Выставочный проект «Свободная зона», 1994, кураторы: Михаил Рашковецкий, Александр Ройтбурд.
На фото Одесский художественный музей. Фотографии в архивах мсио.
Среди участников: художники из Одессы, Киева, Львова и Харькова, также из Молдовы, России и США.
Михаил Рашковецкий вспоминает:
"Помню страшную ночь перед открытием «Свободной зоны» в Художественном музее. Перед этим, заранее, я потратил много усилий и времени на заготовку материалов для будущей экспозиции. В концепции звучало слово «лестница», и мы арендовали и натащили в музей кучу веревочных трапов, узловатых «концов», сетей и еще чего-то из складов уже разворованного пароходства. Я предполагал использовать все это для инсталлирования пространства. Но руки не дошли. Дело в том, что работы большинства одесских участников были смонтированы заранее. Но многие иногородние художники должны были привезти все свое утром за день до открытия. Однако не привезли: закинули вещи в гостинице, где для них были забронированы места, и пошли на пляж. Мол, завезем к вечеру, когда жара спадет. А вечером музей закрыт, на вечерние и ночные работы для милиции нужно специальное разрешение дирекции с фамилиями работающих. Короче говоря, мы вдвоем с Галиной Богуславской всю ночь монтировали экспозицию, и было уже не до трапов (только один использовали для монтажа «Муравьев» Сени Узенькие Глазки). Я помню свое чувство ненависти к свободным художникам в эту ночь, помню тупое «делай, что должно» и почему-то – образ слепой лошади в шахте, идущей по бесконечному кругу. Кстати, мало кто из художников сказал кураторам спасибо за этот проект, в основном предъявлялись претензии. Только лет пять спустя Борис Михайлов очень серьезно поблагодарил одесситов за первый показ своих работ в музейном пространстве (это была серия фото «Я – не я»). Он-то хорошо понимал, что значит бесцензурная «Свободная зона» в государственном учреждении культуры."
⬇️⬇️⬇️
На фото Одесский художественный музей. Фотографии в архивах мсио.
Среди участников: художники из Одессы, Киева, Львова и Харькова, также из Молдовы, России и США.
Михаил Рашковецкий вспоминает:
"Помню страшную ночь перед открытием «Свободной зоны» в Художественном музее. Перед этим, заранее, я потратил много усилий и времени на заготовку материалов для будущей экспозиции. В концепции звучало слово «лестница», и мы арендовали и натащили в музей кучу веревочных трапов, узловатых «концов», сетей и еще чего-то из складов уже разворованного пароходства. Я предполагал использовать все это для инсталлирования пространства. Но руки не дошли. Дело в том, что работы большинства одесских участников были смонтированы заранее. Но многие иногородние художники должны были привезти все свое утром за день до открытия. Однако не привезли: закинули вещи в гостинице, где для них были забронированы места, и пошли на пляж. Мол, завезем к вечеру, когда жара спадет. А вечером музей закрыт, на вечерние и ночные работы для милиции нужно специальное разрешение дирекции с фамилиями работающих. Короче говоря, мы вдвоем с Галиной Богуславской всю ночь монтировали экспозицию, и было уже не до трапов (только один использовали для монтажа «Муравьев» Сени Узенькие Глазки). Я помню свое чувство ненависти к свободным художникам в эту ночь, помню тупое «делай, что должно» и почему-то – образ слепой лошади в шахте, идущей по бесконечному кругу. Кстати, мало кто из художников сказал кураторам спасибо за этот проект, в основном предъявлялись претензии. Только лет пять спустя Борис Михайлов очень серьезно поблагодарил одесситов за первый показ своих работ в музейном пространстве (это была серия фото «Я – не я»). Он-то хорошо понимал, что значит бесцензурная «Свободная зона» в государственном учреждении культуры."
⬇️⬇️⬇️
Сергей Ануфриев о Валентине Хруще:
◽️Дзен мастер :
«Мне в жизни невероятно повезло – я был учеником настоящего дзенского мастера. В том, что он жил в Одессе, нет ничего странного – любой мастер подтвердит простую истину о том, что у дзена нет границ, это сама беспредельность. Странным кажется (уже глядя из следующего века) то, что Одесса, кишащая чудаками, оригиналами, модниками и воображалами, среди которых находились и гении, и святые, и мастера своего дела, породила только одного человека, сумевшего сфокусировать все вместе взятое, и превратить аномалию в дзен, мастерство – в ежесекундное жизнетворчество, в непрерывный праздник искусства. Валик Хрущ единственный, кто в Одессе поднял художественное мастерство в соединении с гением до уровня духовной практики, ведущей за пределы известного»
▪️Хрущ и Тарковский:
«В Москве подобную роль в это же время (60-70-е) играл Андрей Тарковский. Примечательно то, что они были похожи как близнецы – одного роста и возраста. Незадолго до отъезда за рубеж Тарковский был в Одессе, и его повели к Хрущу. Здесь произошла встреча двойников... Андрей Тарковский оказался лицом к лицу не только с самим собой, но и с собственной эстетикой, столь же мало отличной от себя, как и стоящий перед ним Валик Хрущ. Пожалуй, отличие было лишь в способе выражения – Валик писал картины, фотографировал, вырезал рамы, а Андрей снимал кино. Но сходство поразило его несравненно больше, и поразило неприятно. Покидая жилище Хруща, до ужаса похожее на жилище Сталкера, Андрей молчал. Думаю, что, как человек глубоко мистический, Тарковский должен был испугаться»
◽️Дзен мастер :
«Мне в жизни невероятно повезло – я был учеником настоящего дзенского мастера. В том, что он жил в Одессе, нет ничего странного – любой мастер подтвердит простую истину о том, что у дзена нет границ, это сама беспредельность. Странным кажется (уже глядя из следующего века) то, что Одесса, кишащая чудаками, оригиналами, модниками и воображалами, среди которых находились и гении, и святые, и мастера своего дела, породила только одного человека, сумевшего сфокусировать все вместе взятое, и превратить аномалию в дзен, мастерство – в ежесекундное жизнетворчество, в непрерывный праздник искусства. Валик Хрущ единственный, кто в Одессе поднял художественное мастерство в соединении с гением до уровня духовной практики, ведущей за пределы известного»
▪️Хрущ и Тарковский:
«В Москве подобную роль в это же время (60-70-е) играл Андрей Тарковский. Примечательно то, что они были похожи как близнецы – одного роста и возраста. Незадолго до отъезда за рубеж Тарковский был в Одессе, и его повели к Хрущу. Здесь произошла встреча двойников... Андрей Тарковский оказался лицом к лицу не только с самим собой, но и с собственной эстетикой, столь же мало отличной от себя, как и стоящий перед ним Валик Хрущ. Пожалуй, отличие было лишь в способе выражения – Валик писал картины, фотографировал, вырезал рамы, а Андрей снимал кино. Но сходство поразило его несравненно больше, и поразило неприятно. Покидая жилище Хруща, до ужаса похожее на жилище Сталкера, Андрей молчал. Думаю, что, как человек глубоко мистический, Тарковский должен был испугаться»
Юрия Лейдермана сегодня ночью не пустили в Борисполе в Украину.
Он летел из Берлина, чтобы провести в нашем музее экскурсию по выставке Кадана «(не)означені», а завтра участвовать в дискуссии с Каданом на закрытии выставки.
Юрий Лейдерман — художник и писатель, один из зачинателей концептуального искусства в Одессе и участник одесской концептуальной группы.
"Автопортрет с софитами", 2018, из фб автора
Он летел из Берлина, чтобы провести в нашем музее экскурсию по выставке Кадана «(не)означені», а завтра участвовать в дискуссии с Каданом на закрытии выставки.
Юрий Лейдерман — художник и писатель, один из зачинателей концептуального искусства в Одессе и участник одесской концептуальной группы.
"Автопортрет с софитами", 2018, из фб автора
Выставка Стаса Волязловского в мсио закончилась. Очень круто, если вы на неё попали, грустно если нет: не представляю когда и при каких обстоятельствах снова можно будет увидеть работы Волязловского в Украине.
Специально для пропустивших зафоткал его работы сделанные для проекта Karas Gallery «A4, шариковая ручка». Альбом с ними можно купить, опять же, в Karas Gallery, в Киеве (в альбоме работ намного больше).
Цитируя Волязловского: «Искусство принадлежит народу, а деньги за искусство — художнику». Художника уже нет в живых, так что просто загружаю вам в последующих постах его искусство.
(из-за автобиографичного рисунка с петлей многим казалось, что Волязловский повесился, но это не так)
Специально для пропустивших зафоткал его работы сделанные для проекта Karas Gallery «A4, шариковая ручка». Альбом с ними можно купить, опять же, в Karas Gallery, в Киеве (в альбоме работ намного больше).
Цитируя Волязловского: «Искусство принадлежит народу, а деньги за искусство — художнику». Художника уже нет в живых, так что просто загружаю вам в последующих постах его искусство.
(из-за автобиографичного рисунка с петлей многим казалось, что Волязловский повесился, но это не так)