Презентация пространственно-деятельностной стратегии и архитектурного решения Арктического музея современного искусства (АММА)

Наталья Федянина, директор Музея Норильска;
Илья Мукосей, руководитель авторской группы

Наталья Федянина: Коллекция, которую производит резиденция как бесконечная фабрика, — это больше про contemporary и очень про место.

Почему вдруг возникла такая странная и не всем понятная идея создания такого музея? Я вам показывала концепцию развития всего музейно-выставочного комплекса. Она рассчитана примерно на 10 лет. В ней мы определили, что мы имеем в исходной точке – на 2016-й год. Были явные и вполне рациональные проблемы. Например, наша художественная галерея расположена в многоэтажном жилом доме. За время, пока она там существует, периодически что-то где-то течет, и поделать с этим ничего нельзя – невозможно отселить восемь верхних этажей. Очевидно: чтобы фонды были в сохранности, нужно искать другое, отдельное помещение. Вторая история: когда мы писали эту концепцию, у нас уже работала арт-резиденция. Было создано несколько проектов, и сначала не было цели формировать коллекцию. Но за 8 лет стало понятно, какой мощный ресурс мы получили – архив современного искусства. Событийная повестка, энергия, другая аудитория, большое внимание СМИ. Потом из-за первой задачи была попытка найти новое здание. Примерно за 1,5 года мы получили бывший Дом торговли. Кстати, часто именно торговые центры переделывают под такие задачи.

Рядом с этим зданием постепенно создается городской парк «Озеро Долгое». Такое открытое общественное пространство в Арктике никак не может быть без укрывающего и согревающего здания рядом, желательно муниципального. Общественная функция такого большого безбилетного гостеприимного — буквально согревать людей. Иначе парк будет слишком мало востребован.

Проблема была не в том, чтобы просто перевезти художественную галерею – надо собрать в одном месте все фонды. Очень неудобно, когда они в разных местах. Это с одной стороны рационально – создать для коллекции нормальные условия и современное хранилище. Второе – это уже общая тенденция – создание депозитария с открытым хранением. Это будет не просто художественный музей, а музей современного искусства. Мы видим приезжающих к нам художников и понимаем, как и с чем они работают. Мы открываем фонды – святая святых любого музея – не просто для посетителей, а для работы с ними художников, работы со смыслами города.

▶ Продолжение в следующей публикации

#МузейныеКоммуникации_Норильск
❤️ Музейные коммуникации

Презентация АММА: продолжение

Илья Мукосей:

Почему термин «современно искусство» уместен в названии? В музее уже работала Полярная арт-резиденция, и он уже имеет коллекцию искусства ХХ века. Кроме того, мы имели фонды краеведческого плана. Мы решали три основные задачи:
создание городского общественного пространства, пространства для экспонирования современного искусства и депозитарий, в который могли бы переехать фонды музея. Мы хотели освободить основное здание музея (на Ленинском, 14) от хранилищ, чтобы сделать следующий шаг в его развитии. А здание бывшего Дома торговли такое большое, в него точно все влезет, думали мы.

Собралась группа, в которой помимо двух московских архитекторов, Сергея Ковалевского, который сыграл большую роль, сотрудники музея, два норильских архитектора, два социолога, но с социологией был не самый удачный опыт. В результате через несколько месяцев образовалась эта книга в 2018 году. В ней была сформулирована миссия будущей институции. Это идея Сергея Ковалевского, когда в названии «Дом торговли» буквы поменялись местами, и получилось «Дом говорит». Одна буква «ушла погулять», но она тоже свою роль сыграет. О чем же этот дом нам рассказал? Мы облазили его сверху донизу, постарались к нему тоже отнестись как к своеобразной ценности, понять, как он устроен, как его приспособить под музей и чего в нем не хватает. А не хватает, конечно, высоких и свободных от каких-либо колонн пространств. Потолки три метра, шаг колонн шесть метров, и нет нормальной входной зоны, где могли бы разместиться посетители, еще не сняв свои норильские шубы зимой.

Тем не менее, масса интересных визуальных эффектов внутри и снаружи, связь с городом через крышу, вид на гору Шмидта, в сторону дикой природы, Севера, космоса.

Главное, что было сформулировано по поводу структуры будущего здания, это условные три слоя: горизонт сообщества – пространство для коммуникации между людьми, которое особо активно могло бы работать зимой, горизонт памяти – то самое пространство, не просто хранилище, а где современные практики могут встретиться с фондами музея. И горизонт дали, где можно, с одной стороны, устанавливать связь с пейзажем и современной актуальной ситуацией в мире искусства.

Два ключевых типа экспозиционного пространства для современного музея – White Cube и Black Box. Они задают потенциал диалога между галереей и хранилищем, между днем и ночью, амнезическим и мемориальным, между пустым и заполненным, между ясным и смутным, между активистским и меланхолическим. Это сообщающиеся сосуды, в которых посредством кураторских и коммуникативных технологий переливаются стратегические смыслы.
Наш блэк бокс, черный ящик – пространство, максимально загрязненное локальным контекстом, тот самый депозитарий, который тем не менее при пропускании через него чего-то нового выдает непредсказуемый и от этого еще более интересный и ценный продукт.

Фото: Музей Норильска

▶ Продолжение в следующей публикации

#МузейныеКоммуникации_Норильск
❤ Музейные коммуникации