Это последний выпуск #КтоРодилсяВВоскресенье в этом году - и из тех, кого я реально не отпущу со своих книжных полок, мы не особо много и пропустили)

24 декабря - Джеймс Хедли Чейз. Уж извините, как-то нелогично было объединять их с новорожденным из Назарета, так что я его пропустила.
До определённого момента всё, что я у него читала, было что-то вроде "Мертвые молчат", то есть нуар, но развесёлый. И то, что оттуда я навсегда запомнила, хм, жизнерадостное:
"Вы подъезжаете к Тампа-сити.
Притормозите.
Если не
Хотите коротать ночь в нашей тюрьме!"
Или
"Для меня с детства пушка - милая игрушка, меня так и прозвали - убийца Слейден! "
А потом случились "Нет орхидей для мисс Блендиш" - о чудовищной несправедливости жизни, от которой тебя ничто не спасёт, никакие привилегии.
Меня потрясло до последней клеточки, и Чейза я с тех пор по-настоящему уважаю, и считаю одним из тех, кто и для меня писал.

30 декабря - Лесли Поулс Хартли, у которого я читала 2 романа, а помню один, "Посредник". Кто ж из тех, кто читал, не помнит, если это один из лучших романов воспитания, прочитанный до того, как к нам пришли Фаулз и Донна Тартт.
*То, что герою 12, не делает страшную драму менее страшной.
** если остальные романы Хартли такие же прекрасные, то какая же я коза, что пропустила.

И Киплинг - всегда любила у него сказки, а сейчас вдруг вчиталась в стихи (учитываем, что в России, конечно, самое популярное его произведение ни фига не "Маугли", а "Мохнатый шмель на душистый хмель")

31 декабря - Джо Аберкромби. Хм. Вот, пожалуй, вместе с Камшей ещё один автор, который спасёт нас от Апокалипсиса: пока будем читать его бесконечные трехтомники, прозеваем конец света, и слава богу.
*А так-то он забавный, надо бы перечитать: инквизитор Глокта и его зубы у меня застряли на трети пути)

Всё, все книги 2024 прочитаны, и теперь меня ждут сладкие дни каникул, разбираться в рецензиях.

И я не то неожиданно, не то абсолютно логично начну новый год ровно с той книги, которой закончила старый: Элизабет Мун, "Население: одна".

Вообще сильно опасаюсь, что я единственная из рецензентов читала трилогию Элизабет Мун про Паксенаррион (переводчики Википедии тоже не читали, а то бы не думали, что Паксенаррион - мужское имя). Романы трилогии в русском переводе называются "Меч наёмника", "Клятва наёмника" и "Путь наемника", и это все про женщину-воина в средневековом фэнтези сеттинге. Она прям в нашем понимании крутейший морской котик, только с мечом и кучей всякой другой дребедени, и борется против невнятных, но очень чёрных сил зла на стороне невнятных, но очень светлых сил добра. В конце третьего романа, если что, умирает, изрядно запинав зло.
* волшебства, в общем-то, мало, а зато казарменные будни очень убедительные: еще бы, Элизабет Мун сама бывший морпех.

Но, повторяю, большинство рецензентов "Население: одна" этого явно не читали, поэтому в "Население: одна" в основном радуются гуманистическому посылу.

Итак, что имеем: старушка Офелия Фалфурриас, которая при принудительном выселении ее колонии с не окупившейся терраформированной планеты ловко потерялась, и теперь, - впервые в жизни! - может носить что хочется, есть когда хочется, и вообще жить наконец свою, а не предписанную дурацкими общественными нормами жизнь. Немножко пожив в счастливом одиночестве, равного которому не было в её жизни с тяжёлым трудом, сыном-дундуком, вздорной невесткой, могилами детей и мужа (о котором, кстати, тоже не все воспоминания счастливые), - так вот, пожив в счастливом одиночестве некоторое время, она обнаруживает, что не всё так просто. На неё по очереди сваливаются новая экспедиция, целая раса местных провороненных жителей разумней некуда, разборки с правительством, - и новая жизнь с новыми смыслами.

С одной стороны, в определённом смысле это и правда очень человечная книга о том, что разум и гармония могут быть универсальными магнитами, которые вытащат переговоры сторон из тупика к нужной цели.

С другой - очень безжалостно напоминающая о том, что на самом деле даже очень слабая и старая женщина мгновенно наплюёт на вашу кажущуюся вам весьма ценной жизнь, если вы хоть пальцем тронете детей из её семьи. Даже инопланетных.
... Вот почему это не всем понятно, я не знаю, но в данном вопросе серу Офелию и Элизабет Мун очень поддерживаю, не суйтесь к инопланетным детенышам.

Короче, роман про старую женщину, навеки изменившую жизнь двух рас, вышел не уютным ми-ми-ми, даром что там столько про хлеб, помидоры и фасоль, а по-взрослому и достаточно честно (не ешь-молись-люби, а ешь-найди-если кто мешает, убей. Привет Паксенаррион). Логических нестыковок я нашла больше трёх, но, знаете ли, во-первых, если у тебя только и есть, что логика, хорошего романа не напишешь. Во-вторых, всё вокруг меня тоже как-то не очень логично, да(

Оказалось, что до того, как ещё раз пробежаться по всем книгам года, надо сначала написать про пропущенные книжки и пропущенных авторов, а то "ещё раз", - без того самого первого раза - не сработает.

Особенно в декабре у меня руки не доходили, и набралось изрядно(
так что вот ещё одна книга, прочтенная под занавес ушедшего года - первый роман из дилогии Иванова "Тобол". "Много званых".

Совершенно не помню, почему с первого раза у меня могла не зайти книга, которая начинается прологом с хлопотами Меншикова вокруг напившегося Петра и сценой, где царь пинает тело бывшего сподвижника на виселице. Всё как мы любим(((

Сейчас прочитала, что роман вырос из сценария (ни фильма, ни сериала в глаза не видела, надо срочно навёрстывать). Про Петра, конечно, очень живенько, но в целом про него и про столичные детали сравнительно мало, потому что весь роман заняла огромная, дикая, страшная и великолепная Сибирь, её губернатор Матвей Петрович Гагарин, его архитектор и знаменитый картограф Семён Ремезов с семейством, пленные шведы во главе с ещё одним картографом и автором географических бестселлеров о Сибири Филиппом Страленбергом, провальная экспедиция Бухгольца к джунгарам, закончившаяся основанием Омска, а ещё остяки, возгулы, и прочие ставшие совершенно живыми обитатели Википедии.

Я сжульничала, конечно, и уже посмотрела в конец 2-го тома, но и по прологу было понятно, к чему это всё идёт: конец первой книги - апофеоз мирской власти губернатора Гагарина, чувствующего себя полновластным царём Сибири, а вторая - про падение с этой высоты, вдребезги, с трагическим концом, казнью и той самой дракой царя Петра с мёртвым телом.

Вот как этот человек может попеременно то писать исторические романы практически уровня "Петра Первого", то выдавать "Тени тевтонов" - объясните мне, кто понимает, пожалуйста. Я вот не понимаю.

*ушла смотреть сериал.

И ещё наверстываю декабрь - даже не пропущенная книга, а целый пропущенный автор, Ислам Ханипаев.

Я нагуливала приличествующее сезону настроение, читая в Яндекс-книгах подборку новогодних рассказов, - мол, когда ещё удастся так вот по кусочку отщипнуть от разных читанных и нечитанных писателей.

Ханипаев явно попал в тройку лидеров с совершенно прелестным рассказом "Одно хорошее дело" про семейное воссоединение и про неудачное ограбление, которое закончилось рождественским чудом. Я тут же вспомнила, что у меня давно висит в списке к прочтению его детектив "Холодные глаза" - но нашла ещё и фантастический аудиосериал "Луна 84".

Ну что я могу сказать, "Холодные глаза" и впрямь очень крутой роман: если не просто читать его как детектив о том, как взрослеющий у нас на глазах мальчишка-журналист и прожжённый циничный следак на протяжении десяти с лишним лет ищут убийцу семьи из горного аула, а ещё и завороженно следить, как в трёх временных пластах меняется речь героя (тем более учитывая, что Ханипаев билингв, русский/аварский, и тут выжимает из этого максимум).

А вот "Луна 84" ("Оранжевый - цвет сезона" про тюрьму на Луне), конечно, забавная - правильно добавленные клиффхэнгеры, очень динамичное действие - и полное фуфло в итоге. Второй сезон читать не стала (да, я даже аудиосериалы в основном читаю, если, конечно, не Чонишвили озвучивал), потому что стало понятно, что это время можно провести и потолковее.

Ханипаев, правда, сам упоминал, что "Луна" - это дописанный и переделанный текст авторства времен его юности. Он вообще милейший и трепетный, в каждом послесловии - мол, вот мой адрес, пишите, дорогие читатели, если что не так. Ладно, не будем мужику настроение портить)

Итак, вот оно, настало это время: еще раз вспомнить все книги 2024. Как всегда, начинаю с дисклеймера: про многое из этого я писала целый год и гораздо подробнее. А сейчас перебираю-вспоминаю.
#книжки2024 #СпискиСписки

ТО, ЧТО БУДУ ПОМНИТЬ ОДНОЗНАЧНО ЛУЧШИМ В 2024
1. Алексей Сальников, «Когната»
Один сотрудник органов в альтернативной России в детстве некоторое время жил у драконов, с которыми воевали, - а потом вернулся домой. А по некоторым драконам иногда скучал, и рассказ про фрагменты его жизни вышел самым добрым и нежным доказательством, что в сердце своем не всегда отличаешь, где люди, а где драконы – а и не надо. И вообще про то, что счастье не обязательно только тогда, когда все хорошо.
*и легкий отзвук Стругацких только украшает.
2. Алексей Сальников, «Когната. Подробнее о Косте и его друзьях»
Несколько новелл в продолжение, с той же интонацией. Чудо.

#книжки2024 #СпискиСписки
Продолжение
ТО, ЧТО БУДУ ВСПОМИНАТЬ КАК НЕСОМНЕННЫЕ ЧИТАТЕЛЬСКИЕ УДАЧИ, И ОЧЕНЬ РЕКОМЕНДУЮ
3. Мэттью Перри, «Друзья, любимые и одна большая ужасная вещь»
После прочтения автобиографии нашего любимого Чэндлера очень хочется, чтобы мир на пятерку выполнил две задачи: а) разобрался, откуда у самых светлых людей внутри такая огромная дыра, и б) научился ее лечить. Но мир, как мы понимаем, с обеими задачами налажал.
4. Юн Чжан, «Дикие лебеди»
Говорят, что каждый может написать один отличный роман: про себя. Это, по-моему, неправда, но вот китайская эмигрантка написала про свою семью в раздираемом страшными событиями Китае 20-го века, и это оказалось абсолютное вау. При рождении, кстати, дед, патриарх семейства, с соблюдением всех правил и семейных традиций назвал ее Эрхун, дикий лебедь – но в культурную революцию ее этим именем дразнили, потому что оно звучит как «красноватая», то есть в лучшем случае попутчица. Девочка поменяла имя, - и вот на обложке книги о диких лебедях, женщинах из ее семьи, автора зовут совсем не по-лебяжьи.
5. Элизабет Мун, «Население: одна»
А вот одна старушка задолбалась под всех подлаживаться, начала новую жизнь, встретила инопланетян и умерла счастливой.
6. Алексей Иванов, «Вегетация»
В очень-очень близком и очень узнаваемом будущем вся наша необъятная страна и ее большие города окончательно разошлись в путях развития и образе жизни, радиоактивный лес стал разумным и сразу же не просто сошел с ума и взбунтовался, а научился сводить с ума механизмы для лесозаготовок и перетаскивать их на свою сторону… но и это не убедило человечество, что перспективы у него хреновые.
* а Иванов написал классный боевик.
7. Алексей Иванов, «Тобол. Много званых»
Про то, как Петр отправил править Сибирью губернатора Матвея Гагарина, Бухгольц собрал отряд в поход, откуда почти никто не вернется, Семен Ремезов начал строить очередной Кремль, а пленный шведский офицер Страленберг – рисовать карты. И, хм, как ни странно, несколько героев не из Википедии тоже есть.
8. София Синицкая, «Хроники Горбатого»
Страшноватый, мифологический, и при этом неожиданно уютный круговорот судеб на Балтике сквозь века.
9. Стивен Кинг, «Позже»
Конечно, «Шестое чувство» никто не пересматривает, но если бы вдруг – после этого романа уже невозможно перестать смотреть глазами мальчика, который видел призраков.
10. Тана Френч, «Охотник»
Продолжение ирландских будней бывшего американского копа. Детектива поменьше, чем в первой части, «Искателе», а роман, если такое вообще возможно, еще лучше.
11. Вьет Тхан Нгуен, «Сочувствующий»
Завораживающий диалог узника и палача, про который мы даже сначала и не догадываемся. Пародийная история съемок «Апокалипсиса сегодня». Ловушка эмиграции, когда и новый мир чужой, и вернуться нельзя. Не знаю, что чувствуют вьетнамцы, но мы все застыли в обалдении.
12. Ребекка Куанг, «Йеллоуфейс»
Злая и меткая книга о том, что писателю на самом-то деле ничего-ничего в жизни не надо, только писать один гениальный роман за другим, - и чтоб все от них с ума сходили, рыдали и на коленях умоляли о следующем. А так совсем ничего не надо, нет.
13. Мин Чжин Ли, «Дорога в тысячу ли» («Пачинко»)
Маленькая история нескольких корейцев в Японии, и снова эмиграция, когда и не вернешься, и здесь ты быдло третьесортное, и виток за витком, поколение за поколением единственное, что тебя неизменно ждет, это игровые залы «пачинко», - так вот, маленькая история оказывается огромной.
14. Ислам Ханипаев, «Холодные глаза»
Роман про расследование страшного убийства в дагестанском ауле - подарок не столько любителям детективов, сколько филологам, с легкими неправильностями в строении фраз и меняющимся языком взрослеющего рассказчика.

#книжки2024 #СпискиСписки
Продолжение
ТО, ЧТО ОКАЗАЛОСЬ УМНЕЕ МЕНЯ
15. Джон М.Форд, «Дракон не дремлет»
Альтернативная история времен Ричарда Глостера с религиозной терпимостью, магией и вампирами. Прочитать, разобраться, отследить хотя бы половину исторических деталей… и чувствуешь себя так, как будто блистательно сдала зачет.
16. Джин Вулф, «Пятая голова Цербера»
Очень перекликается с «Сочувствующим», только инопланетным. Узник (инопланетный) рассказывает свою историю тюремщику (инопланетному). Далекие миры, далекие времена, но узники никогда не говорят тюремщикам всей правды (да и я всей не отгадала).