📚 Адыгабзэ 📖

4️⃣ Четвёртый урок

#адыгабзэ@CircassianChannel

Ехал всадник в дальний аул и по дороге ему повстречался всадник моложе его годами.

Я провожу тебя. Я стану твоим спутником! - сказал молодой. Они поехали рядом. На въезде в один из аулов младший вдруг сказал:

- Тут живет моя сестра! пришпорил коня и был таков... А утром, уже возвращаясь от сестры, застал старшего джигита сидящим на лошади на том же месте. И конь и человек были в снегу ночью шёл снег.

Как? - воскликнул молодой джигит. - Ты не уезжал отсюда?

- А как бы я уехал, если ты сказал: мы спутники? Что обо мне подумали бы другие? Ведь ты же не сказал мне, когда поехал к сестре «мы больше не спутники, Мисост...», вот я и ждал тебя...

Мисост Катей звали джигита...

В Стамбуле основан «Фонд института исследований черкесской истории - ÇERTAV»

Мурат Озден

«Черкесы — нация, в которой много образованных людей, но мало интеллектуалов».

Вы все прекрасно знаете. Сотни черкесских профессоров, врачей, инженеров, юристов, экономистов, художников и т. д. есть, но черкесы не могут войти в общественную повестку дня Турции и мира.

Сотни научных статей, книг, документальных и художественных фильмов пишутся о геноциде евреев, геноциде армян и курдском вопросе, но ничего, что могло бы повлиять на мировое общественное мнение, сделать в отношении черкесов не удается.

Причина этого в том, что нет интеллектуалов, которые могли бы «заставить черкесов решать свои проблемы», а наши образованные люди очень хотят работать на других.

Конечно, статьи, книги, документальные фильмы и фильмы об армянах, евреях и курдах пишутся не только людьми их собственных национальностей; это делают люди из других стран. Но тем, кто выполняет эту работу, предоставляются стипендии и награды, и им открываются пути в академический мир.

Нам также не нужно изобретать Америку заново. Мы решили, что, внедрив систему стипендий, вознаграждений и поддержки, которую внедрили другие, мы сможем подготовить как наших собственных интеллектуалов, так и друзей черкесов, которые будут поддерживать черкесскую нацию.

Ассоциации — это культурные учреждения и площадки для социализации. Фонды — это юридические организации, в которых ресурсы могут быть объединены для служения определенному делу.

Исходя из этой идеи, мы решили назвать Фонд «Фонд Института исследований геноцида черкесов», в честь величайшей катастрофы, когда-либо случившейся с черкесским делом, чтобы о ней можно было рассказать всему миру, и 16.12.2022 мы подготовили наш устав и подали заявку 27-му нотариусу Кадыкёя. Но название пришлось изменить на «Фонд «Институт исследований истории Черкесии», внеся изменения в устав у нотариуса.

Попечительский совет Фонда на заседании, состоявшемся 10.03.2025 г., сформировал следующие органы Фонда:
 
СОВЕТ ДИРЕКТОРОВ
 
Действительные члены

1-) Мурат Озден-Президент
2-) Эмине Арсландок Сезгин-Вице-президент
3-) Нусрет Бас
4-) Мустафа Саадет
5-) Эрол Караель
6-) Эрдинч Коджаер
7-) Бехидже Тугчехан Эрдоган
 
Альтернативные члены
1-) Йылмаз Донмез
2-) Сине Альбина Озден
3-) Тургай Туме
4-) Сабан Кайнар
5-) Якоб Айсан
 
СОВЕТ АУДИТОРОВ
 
Действительные члены

1-) Айше Пискин Озинджи
2-) Серкан Илтер
3-) Реджеп Гюлер
 
Альтернативные члены

1-) Фарук Арсландок
2-) Дила Рейхан Коджаер
 
Кроме того, в состав Ученого совета, который указан в статье 28 нашего Устава, входят следующие лица:
 
1-) Профессор, доктор наук Нургюн Коч
2-) Проф. д-р. Фетхи Гунгор
3-) Проф. д-р. Нафиз Ток
4-) Проф. д-р. Али Фуат Тари
5-) Проф. д-р. Лидер Думан
6-) Доц. Профессор, доктор Мустафа Джанбек
7-) Доц. Профессор, доктор Омер Каратас
8-) Доц. Профессор, доктор Нилгун Элам
9-) Доктор Эмир Фатих Акбулат
10-) Доктор. Юсуф Бахадир Кескин
11-) Эльбруз Аксой (работает над докторской диссертацией в Нидерландах по теме геноцида черкесов)
 
Мы начали путь воспитания собственной интеллигенции. Усилия прикладываем мы, поддерживает – черкесский народ.
Да благословит нас Бог!

Адрес фонда:
Район Фейзулла, Район Ататюрк, улица Тарла, №: 1, Этаж: 2
Малтепе-Стамбул
Контакты: 0 532 - 425 08 91

"Основу карачаевцев заложила группа беглецов из Крымского ханства, не примирившихся с игом татарских ханов и искавшая себе в горах Кавказа убежища."

[Умар Алиев, "Очерки революционного движения в Карачае"]

"При приближении экспедиции жители соседних гор, встревоженные видом войск, направили депутацию, чтобы узнать о цели этих военных приготовлений. Первыми представились карачаевцы, сопровождаемые их муллой...
Я немало подивился той радости, которую они проявили, узнав, что я — мадьяр и что моей целью являются розыски колыбели моих предков; но ещё больше меня поразили их заверения в том, что они вовсе не принадлежат к племени древних мадьяр, что некогда они занимали, по преданиям их страны, плодородные земли от Азова до Дербента. Они добавили, что их нация проживала за Кубанью, в степях, занятых ныне казаками-черноморцами; что в те времена они соседствовали с могущественным народом, который угнетал их и требовал с них дань в виде одной белой коровы с черной головой или, за неимением таковой, трех обычных коров с каждой семьи, что, измученные поборами их соседей, они решили перейти на левый берег Кубани и укрыться в неприступных горах, чтобы вести там независимое существование; что, наконец, они пришли к нынешним местам своего пребывания, предводительствуемые вождем по имени Карачай, по имени которого вся их народность приняла свое название и сохраняет его до сих пор, хотя семейство Карачай уже угасло."

[Жан-Шарль де Бесс , «Путешествие в Крым, на Кавказ, в Грузию, Армению, Малую Азию и Константинополь в 1829–1830 гг.»]

Шамсудин Негуч

Я давно задался вопросом о сути Адыгэ Хабзэ, несмотря на то, что с течением времени оно трансформировалось.

Итогом моих размышлений стало убеждение, что сутью, основой Хабзэ являлось возведённое в культ уважение к личному пространству человека, независимо от возраста и пола.

Черкес дорожил своим личным пространством и потому он построил отдельный дом для гостя. Поэтому свято исполнялся забываемый сегодня обычай избегания, поэтому в амурных отношениях последнее слово было за девушкой, и именно отсюда растут корни аталычества.
Даже если вслушаться в слово "егъаш1" - "научи", я явно слышу "не мешай делать".

Мы, выросшие в совершенно другой парадигме, забыли об этом. Нас научили, что личного пространства уже нет, что мы - винтики в огромном механизме государства, что насилие над личностью это нормально...
Именно эту черту из нас вытравили.

Сегодня была в одной из школ Нальчика — и с порога охранник заговорил со мной на черкесском. И не только со мной: с учениками, персоналом, посетителями, со всеми, для кого адыгэбзэ родной язык. Услышала, как учитель говорит с родителем по телефону — тоже на черкесском. Ученики между собой и с сотрудниками свободно болтают на адыгэбзэ.

Почему я об этом рассказываю? Потому что в интернете часто встречаются посты о том, что якобы в школах запрещают родные языки. На своём опыте пока ничего подобного не видела. Делюсь, потому что такие моменты хочется замечать и ценить.

Различные военные игры были неотъемлемой частью почти всех традиционных черкесских народных гуляний, даже свадеб. Они позволяли юношам не только проявить свои таланты, но и помогали отрабатывать многие тактические маневры, используемые во время военных действий.

Скамья для игры в «Лабиринт» - «Гъунд-гъунд-къал» является одним из самых ценных и интересных экспонатов в Национальном музее Республики Адыгея. Сохранилась только одна такая скамья.

Игра была разработана для развития стратегического мышления. Её правила просты: два противника сидели на концах скамьи. Один атаковал, а другому приходилось защищать свою крепость, игровое пространство. Болельщики наблюдали за битвой.

Оба игрока держали специальные палки с конусообразным концом. Внутри игрового поля одна палка двигалась навстречу другой, и если начальник обороны встречал врага на своем пути, атака на крепость считалась отраженной. Но если захватчик достигал центра поля без столкновения с противником, это означало, что ему удалось захватить крепость.

Борьба, которую мы ведем, не является чем-то новым, отличным от того, что делали наши предки в период до изгнания. Они связывались с влиятельными государствами того времени и искали поддержки в своей борьбе за свободу. Даже если бы долгожданная поддержка не была найдена, лучшего варианта против жестокого и свирепого врага не было.

Сегодня, столкнувшись с российской тиранией и беззаконием, у нас, черкесов, нет иного выбора, кроме как обращаться в другие страны и искать поддержки в нашей борьбе за существование.

Чтобы сохранить наше политическое, культурное и этническое существование, мы должны развивать солидарность и сотрудничество с международными субъектами и добиваться того, чтобы третьи стороны подтвердили все наши узурпированные права, особенно наше право на жизнь, в рамках международного права. Те, кто знает международную систему, понимают, что это самая важная инвестиция в будущее.

Нечего сказать тем, кто надеется выиграть от развития диалога с русскими и кто не хочет признать, что, несмотря на эту пророссийскую позицию, наш политический статус в глазах России за последние 50 лет не улучшается, а ухудшается, кто не хочет видеть последствия интенсивной политики русификации и кто не хочет понимать важность нашей борьбы.

Это пророссийская позиция. С помощью фольклорных развлечений и искусственных программ общество оказалось в ловушке невосприимчивого, нетребовательного образа мышления, придающего большое значение малым утешениям и боящегося даже думать о реальных проблемах, не говоря уже о том, чтобы говорить о них.

Мало того, они также взяли на себя роль культурного посла России в диаспоре. Преподавание русского языка, организация мероприятий с российскими флагами и многое другое...

Тем не менее, мы продолжим защищать борьбу наших предков и наши узурпированные права от всего этого пророссийского настроя. Мы установим отношения и, по возможности, сотрудничество с каждой стороной, которая примет нас в качестве собеседника. Мы постараемся всеми способами подтвердить наше существование и права на политической арене.

Вопрос, который должен задать себе каждый черкес: «Где ты находишься в этой борьбе за существование и сохранение принадлежности к черкесскому народу?»

Свобода — это состояние души, и мыслить свободно можно даже в тюрьме.

Те, кто остаются невосприимчивыми, бездеятельными и бесчувственными, словно скованными, несмотря на то, что их окружают разные возможности, настолько беспомощны, что даже не могут осознать, что их разум находится в плену.

Они никогда не увидят, что можно сделать, и никогда не признАют важность того, что было сделано. Приветствую свободомыслящие души!

Объединенный Черкесский Совет

📚 Адыгабзэ 📖

5️⃣ Пятый урок

#адыгабзэ@CircassianChannel

​​Флаг: Почему он важен для Нации?

Флаг — это не просто кусок ткани. Это мощный символ, олицетворяющий идентичность народа, его историю и устремления в будущее. Для наций флаги являются ярким выражением принадлежности, единства и стремления к свободе. Однако для черкесского народа эти смысловые слои приобретают особенно глубокое значение.

Черкесы — народ, переживший геноцид и массовое изгнание в XIX веке, насильно оторванный от своей родины и рассеянный по всему миру. Сегодня миллионы черкесов живут вдали от своей исторической родины — Черкесии. В таких условиях флаг становится не просто символом, а мостом, связывающим их с родной землей. Для народа, живущего в диаспоре, флаг — это способ сохранить свою идентичность, помнить о своем существовании и объединяться.

Вынос флага в диаспоре — это акт сопротивления. Это тихий протест против забвения, ассимиляции и молчания. Каждый флаг, вывешенный на балконе, — это неугасающая память. Флаг, передаваемый из рук в руки на митингах, свадьбах и похоронах, — это сердцебиение народа, говорящее: «Мы всё ещё здесь».

В последние годы черкесы вновь сделали свой флаг центром политического поля. Держаться за флаг — значит бороться не только за прошлое, но и за будущее.

Самый простой, но эффективный способ не забывать историю своего народа — это не забывать его флаг.

Для черкесов флаг символизирует возвращение, олицетворяет сопротивление и несёт надежду на то, что однажды он вновь взовьётся над Черкесией.

Молодёжь Черкесии
21.04.2025

Однажды в Иордании

Как черкесы пережили период, который называют «чёрным сентябрём».

Тахир Бизбей — преподаватель филологии из Турции, специалист по черкесской прессе и языкам. Работал с архивами на Северном Кавказе, свободно владеет русским языком.

Будучи черкесом по происхождению, как и многие потомки изгнанников, носит османизированную фамилию — в странах рассеяния, в том числе в Турции, черкесам пришлось встраиваться в местную систему имён.

Человек не публичный, держится в тени, пишет редко и не стремится к известности. Такой тип авторов среди диаспоры не редкость. Живёт в старом доме стамбульского Балата.

Недавно Тахир начал публиковать главы из своего романа о судьбе черкеса в изгнании Нури Цагова «Алфавит без отечества». Это художественный взгляд на время, когда черкесы искали язык, опору и себя между Стамбулом, Кавказом и империями, попытка «разговора сквозь столетие».

Будет время — прочтите первые главы этого романа. Тахир будет признателен за ваши мысли и обратную связь. Для него важно услышать мнение тех, кто чувствует тему не по учебникам.

➡️  Голос Нури  ⬅️