Герметизм - Религиозно‐философское учение связанное с именем Гермеса (высший или теоретический герметизм), по‐видимому, представляет собой прихотливое соединение древних мифологических учений, переплавленных в «тигле» эллинистической культуры. Корпус достаточно разнородных герметических сочинений, написанных по‐гречески и дошедших до нас как единое целое в средневековых рукописях, состоит из семнадцати трактатов. Сохранился также латинский перевод трактата Logos teleios, получивший называние «Асклепий» и дошедший до нас в составе произведений платоника и ритора II века Апулея. Кроме того, мы располагаем сорока герметическими текстами и фрагментами, сохранившимися в составе Антологии Стобея, вышеупомянутыми герметическими фрагментами, обнаруженными в составе гностической библиотеки из Наг Хаммади, «Определениями» в переводе на армянский язык и венскими фрагментами. В целом эти тексты перекликаются с гностическими и неоплатоническими трактатами, носят выраженный эсхатологический характер и учат откровенному знанию (гносису), обладание которым ведет к духовному совершенству, однако в отдельных случаях для прояснения смысла сказанного приходится привлекать алхимические и астрологические сочинения (позднеантичные, арабские и византийские) и магические папирусы .

Афонасин Е. В. Герметизм / Schole. Философское антиковедение и классическая традиция. - Центр изучения древней философии и классической традиции. Новосибирск, 2007 Вып. 1 том 2

Сертификат минувшей конференции

Подготовила статью на актуальную тему.
https://telegra.ph/Pravovaya-bitva-za-ehzoteriku-ot-absurdnyh-zakonoproektov-do-novyh-ugroz-07-08

В культуре Серебряного века Россия переживала интенсивный интерес к западным оккультным традициям — герметизму, масонству, теософии и розенкрейцерству. Важной частью этого движения стало активное адаптирование таро как символической системы, используемой для познания, инициации и практик внутренней алхимии. Хотя в этот период не появилась полноценно оформленная отечественная оккультная колода, тарологические трактовки, философские интерпретации и рукописные материалы сыграли ключевую роль в формировании российской эзотерической традиции.

Одним из важнейших деятелей этого направления стал Пётр Демьянович Успенский, философ, позднее соратник Гурджиева. В 1917 году он опубликовал труд «Символы Таро: философия оккультизма в рисунках и числах», где представил арканы не как инструмент гадания, а как универсальный язык интуитивного познания и средство работы с метафизикой. Для Успенского символ — это не фиксированное значение, а подвижная структура, рождающая новый смысл в диалоге с сознанием. Его подход строится на синтезе каббалистических, платонических и алхимических моделей, где таро выступает своего рода машиной для мышления и инструментом познания. Особое внимание он уделял числовой и цветовой структуре карт, связывая арканы с универсальной моделью бытия. В этом смысле Успенский стал первым в России философом, предложившим глубоко оккультное и инициационное прочтение системы Таро.

В конце XIX — начале XX века значительную роль в распространении оккультной символики играли российские масонские и розенкрейцерские ложи. В таких структурах, как «Возрождённый Орден Храма» и близкие к нему розенкрейцерские объединения, таро рассматривалось не как набор карт, а как система эзотерических символов. Арканы здесь выполняли функцию визуальных ключей, необходимых для проведения инициаций, ритуалов и медитативных практик. Члены ордена использовали таблицы, диаграммы, алхимические схемы, а сами арканы соотносились с этапами трансмутации души, аналогично западным розенкрейцерским трактатам. В этих кругах таро было частью более широкой герметической доктрины, где сочетаются элементы каббалы, астрологии и христианского мистицизма.

Существенный вклад в эзотерическое освоение таро внесли и представители российского теософского движения. В кругах, связанных с Теософским обществом, особенно в Москве и Петербурге, карты рассматривались в контексте доктрины единого эзотерического учения, объединяющего Восток и Запад. Теософы пользовались преимущественно французскими колодами (таро Папюса или Освальда Вирта), акцентируя внимание на их связи с космогенезом и внутренней алхимией. Хотя в трудах Блаватской таро упоминается редко, известно, что её ученики применяли арканы как символическую систему, аналогичную тибетским мандалам, способствующую концентрации и инициации. В теософской среде таро стало инструментом созерцательной работы с универсальными архетипами.

В архивных источниках РГАЛИ, Российского этнографического музея и некоторых частных коллекциях зафиксированы упоминания о рукописных колодах, созданных в русских эзотерических кружках начала XX века. Эти карты, выполненные вручную, представляли собой синтез западной герметической традиции с православным мистицизмом, гностицизмом и византийской иконографией. Некоторые из таких колод были ориентированы на работу с иконическими архетипами, интерпретированными через призму каббалы и алхимии. Известны случаи, когда карты изготавливали по индивидуальному заказу для внутренних орденов или магических кружков, и использовали исключительно в рамках закрытых инициационных практик.

Интерес к Таро также проявлялся в литературной среде. Вера Крыжановская (графиня Рошфор), одна из ярких писательниц-оккультисток своего времени, в своих романах описывала символику арканов в контексте внутренней трансформации и прохождения духовных испытаний.

Фрагмент девятой лекции «Многообразие подходов и отсутствие границ: психологический, развлекательный, эзотерический контекст» курса «История и символика европейских мантических традиций (на примере карт таро)».

Здесь рассматривается влияние Эли Рамана, канадского профессора искусствоведения, и Моритца Эгетмейера, немецкого психотерапевта и основателя издательства OH Verlag на появление и развитие Метафорических ассоциативных карт (МАК), а также сходства и отличия МАК от таро.

Курс доступен к приобретению в записи:

💰Стоимость: 20 000 руб.
✍️Записаться по email: academhermg@gmail.com
ТГ: @raziel777dark
📚Доступ к записям и материалам дается на месяц со дня поступления.

Герметизм - религиозное и теософское учение поздней античности, получившее новую жизнь в эпоху Возрождения, после перевода и публикации герметических трактатов, осуществленной Марсилио Фичино. Античный герметизм связан с именем Гермеса Трисмегиста (Триждывеличашего), который в большинстве трактатов выступает как пророк, вещающий истину, а в других - как одно из божеств.
Герметизм представляет собой совокупность учений, выраженных в т.н. «Герметическим корпусе», а так же ряде других текстах, связанных с именем Гермеса Трисмегиста («Асклепий», фрагменты из антологии Стобея etc). Все эти тексты создавались в промежутке ориентировочно между I и IV вв. до н.э., но мы не можем сказать, когда они окончательно превратились в тот корпус, с которым мы имеем дело сейчас. Либо же это результат деятельности самих герметических общин, либо к этому приложили руку византийские христианские интеллектуалы, многие из которых воспринимали Гермеса как египетского пророка, свидетельствовавшего о тех же истинах и ценностях, что и христианство (Лактанций, Кирилл Александрийский, Михаил Пселл). Многие исследователи говорят так же о «низовом», или, точнее, «практическом» герметизме, который представлял собой род того, что позднеантичном мире получило название теургии и который имел своей целью не расширение знаний, но установление контроля над той сферой мироздания, которая, согласно герметическим текстам, доступна человеку. В известной стпени написанные в поучительной или апокалиптической форме трактаты «Герметического корпуса» представляют собой «теологическое», космологическое и «антропологическое» оправдание подобных практик. Широко известно учение из «Асклепия» о богах, которых создает человек, и которые являются изваяниями, оживотворяемыми благодаря определенным практикам и призванию божественных сил. Они - боги, поскольку осуществляют чудесные дела, они требуют поклонения, но их «работа» находится в руках теурга. Наличие этих богов не означает отсутствия богов высших, бестелесных, которые и создали наш мир, а так же осуществляют промыслительное управление над ним. Однако способности человека к изменению реальности дарована именно высшими началами.
Несмотря на тот факт, что «практическую» магию мы видим в Египте еще I в. до н.э., а сочинения «Герметического корпуса» создавались во II-IV вв., а так же несмотря наличие в них элементов оправдания герметической теургии, едва ли герметизм представляет собой надстройку над низовыми «герметическими» практиками, теоретически окормляющую, оправдывающую и организующую их. Существовавшие и ранее данные практики были обязаны своим происхождением синкретичной религиозной культуре эпохи эллинизма. В III-I вв. до н.э. произошло разделение магического комплекса на два уровня: нормативный, принятый как «отеческая традиция» и узаконенный государственно, и частный, маргинальный, обслуживавший приватные интересы, а потому, хотя и являвшийся необычайно популярной практикой, находившийся с точки зрения официальной социальной иерархии в «андеграунде». Герметизм - это создание другой теологии и другой мировоззренческой парадигмы в ситуации, когда была налицо мощная конкуренция разных религиозно-мировоззренческих программ - язычества, христианства, различных изводов гностицизма. И, если существовала какая-то община (общины), с деятельностью которой связано появление «Герметического корпуса», она не совпадала с гипотетическими профессиональными сообществами практиков-магов и не была надстройкой над ними.
<...>

Светлов Р. В. Полный текст: https://summa.rhga.ru/edin/schools/detail.php?rraz=&ELEMENT_ID=5179

Герметизм - учение неоднородное и включает в себя различные уровни знания. Оно объединяет спекулятивное умозрение и экспериментирующий опыт, и это антиномическое единство в качественно ином модусе воспроизводит сложившуюся в классике структуру теоретического знания - структуру, в которой "неслиянно и нераздельно" согласуются "физика" и "метафизика", наука и философия (доисторический прецедент этой амбивалентности знания образуют миф в функции "теории" и магия в функции "науки"). В соответствии с этой неоднородностью в герметизме различают две довольно независимые и в тоже время связанные единым приданием ветви: низший или эмпирический, герметизм, и высший, или философско-метафизический, герметизм.
<...>

Семушкин А. В. Литературный корпус греко-египетского философского синкретизма // Человек как философская проблема: Восток - Запад. / Кирабаев Н.С. (ред.) - М.: Изд-во УДН, 1991 - С.96

Герметизм — система религиозно-философских, мистических и эзотерических знаний, окончательно сформировавшаяся в позднеэллинистическую эпоху (III—IV вв. н. э.). Герметизм представлен в первую очередь во множестве имевших тогда хождение так называемых герметических трактатов, подписанных именем Гермеса Трисмегиста, хотя как отдельные его концепции, так и все учение целом наложило свой отпечаток на позднеантичную литературу (в частности, гимнографию) и философию. Относительно личности Гермеса Трисмегиста уже в античности возникали споры, и источником герметизма считались либо древние стелы Гермеса-Тота, либо сочинения так называемых «египетских пророков», досконально изучивших всю западную и восточную мудрость. Всего таких сочинений, согласно Селевку Александрийскому, первоначально насчитывалось 20000, а согласно Манефону — 36525 (Ямвлих. О египетских мистериях, 8). Некоторые из них дошли до нас полностью или в отрывках. Философия античного герметизма разворачивается как откровение, данное Гермесу Трисмегисту Абсолютным умом (Поймандром) в ходе медитации. Здесь тесно переплетаются традиционная эллинская мифология и религиозная практика, философия (в особенности платоническая и неоплатоническая и стоицизм), а также восточные религиозные культы. Весь этот комплекс теоретических положений и мифологем окрашен в подчеркнуто «египетские» тона (например, персонажи произведений Гермеса носят имена Гора, Изиды и т.д.). Основой герметизма становится гносис, понимаемый как система тайных знаний о мире, передаваемых от учителя к ученику в своеобразных беседах-посвящениях в смысл вещей. Герметизм формулирует собственные представления об апофасисе, близкие к неоплатоническим. Бог предстает как непознаваемый ни умом, ни чувствами, но открывающий себя в гносисе. Наряду с первым Богом, Отцом и Создателем в ноуменальном мире существует множество иных божественных и демонических существ, творящих физический (чувственный) мир в акте единения душевной природы и материальной субстанции, результатом которого является всевластная Природа. Человек, изначально являющийся единой абсолютной личностью, в результате своей дерзости лишается этого единства и становится управителем космоса, обустраивая его для себя и по собственному усмотрению. Бог созидает порядок жизни и смерти, под которой в герметизме понимается не разрушение, а изменение. Свое практическое воплощение герметизм нашел в системе так называемых герметических наук — астрологии, в древности воспринятой греками от вавилонян; алхимии, теоретические основы которой были заложены в трактате «Изумрудная скрижаль», по преданию начертанном на могиле Гермеса Трисмегиста по приказу Александра Македонского; магии и теургии как средств взаимодействия со сверхъестественными силами; медицины. Герметизм был весьма популярен в Европе, начиная со средних веков, и послужил теоретической и практической основой (наряду с каббалистикой) для оккультизма.

Лукомский Л. Ю. Герметизм // Академия. Материалы и исследования по истории платонизма. СПб.: Изд. СПБГУ, Выпуск 2. 2000 - С. 340

Гермес Трисмегист (т. е. трижды величайший) — вымышленный автор теософского учения, излагаемого в нескольких книгах и отрывках египетско-греческого происхождения, известных под его именем. Хотя это имя не случайно взято у греческого бога Гермеса (лат. Меркурия, соответствующего египетскому Тоту, Тауту, или Теуту), путеводителя душ (психопомпа) и покровителя тайных знаний, тем не менее в герметических книгах Г. Трисмегист является не богом, а мудрым мужем, получающим высшее божественное откровение и сообщающим его людям через своих сыновей Тота, Асклепия и Амона.
I. Герметические книги. Время их происхождения определяется двумя фактами: 1) Климент Алекс., процветавший во второй половине II и начале III в. (последнее известие о нем относится к 211 г.) и часто цитировавший тогдашних гностиков, нецитирует наших герметических книг и не упоминает вовсе о самом Г. Трисмегисте, а говорит только о 42 древних священных книгах Гермеса, т. е. Тота, на египетском языке, обнимавших всю иератическую мудрость Египта, от гимнов богам до медицины и физиологии женщин (Clem. Alex., «Stromatum» lib. VI, с. IV); 2) Лактанций, живший во второй половине III и первой трети IV в., уже цитирует Г. книги, как высокий авторитет; следовательно, главные из них (за исключением «Асклепия», см. ниже) должны быть отнесены к эпохе между писательской деятельностью Климента и Лактанция, т. е. к средине III в. по Р. X. Возможна, но маловероятна более ранняя эпоха. Отдельные фрагменты принадлежат к более позднему времени; так в одном есть, по-видимому, намеки на имп. Валента (конец IV в.), как на царствующего государя. Много цитат из Г. книг находится у Кирилла Алекс. (V века) и у Стобея. — Г. книги написаны прямо на плохом греческом яз., а не переведены с египетского, как видно из встречающейся игры греческими словами; египетский элемент виден в некоторых основных идеях и представлениях и в именах богов; прямых заимствований из тех 42-х священных книг древнего Египта, о которых говорит Климент, с уверенностью указать нельзя. Из дошедших до нас Г. книг четырнадцать трактатов соединяются обыкновенно вместе под общим названием Пэмандра, принадлежащим собственно лишь первому из них (Ποιμανδρις — пастырь мужей — под этим названием является говорящий с Гермесом Трисмегистом божественный Ум). Вот заглавия этих трактатов: 1) Пэмандр, 2) Вселенское слово Гермеса Асклепию, 3) Священное слово Г. Трисмегиста, 4) Кратир, или Монада, 5) Невидимый Бог весьма явен, 6) Благо в одном Боге и нигде больше, 7) Величайшее зло для людей неведение Бога, 8) Ничто не исчезает, 9) О мысли и ощущении, 10) Ключ, 11) Ум к Гермесу, 12) О всеобщем Уме, 13) О возрождении и о правиле молчания, тайная проповедь на горе, и 14) Мудрость. Затем мы имеем книгу: Посвятительная речь, или Асклепий (эта книга, состоящая из 16 глав, дошла до нас только в старом латинском переводе, приписанном Апулею, жившему во II в.; если бы это было справедливо, то «Асклепия» нужно было бы признать за самую раннюю из наших герметических кн.; по другим, более верным признакам этот трактат следует отнести к началу IV в.); далее. три больших отрывка книги: Дева мира (или «Зрачок мира» — κόρν κόσμου); десять отрывков из разговора Г. с сыном его, Татом; восемь отрывков из книг Г. к Аммону; девять кратких отрывков без названия и, наконец, три «определения» Асклепия царю Аммону: о солнце и демонах, о телесных страстях и похвала царю. Средневековые алхимики приписывали Г. Трисмегисту так называемую Изумрудную таблицу — отрывок загадочного содержания и неизвестного происхождения; находя здесь аллегорическое описание философского камня, они признавали этот отрывок основным текстом своего учения, которое и называли поэтому Герметической философией.

Соловьев В.С. // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона