ПОЛЛСТЕРЫ ПРОСЯТ ПОЩАДЫ У ПОЛИТОЛОГОВ И ДРУГИХ КОММЕНТАТОРОВ
Прошло больше года с начала войны и исследований, но до сих пор комментаторы исследований, в том числе и популярные в медиа, на вопросы о том. как общество относится к войне, делают 1) паузу, 2) скорбное лицо 3) глубокий вздох и начинают свой рассказ со слов "тема сложная, требует семинаров и серии лекций, но так и быть, я вам коротенечко рассскажу, да и кто, если не я?
Прежде всего, минздрав преудупреждает вас (в частности, иностранных зрителей), чтобы вы не подумали, что в России поллстеры занмаются такими же опросами, как у вас: спросили-ответили, посчитали. В России под гнетом цензуры и уголовной отвественности, мы имеем ситуацию совсем противоположную, или по крайней мере, другую. Страх сковывает людей, и потому 95% !) людей отказываются отвечать на вопросы интервьюера. И представьте себе, что мы получаем на базе 5% ответивших. Ведь по сути, даже эти 5% вынуждены отвечать на вопрос "Вы поддерживаете государственную власть в России или хотите сесть на 15 лет?" И если бы не мы, неутомимые стражи научности, вы бы не узнали правды, говорят они аудитории, котоая завороженно следит за движением мудрого рта.
Представляю, как ужас охватывает зрителей таких всеми уважаемых ХХХолгов, когда из живого описания они представляют бедных респондентов, бедных интервьюеров, лукавых исследователей и обманутую публику.
Мы, исследователи, иногда устаем преодолевать сложность в добыче сокровенного знания, донесения его до уважаемой публики и неуспешных попыток образовать наших популяризаторов, и все это одновременно.
И вот, слава богу, умные люди из нашей гильдии не поленились и все опросы посчитали и написали отличный документ. Может быть, он поможет нам всем понять мифы и реальность опросов военного времени. Спасибо авторам.

Представляю еще одного исследователя общественного мнения в России - Александра Шульгу.
Директор Института Конфликтологии и Изучения России, из Киева.
Убежден, что украинцы должны изучать Россию, а не закрываться от нее. Иначе не победить. Это довольно редкая позиция в Украине.
Его организация с ноября прошлого года проводит регулярные опросы в России из украинских колл-центров. Интересно почитать его отчеты. Не могу не отметить свежесть некоторых вопросов , которые задают украинские коллеги. Мы таких вопросов не задаем из-за своей (излишней?)щепетильности к релевантости.
Дерзкие такие вопросы, хорошие... И потому особенно интересно увидеть результаты.

https://ikar-thinktank.org/ru/about
На сайте много полезных материалов, кроме исследований.

Статья в Новой газете о тех, кого исследователи называют противниками войны. Особенно сложная группа для исследований и анализа. Диапазон отнесения к этой группе очень широкий. От тех, кто поджигает военкоматы до прагматиков, опасающихся падения экономики и ухудшения собственной жизни.
Подавляющее большинство не поддерживают мобилизацию, и не хотят попасть на войну.
Не поддерживать войну - необходимое, но недостаточное условие сопротивления войне, но это его основа. Я уверена, чтоо вся аудитоория канала из этой группы, поэтому может быть интересно прочитать, наконец, не про "них, а про себя.
https://novayagazeta.eu/articles/2023/05/04/khroniki-soprotivleniia?fbclid=IwAR0mFw7naQvXAnpTVHKLTtcVcl3dKHnyOpVcsHPIOtpoJfEqo-uUHw8JzVc

Таблички для компенсации глазомера верстальщика в Новой.

Что будет на первом этапе приближения войск ВСУ к границе с Россией и ее пересечении? Исследование соприкосновения с войной в приграничных областях позволяет приблизиться к прогнозированию.
Опубликованы даже 2 статьи на эту тему.
Сначала в The Moscow Times и еще одна в Re:Russia.
Полезный опыт прочтения одних и тех же данных.

Вышла статья в Инсайдере " Опросы без ответов. Почему во время войны нельзя верить данным соцопросов, даже если это «Левада»
Любимая тема журналистов, политологов и прочих комментаторов социологии: можно ли проводить опросы во время войны. Как хорошо, что социологи их не особо слушают.
Выглядит как наезд на Левада-центр, и претенциозная слабоквалифицированная интерпретация ситуации с уровнем кооперации респондентов. Russian Field признается в квотной выборке, при этом выглядит это противоречиво.
"Мы примерно понимаем, сколько людей и каких возрастов живут в регионах. Если надо опросить 100 человек, то мы закладываем, что 15% из них должны быть молодые люди, 30% — пенсионеры и так далее. Мы не подгоняем квоты под данные Росстата, потому что в Росстате неправдоподобные данные дохода, данных по образованию в нужном количестве тоже нет, и это идет дополнительным вопросом». Хотелось бы, чтобы коллеги поделились сокровенным знанием, откуда "мы примерно понимаем"?
*************************************
Очень расстраивает и разочаровывает Григорий Юдин, когда он традициооно отрицает возможность опросов в военное время, а теперь еще и склеивает взгляды Путина и Льва Дмитриевича Гудкова:
"Их никто не покупал, это идеологическая проблема. В это сложно поверить, но идеологически между их демофобным дискурсом и демофобным дискурсом Кремля нет никакой разницы. Они верят в одно и то же: в жуткий, страшный народ-стаю. В это верит Путин, в это верит Лев Гудков <директор „Левада-центра“ — The insider>, они все в это верят и делают разные выводы. Путин говорит: „Ну, значит нужно пользоваться этим и устраивать империалистические войны“, а Лев Гудков говорит: „Значит, нужно плакать о том, какой у нас чудовищный народ“. Путин не будет плакать, у него есть другие дела, а Лев Гудков не будет поддерживать империалистические войны, но на уровне мировоззрения разницы вообще никакой нет», — отмечает Юдин.
При этом ни разу сам Григормий Юдин не показал системной динамической картины состояния общества. (Возможно, я пропустила это увлекательное чтение.)
Он гораздо чаще рассуждает о о слабости опросов, социологии. и считает, что сейчас, в эти трудные времена, оценить реальность могут только полититческие философы.
********************************************************
Да, Лев Гудков настроен пессимистично, Но это его искреннее мнение, на основании 40 лет изучения советского и постсоветского человека, а не сломленная прессингом позиция. Он имеет полное личное и научное право говорить о своем разочаровании обществом.
Я не смею даже сравнивать глубину нашего с Гудковым понимания общества, могу только сказать, что мое видение после полутора лет войны, отличается, но это все разные оттенки одного. и того же. В отличие от Льва Дмитриевича, я больше делаю акцент на другой России - отторгающей войну и систему, я делаю это, потому что вижу их эмпирически и хочу защитить их от обнуления. С горечью констатирую, что картина почти полностью аморального общества сегодня выгодна многим: власти, рыдающим либералам, по стереотипной инерции - Западу и украинцам, которым так проще формироовать солидарность и общаться с Западом. Позиция Льва Гудкова не несет какой-либо выгоды. И просто неприятно, когда на нее поднимают заднюю лапку "комментаторы"
Возможно, сказывается обида, нанесенная Гудковым Григорию Юдину: в октябре 2022 года Гудков проехался по его позиции:
"Наверно, громче всех кричал Григорий Юдин [социолог, профессор Московской высшей школы социальных и экономических наук], но не он один, тут масса других „специалистов“. Юдин не социолог, а преподаватель социальной философии. Социологии он толком не знает, я имею в виду знание предметных концепций или теорий среднего уровня, не знает нашего ремесла. Так что это обычный треп. Но это очень важный треп, потому что за ним — массовое недоверие обывателя к сложности, отказ от признания той пугающей реальности, которую мы диагностируем и описываем."
https://rus.delfi.ee/artikkel/120088820/mnenie-mozgi-u-lyudey-s-trudom-no-shevelyatsya-lev-gudkov-o-rossiyskom-obshchestvennom-mnenii-vo-vremya-voynа

*******************
Текст выглядит ангажированным, что очень жаль и странно для независимого Инсайдера.
А моя цитата в нем - независимая и правильная.

Вот этот текст
https://theins.ru/obshestvo/261961

Приграничная зона все больше становится арендой военных событий. Люди там ощущают войну как контекст своей жизни.
Но не факт, что остальная Россия представляет, что там происходит. А там нарастающей страх вторжения и желание продолжать войну не ради взятия Киева, а ради защиты своего дома.
И обида на Россию, которая их бросила.

Продолжение истории приграничной зоны. Территории соприкосновения с войной. Я публикую здесь интервью на тему развития ситуации буквально на 3 месяца. После первой волны исследования обстрелы и диверсионная активность так интенсифицировалась, что пришлось делать незапланированную вторую волну. Гипотеза подтвердилась. Когда взрывы рядом, взгляд проясняется.
Намеренно публикую не прямую ссылку на The Bell, а реферирую к белгородскому телеграм-каналу Пепел, который перепечатал эту статью. Будет время, полистайте ленту и почувствуйте жизнь в радиусе доступности дронов и снарядов со стороны соседней территории, которая совсем недавно была местом воскресных развлечений белгородцев.. Метнуться в Харьков в выходные в шоппинг-молл или театр было естественно, как к теще на котлеты. Заодно поддержите нестоличный канал Пепел.
https://news.1rj.ru/str/belpepel

Новый жанр. Наткнулась на интервью, которое дала месяц назад и потом забыла посмотреть.
Это интервью украинскому каналу Freedom. Наверное, самое большое мое интервью.
Вряд ли что-то новое, кроме биографических деталей, говорю о том, что уже написано, но, может, интересно будет услышать вживую.
https://www.youtube.com/watch?v=Oe9hjAQ9xqs