй, не нравится. Все-таки одна из важнейших функций критики — это производство смыслов; рискну даже сказать, что это более важная функция, чем финансовая аналитика.
Очевидно, например, что в отношении экспериментальной музыки (лейблы Klammklang, «ТОПОТ», Cant, магазин Stellage и пр.) критических смыслов производится куда больше, чем в отношении какого-нибудь русского пост-R’n’B. Одним из ответов на вопрос, почему так, будет такой, что в экспериментальной музыке этих смыслов больше и есть. Другим — что во второй области этим производством мало кто занимается. Я за второй.
Понятно, что крохотки в этом канале могут называться критикой с большой долей условности. Тем не менее. Попытаюсь отказаться тут от рассуждений про рыночные перспективы. Как принято сейчас выражаться, рыночек пусть порешает сам. Без меня.
Einstürzende Neubauten - Alles in Allem
(2020, Potomak)
art pop / post-industrial
Наконец добрались до нового альбома EN, продолжающего зрелый арт-поп-период их творчества.
За свою жизнь Бликса Баргельд успел пожить не только в родной Германии, но ещё в Америке и Китае. Недавно он вернулся из Пекина обратно в Берлин и, лёжа бессонной ночью и мучаясь от джетлага, решил, что в дискографии Einstürzende Neubauten должен появиться ещё один альбом. Как можно догадаться по всей предыстории, альбом этот посвящён Берлину. Получилась психогеография от Бликсы — разбросанные точки на карте (аэропорт Темпельхоф, улица Грацер Дамм, район Веддинг и другие), а на пути — размышления, воспоминания и сожаления.
Это ретроспективная аудиопрогулка с фрагментарной лирикой, нарративы которой расходятся в разные стороны, словно в узенькие переулки старого города. Альбом бесспорно воспринимается в качестве взрослого высказывания, много раз обдуманного, с образами, ютившимися в подсознании десятилетиями, которые, наконец, обрели форму, когда их стриггерили знакомые места. Звучание у “Alles in Allem” получилось многослойное, но при этом минималистичное, размеренное.
“Alles in allem” переводится на русский как “всё во всём”: универсум, в котором смешиваются мифы и воспоминания из детства, женское и мужское, очевидное и похожее на сон. На “Seven Screws” Бликса повторяет свою главную мысль и на английском (чтобы уж наверняка все поняли): “Seven screws / One day I take them out / I reassemble all the parts / I rearrange the alphabet / And out of the sea of possibilities / I draw myself anew / Nonbinary I / Forever you”. На альбоме много мыслей про преодоление двойственности, растворение в пространстве. Индустриальщики ищут своё “небинарное я”. Невольно вспоминается “Пандрогин”, проект Дженезис Пи Орридж, который/ые когда-то стоял/и у истоков индастриала, как и Einstürzende Neubauten.
P. S. В архиве — делюкс-версия альбома с семью дополнительными треками.
(2020, Potomak)
art pop / post-industrial
Наконец добрались до нового альбома EN, продолжающего зрелый арт-поп-период их творчества.
За свою жизнь Бликса Баргельд успел пожить не только в родной Германии, но ещё в Америке и Китае. Недавно он вернулся из Пекина обратно в Берлин и, лёжа бессонной ночью и мучаясь от джетлага, решил, что в дискографии Einstürzende Neubauten должен появиться ещё один альбом. Как можно догадаться по всей предыстории, альбом этот посвящён Берлину. Получилась психогеография от Бликсы — разбросанные точки на карте (аэропорт Темпельхоф, улица Грацер Дамм, район Веддинг и другие), а на пути — размышления, воспоминания и сожаления.
Это ретроспективная аудиопрогулка с фрагментарной лирикой, нарративы которой расходятся в разные стороны, словно в узенькие переулки старого города. Альбом бесспорно воспринимается в качестве взрослого высказывания, много раз обдуманного, с образами, ютившимися в подсознании десятилетиями, которые, наконец, обрели форму, когда их стриггерили знакомые места. Звучание у “Alles in Allem” получилось многослойное, но при этом минималистичное, размеренное.
“Alles in allem” переводится на русский как “всё во всём”: универсум, в котором смешиваются мифы и воспоминания из детства, женское и мужское, очевидное и похожее на сон. На “Seven Screws” Бликса повторяет свою главную мысль и на английском (чтобы уж наверняка все поняли): “Seven screws / One day I take them out / I reassemble all the parts / I rearrange the alphabet / And out of the sea of possibilities / I draw myself anew / Nonbinary I / Forever you”. На альбоме много мыслей про преодоление двойственности, растворение в пространстве. Индустриальщики ищут своё “небинарное я”. Невольно вспоминается “Пандрогин”, проект Дженезис Пи Орридж, который/ые когда-то стоял/и у истоков индастриала, как и Einstürzende Neubauten.
P. S. В архиве — делюкс-версия альбома с семью дополнительными треками.
Мы поговорили с авангардной корейской виолончелисткой Оккён Ли (Okkyung Lee) о ёё новом альбоме "Yeo-Neun", взаимопроникновении импровизации и традиционной корейской музыки, а также внезапно о группе BTS.
https://www.colta.ru/articles/music_modern/24530-violonchelistka-okkyon-li-intervyu
https://www.colta.ru/articles/music_modern/24530-violonchelistka-okkyon-li-intervyu
www.colta.ru
Оккён Ли: «Я наконец смирилась со своей любовью к корейским поп-песням»
Корейская виолончелистка, записывавшаяся с Джоном Зорном и Лори Андерсон, о новом альбоме, политическом в музыке и любви к бойз-бенду BTS
Красные Зори - Коммуникативные обрубки
(2020, self-released)
experimental electronic / field recordings / spoken word
Наш первый пост с релизом из предложки. Красные Зори — проект двух девушек из Санкт-Петербурга, которые объединили на одном альбоме споукен-ворд, полевые записи и электронику.
Красные Зори (Анна Терешкина и Хельга Зинзивер) называют себя фем-трип-панк-дуэтом и полностью оправдывают это название делами. Они открывали концерт в поддержку сестёр Хачатурян в Бумажной Фабрике и участвовали фем- и квир-фестивалях. Этому петербургскому проекту около года, и назван он по названию одной из станций электричек под Петербургом, где в 30-е годы был самоорганизованный интернат для детей*.
Альбом открывается переведённым на русский стихотворением феминистки и художницы Фейт Уайлдинг (Faith Wilding) Waiting ("ждать") — о цикличности жизни женщины и невозможности вырваться из замкнутого круга, в котором она пассивный зритель. Поэзия — часто абстрактная, рваная — на фоне довольно мрачной электроники из драм-машин, синтов и семплов с полевыми записями звучит очень целостно. Для альбома очень важны второплановые звуки, они могут нести дополнительные смыслы, и композиции получаются очень детализированными и многослойными, хотя и оставляют после прослушивания ощущение минималистичности. Часто всё звуковое полотно к концу долгого трека растворяется в трудно идентифицируемом шуме, который как шум в сердце постепенно заполняет собой всё.
*подкаст Акулий Мальчиш Красные Зори
Слушать: https://krasnyezori.bandcamp.com/album/-
(2020, self-released)
experimental electronic / field recordings / spoken word
Наш первый пост с релизом из предложки. Красные Зори — проект двух девушек из Санкт-Петербурга, которые объединили на одном альбоме споукен-ворд, полевые записи и электронику.
Красные Зори (Анна Терешкина и Хельга Зинзивер) называют себя фем-трип-панк-дуэтом и полностью оправдывают это название делами. Они открывали концерт в поддержку сестёр Хачатурян в Бумажной Фабрике и участвовали фем- и квир-фестивалях. Этому петербургскому проекту около года, и назван он по названию одной из станций электричек под Петербургом, где в 30-е годы был самоорганизованный интернат для детей*.
Альбом открывается переведённым на русский стихотворением феминистки и художницы Фейт Уайлдинг (Faith Wilding) Waiting ("ждать") — о цикличности жизни женщины и невозможности вырваться из замкнутого круга, в котором она пассивный зритель. Поэзия — часто абстрактная, рваная — на фоне довольно мрачной электроники из драм-машин, синтов и семплов с полевыми записями звучит очень целостно. Для альбома очень важны второплановые звуки, они могут нести дополнительные смыслы, и композиции получаются очень детализированными и многослойными, хотя и оставляют после прослушивания ощущение минималистичности. Часто всё звуковое полотно к концу долгого трека растворяется в трудно идентифицируемом шуме, который как шум в сердце постепенно заполняет собой всё.
*подкаст Акулий Мальчиш Красные Зори
Слушать: https://krasnyezori.bandcamp.com/album/-
ААААА - ТЕОРИЯ ЗАВИСИМОСТИ
(2020, Neoplasm)
avant-pop / post-industrial / hyperfolk / noise
Продолжаем разбирать предложенные записи, сегодня слушаем проект музыканта из Славянска Алексея Податя.
Алексей выпускает музыку уже давно под разными псевдонимами — CHSZM, под своим настоящим именем он записал, например, саундтрек к постановке Exile харьковского театра светоживописи, а с прошлого года выпускает музыку как ААААА. В этом проекте, в отличие от прошлых, нойзовая электроника Алексея облекается в словесную форму. Сам музыкант не любит навязанные теги вроде “экспериментальной музыки”*, но альбомы ААААА самопровозглашает гиперфолком.
Новый концептуальный альбом “ТЕОРИЯ ЗАВИСИМОСТИ” вышел на лейбле Neoplasm (на нём также выпускаются Perfect Human, Our.v и Marble Bust). Релиз рассказывает о том, как “Я” вытесняется политико-экономическим пространством. Это история о внутренней борьбе, из которой можно всё же возможно выйти победителем. У альбома необычное звучание — потусторонние треки с в целом привычными уху мотивами церковных песнопений под аккомпанемент напористой индустриальной электроники.
*https://katacult.com/alieksiei-podat-vsiakaia-muzyka-po-khoroshiemu-dolzhna-byt-ekspierimientalnoi/
Слушать: https://podat.bandcamp.com/album/-
(2020, Neoplasm)
avant-pop / post-industrial / hyperfolk / noise
Продолжаем разбирать предложенные записи, сегодня слушаем проект музыканта из Славянска Алексея Податя.
Алексей выпускает музыку уже давно под разными псевдонимами — CHSZM, под своим настоящим именем он записал, например, саундтрек к постановке Exile харьковского театра светоживописи, а с прошлого года выпускает музыку как ААААА. В этом проекте, в отличие от прошлых, нойзовая электроника Алексея облекается в словесную форму. Сам музыкант не любит навязанные теги вроде “экспериментальной музыки”*, но альбомы ААААА самопровозглашает гиперфолком.
Новый концептуальный альбом “ТЕОРИЯ ЗАВИСИМОСТИ” вышел на лейбле Neoplasm (на нём также выпускаются Perfect Human, Our.v и Marble Bust). Релиз рассказывает о том, как “Я” вытесняется политико-экономическим пространством. Это история о внутренней борьбе, из которой можно всё же возможно выйти победителем. У альбома необычное звучание — потусторонние треки с в целом привычными уху мотивами церковных песнопений под аккомпанемент напористой индустриальной электроники.
*https://katacult.com/alieksiei-podat-vsiakaia-muzyka-po-khoroshiemu-dolzhna-byt-ekspierimientalnoi/
Слушать: https://podat.bandcamp.com/album/-
Serge Gainsbourg - Histoire de Melody Nelson
(1971, Phillips)
experimental rock / art rock / avant-funk / spoken word / art pop / french pop
Сегодня в рубриках #that_guest #that_suggest наш приятель, Павел Дехтяренко, музыкальный обозреватель, соавтор телеграм-канала @odinnadcatoenebo, написал для нас о концептуальном альбоме Сержа Генсбура:
«Фигура Сержа Генсбура требует иного отношения, нежели многие другие известные музыканты. Его скандальная слава и выходки зачастую затмевают его творческое наследие, особенно в среде американских журналистов, иногда со скепсисом относящихся к континентальной, европейской, музыке. Чаще всего основные заслуги Генсбура связывают с 70-ми годами, периодом выхода ряда экспериментальных в музыкальном отношении и концептуальных работ. Вершиной же его творческого пути считается альбом, открывающий этот период, – “Histoire de Melody Nelson”, влияние которого признавали самые разные музыканты последних 50 лет.
“Histoire...” – это трагическая, жуткая, полная эротизма декадентская история о романе мужчины средних лет и Мелоди Нельсон, рыжеволосой девочки-подростка. Генсбур – великолепный поэт, связь которого с классической французской литературой неразрывна. Поэтому сама поднимаемая тема, возникающие мотивы, образы, сравнения – всё выдаёт в нём наследника великих мастеров. Особенно сильный эффект имеет центральная метафора, возникающая в закрывающей песне. Генсбур подробно рассказывает о карго-культе, распространённом у аборигенов Новой Гвинеи, подводя нас к тому, что герой, как и они, молится на ночные грузовые самолёты.
Но не только лирическое содержание здесь важно. Музыкально составляющая не менее интересна. За аранжировки здесь отвечает не только Генсбур, но также музыкант и композитор Жан-Клод Ваннье (Jean-Claude Vannier). “Histoire...” – это ярчайший пример экспериментального творчества Генсбура. На этой записи совмещаются традиция европейской оркестровой музыки (“Valse de Melody”), которая делает повествование более кинематографичным и демонстрирует связь с прошлым, и авангардная, гитарная, фанковая музыка. Концептуальность и целостность работы подчёркивается на музыкальном уровне главной тревожной темой, возникающей в начале и конце “Histoire...”.
Более того, одной из особенностей этого альбома является то, что Генсбур почти полностью перешёл от пения к споукен-ворду. Отчасти в силу чисто физиологических причин (Генсбур всю жизнь курил и страдал от проблем с алкоголем). Периодически на альбоме можно услышать и Джейн Биркин, то ведущую томный диалог с Генсбуром (“Melody”), то игриво хихикающую и визжащую (“En Melody”), а также целый опустошающий хор (“Cargo culte”).
Можно по-разному относится к Сержу Генсбуру, но невозможно не признать, что “Histoire de Melody Nelson” – это чуть ли не гениальное литературное и музыкальное произведение, которое, в отличие от иных работ Сержа, обрело заслуженную славу».
Слушать: https://music.yandex.ru/album/3274702
"Одиннадцатое Небо" - музыкальный канал, созданный Никитой Дехтяренко (Rolling Stone Russia, Ultimate Guitar), где они со своим братом Павлом (Ultimate Guitar) пишут обзоры на новую музыку, публикуют новоcти, еженедельные музыкальные дайджесты, а также обзоры классических альбомов.
(1971, Phillips)
experimental rock / art rock / avant-funk / spoken word / art pop / french pop
Сегодня в рубриках #that_guest #that_suggest наш приятель, Павел Дехтяренко, музыкальный обозреватель, соавтор телеграм-канала @odinnadcatoenebo, написал для нас о концептуальном альбоме Сержа Генсбура:
«Фигура Сержа Генсбура требует иного отношения, нежели многие другие известные музыканты. Его скандальная слава и выходки зачастую затмевают его творческое наследие, особенно в среде американских журналистов, иногда со скепсисом относящихся к континентальной, европейской, музыке. Чаще всего основные заслуги Генсбура связывают с 70-ми годами, периодом выхода ряда экспериментальных в музыкальном отношении и концептуальных работ. Вершиной же его творческого пути считается альбом, открывающий этот период, – “Histoire de Melody Nelson”, влияние которого признавали самые разные музыканты последних 50 лет.
“Histoire...” – это трагическая, жуткая, полная эротизма декадентская история о романе мужчины средних лет и Мелоди Нельсон, рыжеволосой девочки-подростка. Генсбур – великолепный поэт, связь которого с классической французской литературой неразрывна. Поэтому сама поднимаемая тема, возникающие мотивы, образы, сравнения – всё выдаёт в нём наследника великих мастеров. Особенно сильный эффект имеет центральная метафора, возникающая в закрывающей песне. Генсбур подробно рассказывает о карго-культе, распространённом у аборигенов Новой Гвинеи, подводя нас к тому, что герой, как и они, молится на ночные грузовые самолёты.
Но не только лирическое содержание здесь важно. Музыкально составляющая не менее интересна. За аранжировки здесь отвечает не только Генсбур, но также музыкант и композитор Жан-Клод Ваннье (Jean-Claude Vannier). “Histoire...” – это ярчайший пример экспериментального творчества Генсбура. На этой записи совмещаются традиция европейской оркестровой музыки (“Valse de Melody”), которая делает повествование более кинематографичным и демонстрирует связь с прошлым, и авангардная, гитарная, фанковая музыка. Концептуальность и целостность работы подчёркивается на музыкальном уровне главной тревожной темой, возникающей в начале и конце “Histoire...”.
Более того, одной из особенностей этого альбома является то, что Генсбур почти полностью перешёл от пения к споукен-ворду. Отчасти в силу чисто физиологических причин (Генсбур всю жизнь курил и страдал от проблем с алкоголем). Периодически на альбоме можно услышать и Джейн Биркин, то ведущую томный диалог с Генсбуром (“Melody”), то игриво хихикающую и визжащую (“En Melody”), а также целый опустошающий хор (“Cargo culte”).
Можно по-разному относится к Сержу Генсбуру, но невозможно не признать, что “Histoire de Melody Nelson” – это чуть ли не гениальное литературное и музыкальное произведение, которое, в отличие от иных работ Сержа, обрело заслуженную славу».
Слушать: https://music.yandex.ru/album/3274702
"Одиннадцатое Небо" - музыкальный канал, созданный Никитой Дехтяренко (Rolling Stone Russia, Ultimate Guitar), где они со своим братом Павлом (Ultimate Guitar) пишут обзоры на новую музыку, публикуют новоcти, еженедельные музыкальные дайджесты, а также обзоры классических альбомов.
Public Enemy - Fear of a Black Planet
(1990, Def Jam)
political hip-hop / conscious hip-hop / experimental hip-hop / hardcore hip-hop / plunderphonics influenced
В рубрике #that_greats слушаем саундтрек последних социально-политических событий — один из мощнейших альбомов Public Enemy.
В представлении Public Enemy, конечно, не нуждаются, а их третий студийный альбом “Fear of a Black Planet” стал продолжением их жёсткого социально-музыкального высказывания с “It Takes a Nation of Millions to Hold Us Back”. Огромное количество семплов, наслаивающихся друг на друга, звуковые коллажи, а также острая социальная повестка сделали его одним из самых узаваемых хип-хоп-альбомов всех времён. Пожалуй, сейчас как раз подходящее время, чтобы его переслушать, к тому же в этом году “Fear of a Black Planet" исполнилось 30 лет. Уникальный альбом, который, к сожалению, особенно актуален после недавних событий в Америке и прокатившейся по миру волне протестов.
Слушать: https://music.yandex.ru/album/5684845
(1990, Def Jam)
political hip-hop / conscious hip-hop / experimental hip-hop / hardcore hip-hop / plunderphonics influenced
В рубрике #that_greats слушаем саундтрек последних социально-политических событий — один из мощнейших альбомов Public Enemy.
В представлении Public Enemy, конечно, не нуждаются, а их третий студийный альбом “Fear of a Black Planet” стал продолжением их жёсткого социально-музыкального высказывания с “It Takes a Nation of Millions to Hold Us Back”. Огромное количество семплов, наслаивающихся друг на друга, звуковые коллажи, а также острая социальная повестка сделали его одним из самых узаваемых хип-хоп-альбомов всех времён. Пожалуй, сейчас как раз подходящее время, чтобы его переслушать, к тому же в этом году “Fear of a Black Planet" исполнилось 30 лет. Уникальный альбом, который, к сожалению, особенно актуален после недавних событий в Америке и прокатившейся по миру волне протестов.
Слушать: https://music.yandex.ru/album/5684845
Советуем вам обратить внимание на пока небольшой, но уж очень интересный музыкальный канал @whats_that_noise.
От самой разной экспериментальной музыки и всевозможного авангарда – до, например, любимых нами Lovesliescrushing.
От самой разной экспериментальной музыки и всевозможного авангарда – до, например, любимых нами Lovesliescrushing.
Forwarded from What's That Noise?
Lovesliescrushing & Fiorella16 - Extrañas Letanías (2020)
Американский дуэт Lovesliescrushing - заслуженные ветераны шугейза. Образовавшись в начале 90-х, группа взяла за основу звук My Bloody Valentine, но сделала его еще более абстрактным - по сути, это был уже эмбиент с шумящими реверберирующими гитарами и мечтательным женским голосом. Большой популярности они не снискали, зато успешно пережили трудные для жанра времена, не прерывая творческой деятельности и не подстраиваясь под новые тренды. А недавно Pitchfork включил их дебютный альбом в свой топ главных шугейзовых записей.
Новый релиз Lovesliescrushing - это сплит с перуанским проектом Fiorella16. Судя по выходным данным, со стороны американцев в записи участвовал только инструменталист Скотт Кортез, поэтому вокала здесь нет. Его сторона - это плотный атмосферный дроунгейз, который вызывает ассоциации уже скорее с Nadja, чем с MBV. Fiorella16 также играет около-шугейз, но уже в другом стиле: полуакустические вещи в фолковом духе и дроун-эмбиент под лоуфайной стеной. Звук здесь более абразивный, от фидбэка порой закладывает уши. Композиция в середине альбома сделана музыкантами совместно.
Обе стороны сплита хороши и прекрасно дополняют друг друга. Extrañas Letanías - отличный альбом для любителей мечтательно-атмосферного гитарного звука. Beautiful Noise в лучшем виде
https://discosastromelia.bandcamp.com/album/extra-as-letan-as
Американский дуэт Lovesliescrushing - заслуженные ветераны шугейза. Образовавшись в начале 90-х, группа взяла за основу звук My Bloody Valentine, но сделала его еще более абстрактным - по сути, это был уже эмбиент с шумящими реверберирующими гитарами и мечтательным женским голосом. Большой популярности они не снискали, зато успешно пережили трудные для жанра времена, не прерывая творческой деятельности и не подстраиваясь под новые тренды. А недавно Pitchfork включил их дебютный альбом в свой топ главных шугейзовых записей.
Новый релиз Lovesliescrushing - это сплит с перуанским проектом Fiorella16. Судя по выходным данным, со стороны американцев в записи участвовал только инструменталист Скотт Кортез, поэтому вокала здесь нет. Его сторона - это плотный атмосферный дроунгейз, который вызывает ассоциации уже скорее с Nadja, чем с MBV. Fiorella16 также играет около-шугейз, но уже в другом стиле: полуакустические вещи в фолковом духе и дроун-эмбиент под лоуфайной стеной. Звук здесь более абразивный, от фидбэка порой закладывает уши. Композиция в середине альбома сделана музыкантами совместно.
Обе стороны сплита хороши и прекрасно дополняют друг друга. Extrañas Letanías - отличный альбом для любителей мечтательно-атмосферного гитарного звука. Beautiful Noise в лучшем виде
https://discosastromelia.bandcamp.com/album/extra-as-letan-as
Astromelia
Extrañas Letanías, by Lovesliescrushing & Fiorella16
14 track album
Armand Hammer - Shrines
(2020, Backwoodz Studioz)
abstract hip-hop / East Coast hip-hop / conscious hip-hop / experimental hip-hop
Рецензия от нашего друга, культуролога Леонида Грибкова @CageNoElephant , на недавний альбом нью-йоркского хип-хоп-дуо Armand Hammer.
Политические конфликты обычно влекут за собой волну яркой политизированной музыки, значительная часть которой выходит уже после самих событий. Артистам нужно время, чтобы отрефлексировать ситуацию, сочинить, записать и выпустить материал, поэтому ко времени релиза он может уже потерять актуальность. Однако в этом году на повестке проблемы настолько системные и накипевшие, что даже альбомы, созданные задолго до нынешних событий, звучат так, будто их сочинили на днях. Именно так ощущается четвертый лонгплей нью-йоркской формации Armand Hammer ‘Shrines’ – кандидат в списки самых важных хип-хоп-релизов года.
После выхода предыдущего полноформатника ‘Paraffin’ билли вудз и Чез (ELUCID) Холл начали набирать популярность за пределами андерграундной тусовки. Новым альбомом команда как будто решила испытать свою новую фанбазу, отказавшись от ключевых особенностей прошлого релиза. Вместо камерного дуэта MC на альбоме появился разношерстный состав фитов: Moor Mother, Pink Siifu, Quelle Chris, Earl Sweatshirt, R.A.P. Ferreira — и это далеко не все, кто приложил руку к созданию нового альбома.
Изменился и подход к продакшну. ELUCID временно покинул продюсерское кресло и сосредоточился на читке. На место строгих, но психоделичных, полотен в лучших традициях лейбла Def Jux пришла расхлябанная семпладелия в духе Madlib'а и последнего Sweatshirt’а. Последний записал не только голос, но и биты для открывающего альбом трека Bitter Cassava. В подобной ностальгической эстетике будет выдержан почти весь альбом, хоть на треках Leopards, Slew Foot и Dead Cars Armand Hammer все-таки пытаются воскресить полюбившуюся им за столько лет атмосферу беспросветного мрачняка.
Прежним остался только подход к созданию текстов. вудз и ELUCID все так же бодро переключаются между собственными историями и сюжетами бесчисленных концептуальных персонажей. При этом политика гармонично вплетена в повествование, даже когда оно строится вокруг таких абстракций как время (в треке Flavor Flav). Там вудз использует куплет, чтобы покритиковать афрофутуризм, который не смог избежать типичных проблем политических утопий, «сбился с пути» и «застрял в будущем».
В подобной критике отчетливо проявляется принципиальная особенность политического высказывания Armand Hammer. ELUCID, вудз и все их персонажи точно понимают, в каких условиях они существуют. Треки для них не способ ускользания от окружающей реальности и не средство ее преобразования, но увеличительное стекло, глядя сквозь которое ужасаешься от безысходности происходящего и задаешь типичный для нынешних протестов вопрос: «Неужели эти проблемы никогда не решатся?»
Слушать: https://armandhammer.bandcamp.com/album/shrines
(2020, Backwoodz Studioz)
abstract hip-hop / East Coast hip-hop / conscious hip-hop / experimental hip-hop
Рецензия от нашего друга, культуролога Леонида Грибкова @CageNoElephant , на недавний альбом нью-йоркского хип-хоп-дуо Armand Hammer.
Политические конфликты обычно влекут за собой волну яркой политизированной музыки, значительная часть которой выходит уже после самих событий. Артистам нужно время, чтобы отрефлексировать ситуацию, сочинить, записать и выпустить материал, поэтому ко времени релиза он может уже потерять актуальность. Однако в этом году на повестке проблемы настолько системные и накипевшие, что даже альбомы, созданные задолго до нынешних событий, звучат так, будто их сочинили на днях. Именно так ощущается четвертый лонгплей нью-йоркской формации Armand Hammer ‘Shrines’ – кандидат в списки самых важных хип-хоп-релизов года.
После выхода предыдущего полноформатника ‘Paraffin’ билли вудз и Чез (ELUCID) Холл начали набирать популярность за пределами андерграундной тусовки. Новым альбомом команда как будто решила испытать свою новую фанбазу, отказавшись от ключевых особенностей прошлого релиза. Вместо камерного дуэта MC на альбоме появился разношерстный состав фитов: Moor Mother, Pink Siifu, Quelle Chris, Earl Sweatshirt, R.A.P. Ferreira — и это далеко не все, кто приложил руку к созданию нового альбома.
Изменился и подход к продакшну. ELUCID временно покинул продюсерское кресло и сосредоточился на читке. На место строгих, но психоделичных, полотен в лучших традициях лейбла Def Jux пришла расхлябанная семпладелия в духе Madlib'а и последнего Sweatshirt’а. Последний записал не только голос, но и биты для открывающего альбом трека Bitter Cassava. В подобной ностальгической эстетике будет выдержан почти весь альбом, хоть на треках Leopards, Slew Foot и Dead Cars Armand Hammer все-таки пытаются воскресить полюбившуюся им за столько лет атмосферу беспросветного мрачняка.
Прежним остался только подход к созданию текстов. вудз и ELUCID все так же бодро переключаются между собственными историями и сюжетами бесчисленных концептуальных персонажей. При этом политика гармонично вплетена в повествование, даже когда оно строится вокруг таких абстракций как время (в треке Flavor Flav). Там вудз использует куплет, чтобы покритиковать афрофутуризм, который не смог избежать типичных проблем политических утопий, «сбился с пути» и «застрял в будущем».
В подобной критике отчетливо проявляется принципиальная особенность политического высказывания Armand Hammer. ELUCID, вудз и все их персонажи точно понимают, в каких условиях они существуют. Треки для них не способ ускользания от окружающей реальности и не средство ее преобразования, но увеличительное стекло, глядя сквозь которое ужасаешься от безысходности происходящего и задаешь типичный для нынешних протестов вопрос: «Неужели эти проблемы никогда не решатся?»
Слушать: https://armandhammer.bandcamp.com/album/shrines
Armand Hammer
Shrines, by Armand Hammer
14 track album
Forwarded from Anton Ponomarev Music Page
Альбом Brom & Toshinori Kondo (пластинка на 45 оборотов) выйдет в свет 3 августа на польском лейбле Bocian Records! Сейчас уже доступно для прослушивания и предзаказа на сайте лейбла. Дизайн - Дмитрий Лапшин.
Hot news! Brom & Toshinori Kondo (45 RPM) will be released August 3rd on Bocian Records (Poland). Now available for listening and preorder. Design - Dmitry Lapshin.
Hot news! Brom & Toshinori Kondo (45 RPM) will be released August 3rd on Bocian Records (Poland). Now available for listening and preorder. Design - Dmitry Lapshin.
Bocian
The Sea is Rough, by Brom & Toshinori Kondo
2 track album
The Koreatown Oddity - Little Dominiques Nosebleed
(2020, Stones Throw)
west coast hip-hop / conscious hip-hop / jazz rap
Новый автобиографичный, расслабленный альбом от MC из корейского района LA, в котором Доминик выходит из подполья, рассказывая комичные и трогательные сцены из жизни под изменчивые биты.
Ещё несколько лет назад вы бы не узнали парня на обложке: маска волка, преданность андеграундной кассетной сцене и пренебрежение мейнстримной. Сегодня же Доминик Парди [Dominique Purdy] представляет себя слушателю как открытую книгу, биографию; это уже не абстракции и однострочные зарисовки повседневности прошлых релизов. Её синопсис, завязка – на обложке. Две аварии, в 5 и 8 лет, сформировали Доминика как человека, физически (например, регулярные носовые кровотечения) и ментально. Первая, когда кто-то влетел в машину его мамы, встрясла его привычный уклад и заставила почувствовать себя отличающимся от других. Вторая – когда его сбили у дома и он сломал руку – на целую жизнь проникнуться осознанным отношением к окружающему миру. Так зародились его "суперсила и духовное пробуждение"*. Всё это проявляется в его творчестве, которое для него скорее часть жизни, кайф, но не призвание.
Состоящий из серии глав-зарисовок его жизни, и чаще детства, "Little Dominiques Nosebleed", по словам Доминика, вышел в самый подходящий момент его карьеры, да ещё и в такой год для Америки на Juneteenth**. Каждая из историй вроде и относится только к Парди, его близким и его родному корейскому району в Лос-Анджелесе (который на деле так и не назывался в его детстве, да и населён в основном чернокожими и латиноамериканцами), но Дому удаётся поместить слушателя в свою голову, в ситуацию. Будь то отношения с родителями, которые "играют" себя же в треках, волнения в LA 92-го ("Riding around with my moms in a riot salute/.../Koreans on the roof/.../With the shotguns ready to shoot" [“Koreatown Oddity"]), отношения со сверстниками и друзьями мамы, крутившейся в хип-хоп тусовке. Из моментов создаётся целый дух времени. На "Ginkabiloba" посреди трека Дом достаёт "картридж" от игры, продувает его и запускает песню заново. Сверстники поймут.
В дополнение к нововыявленному таланту сторителлинга, Дом сдабривает альбом фитами, юмором (он же ещё и стендапер с 14 лет!) и его фирменным диким продакшеном с несколькими битами и десятками семплов на трек. Да, раньше он работал с другими продюсерами, например, Ras_G или Vex Ruffin, но в этот раз биты собственные, сделанные старыми методами в домашних условиях, но звучащие абсолютно нестандартно. Многие треки будто сделал Madlib, а 2-ая часть "Little Dominiques Nosebleed" не уступает Дэнни Брауну на пике странности. Руку Дом набивает на ежегодной серии микстейпов, посвящённой животным-символам китайского нового года. В арсенале треков есть и невероятно приятные "Weed in LA" и "Lap of Luxury", и остроумная "Attention Challenge" с уморительной сценкой "Black Google" в конце. И, конечно же, TKO не был бы собой без спиритуализма и специфичных философских тезисов. Рады за то, что такой неординарный хип-хоп исполнитель выходит из тени андеграунда.
* - https://www.stonesthrow.com/news/koreatown-oddity-lit..
** - день освобождения; https://xlr8r.com/podcasts/podcast-649-the-koreatown-oddity/
Слушать:
https://thekoreatownoddity.bandcamp.com/album/little-dominiques-nosebleed
(2020, Stones Throw)
west coast hip-hop / conscious hip-hop / jazz rap
Новый автобиографичный, расслабленный альбом от MC из корейского района LA, в котором Доминик выходит из подполья, рассказывая комичные и трогательные сцены из жизни под изменчивые биты.
Ещё несколько лет назад вы бы не узнали парня на обложке: маска волка, преданность андеграундной кассетной сцене и пренебрежение мейнстримной. Сегодня же Доминик Парди [Dominique Purdy] представляет себя слушателю как открытую книгу, биографию; это уже не абстракции и однострочные зарисовки повседневности прошлых релизов. Её синопсис, завязка – на обложке. Две аварии, в 5 и 8 лет, сформировали Доминика как человека, физически (например, регулярные носовые кровотечения) и ментально. Первая, когда кто-то влетел в машину его мамы, встрясла его привычный уклад и заставила почувствовать себя отличающимся от других. Вторая – когда его сбили у дома и он сломал руку – на целую жизнь проникнуться осознанным отношением к окружающему миру. Так зародились его "суперсила и духовное пробуждение"*. Всё это проявляется в его творчестве, которое для него скорее часть жизни, кайф, но не призвание.
Состоящий из серии глав-зарисовок его жизни, и чаще детства, "Little Dominiques Nosebleed", по словам Доминика, вышел в самый подходящий момент его карьеры, да ещё и в такой год для Америки на Juneteenth**. Каждая из историй вроде и относится только к Парди, его близким и его родному корейскому району в Лос-Анджелесе (который на деле так и не назывался в его детстве, да и населён в основном чернокожими и латиноамериканцами), но Дому удаётся поместить слушателя в свою голову, в ситуацию. Будь то отношения с родителями, которые "играют" себя же в треках, волнения в LA 92-го ("Riding around with my moms in a riot salute/.../Koreans on the roof/.../With the shotguns ready to shoot" [“Koreatown Oddity"]), отношения со сверстниками и друзьями мамы, крутившейся в хип-хоп тусовке. Из моментов создаётся целый дух времени. На "Ginkabiloba" посреди трека Дом достаёт "картридж" от игры, продувает его и запускает песню заново. Сверстники поймут.
В дополнение к нововыявленному таланту сторителлинга, Дом сдабривает альбом фитами, юмором (он же ещё и стендапер с 14 лет!) и его фирменным диким продакшеном с несколькими битами и десятками семплов на трек. Да, раньше он работал с другими продюсерами, например, Ras_G или Vex Ruffin, но в этот раз биты собственные, сделанные старыми методами в домашних условиях, но звучащие абсолютно нестандартно. Многие треки будто сделал Madlib, а 2-ая часть "Little Dominiques Nosebleed" не уступает Дэнни Брауну на пике странности. Руку Дом набивает на ежегодной серии микстейпов, посвящённой животным-символам китайского нового года. В арсенале треков есть и невероятно приятные "Weed in LA" и "Lap of Luxury", и остроумная "Attention Challenge" с уморительной сценкой "Black Google" в конце. И, конечно же, TKO не был бы собой без спиритуализма и специфичных философских тезисов. Рады за то, что такой неординарный хип-хоп исполнитель выходит из тени андеграунда.
* - https://www.stonesthrow.com/news/koreatown-oddity-lit..
** - день освобождения; https://xlr8r.com/podcasts/podcast-649-the-koreatown-oddity/
Слушать:
https://thekoreatownoddity.bandcamp.com/album/little-dominiques-nosebleed