Представляю еще одного исследователя общественного мнения в России - Александра Шульгу.
Директор Института Конфликтологии и Изучения России, из Киева.
Убежден, что украинцы должны изучать Россию, а не закрываться от нее. Иначе не победить. Это довольно редкая позиция в Украине.
Его организация с ноября прошлого года проводит регулярные опросы в России из украинских колл-центров. Интересно почитать его отчеты. Не могу не отметить свежесть некоторых вопросов , которые задают украинские коллеги. Мы таких вопросов не задаем из-за своей (излишней?)щепетильности к релевантости.
Дерзкие такие вопросы, хорошие... И потому особенно интересно увидеть результаты.

https://ikar-thinktank.org/ru/about
На сайте много полезных материалов, кроме исследований.

Статья в Новой газете о тех, кого исследователи называют противниками войны. Особенно сложная группа для исследований и анализа. Диапазон отнесения к этой группе очень широкий. От тех, кто поджигает военкоматы до прагматиков, опасающихся падения экономики и ухудшения собственной жизни.
Подавляющее большинство не поддерживают мобилизацию, и не хотят попасть на войну.
Не поддерживать войну - необходимое, но недостаточное условие сопротивления войне, но это его основа. Я уверена, чтоо вся аудитоория канала из этой группы, поэтому может быть интересно прочитать, наконец, не про "них, а про себя.
https://novayagazeta.eu/articles/2023/05/04/khroniki-soprotivleniia?fbclid=IwAR0mFw7naQvXAnpTVHKLTtcVcl3dKHnyOpVcsHPIOtpoJfEqo-uUHw8JzVc

Таблички для компенсации глазомера верстальщика в Новой.

Что будет на первом этапе приближения войск ВСУ к границе с Россией и ее пересечении? Исследование соприкосновения с войной в приграничных областях позволяет приблизиться к прогнозированию.
Опубликованы даже 2 статьи на эту тему.
Сначала в The Moscow Times и еще одна в Re:Russia.
Полезный опыт прочтения одних и тех же данных.

Вышла статья в Инсайдере " Опросы без ответов. Почему во время войны нельзя верить данным соцопросов, даже если это «Левада»
Любимая тема журналистов, политологов и прочих комментаторов социологии: можно ли проводить опросы во время войны. Как хорошо, что социологи их не особо слушают.
Выглядит как наезд на Левада-центр, и претенциозная слабоквалифицированная интерпретация ситуации с уровнем кооперации респондентов. Russian Field признается в квотной выборке, при этом выглядит это противоречиво.
"Мы примерно понимаем, сколько людей и каких возрастов живут в регионах. Если надо опросить 100 человек, то мы закладываем, что 15% из них должны быть молодые люди, 30% — пенсионеры и так далее. Мы не подгоняем квоты под данные Росстата, потому что в Росстате неправдоподобные данные дохода, данных по образованию в нужном количестве тоже нет, и это идет дополнительным вопросом». Хотелось бы, чтобы коллеги поделились сокровенным знанием, откуда "мы примерно понимаем"?
*************************************
Очень расстраивает и разочаровывает Григорий Юдин, когда он традициооно отрицает возможность опросов в военное время, а теперь еще и склеивает взгляды Путина и Льва Дмитриевича Гудкова:
"Их никто не покупал, это идеологическая проблема. В это сложно поверить, но идеологически между их демофобным дискурсом и демофобным дискурсом Кремля нет никакой разницы. Они верят в одно и то же: в жуткий, страшный народ-стаю. В это верит Путин, в это верит Лев Гудков <директор „Левада-центра“ — The insider>, они все в это верят и делают разные выводы. Путин говорит: „Ну, значит нужно пользоваться этим и устраивать империалистические войны“, а Лев Гудков говорит: „Значит, нужно плакать о том, какой у нас чудовищный народ“. Путин не будет плакать, у него есть другие дела, а Лев Гудков не будет поддерживать империалистические войны, но на уровне мировоззрения разницы вообще никакой нет», — отмечает Юдин.
При этом ни разу сам Григормий Юдин не показал системной динамической картины состояния общества. (Возможно, я пропустила это увлекательное чтение.)
Он гораздо чаще рассуждает о о слабости опросов, социологии. и считает, что сейчас, в эти трудные времена, оценить реальность могут только полититческие философы.
********************************************************
Да, Лев Гудков настроен пессимистично, Но это его искреннее мнение, на основании 40 лет изучения советского и постсоветского человека, а не сломленная прессингом позиция. Он имеет полное личное и научное право говорить о своем разочаровании обществом.
Я не смею даже сравнивать глубину нашего с Гудковым понимания общества, могу только сказать, что мое видение после полутора лет войны, отличается, но это все разные оттенки одного. и того же. В отличие от Льва Дмитриевича, я больше делаю акцент на другой России - отторгающей войну и систему, я делаю это, потому что вижу их эмпирически и хочу защитить их от обнуления. С горечью констатирую, что картина почти полностью аморального общества сегодня выгодна многим: власти, рыдающим либералам, по стереотипной инерции - Западу и украинцам, которым так проще формироовать солидарность и общаться с Западом. Позиция Льва Гудкова не несет какой-либо выгоды. И просто неприятно, когда на нее поднимают заднюю лапку "комментаторы"
Возможно, сказывается обида, нанесенная Гудковым Григорию Юдину: в октябре 2022 года Гудков проехался по его позиции:
"Наверно, громче всех кричал Григорий Юдин [социолог, профессор Московской высшей школы социальных и экономических наук], но не он один, тут масса других „специалистов“. Юдин не социолог, а преподаватель социальной философии. Социологии он толком не знает, я имею в виду знание предметных концепций или теорий среднего уровня, не знает нашего ремесла. Так что это обычный треп. Но это очень важный треп, потому что за ним — массовое недоверие обывателя к сложности, отказ от признания той пугающей реальности, которую мы диагностируем и описываем."
https://rus.delfi.ee/artikkel/120088820/mnenie-mozgi-u-lyudey-s-trudom-no-shevelyatsya-lev-gudkov-o-rossiyskom-obshchestvennom-mnenii-vo-vremya-voynа

*******************
Текст выглядит ангажированным, что очень жаль и странно для независимого Инсайдера.
А моя цитата в нем - независимая и правильная.

Вот этот текст
https://theins.ru/obshestvo/261961

Приграничная зона все больше становится арендой военных событий. Люди там ощущают войну как контекст своей жизни.
Но не факт, что остальная Россия представляет, что там происходит. А там нарастающей страх вторжения и желание продолжать войну не ради взятия Киева, а ради защиты своего дома.
И обида на Россию, которая их бросила.

Продолжение истории приграничной зоны. Территории соприкосновения с войной. Я публикую здесь интервью на тему развития ситуации буквально на 3 месяца. После первой волны исследования обстрелы и диверсионная активность так интенсифицировалась, что пришлось делать незапланированную вторую волну. Гипотеза подтвердилась. Когда взрывы рядом, взгляд проясняется.
Намеренно публикую не прямую ссылку на The Bell, а реферирую к белгородскому телеграм-каналу Пепел, который перепечатал эту статью. Будет время, полистайте ленту и почувствуйте жизнь в радиусе доступности дронов и снарядов со стороны соседней территории, которая совсем недавно была местом воскресных развлечений белгородцев.. Метнуться в Харьков в выходные в шоппинг-молл или театр было естественно, как к теще на котлеты. Заодно поддержите нестоличный канал Пепел.
https://news.1rj.ru/str/belpepel

Новый жанр. Наткнулась на интервью, которое дала месяц назад и потом забыла посмотреть.
Это интервью украинскому каналу Freedom. Наверное, самое большое мое интервью.
Вряд ли что-то новое, кроме биографических деталей, говорю о том, что уже написано, но, может, интересно будет услышать вживую.
https://www.youtube.com/watch?v=Oe9hjAQ9xqs

Интересно, как "Слово пацана", произведённых на деньги государственного патриотического фонда, ляжет в русло короткой победоносной избирательной кампании главного пацана (пахана) страны.

Некоторые журналисты стали настоящими этнографами. Нам бы таких человек 20 и можно было бы сделать большой проект.