Два абзаца о делах
Минула третья неделя моего пребывания в единой и неделимой столице. Это не первый мой город и даже не пятый, но хватило и дня, чтобы прочувствовать, насколько сильно всё здесь иначе. Иерусалим — это истерзанное пограничье распрей народов, куда веками стягивались вооружённые толпы из Европы, Азии и Африки. Ныне городом почти безраздельно властвуют американский капитал и сионистская государственность, но для океана истории это ли не суетная капля. Большая удача столь запросто оказаться в городе, так болезненно желанном многими поколениями сумасшедших прошлого, тем более ради такого пустяка как высшее образование.
Мне нравится быть студентом и можете себе представить, насколько освежающе действуют эти три недели интенсивного учения после четырёх лет безвдохновенного механического труда в армии и на заправке. Почти каждая лекция оставляет эмоции как после интересного фильма и я об этом, конечно, давно мечтал. Помимо очевидно-обязательных в рамках моих факультетов вещей типа введения в политологию и основ стихосложения, в этом семестре я записался на курсы правовой регуляции новых технологий и научно-политической картины изменения климата — оба курса из раза в раз вызывают у меня моральную панику, но таков, видимо, путь. Жаль, что новую жизнь пришлось начать в эпоху мировой пандемии, но выбирая из общечеловеческих катастроф, нам явно досталась не самая страшная.
Минула третья неделя моего пребывания в единой и неделимой столице. Это не первый мой город и даже не пятый, но хватило и дня, чтобы прочувствовать, насколько сильно всё здесь иначе. Иерусалим — это истерзанное пограничье распрей народов, куда веками стягивались вооружённые толпы из Европы, Азии и Африки. Ныне городом почти безраздельно властвуют американский капитал и сионистская государственность, но для океана истории это ли не суетная капля. Большая удача столь запросто оказаться в городе, так болезненно желанном многими поколениями сумасшедших прошлого, тем более ради такого пустяка как высшее образование.
Мне нравится быть студентом и можете себе представить, насколько освежающе действуют эти три недели интенсивного учения после четырёх лет безвдохновенного механического труда в армии и на заправке. Почти каждая лекция оставляет эмоции как после интересного фильма и я об этом, конечно, давно мечтал. Помимо очевидно-обязательных в рамках моих факультетов вещей типа введения в политологию и основ стихосложения, в этом семестре я записался на курсы правовой регуляции новых технологий и научно-политической картины изменения климата — оба курса из раза в раз вызывают у меня моральную панику, но таков, видимо, путь. Жаль, что новую жизнь пришлось начать в эпоху мировой пандемии, но выбирая из общечеловеческих катастроф, нам явно досталась не самая страшная.
Почему Биби и Трампа обвиняют в антидемократичности
Если вам приходилось удивляться обвинениям честно выбранных политиков в обструкции демократии, то в этом нет ничего удивительного. В культурном пространстве нашего языка крепко сидит понимание демократии как беспрекословной власти большинства, а потому идея о том, что политика выбранных лидеров может противоречить основам народовластия кажется контринтуитивной, однако это не так. Здесь я в основном на израильском примере объясню почему.
В основе демократии лежит идея о праве каждого гражданина влиять на политические процессы вокруг себя. В нашем случае главным образом через косвенный выбор своих представителей в правительство. Для того чтобы политическую систему можно было назвать демократической, каждый её участник должен обладать равным правом участия — это основополагающий принцип и без его реализации можно говорить о чём угодно: диктатуре, аристократии, олигархии, но никак не о власти народа. Таким образом, равенство — важнейший элемент демократии без которого весь процесс теряет смысл.
Неравенство может быть экономическим. Миллиардер обладает гораздо большим арсеналом влияния на политический процесс чем рядовой гражданин или даже целый город — он может вложить больше денег в чью-то политическую кампанию, может регулировать деятельность СМИ в качестве владельца, спонсора или рекламодателя, может в конце концов пользоваться уязвимостью всякой системы через коррупцию. Кроме того, как ни странно, миллиардеры обладают гораздо более внятными политическими интересами чем разрозненные рядовые граждане, поэтому интересы богатых ещё и проще лоббируются в организационном отношении. Чтобы вы понимали масштабы проблемы: состояние ста богатейших израильтян по Forbes — 660 миллиардов шекелей, тогда как суммарный израильский ВВП — 1,27 триллиона (а теперь вспомни, как общественность рвала друг другу глотки на фоне бюджетного дефицита в 50 миллиардов и заплачь). Причём эта ситуация уже много лет меняется только в худшую сторону и по оценкам французского экономиста Тома Пикетти западные общества в плане концентрации богатств сегодня мало чем отличимы от Европы XIX века.
Неравенство также может быть социальным. В нашем случае оно даже законодательно закреплено: так абсолютное большинство иерусалимских арабов, например, лишены права избираться и быть избранными в парламент, что достаточно абсурдно на фоне того, как репатрианты де-юре могут получить это право уже в аэропорту. Кроме того, принятый два года назад закон о национальном характере также недвусмысленно намекает на то, чьё политическое право в этом государстве равнее. Инструментарий выстраивания политического неравенства между евреями и арабами достаточно широк: через отказы сидеть с арабскими партиями в коалиции, через неравное распределение бюджетов, через закрытие и цензурирование культурных учреждений.
Биби и Трамп, несомненно, являются выбранными кандидатами, но зная о существующей проблематике, сложно принимать политику, укореняющую в обществе социальное и экономическое неравенство, за демократическую. Можете не соглашаться, но, по-моему, достаточно очевидно, что исходя из изложенных выше тезисов, политика Биби и Трампа ближе к олигархии чем к демократии.
Если вам приходилось удивляться обвинениям честно выбранных политиков в обструкции демократии, то в этом нет ничего удивительного. В культурном пространстве нашего языка крепко сидит понимание демократии как беспрекословной власти большинства, а потому идея о том, что политика выбранных лидеров может противоречить основам народовластия кажется контринтуитивной, однако это не так. Здесь я в основном на израильском примере объясню почему.
В основе демократии лежит идея о праве каждого гражданина влиять на политические процессы вокруг себя. В нашем случае главным образом через косвенный выбор своих представителей в правительство. Для того чтобы политическую систему можно было назвать демократической, каждый её участник должен обладать равным правом участия — это основополагающий принцип и без его реализации можно говорить о чём угодно: диктатуре, аристократии, олигархии, но никак не о власти народа. Таким образом, равенство — важнейший элемент демократии без которого весь процесс теряет смысл.
Неравенство может быть экономическим. Миллиардер обладает гораздо большим арсеналом влияния на политический процесс чем рядовой гражданин или даже целый город — он может вложить больше денег в чью-то политическую кампанию, может регулировать деятельность СМИ в качестве владельца, спонсора или рекламодателя, может в конце концов пользоваться уязвимостью всякой системы через коррупцию. Кроме того, как ни странно, миллиардеры обладают гораздо более внятными политическими интересами чем разрозненные рядовые граждане, поэтому интересы богатых ещё и проще лоббируются в организационном отношении. Чтобы вы понимали масштабы проблемы: состояние ста богатейших израильтян по Forbes — 660 миллиардов шекелей, тогда как суммарный израильский ВВП — 1,27 триллиона (а теперь вспомни, как общественность рвала друг другу глотки на фоне бюджетного дефицита в 50 миллиардов и заплачь). Причём эта ситуация уже много лет меняется только в худшую сторону и по оценкам французского экономиста Тома Пикетти западные общества в плане концентрации богатств сегодня мало чем отличимы от Европы XIX века.
Неравенство также может быть социальным. В нашем случае оно даже законодательно закреплено: так абсолютное большинство иерусалимских арабов, например, лишены права избираться и быть избранными в парламент, что достаточно абсурдно на фоне того, как репатрианты де-юре могут получить это право уже в аэропорту. Кроме того, принятый два года назад закон о национальном характере также недвусмысленно намекает на то, чьё политическое право в этом государстве равнее. Инструментарий выстраивания политического неравенства между евреями и арабами достаточно широк: через отказы сидеть с арабскими партиями в коалиции, через неравное распределение бюджетов, через закрытие и цензурирование культурных учреждений.
Биби и Трамп, несомненно, являются выбранными кандидатами, но зная о существующей проблематике, сложно принимать политику, укореняющую в обществе социальное и экономическое неравенство, за демократическую. Можете не соглашаться, но, по-моему, достаточно очевидно, что исходя из изложенных выше тезисов, политика Биби и Трампа ближе к олигархии чем к демократии.
Неравная вовлечённость бедных и богатых в политический процесс
Привожу несколько поинтов из книги «The Unheavenly Chorus: Unequal political voice and the broken promise of American democracy», где исследовался вопрос игнорирования интересов бедных в принятии политических решений в США. Исследовательское предположение заключалось в меньшей вовлечённости бедных в политический процесс.
1. Среди десяти процентов богатейших американцев почти втрое больше тех, кто хоть раз в месяц занимался политическим активизмом, чем среди беднейших десяти процентов.
2. Доход существенно влияет на явку на выборы (прикреплю график)
3. Подавляющее большинство получающих социальную надбавку к зарплате никогда не виделись с должностными лицами
4. Вклад богатейших десяти процентов американцев в пожертвования для политических кампаний составляет 70%, тогда как от беднейших не составляет и процента
5. Медианный американский доход составляет 44$ в день, тогда как среди людей, занимающимися неоплачеваемым активизмом 60$
6. 74% американских лоббистов занимают должности CEO
Это суперкраткий конспект, поэтому относитесь к этим данным осторожно
Привожу несколько поинтов из книги «The Unheavenly Chorus: Unequal political voice and the broken promise of American democracy», где исследовался вопрос игнорирования интересов бедных в принятии политических решений в США. Исследовательское предположение заключалось в меньшей вовлечённости бедных в политический процесс.
1. Среди десяти процентов богатейших американцев почти втрое больше тех, кто хоть раз в месяц занимался политическим активизмом, чем среди беднейших десяти процентов.
2. Доход существенно влияет на явку на выборы (прикреплю график)
3. Подавляющее большинство получающих социальную надбавку к зарплате никогда не виделись с должностными лицами
4. Вклад богатейших десяти процентов американцев в пожертвования для политических кампаний составляет 70%, тогда как от беднейших не составляет и процента
5. Медианный американский доход составляет 44$ в день, тогда как среди людей, занимающимися неоплачеваемым активизмом 60$
6. 74% американских лоббистов занимают должности CEO
Это суперкраткий конспект, поэтому относитесь к этим данным осторожно
Иерусалим и другие города земли обетованной
Время идёт, я отсиживаюсь у экрана за трансляцией высшего образования, изредка выходя подышать внешним воздухом. С моего переезда едва минуло два месяца, однако представить, будто раньше я жил где-то ещё уже стало затруднительно. Необходимо прояснить, впрочем, что это ощущение проистекает не из любви, а из короткой памяти — Иерусалим же мне совершенно не полюбился, а только напугал.
В контексте израильского двустоличья, я часто перебирал в голове знакомые мне противопоставления Москвы и Петербурга, Алматы и Астаны, пытаясь составить какую-то аналогию или стереотип, чтоб сделать социальную реальность проще; смысла в этом, откровенно говоря, оказалось немного, так как ничего похожего на Россию или Казахстан в израильском противоречии нет. Тель-Авив и Иерусалим представляют совершенно разное видение израильской идентичности, где первый город, будучи наследником левосионистсого проекта нового народа, соревнуется с тем, как сионисты стали воспринимать народность впоследствие: это отражается в архитектуре, электоральных результатах и в том, какое искусство люди посвящают городу. Если грубо обобщить, Иерусалим — площадка сионисткой театральщины, погрязшая в противоречиях этой мыслью учинёнными. В смысле воплощения в себе надрывающих ран израильского общества, Иерусалиму сложно отказать в столичности, однако жить в таком городе человек согласится лишь из идеи. Едва ли где-то ещё во всём еврейском государстве за одну прогулку по городу, можно прочувствовать столько конфликтов: между левыми и правыми, между евреями и арабами, между светскими и религиозными, между бедными и богатыми, между религиозными и религиозными — при всём желании гомогенный Тель-Авив не смог бы предоставить платформы для такого уровня всеобщей нетерпимости. Иерусалимская атмосфера преисполнена болью, причём рана оказывается настолько глубокой, что искусство оказываются неспособно её переработать, как следствие — серьёзное творчество об Иерусалиме преимущественно пребывает в мистическом или ностальгическом эскапизме.
Культурный консенсус уже давно находится на стороне Тель-Авива и однако ж сколько лет могут простоять горы прежде чем их смоет в море
Время идёт, я отсиживаюсь у экрана за трансляцией высшего образования, изредка выходя подышать внешним воздухом. С моего переезда едва минуло два месяца, однако представить, будто раньше я жил где-то ещё уже стало затруднительно. Необходимо прояснить, впрочем, что это ощущение проистекает не из любви, а из короткой памяти — Иерусалим же мне совершенно не полюбился, а только напугал.
В контексте израильского двустоличья, я часто перебирал в голове знакомые мне противопоставления Москвы и Петербурга, Алматы и Астаны, пытаясь составить какую-то аналогию или стереотип, чтоб сделать социальную реальность проще; смысла в этом, откровенно говоря, оказалось немного, так как ничего похожего на Россию или Казахстан в израильском противоречии нет. Тель-Авив и Иерусалим представляют совершенно разное видение израильской идентичности, где первый город, будучи наследником левосионистсого проекта нового народа, соревнуется с тем, как сионисты стали воспринимать народность впоследствие: это отражается в архитектуре, электоральных результатах и в том, какое искусство люди посвящают городу. Если грубо обобщить, Иерусалим — площадка сионисткой театральщины, погрязшая в противоречиях этой мыслью учинёнными. В смысле воплощения в себе надрывающих ран израильского общества, Иерусалиму сложно отказать в столичности, однако жить в таком городе человек согласится лишь из идеи. Едва ли где-то ещё во всём еврейском государстве за одну прогулку по городу, можно прочувствовать столько конфликтов: между левыми и правыми, между евреями и арабами, между светскими и религиозными, между бедными и богатыми, между религиозными и религиозными — при всём желании гомогенный Тель-Авив не смог бы предоставить платформы для такого уровня всеобщей нетерпимости. Иерусалимская атмосфера преисполнена болью, причём рана оказывается настолько глубокой, что искусство оказываются неспособно её переработать, как следствие — серьёзное творчество об Иерусалиме преимущественно пребывает в мистическом или ностальгическом эскапизме.
Культурный консенсус уже давно находится на стороне Тель-Авива и однако ж сколько лет могут простоять горы прежде чем их смоет в море
Шахар и коммунитарная справедливость
На фоне небольшого шахаровского монолога ненависти в сторону Дежурного, я хочу внести некоторую ясность в то, что из себя позиция Шахара представляет и указать на вытекающие из этого противоречия. Если кратко то история следующая: Дежурный в своём канале выложил ссылку в ФБ на два митинга в поддержку Навального, на что Шахар отреагировал недоумением, мол, к чему вообще лезть в российскую политику, находясь в Израиле. Эта позиция у многих в израильском телеграме вызвала раздражение и в частности Лев выложил, так сказать, памфлет с непространным месседжем: Шахар обоссались себе на лицо. Шахар незамедлительно отреагировали, представив публике свою позицию:
1. Российская власть хорошо относится к евреям, чего нельзя с уверенностью сказать о Навальном и его окружении
2. Смены власти в России никогда не произойдёт и поэтому важно выстраивать с Путиным хорошие отношения
3. Кто-нибудь из российских евреев мог сходить на митинг и влезть в проблемы
Я хочу проанализировать первый поинт, потому что остальные, на мой взгляд, второстепенны. Условимся, что представления о справедливости у Шахара коммунитарные. Они рассматривают мир через призму еврейского нарратива и поэтому категории «хорошо» и «плохо» у них выстраиваются преимущественно вокруг того, как это соотносится с их представлениями об историческом пути евреев. Эта позиция сама по себе проблематична, но в интересах мысленного экспермента мы не будем выходить за её пределы, потому что Путин и в рамках этой концепции не преуспел. Политика РФ самым неметафорическим образом привела к крупнейшему диаспорному кризису XXI века — войне в Украине. Об этом редко говорят в таком контексте, так как еврейская идентичность сама по себе не имела к российской агрессии никакого отношения и всё же: в Донецкой и Луганской областях жили евреи, многие из которых стали беженцами. На этот счёт нет демографических данных, потому что ни израильское МВД, ни Д/ЛНР не вели соответствующего учёта. Вместе с этим, достаточно просто жить в Израиле, чтобы понимать: шансы в случайной русскоязычной компании встретить человека, который из-за путинской войны был вынужден покинуть свой дом, гораздо выше чем найти среди них жертву палестинского террора. И это ещё не говоря о том, что для украинских евреев, живущих за пределами зоны АТО, жизнь тоже не стала слаще в связи с российской политикой. Ещё не лишним будет сказать, что в отличие от многих стран Европы и США, путинская Россия не признаёт ХАМАС террористической группировкой и имеет с ними дипломатические отношения. Также любопытно, что в отличие от ненавистного Шахаром апологета культурного макрсизма Барака Обамы, Россия никогда не поддерживала поселенческую деятельность в ООН. Внутренняя политика РФ в контексте еврейской справедливости работает похожим образом: ничто из того, чем занимается российское правительство, не направлено во вред контректно евреям, не направлено и в их пользу, однако факты говорят сами за себя: за двадцать лет постоянства власти в России опустели десятки городов, закрылись тысячи школ и больниц, по индексу экономического неравенства Россия опережает все страны Европы, а Путин за пятнадцать лет себе даже дачу построить не смог. Выгодным для евреев это может выглядеть только глазами Роттенбергов и Абармовича. Решайте сами, насколько хорошо в этом свете выглядят шахаровские посты с поздравлением вождя с его днём рождения.
На фоне небольшого шахаровского монолога ненависти в сторону Дежурного, я хочу внести некоторую ясность в то, что из себя позиция Шахара представляет и указать на вытекающие из этого противоречия. Если кратко то история следующая: Дежурный в своём канале выложил ссылку в ФБ на два митинга в поддержку Навального, на что Шахар отреагировал недоумением, мол, к чему вообще лезть в российскую политику, находясь в Израиле. Эта позиция у многих в израильском телеграме вызвала раздражение и в частности Лев выложил, так сказать, памфлет с непространным месседжем: Шахар обоссались себе на лицо. Шахар незамедлительно отреагировали, представив публике свою позицию:
1. Российская власть хорошо относится к евреям, чего нельзя с уверенностью сказать о Навальном и его окружении
2. Смены власти в России никогда не произойдёт и поэтому важно выстраивать с Путиным хорошие отношения
3. Кто-нибудь из российских евреев мог сходить на митинг и влезть в проблемы
Я хочу проанализировать первый поинт, потому что остальные, на мой взгляд, второстепенны. Условимся, что представления о справедливости у Шахара коммунитарные. Они рассматривают мир через призму еврейского нарратива и поэтому категории «хорошо» и «плохо» у них выстраиваются преимущественно вокруг того, как это соотносится с их представлениями об историческом пути евреев. Эта позиция сама по себе проблематична, но в интересах мысленного экспермента мы не будем выходить за её пределы, потому что Путин и в рамках этой концепции не преуспел. Политика РФ самым неметафорическим образом привела к крупнейшему диаспорному кризису XXI века — войне в Украине. Об этом редко говорят в таком контексте, так как еврейская идентичность сама по себе не имела к российской агрессии никакого отношения и всё же: в Донецкой и Луганской областях жили евреи, многие из которых стали беженцами. На этот счёт нет демографических данных, потому что ни израильское МВД, ни Д/ЛНР не вели соответствующего учёта. Вместе с этим, достаточно просто жить в Израиле, чтобы понимать: шансы в случайной русскоязычной компании встретить человека, который из-за путинской войны был вынужден покинуть свой дом, гораздо выше чем найти среди них жертву палестинского террора. И это ещё не говоря о том, что для украинских евреев, живущих за пределами зоны АТО, жизнь тоже не стала слаще в связи с российской политикой. Ещё не лишним будет сказать, что в отличие от многих стран Европы и США, путинская Россия не признаёт ХАМАС террористической группировкой и имеет с ними дипломатические отношения. Также любопытно, что в отличие от ненавистного Шахаром апологета культурного макрсизма Барака Обамы, Россия никогда не поддерживала поселенческую деятельность в ООН. Внутренняя политика РФ в контексте еврейской справедливости работает похожим образом: ничто из того, чем занимается российское правительство, не направлено во вред контректно евреям, не направлено и в их пользу, однако факты говорят сами за себя: за двадцать лет постоянства власти в России опустели десятки городов, закрылись тысячи школ и больниц, по индексу экономического неравенства Россия опережает все страны Европы, а Путин за пятнадцать лет себе даже дачу построить не смог. Выгодным для евреев это может выглядеть только глазами Роттенбергов и Абармовича. Решайте сами, насколько хорошо в этом свете выглядят шахаровские посты с поздравлением вождя с его днём рождения.
Вместе с этим, нужно сказать, что веских оснований для излишнего доверия Навальному в контексте еврейского коммунатаризма тоже нет. В далёком 2007-ом он вёл националистическую риторику и совсем не брезговал пользоваться словом «жид». В контексте еврейской справедливости совсем неудивительно относиться к фигуре Навального отрицательно. Здесь я его не буду защищать, хотя политическая платформа Навального претерпела очевидные изменения. Нас интересует только то, как это выглядит в рамках еврейского нарратива и если вы следили за повествованием, то вывод напрашивается сам: Путин — не просто хуйло, но худшее, что случалось с русскоязычным еврейством в XXI веке. Если в России не случится демократии, то всё останется так же, независимо от того, будет ли этой страной править юдофоб или юдофил.
[Обещаю, это последнее что вы здесь увидите про Шахар]
Это с личной страницы одного из шахарских админов. А Света, кстати, замечательная фотографка и вы можете заценить её инсту
[Бля, КАГОРТА голых евреек]
Это с личной страницы одного из шахарских админов. А Света, кстати, замечательная фотографка и вы можете заценить её инсту
[Бля, КАГОРТА голых евреек]