Вчера, 4 сентября, был день рождения моей обожаемой Мэри Рено, удивительно талантливой писательницы, которая сделала античные истории объемными, прекрасными, живыми, трепещущими романами, - неважно, рассказывала ли миф о Тесее , вспоминала ли о Платоне.
А уж трилогия про Александра Македонского – это вообще романная версия того самого так и не снятого Базом Лурманном фильма про Александра как первую поп-звезду в истории человечества, - про природу любви, харизмы и утрат.
В любой мой список из дурацкой серии «10 книг, которые на вас повлияли», «5 книг, которые я возьму с собой на необитаемый остров» и все такое – однозначно войдет либо «Тезей», либо «Огонь с небес», либо «Персидский мальчик».
#КтоРодилсяВВоскресенье

#КтоРодилсяВВоскресенье
5 сентября родился Алексей Константинович Толстой. Понятное дело, что у нас появились «Упырь» (муахаха, русская готика) и «Князь Серебряный» (русское «Огнем и мечом», не иначе), а еще сумасшедше прекрасная трилогия про Ивана Грозного, Федора Иоанновича и Бориса Годунова, - но заодно помним, что это же треть Козьмы Пруткова, то есть изящное и остроумное слово, и это очарование на волос не потерялось.
У нас было его собрание сочинений аж в 4 тома, и с детства я обожаю его про бунт кастратов и рандеву доктора с божьей коровкой. Смотрите!
***
«Бунт в Ватикане» (кусочек)
Взбунтовалися кастраты,
Входят в папины палаты:
«Отчего мы не женаты?
Чем мы виноваты?»

Говорит им папа строго:
«Это что за синагога?
Не боитеся вы Бога?
Прочь! Долой с порога!»
… (продолжение огонь, гуглите)))

*** «Медицинские стихотворения» (а вот про божью коровку целиком)
Доктор божией коровке
Назначает рандеву,
Штуки столь не видел ловкой
С той поры, как я живу,
Ни во сне, ни наяву.
Веря докторской сноровке,
Затесалася в траву
К ночи божия коровка.
И, припасши булаву,
Врач пришел на рандеву.
У скалы крутой подножья
Притаясь, коровка божья
Дух не смеет перевесть,
За свою страшится честь.

Дщери нашей бабки Евы!
Так-то делаете все вы!
Издали: «Mon cœur, mon tout»,
А пришлось начистоту,
Вам и стыдно, и неловко;
Так и божия коровка —
Подняла внезапно крик:
«Я мала, а он велик!»
Но, в любви не зная шутки,
Врач сказал ей: «Это дудки!
Мне ведь дело не ново,
Уж пришел я, так того!»

Кем наставлена, не знаю,
К чудотворцу Николаю
(Как то делалося встарь)
Обратилась божья тварь.
Грянул гром. В его компанье
Разлилось благоуханье —
И домой, не бегом, вскачь,
Устрашась, понесся врач,
Приговаривая: «Ловко!
Ну уж божия коровка!
Подстрекнул меня, знать, бес!»
— Сколько в мире есть чудес!

А вот совсем-совсем другой поэт. 8 сентября - день рождения Бориса Рыжего. Его стихи в исполнении Чонишвили, Страхова и Шнырева можно послушать в проекте «САМИ», или на спектакле «Рыжий» в Фоменко (в Фоменко, к сожалению, придется купить охеренно дорогой билет).
***
Я усну и вновь тебя увижу
девочкою в клетчатом пальто.
Не стесняясь, подойду поближе
поблагодарить тебя за то,
что когда на целом белом свете
та зима была белым-бела,
той зимой, когда мы были дети,
ты не умирала, а жила,
и потом, когда тебя не стало, —
не всегда, но в самом ярком сне —
ты не стала облаком, а стала
сниться мне, ты стала сниться мне.

***
Пока я спал, повсюду выпал снег —
он падал с неба, белый, синеватый,
и даже вышел грозный человек
с огромной самодельною лопатой
и разбудил меня. А снег меня
не разбудил, он очень тихо падал.
Проснулся я посередине дня,
и за стеной ребёнок тихо плакал.
Давным-давно я вышел в снегопад
без шапки и пальто, до остановки
бежал бегом и был до смерти рад
подруге милой в заячьей обновке —
мы шли ко мне, повсюду снег лежал,
и двор был пуст, вдвоём на целом свете
мы были с ней, и я поцеловал
её тогда, взволнованные дети,
мы озирались, я тайком, она
открыто. Где теперь мои печали,
мои тревоги? Стоя у окна,
я слышу плач и вижу снег. Едва ли
теперь бы побежал, не столь горяч.
(Снег синеват, что простыни от прачек.)
Скреби лопатой, человече, плачь,
мой мальчик или девочка, мой мальчик.
#КтоРодилсяВВоскресенье

Винни-Пух в его пересказе) прекраснейший)

Сегодня исполняется 106 лет со дня рождения писателя, поэта и переводчика Бориса Владимировича Заходера (1918-2000).

Посмотрите на его фото и запомните! К сожалению, часто в материалах о Борисе Владимировиче используют фото кинорежиссера Эмиля Владимировича Лотяну.

Больше писательских дат на 9 сентября

И вот тут я понимаю, что уже сколько времени не думала о книгах с точки зрения притягательности не благодаря, а вопреки.

В моем случае когда-то это оказалась «Кристин, дочь Лавранса». Да, понятное дело, Нобелевку все-таки просто так не дают, и Сигрид Унсет дали, да… но я не помню никакого счастливого потрясения от того, во что эта история была завернута, зато отлично помню это острое чувство: вот я тут сижу на работе, а у Кристин там в XIV веке вовсю роман с очаровательным и ненадежным мужчиной. Мне надо в магазин, а у Кристин там хлопоты по обустройству поместья… У меня болит голова, а у Кристин беда с детьми.

На какой-то кусок времени ее жизнь была для меня важнее, ярче и настоящее моей, несмотря на то, что роман сам по себе мне как бы особо и не нравился, ни интонацией повествования, ни моралью. Но история меня властно сжала в челюстях, и все, не вырвешься.

Сейчас то же самое случилось с «Патинко» (он же «Дорога в тысячу ли» Мин Чжин Ли).
Мне не нравится интонация, мне не нравится рваное повествование, мне не нравится перевод, и вообще где я, а где проблемы корейских иммигрантов в Японии. Но нет, история меня укусила и не выпустила.

В википедии написано, что Цветаева считала «Кристин, дочь Лавранса» изумительным повествованием о женской доле – так это, е мое, она про Сонджу не читала, историю нежной влюбленной девочки, растерянной беременной юной женщины, чужой страны, и вся жизнь – только работа для детей и семьи, и ни просвета, ни счастья, потому что не положено.

Книгу дочитала, но из пасти она меня не выпустила. Говорит, ищи, мол, похожие романы. И да, я ищу.

Итак, про "Патинко".

1910-е. На побережье возле Пусана есть городушечка-крохотушечка, а в его пригороде сдаются комнаты со столом и стиркой. Дочка хозяйки пансиона не то чтобы писаная красавица, но стержень у неё стальной. Но при этом она же ещё совсем юная девушка, так что влюбляется некстати, и оказывается в той ситуации, что и миллионы других девушек до и после: беременна, и с отцом ребёнка общего будущего не выйдет.

Но в этом романе история вписывается в Историю: Корея аннексирована Японией, и корейцы в поисках перспектив перебираются в Осаку, Иокагаму или Токио. Нашу беременную крошку увезёт в Японию молодой пастор в качестве своей жены, и начнётся сага, растянутая на годы, с войной, бомбардировкой Нагасаки, лишениями и несправедливостью.

Этнические корейцы в Японии статуса граждан не имели, жили в гетто и считались людьми второго сорта. Те счастливчики, у которых были свиньи, держали их прямо в своих лачугах, чтобы не украли.

Были и богатые корейцы, в основном якудза или их деловые партнёры. Многие держали салоны игровых автоматов-патинко.

И вот сюжет прокатывается и по 80-м, и по эпохе СПИДа, а работа в патинко возникает снова и снова, для каждого поколения - и даже это и не империя зла ни фига. Просто независимо от интеллекта и образования, некуда больше деваться...

Да, минусы есть. Это однобоко (наверняка в это время японцы тоже не так чтоб плавали в волнах счастья и безмятежности). Пунктирная, рваная структура повествования, когда выпадают целые составные части истории. Язык.

Но плюсы, плюсы! Вот эта спрессованная семейная сага, и бесконечные подробности разных лет. То друзья и любимые уехали в Северную Корею - и пропали с радаров. То вырастают дети - а прямо в день рождения надо сдавать отпечатки пальцев. И возвращаться некуда, потому что в Японии ты корейский ублюдок, а в Корее - японская подстилка.

В итоге, как вы уже поняли, не оторваться.

У автора канала случился в жизни трендец, и в метаниях между работой, домом и клиникой я утратила мозг. А тем временем #КтоРодилсяВВоскресенье потерялся совсем