Не, ну это прям комедия😂😂

Привет, это Алексей Сафронов, и у меня короткое послесловие к нашему с Олегом диалогу о пошлинах Трампа. После сегодняшнего Трамповского: "Я передумал", - у меня чувство, что мы с Олегом перемудрили, а дедушка просто решил нарубить бабла на бирже. Любой инвестор, который знал, что Трамп сначала обвалит рынки, а потом передумает, сегодня разбогател. Вообще-то за использование инсайдерской информации для игры на бирже полагается тюрьма, но "кто ж его посадит, он же памятник".
P.s. нет, я не считаю, что торговая война будет понарошку, но согласитесь, что навариться на объявлении войны - это круче, чем просто объявить войну.

К этому стоит добавить историю со взлетом мемкоина Трампа на инаугурации, который взлетел и сдулся.

В эту логику ложится и заваливание бюрократии своими указами, и ее общая хаотизация. Пока все заняты DOGE Маска, никто не мешает обогащаться😁

Вчера мне довелось побывать на внутреннем собрании одной из наших крупнейших корпораций, и я своими ушами слышал, как они планируют использовать ИИ. Это не просто внедрение новой технологии, это целая стратегия, которая, честно говоря, заставляет о многом задуматься. Стало ясно, что для крупного бизнеса ИИ – это прежде всего инструмент для повышения эффективности и усиления контроля, а люди... Люди в этой схеме выглядят несколько иначе.

Первое, что бросилось в глаза – это ультимативность. В ближайшие пару лет абсолютно все сотрудники должны освоить ИИ. Это подается не как возможность, а как жесткое требование, без которого ты просто окажешься за бортом. Чтобы «подстегнуть» мотивацию, нам даже показали прогнозы по сокращениям на рынке из-за ИИ. Довольно прозрачный намек: адаптируйся или уходи.

Дальше – больше. Их долгосрочная цель к 2032 году – максимально автоматизировать процессы с помощью ИИ-агентов. По сути, создать организацию, где основную работу выполняют алгоритмы, а люди нужны лишь для надзора или выполнения задач, которые пока нельзя автоматизировать. И отношение к этим людям прозвучало довольно откровенно. Фраза руководителя о том, что с помощью ИИ можно «наделать тысячу Иванов и Джамшутов», резанула слух. Она показывает, что в этой системе человек рассматривается не как личность или специалист, а как функция, ресурс, который в идеале нужно заменить чем-то более предсказуемым и дешевым – алгоритмом.

И вот тут возникает главный вопрос. ИИ ведь обладает огромным потенциалом: он мог бы освободить нас от рутины, сократить рабочий день, помочь решать сложнейшие задачи на благо всех. Но то, что я увидел – это использование технологии для другого: для сокращения издержек (то есть людей), для интенсификации труда тех, кто останется, для увеличения прибыли и контроля собственников. Получается, мощнейший инструмент прогресса направляется не на общее благо, а на усиление позиций тех, кто владеет капиталом.

Это неизбежно приведет к росту неравенства: кто-то потеряет работу, кто-то будет работать на износ под неусыпным контролем алгоритмов, а выгоду получат единицы. Мне кажется важным понимать эту динамику. Технологии сами по себе не плохие и не хорошие, но то, как их применяют в текущей экономической системе, может иметь очень серьезные последствия для большинства из нас. И осознание этого – первый шаг к тому, чтобы задуматься об альтернативных путях развития, где технологии служат людям, а не только интересам корпораций.

Мы же с Вами, друзья, конечно не готовы к развитию событий, но на этом канале я предсказывал, что именно такими путями всё это пойдет. ИИ не заменит всех людей полностью, но заберет работу кусками, системы перестроятся под его операторов и миллионы людей останутся не у дел, пока оставшиеся попадут в условия сверхэксплуатации. Пока считаю, что это и станет точкой бифуркации, что разорвет классовое общество. Но перед этой точкой мы попадем в мир абсолютного неравенства. Впереди темные время, но уже забрезжил свет.

Корпорации – обществу!
Агентов – трудящимся!

Анекдот из жизни:

Спрашиваю студентов о том, хотят ли они поговорить о событии, которое происходит редко? (Имея в виду биржевой крах.)

Студент с места: «Паша Техник умер?»

Меня давно занимает этот вопрос – может ли машина, кусок кремния и кода, однажды обрести сознание? Каждый раз, когда я вижу, как нейросети создают осмысленные тексты или поразительные изображения, внутри что-то ёкает. Мыслят ли они? Или это просто невероятно сложная имитация, фокус, которому мы сами рады обманываться?

И тут же попадаешь в классический философский клинч, где копья ломают уже не первый год. С одной стороны – функционалисты. Эти ребята говорят: да какая разница, из чего оно сделано? Мозг, кремниевый чип – неважно. Главное – функция, архитектура, способ обработки информации. Если машина сможет выполнять те же функции, что и сознательный мозг – обрабатывать информацию, строить модели мира, реагировать, обучаться, – то она и будет сознательной. Логично? Вроде бы да. Такая чистая, почти математическая элегантность в этой идее, очень в духе прогресса, который я так ценю. Никакой магии, только сложность системы.

Но с другой стороны – биологические натуралисты. И их позиция мне тоже не чужда, она как-то… теплее, что ли. Они качают головой: нет, сознание – это не просто софт, который можно запустить на любом железе. Это феномен жизни, продукт нашей уникальной, «мокрой» биологии, результат миллиардов лет эволюции, сложнейшей химии нейронов, гормонов, всего того, что мы и сами-то до конца не понимаем. Они говорят, что пытаться воссоздать сознание на кремнии – это как пытаться сделать живой организм из конструктора Lego. Можно собрать что-то похожее внешне, но жизни там не будет. В этом есть своя правда, своя глубина, уважение к тайне живого.

И вот где я сам в этом споре? Честно? Я мечусь. Как диалектический материалист и прогрессист, я не хочу ставить априорных преград. Я верю, что материя в своем развитии способна на многое, и кто сказал, что биологический субстрат – это венец творения и единственный носитель разума? Функционалистский подход кажется мне более открытым будущему, он не закрывает двери перед возможностями.

Но… И это «но» очень весомое. Когда я смотрю на нынешние ИИ, даже самые продвинутые, я не вижу той самой искры. Той самой автономной инициации, внутреннего импульса, о котором я уже думал. Они реагируют, выполняют задачи, даже «творят» по запросу. Но делает ли это их живыми в том смысле, в каком живой я, с моими спонтанными желаниями, страхами, тоской по Вьетнаму или внезапным решением написать этот текст? Пока нет. Человек остается тем внешним «богом из машины», который дергает за ниточки, задает цель.

Возможно ли это изменить? Сможем ли мы однажды создать или вырастить систему со своей собственной, внутренней «волей», со своими целями, не заложенными нами? Функционалисты сказали бы «да, это вопрос сложности и архитектуры». Биологисты – «скорее всего, нет, без биологии не получится». А я… я думаю, что мы пока просто слишком мало знаем. Но сама эта загадка, сама возможность появления нового типа разума – это то, что одновременно и завораживает, и немного пугает. И это, пожалуй, один из самых фундаментальных вопросов, который наше время ставит перед человечеством.

А как вы, друзья, смотрите на проблему сознания машины?

❗️Советские солдаты погибли после встречи с инопланетным НЛО, говорится в рассекреченном документе, опубликованном на сайте ЦРУ, передает Fox News. 

В документе говорится, что советские солдаты якобы сбили НЛО, пролетавший над военной базой. Сообщается, что инопланетяне-гуманоиды выбрались из обломков, слились в один объект и вспыхнули ярким светом, превратив всех 23 советских солдат, кроме двоих, в камень. 

"Если досье КГБ соответствует действительности, то это крайне угрожающий случай. У инопланетян такое оружие и технологии, которые превосходят все наши предположения. Они могут постоять за себя, если на них нападут", - цитируется в отчете  неназванный представитель ЦРУ. 

По оценкам Canadian Weekly World News, предполагаемый инцидент произошел между 1989 и 1990 годами и был впервые опубликован в 1993 году. 

Согласно документу, полученная американской разведкой информация содержала сообщения о "низколетящем космическом корабле в форме тарелки" над советским подразделением, участвовавшим в учениях. 

Чиновники написали, что "по неизвестным причинам" солдаты запустили ракету класса "земля-воздух" по неизвестному самолету, в результате чего он потерпел крушение недалеко от военной базы. 

В отчете описывается, как "пять невысоких гуманоидов с "большими головами и большими черными глазами" появились из потерпевшего крушение космического корабля и слились воедино, создав один "единый объект", издавая при этом громкий жужжащий звук. Сообщается, что затем сферический объект вспыхнул ослепительно ярким светом. Двое мужчин, как сообщается, выжили в этой стычке, поскольку они стояли в тени и не были полностью подвержены воздействию вспышки света.

Специально переслал весь текст что бы показать отличный пример манипуляции обществом со стороны СМИ.

Ради интереса просто возьмите и переведите документ, даже в приложенном документе видно что это не верефицированная информация от подразделения ЦРУ которое занималась сбором информации из советских СМИ. А ссылка вообще на локальную газету «Тернополь вечерний» и статью с говорящим названием «Космическая месть»😁

Ребята подготовили очень хороший материал показывающий реальную роль личности в истории исходя из работы Плеханова, очень рекомендую ознакомиться. Лично я с предложенной концепцией полностью согласен.

Друзья! Понедельник — день тяжелый, планирую вернуться к вам вечером. Я наконец-то собрал у себя в голове все кусочки пазла Одиссеи капитана Трампа и поделюсь с вами мыслями по этому поводу, в течение недели выпустив серию постов. Продолжаю работать над своей концепцией личности как диалектического единства биологического содержания и социальной формы, так что, быть может, тоже какие-то мысли свои напишу, ну и если что-то интересное на этой неделе произойдет, прокомментирую. Желаю всем дожить до выходных!

Одиссея капитана Трампа. Часть 1:

Тарифный гамбит – торговая война или блеф?

Начинаем погружение в бурную одиссею господина Трампа, пытаясь разглядеть за пеной политических заявлений и медийного шума движущие силы его политики. Его маневр с которого стоит начать разговор, – это "тарифный гамбит".

Что мы видим? Объявлено: на импортные товары вводится пошлина, да еще и хитро привязанная к дефициту торгового баланса с конкретной страной. Звучит почти как экономическая теорема. Кажется, это должно заставить американцев одуматься и начать покупать родное, американское. Поддержать, так сказать, отечественного производителя, вернуть рабочие места, ну и далее по списку предвыборных мантр.

Однако действительно ли такой прямолинейный ход изменит устоявшиеся потребительские привычки? Мы же сами видим в России в условиях санкций, как люди продолжают покупать ту же условную "Пепси", даже если она стала дороже или везется окольными путями из соседних стран. Привычка – вторая натура, а экономические связи и логистические цепочки – штука посложнее простых указов. Так может, реальная цель – не столько пересадить потребителя на "свое", сколько банально собрать больше денег в казну? Государству ведь всегда нужны средства, особенно когда аппетиты велики.

Или это инструмент покрупнее? Смотрим на международную арену. Вот Трамп общается с генсеком Вьетнама, и тот, по его словам, готов снизить пошлины чуть ли не до нуля, лишь бы уйти из-под американского тарифного пресса. Выходит, глобальные пошлины – это такая дубина, которой можно шантажировать и выбивать уступки в двусторонних отношениях? Игра мускулами на мировой арене, попытка переформатировать торговые потоки в пользу американского капитала, используя рычаги государственного принуждения.

Так что же это – продуманная стратегия по защите национальных экономических интересов (или интересов определенных групп капитала, стоящих за Трампом), начало реальной торговой войны? Или это скорее политический блеф, тактический ход, рассчитанный на внешний эффект и решение сиюминутных политических задач? Однозначного ответа пока нет, но ясно одно: этот "гамбит" – лишь один из первых актов сложной драмы, разыгрывающейся на наших глазах, и его последствия нам еще предстоит расхлебывать. Продолжим наблюдение за этой одиссеей.

Смотрю на то, что происходит в мире, в своей стране, и не отпускает тревожное недоумение. Откуда этот резкий крен к ультраправым идеям, к национализму, к поиску врагов и желанию отгородиться от всех? Кажется, еще вчера мы говорили о глобализации, открытости, прогрессе, а сегодня – будто откат на сто лет назад, в эпоху племенных войн, только с новыми технологиями. Почему риторика страха и ненависти находит такой отклик?

Пытаясь разобраться, натыкаешься на исследования о том, как наш мозг устроен. Есть там эта древняя система сигнализации – миндалевидное тело (амигдала), заточенная на распознавание опасности, особенно социальной. Она моментально делит мир на «своих» и «чужих», когда чувствует угрозу. И вот тут картинка начинает складываться. Современный мир с его кризисами – экономическими, политическими, миграционными, не говоря уже о войнах и пандемиях – это же один сплошной стресс-фактор. Постоянное чувство нестабильности, неопределенности, страха за будущее – идеальная почва для того, чтобы эта древняя система работала на повышенных оборотах. Повышенная активность миндалины, как предполагают ученые, коррелирует с большей чувствительностью к угрозам и, как следствие, с большей приверженностью консервативным, охранительным взглядам. Мозг в панике ищет защиты в понятном, в «проверенном», в сильной группе, в отрицании всего незнакомого и потенциально опасного. Это не оправдание, конечно, но это та уязвимость, та психологическая кнопка, на которую так успешно давят ультраправые. Они ведь не сложные концепции предлагают, они бьют прямо туда – в страх, в потребность защититься, в желание найти виноватого «чужого».

И на этом фоне особенно больно видеть, как часто ошибаемся мы, стоящие на прогрессивных, левых позициях. Вместо того чтобы работать с этим страхом, с этой глубинной психологией, мы часто занимаем позицию «в белом пальто». Начинаем читать лекции с высоты своего интеллектуального превосходства, оперировать сложной статистикой, которую никто не слушает, брезгливо отмахиваться от иррациональных, казалось бы, страхов людей. Мы пытаемся потушить пожар эмоций струйкой холодной логики. Это как спорить с человеком в панической атаке о правилах грамматики – бессмысленно и даже жестоко. Мы забываем, что человек – существо не только рациональное, но и глубоко эмоциональное, и его политический выбор часто определяется именно чувствами, а не выкладками из научных журналов.

Этот элитизм, эта ставка только на рацио, это неумение предложить сильную позитивную эмоцию взамен страха – вот наши ошибки. Мы проигрываем битву за сердца, увлекшись битвами умов в своем узком кругу. Что делать? Наверное, для начала признать, что биология и психология – это не что-то отдельное от политики. Это то, с чем нужно считаться. Нужно учиться говорить так, чтобы нас слышали, – не только умом, но и сердцем. Не просто разоблачать ложь, но и предлагать надежду. Не просто критиковать ненависть, но и активно строить солидарность. Не отмахиваться от страхов людей, а показывать другой путь к безопасности – через сотрудничество, эмпатию, решение реальных проблем, а не поиск козлов отпущения. Пока мы не научимся работать на этом, более глубоком, человеческом уровне, боюсь, мы так и будем с недоумением смотреть, как мир катится в пропасть, вооруженные лишь безупречной, но никому не нужной правотой.

Одиссея капитана Трампа. Часть 2:

Заводы для реднеков – вернутся ли рабочие места или придут роботы?

В прошлый раз мы коснулись тарифных игр капитана Трампа. Но ведь его "одиссея" началась с другого мощного посыла, который и привел его на капитанский мостик – обещания вернуть Америке былое величие через возрождение промышленности. Лозунг "Make America Great Again" во многом опирался на ностальгию и надежды тех, кого демократы высокомерно называют "реднеками", "кантри-боями", "люмпенами" – людей из промышленных поясов, чьи рабочие места когда-то "уплыли" за океан вместе с заводами.

Он обещал им вернуть производство. Вернуть ту самую работу у станка, которая когда-то обеспечивала им стабильность и чувство собственного достоинства. И этот посыл, надо признать, попал в самое сердце значительной части электората, уставшей от глобализации и неолиберальных экспериментов. Казалось бы, вот он – простой и понятный план: заставить компании вернуться домой.

Но тут, как всегда, вмешивается диалектика и неумолимый ход технического прогресса. Хорошо, допустим, какая-то компания решает вернуть производство в Штаты. Какое решение она примет с точки зрения банальной экономической эффективности? Будет ли она восстанавливать старый завод, работающий по технологиям прошлого века, с большим количеством рабочих рук? Или же она построит ультрасовременное автоматизированное производство, где основную работу выполняют антропоморфные роботы условного Илона Маска, которые не бастуют, не просят повышения зарплаты и окупаются за несколько лет?

И вот тут возникает главный вопрос: создаст ли такое "возвращение" рабочие места для тех самых людей, которым это было обещано? Или это будет производство нового технологического уклада, где нужны совсем другие специалисты, а большинство старых рабочих окажутся не у дел?

С точки зрения долгосрочной стратегии государства и капитала, перенос производств обратно, но уже на новой, автоматизированной основе – это очень сильный ход. Он стимулирует развитие робототехники, инжиниринга, дает толчок научным разработкам, повышает конкурентоспособность экономики в целом. Это может быть действительно шагом к технологическому лидерству. Но вот незадача: этот блестящий стратегический маневр может совершенно не соответствовать тем простым и понятным обещаниям, которые давались конкретным людям.

Так что же это за часть "одиссеи"? Искренняя, хоть и наивная, попытка повернуть время вспять и вернуть старые добрые рабочие места? Или же циничное использование надежд своего электората для запуска глубокой технологической перестройки, от которой выиграют совсем другие люди и структуры?

Промелькнула новость – OpenAI, возможно, строит свою соцсеть. И знаете, это ощущается не просто как очередной виток корпоративной гонки, а как симптом чего-то большего, какой-то лихорадочной, почти отчаянной жажды. Жажды данных.

Кажется, гиганты ИИ доскребают последние крохи со стола "дикого" интернета. То, что вчера было безбрежным океаном информации, сегодня – мелеющий водоем, где за каждый новый глоток данных приходится бороться, платить или идти на ухищрения. API закрываются, контент прячется за пейволлы, поднимаются вопросы прав. И вот логичный, хоть и пугающий своей прямолинейностью шаг – создать собственный, неиссякаемый источник. Свою ферму по производству того единственного ресурса, который действительно имеет значение в нарождающейся эпохе – человеческого опыта, оцифрованного и готового к использованию нейросетями.

Данные – это новая нефть, новая земля, новая валюта. Это кровь, питающая ИИ, который все плотнее становится между нами и реальностью. Он – наш будущий интерфейс к миру, наш переводчик с языка хаоса на язык понятных нам смыслов и действий. И чем больше у него данных, чем они детальнее, специфичнее по каждой узкой теме – от квантовой физики до рецепта идеального борща – тем точнее и эффективнее будет это опосредование. Тем глубже ИИ сможет проникать в ткань бытия, оптимизируя, управляя, предсказывая.

И тут в голову лезет почти жутковатая фантазия, эдакий призрак цифрового социализма. Общество, где основной труд – это генерация данных. Где твоя ценность определяется не столько физическими усилиями или интеллектуальными прорывами в старом смысле, сколько объемом и качеством информации, которую ты поставляешь системе. "От каждого – по способностям к генерированию уникального контента, каждому – по объему и релевантности предоставленных данных". На первый взгляд, звучит как антиутопия, как превращение человека в винтик гигантской дата-фабрики.

Но стоит ли видеть в этом только антиутопию? А что, если взглянуть иначе? Что, если это не путь к цифровому рабству, а реальная альтернатива той самой "бессмысленной гонке" за прибылью, которая выхолащивает жизнь и обесценивает все, что не приносит денег?

Представьте: ИИ берет на себя рутину, а ценностью становится сам человеческий опыт – наши наблюдения, чувства, творчество, общение. Модель, где генерация данных признается вкладом, может наконец придать вес тому, что капитализм игнорирует: заботе, искусству не для рынка, самопознанию, просто внимательному взгляду на мир. Если твой уникальный опыт, твои знания, твоя способность видеть и фиксировать реальность становятся ценностью, обеспечивающей тебе доступ к благам, созданным коллективным интеллектом (человечество + ИИ), – разве это не освобождение?

Тогда лозунг "От каждого по способности генерировать данные..." звучит уже не как приговор, а как обещание более справедливого мира. Мира, где вклад каждого – ученого, поэта, путешественника, даже просто внимательного наблюдателя – находит признание. Где фокус смещается с бесконечного потребления на познание и созидание, потому что именно это генерирует самые ценные данные. Где общество стимулирует образование, творчество, глубину переживаний, потому что это выгодно всем. Где ИИ служит не максимизации прибыли корпораций, а раскрытию человеческого потенциала и гармонизации нашего взаимодействия с миром.

Конечно, риски огромны, и путь к такому будущему потребует мудрости и осторожности, чтобы не скатиться в тотальный контроль. Но сама возможность альтернативного пути, где технологии используются для построения более осмысленного и справедливого общества, а не только для увековечивания гонки за наживой, – эта возможность захватывает дух. И выбор, станем ли мы просто топливом для машины или ее со-творцами и бенефициарами, возможно, делается прямо сейчас.

💁‍♂️ Явный минус этой технологии

Одиссея капитана Трампа. Часть 3:

Долговой жупел – как напугать электорат цифрами

Продолжая следить за курсом капитана Трампа, нельзя обойти вниманием еще один излюбленный им инструмент навигации в бурном море политики – вечную песню о гигантском, ужасающем, неподъемном государственном долге США. Ох, сколько раз мы слышали эти апокалиптические прогнозы, видели эти графики с улетающими в космос триллионами! Этот "долговой жупел" стал почти неотъемлемой частью пейзажа.

И надо признать, на обывателя это действует. Огромные цифры с множеством нулей действительно пугают. Сразу рисуется картина неминуемого банкротства, коллапса, чуть ли не долговой ямы для всей нации. И Трамп, как мастер упрощений и ярких образов, с удовольствием использует этот страх, рассказывая своему электорату, как он будет бороться с этим монстром.

Но давайте, опять же, взглянем на ситуацию с точки зрения здравого смысла и экономической логики, как она прозвучала в нашем исходном обсуждении. Действительно ли все так страшно? Во-первых, размер экономики США тоже, мягко говоря, немаленький. И если соотнести долг с ВВП, то картина может оказаться вполне себе среднестатистической, не уникальной и уж точно не предсмертной. Во-вторых, и это главное, сам по себе госдолг – это не зло в чистом виде, а вполне рабочий инструмент макроэкономической политики, которым пользуются все развитые страны.

Что на самом деле важно для экономики – так это не сама номинальная цифра долга, а способность его обслуживать. Сколько нужно ежегодно платить процентов? Под какой процент брали? Как это влияет на курс валюты? Сколько нужно закладывать в бюджет на выплату купонов по облигациям? Вот эти параметры гораздо важнее для реального состояния дел, чем просто абстрактная цифра с двенадцатью нулями. Но объяснять такие сложности электорату – дело неблагодарное. Гораздо проще показать страшную цифру и сказать: "Видите? Они все разворовали, а я приду – порядок наведу!".

Именно поэтому тема госдолга так удобна для политических манипуляций. Это классический пример того, как можно использовать реальное, но сложное экономическое явление для достижения сиюминутных политических целей, играя на страхах и недостаточной информированности людей. Это еще один штрих к портрету "одиссеи" Трампа, где управление реальностью и управление ее восприятием – вещи зачастую неразделимые. И "долговой жупел" – одно из самых эффективных орудий в его арсенале по формированию нужной картины мира.