СЛУЖБА ПОДДЕРЖКИ
Каждую неделю в субботу будем публиковать сообщения из Службы поддержки патологов. Сегодня сообщение от детского патологоанатома. Нам пишут:

«Я всё чаще и чаще стала себе задавать вопрос: для чего я пришла в профессию? А ответа пока не нахожу.

Возможно, что дело не только в том, что очень много работы, и что не так давно мы пережили очень смутное время под названием «пандемия», когда работа в секции в режиме нон-стоп выжимала последние соки из людей…

Я честно говоря за два последних года очень устала и от профессиональных сложностей и от объёма работы. А ещё больше я устала от «лояльных» и «политически приемлемых диагнозов».

Я детский патологоанатом и я хотела бы заниматься той работой, которая поможет и принесёт пользу живым детям. Я не понимаю, для чего я так много времени трачу в секции, выполняя госзадание.

Я задаю себе вопрос время от времени: а в ту ли я специальность пришла? Возможно, необходимо сменить свое направление и уйти в детскую онкоморфологию. Такие мысли тоже были».

***

Ответ:
Я очень уважаю детских патологов, это очень сложная специальность, которая требует особой подготовки, много дополнительных знаний, и с ноги в эту специальность абсолютно точно не залететь. Детские вскрытия — это большой уровень ответственности. Мне кажется, что запросы протоколов в этой сфере встречаются гораздо чаще, чем во взрослой аутопсийной практике.

Кроме того, вскрывать детей психологически непросто: я неоднократно слышала от патологов «взрослого» отделения, что они к этому не готовы. Моё уважение.

Действительно, попробуйте себя в детской онкоморфологии. Вы хорошо разбираетесь в «детстве», а значит, у вас уже есть базовое понимание этой сферы. Так вы сможете помогать живым детям и реализуете свой потенциал.

Я ни в коем случае не преуменьшаю значимость аутопсийной работы. Но в своё время я тоже перешла со вскрытий в онкоморфологию и ни разу не пожалела. Просто в какой-то момент поняла, что мне это ближе.

***

Коллеги, пишите своё мнение в комментариях. Может быть, кто-то тоже сталкивался с такой ситуации и сможет дать совет.

Первые стажировки уже опубликованы. Благодарим коллег, что отозвались на инициативу.

Если вы стажируете — напишите Анне @dzhillo, она внесёт вас в агрегатор.

https://docs.google.com/document/d/15yII_qkCo3ouVVe2AjVC6dKzQgpWcgCrEZlNhfBS-Z4/edit?usp=sharing

Когда слушаешь Гарднера в Яндекс Переводчике:

СЛУЖБА ПОДДЕРЖКИ
Нам пишут:
«Очень хотелось бы работать с достойными, талантливыми и умными хирургами, а не с придурками, не знающими даже латыни и постоянно желающими отрезать орган, не имея решительно никаких оснований для этого.

Также в подобных случаях крайне неприятно покрывать приезжих из южных республик. Нет ни малейшего желания нагружать лабораторию в попытках продать какой-нибудь воспалительный процесс за онкопатологию, лишь бы дикарь, купивший диплом в переходе и не удосужившийся выучить язык, не был осуждён или получил выговор от начальства.

Если не хотят учиться, пусть возвращаются к себе и режут баранов, а наши пациенты достойны уважения, внимания и квалифицированной медицинской помощи».

***
Ответ:
Письмо пришлось отредактировать, чтобы смягчить выражения, но даже в отредактированном виде можно сполна ощутить степень возмущения автора.

К сожалению, многие из нас сталкиваются с недопониманием со стороны хирургов. Это противостояние нашло себя в куче шуток и мемов.

Возможно, это связано с тем, что хирургия — особая специальность с быстрым результатом труда и карьерным ростом. Даже молодые хирурги зарабатывают больше, чем многие врачи на приёме. А ещё пациенты носят хирурга на руках, потому что именно он «спас жизнь» — вне зависимости от горы самых разных врачей, которые вели этого пациента от и до.

Поэтому в хирурги действительно идёт немало людей, желающих быстро заработать статус — и денег, разумеется — в медицине (не хочу обидеть идейных хирургов, но это факт). Отсюда и блатные отношения, распространённые в этой среде. Думаю, это вторая после дантистов специальность с подобной спецификой. 

Национальность тут особой роли не играет. В мои студенческие годы многие студенты — и немало будущих хирургов в том числе — сдавали экзамен с микронаушниками. Южан среди них не было, по большому счёту. Вероятно, автор работает в большом городе, куда по блату едут незаменимые молодые специалисты именно из южных республик, но я не хочу сейчас уходить в политику. 

К счастью, в России немало хороших, талантливых, идейных хирургов. Есть люди с действительно золотыми руками, врачи от бога. Многие из них готовы идти на контакт и взаимодействовать с патологом во благо пациента. 

Искренне сочувствую автору письма и желаю сил. Попробуйте подружиться с адекватными хирургами — уверена, они сами не в восторге от сложившейся ситуации, и вы найдёте с их стороны поддержку и помощь.

АСПИРАНТУРА В НМИЦ им. БЛОХИНА
В ПАО НМИЦ им. Н. Н. Блохина есть одно бесплатное место очного аспиранта.

Все документы и аннотацию диссертационной работы необходимо предоставить в кратчайший срок (до середины июля).

Контакты: Дмитрий Викторович Рогожин, +79266649100 (пишите в WhatsApp).

https://youtu.be/WcBeWMvc16I

ЭКСПЕРТИЗА ЖИЗНИ
Небольшой видеоролик о работе судмедэкспертов, генетиков и патологоанатомов.

Наш коллега Алексей Перемышленко, зав. ПАО Клинической больницы Святителя Луки (г. Санкт-Петербург), рассказывает, в чём суть прижизненной диагностики.

СЛУЖБА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОДДЕРЖКИ
Нам пишут:
«Не согласна с утверждением, что можно «выгореть» только на нелюбимой работе. Любой труд (физический, интеллектуальный, любимый и нелюбимый), при определённой совокупности факторов, может привести к «выгоранию», разница, наверно, только во времени и выраженности проявлений.

Сто раз уже говорили о том, что работа на «потоке», когда одним специалистом выполняется объём, превышающий количество часов в сутках, однозначно приводит в лучшем случае к парализующей усталости, в худшем — к отвращению и ощущению, что всё это «не моё».

Когда материал, которым, в общем-то, неплохо владеешь, из-за своего количества становится неузнаваемым, и ты вязнешь в простых ситуациях, как в трясине, тут становится не по себе. И так по кругу, неуверенность-раздражение-усталость. Да, конечно, существуют работы, соответствующие ожиданиям, но какова вероятность оказаться в таком месте каждому из нас?

Мысль о «тёплом» месте одновременно и привлекает, и кажется эгоистичной, а ещё навевает тоску, потому что наша специальность прекрасна, заслуживает внимания, и по-хорошему, комфортно должно быть и в центре, и в регионе. Но это тема отдельного разговора.

Моя «боль» и повод написать совсем в другой причине выгорания. В университете у меня был преподаватель по хирургии, как-то раз на занятии он спросил нас, что «худшее может произойти с доктором?» и правильный ответ был: тщеславие. Как выяснилось, это и правда, слабое место на пути в профессии, кто-то в силах это прожить и «закрыть тему», а кто-то застревает и вот тут начинается кошмар...

Стремление к полному контролю за процессом, недоверие к коллегам, и самое страшное, нежелание делиться опытом и давать развиваться, в страхе, что кто-то станет лучше них.

При увольнении, на встрече с главным врачом, он повторял мне: «ну вот, вы же учитесь, развиваетесь, мы даём вам это!», не желая понять одну вещь. Можно учиться хоть на луне, и спасибо за эту возможность, но потом ты возвращаешься в отделение, где тебя ждёт заведующий, для которого ты в первую очередь личный секретарь; заведующий, который ревностно относится к правильным заключениям и пересматривает их с комментарием «предыдущее заключение считаю ошибочным», а при обращении со сложными случаями, отвечает «это так, потому что я так сказал, и объяснять вам ничего не буду».

Пополняющиеся знания и опыт – это хорошо и здорово, но что от этого остаётся, когда тебя заставляют сомневаться в очевидном, высмеивают сильные стороны и недовольны промахами?

В своё время я была потрясена этим наблюдением, очень злилась от бессилия и недоумения — «почему?», «в чём смысл?». Но ещё больше я удивилась, когда стала подписываться на чаты профессионального сообщества, узконаправленные каналы опытных патологов, которые с лёгкостью делятся знаниями, вовлекают в научный спор, и даже когда высказываешь ошибочное мнение, встречают это со строгостью «любящего отца» и не более. Никакой агрессии, смешков и напыщенности.

Я очень рада, что узнала об этом и смогла сопоставить оба сценария. Надо сказать, в этот период жизни у меня открылось «второе дыхание» и желание двигаться дальше».

Ответ:
Действительно, подобная «дедовщина» со стороны старших коллег — довольно распространённое явление в медицинской среде вообще, не только среди патологоанатомов.

На самом деле, всё начинается ещё со студенческой скамьи, когда некоторые преподаватели относятся к студентам откровенно как к грязи. С одной стороны, некоторая строгость оправдана: всё-таки от правильной работы врача иногда зависят жизни людей. С другой стороны, я не думаю, что знания и ответственность невозможно привить без палки.

И вот молодой врач выходит на свою первую работу — долгожданную и выстраданную годами университетской муштры — и иногда с ужасом осознаёт, что в универе было не так плохо. Вы подобрали отличное слово — тщеславие, потому что агрессивное покровительственно-контролирующее поведение вышестоящего совсем не обязательно говорит о его знаниях и профессионализме.

От всей души надеюсь, что на новом месте у вас всё хорошо, и вы сможете полностью раскрыться как профессионал, наслаждаясь любимым делом безо всяких выгораний.

Мы создали Общество молодых патологов как раз для того, чтобы специалисты могли делиться знаниями без лишнего пафоса, ненужных понтов и самолюбования. Мы вряд ли сможем перевоспитать некоторых представителей «старшего поколения», но хочу верить, что молодое поколение увидит и осознает: в медицинском сообществе можно вести себя по-человечески.

Хочу поблагодарить автора и других участников нашего сообщества и в особенности — Чата молодых патологов. Именно благодаря вам ситуация меняется к лучшему. Спасибо!

Артхаусная чёрная комедия, во всех кинотеатрах страны: