За что стоит отдельно ценить вчерашнего юбиляра, так это за то, что он сделал почти невозможное и восьмидесятые прошел с минимальными творческими потерями (с личным получилось сложнее, о чем см. великую песню по ссылке). Понятно, что ему придется еще долго икать, когда очередные инди-попстеры перепевают "I'm on Fire" или "Dancing in the Dark". Но все могло сложиться гораздо хуже. Гораздо.
https://youtu.be/MkFQHScyti0

Как так вышло, отчасти объясняет недавняя статья в Mixmag: Артур Бейкер, который в то время записал, наверное, тонну ремиксов, вспоминает, что Босс не просто пришел к нему в студию, а еще за пивком сбегал, потому что, ну, чего, диджей не человек, что ли. А после лично ходил в клуб проверять, танцуют люди под ремикс или нет. https://mixmag.net/feature/new-york-1984-dance-music-culture-disco

Cнупа Шелби все видели, должно быть, а тут как раз реакция автора подоспела. Кейв, для которого песня про сатану в пальто давно превратилась в увязавшегося за ним "помойного пса", послушал этот кавер, рассмеялся и полюбил ее обратно. https://youtu.be/hACIJUdXlUs

Даже если вам не знакомо имя Зака О'Малли Гринберга, вы почти наверняка видели его работу. Forbes каждый год выкатывает рейтинги самых преуспевающих деятелей индустрии развлечений (и отдельно, по категориям - хип-хоп-артистов, диджеев, гастролирующих музыкантов и прочих знаменитостей). Вот за них-то как раз последние десять с лишним лет и отвечает Гринберг, подсчитывающий, кто, сколько и на чем заработал.
Потому написанная им история хип-хопа, в первую очередь, большое финансовое расследование. Музыковедения тут немного, зато цифр предостаточно (хочется верить, что я не запутался в этих строительных лесах заработков, прибылей и выручек).
Но будучи умным журналистом, Гринберг понимает, что никакая финансовая империя не могла бы вырасти на пустом месте, и культурно-социальные истоки движа начинает исследовать аж с середины века (ни один из вынесенных в название королей в те годы еще не родился). И затем, разматывая декаду за декадой, приходит к причинам того, почему три очень разных человека оказались на самой вершине пирамиды, а иные, не менее яркие фигуры на пути к трону сгинули.
Гринберг побеседовал примерно с сотней экспертов, от пионеров хип-хоп-культуры до технократов Кремниевой долины и винных критиков (о да!), из показаний которых и сложился этот живой, остроумный и подробный рассказ.
Рекомендую его со всем пристрастием и выражаю отдельную благодарность Феликсу Сандалову, который полтора года назад предложил мне взяться за книгу. https://individuumbooks.ru/tri-korolya/

Шетнер много трогательных каверов, но этот - вышак. (Википедия напоминает, что человеку за микрофоном 78 лет.) https://youtu.be/FJEc-KPnIxI

Reasons to be cheerful, part 3. Будет что почитать в 2020 году.

Моя личная боль и утрата, оплакивать которую я буду еще долго. Уэзеролл был Диджеем с больших букв, образцом вкуса, незамыленного взгляда на музыку и едкого юмора - то есть обладал полным набором качеств, без которых я это ремесло вообще не очень представляю себе. Я благодарен ему за многие записи, его собственные (Sabres of Paradise и Two Lone Sworsmen - золотая жила, которую еще предстоит воспеть и оценить по достоинству) и чужие (от "Screamadelica" до "Tarot Sport"). Но еще больше благодарен за воплощенную ролевую модель сомелье-анархиста, не сдавшего своих позиций ни в чем - начиная сетлистами и заканчивая упорным неприятием соцсетей. https://www.facebook.com/prenoscriptionpr/photos/a.126440474065339/3615650148477670/?type=3&theater

В конце февраля в Москву приедет Саймон Фишер Тернер, человек нетривиальной судьбы и творческой траектории (если совсем грубо: представьте, что Джастин Бибер сходил на концерт Merzbow, переродился и начал записывать атональную музыку). В 2011 году я где-то выкопал адрес его электронной почты и забросал его вопросами о Дереке Джармене, раннем индастриале и полевых записях. Переписка, которую Тернер, как сейчас помню, вел исключительно капсом, не сохранилась, но легла в основу интервью на Звуках.

А вот куда и зачем Тернер приедет на следующей неделе - https://www.year-of-music.org/whats-on/aim-in-collaboration

30 лет альбому "Violator": https://youtu.be/6pXgl6jXVZc

- What songs are you going to play tonight?
- All.
Спасибо Алексису Петридису за наводку. Уровень медиакатастрофы: московское интервью Aphex Twin. https://youtu.be/MhJJ-KypkBk

Пора вдохнуть немного жизни в этот канал, тем более, что есть несколько поводов. Первый: пару недель назад в интервью The City поделился своими соображениями о виниломании – местами безумном, но в целом веселом увлечении: https://thecity.m24.ru/articles/2261

Повод второй: в ближайшие дни поговорим о том, как поколение выпускников арт-колледжей изменило (и продолжает менять) лицо поп-музыки, а поп-музыка закрепилась в искусстве на правах если не уважаемой дисциплины, то бесперебойного источника образов и смыслов. Записывайтесь!

Вчера The National закончили свою серию онлайн-стримов «An Exciting Communal Event» показом шестичасового перформанса «A Lot Of Sorrow», созданного в 2013 году совместно с Рагнаром Кьяртанссоном. Кьяртанссон, известный исладнский арт-деятель, предложил группе — из чистой любви к ним — сыграть их песню «Sorrow» в течение шести часов. Те согласились.

Документации перфоманса, особенно шестичасового, редко оказываются на ютьюбе полностью — вот и тут я рассказываю о том, что вы уже посмотреть не сможете. Но можете послушать! «A Lot Of Sorrow» вышел пять лет назад на виниле и кто-то давно его выложил в сеть — и вы даже можете послушать альбом в специальном телеграм-канале @alotofsorrow.

Я уже слушал «A Lot Of Sorrow» от начала до конца какое-то время назад, перфомансу семь лет и поэтому никакой новости в нём вроде бы и нет — но вчера мне наконец удалось его увидеть, пусть и всего один час из шести; опыт был действительно объединяющий меня и ещё тысячу других счастливчиков.

Кьяртанссон сравнивал перформанс со скульптурой, а его запись — с картиной; с его трактовкой можно согласиться. The National, не самая подвижная на сцене группа, действительно легко представима тут в статике. Оно и понятно: за шесть часов у музыкантов не очень много вариантов, куда деть себя на сцене, а от лишних движений куда быстрее можно устать. Но из всех выделяется гитарист Брайс Десснер, каждый раз пытающийся играть песню по-разному (иногда у него это получается, но и выглядит он куда взволнованнее и оттого динамичнее остальных).

Если говорить про запись как картину, то и в этом есть доля правды. Песня действительно меняется, но в ней постоянно находится настроение непомерной и незаметной горечи, присущее депрессивному состоянию. В зависимости от вашего расположения духа и, думаю, вашего отношения к группе The National, можно испытать самые разные эмоции — но основными будут либо та же печаль, либо спокойствие. «A Lot Of Sorrow» можно рассматривать как вариант медитации, погружения в музыку — как по мне, достаточно успешный.

Кьяртанссон известен своей любовью к повторению — и в прошлом году приезжал в Москву с другим шестичасовым перформансом, «Печаль победит счастье», который я, так вышло, увидел практически полностью. Произношение вынесенной в название фразы постоянно менялось — не говорящий по-русски Рагнар иногда коверкал слова, из-за чего появлялся неумышленный комический эффект. Под конец, однако, справившись с русским языком, он сумел добиться того, что зал подпевал ему, а в игре музыкантов появились какая-то нотки торжества. В однозначной на первый взгляд фразе есть два варианта интонации — и счастье всё-таки победило.

Но в песне о депрессии не получается найти что-то положительное, а группа, хоть и одета в обычные для себя чёрные костюмы, скорее напоминает похоронный оркестр. Им, безусловно, есть что хоронить — в некоторой степени этот перформанс это уже второе для начала десятых прощание с американским инди-роком (после «последних» концертов LCD Soundsystem). Безусловно, интересные вещи в жанре выходят до сих пор — но подобного прежнему эффекта они уже не вызывают. The National достойно провожают ту эпоху.

С другой стороны, всё-таки в этих 99 исполнениях есть что-то успокаивающее. Возможно, так действуют многократное повторение и постепенная предсказуемость структуры песни (её «взрыв» в конце быстро перестаёт работать), здесь всё становится просто и знакомо. Я помню, что первый раз дослушивал альбом на берегу Финского залива, босиком ходя по воде, закатав штаны — никакого намёка на горе. Когда всё закончилось, я почувствовал невообразимое облегчение — и для меня «A Lot Of Sorrow», несомненно, один из самых любимых альбомов десятых.

А в качестве послесловия хочу сообщить, что про союз музыки и искусства я скоро буду говорить в приятной компании — недавнюю книгу Майка Робертса «Как художники придумали поп-музыку, а поп-музыка стала искусством» мы обсудим с Ириной Кулик и Максимом Семеляком по просьбе Ad Marginem и библиотеки имени Некрасова. Думаю, будет интересно — подключайтесь.

Вот наконец интересные концерты пошли. Тут стоит пояснить контекст: «Vexations» («Досады» или «Мучения», встречаются разные переводы) — это один и тот же мотив, повторенный 840 раз. Сати, по-видимому, написал их как шутку, и нет ни одного свидетельства того, что он сам хотя бы раз их играл. Зато их целиком сыграла в 1963 году бригада под управлением Джона Кейджа, который в тот момент решил поправить репутацию Сати как новатора. Играли посменно, конечно; на все про все ушло почти 19 часов. Тем не менее все двадцать, что ли, пришедших досидели до финала. Рассказывают, что под конец они аплодировали, а кто-то из слушателей даже кричал: «Encore!». Ну что ж, действительно, можем повторить.

Отличная идея

https://www.pianistmagazine.com/news/pianist-igor-levit-to-give-20-hour-live-streamed-performance-of-satie/

Хуан Маклин собрал плейлист для Clash. Выборка сама по себе отличная, выдает в Маклине преданного фаната балеарика (ремиксы на Cure и заторможенный Nitzer Ebb — это прямо классика для отлетевших людей, встречающих рассвет на Ибице в конце 80-х). Но даже больше я оценил комментарий, касающийся диджейства для пустого танцпола.

"For some reason that I’ve never understood, there is often resistance from promoters to having a guest DJ play earlier in the night, when fewer people have arrived, let alone open an empty room. Maybe they think it’s a bad look. But I truly love starting the night to an empty room. Even when no one has walked in the door yet, there is a responsibility to respect the space and really consider what kind of energy you want to bring to it."

Как человек, не раз игравший для пустого танцпола, не могу не согласиться!

https://www.clashmusic.com/features/starter-for-five-the-juan-maclean