«Цивилизационная фригидность» против настоящей Европы
Пересматривая обзоры нашумевшего сериала «Чернобыль», я ещё раз обратил внимание на личность белорусской писательницы Светланы Алексиевич. Заметная часть событий сериала была основана на её книге «Чернобыльская молитва», а главный вымышленный персонаж сериала – физик-ядерщик Ульяна Хомюк, возможно, срисована с неё.
И вот о чём я сразу вспомнил. Личность Алексиевич для меня архетипична. Она яркий символ не просто самого омерзительного и приторного либерализма, а того псевдонационализма, который активно культивировался в странах Восточной Европы (в первую очередь Беларуси и странах Прибалтики) в период после распада СССР. Все её книги описывают Беларусь, которая измучена империализмом соседей, и, в первую очередь, России. Россия ведёт на территории Беларуси какие-то войны, пусть даже с немцами, и от этого страдают белорусы, Россия строит рядом с Беларусью АЭС, которые взрываются, и от этого страдают белорусы, Россия посылает белорусских солдат в Афганистан, где они гибнут, и от этого страдают белорусские матери и отцы. В идеальной реальности Алексиевич белорусы, не будь рядом злой, вечно к чему-то стремящейся и с кем-то конфликтующей России, могли бы жить в своём уютном мещанском деревенском «пруду», где царила бы полная гармония….
Гармония тлена, цивилизация фригидности и царство добровольного суицида. В общем-то, туда левые и либералы всех мастей погружали и продолжают погружать всю Европу. Не забыли они заняться после 1991 (а так, наверное, уже со времени «перестройки») и Беларусью.
В своих самых ярких произведениях Алексиевич певец всех либеральных суицидальных ценностей. Вторая Мировая у неё лишь кромешный ужас, в котором нет места подвигу – и тут отображается вечное либеральное «лишь бы не было войны» и панический страх смерти, практически танатофобия, порождённая либеральным безверием в то, что вообще могут быть какие-либо идеалы, кроме заботы о своей драгоценной жизни, после окончания которой – лишь вечная тьма (и тут не важно атеист человек или нет, ведь можно верить в будущее своего народа, семьи, близких, вечную жизнь своих идеалов, но либералы тут являются атеистами в худшем представлении верующих).
Чернобыльская АЭС, и любая АЭС в принципе – источник угрозы той же «ненаглядной жизни нарцисса», которой должен заботится о «природе». Все АЭС надо закрыть, науку запретить и ограничить. Алексиевич здесь – настоящий, хоть и завуалированный, безумный левый террорист-эколог, который хочет разрушить, как лудит все машины, и обречь человечество на новое прозябание у костра в пещере.
Афганская война трагедия и кошмар. «Мальчики» гибли там просто так, по воле «злобного кровожадного начальства». И приносили безмерную боль и страдание афганцам. Ну практически так, как Россия приносила боль и страдание белорусам. Не было ни борьбы с потоками наркотиков, ни защиты интересов Родины, ни попытки принести в страну цивилизацию и порядок. Нет, только уничтожающий всё и вся колониализм. И тут Алексиевич в мэйнстриме – сражается с проклятым колониализмом.
За такое усердие либеральные «сильные мира сего» не могли не наградить её. И дали ей уже давно предельно одиозную Нобелевскую премию по литературе. Вы спросите, мало ли таких писателей-либералов? Не мало. Но самое ужасное в этом то, что Алексиевич, особенно в 90-х, позиционировала себя как борец за европейские ценности и белорусскую национальную идею. Национальную идея, которая, якобы, противостояла «азиатской» идеологии России. Идея мещанско-деревенского толерантно-плаксивого суицида воспринималась и ещё воспринимается в Беларуси как национальная, а ценности тлена и забвения как европейские.
Но нет, европейские ценности как раз противоположны. Это ценности воинов, которые шли в бой, и часто не только чтобы защитить свой дом, но и чтобы покорить и подчинить новые страны. И гордость за смелость завоевателей – европейская ценность.

Это ценности людей, которые смело отбывали в колонии чтобы обрести там новый дом или заработать богатства для себя и своих семей. Ценности русских землепроходцев и английских пилигримов, ценности американских золотоискателей и испанских путешественников. Тяга к освоению новых неизведанных стран и созданию там колоний – европейская ценность.
Это ценности учёных, которые не боялись потерять свои жизни, чтобы дать людям «свет науки». Это ценности физиков-ядерщиков, которые получали смертельные дозы радиации, что результаты их экспериментов позволили бы построить АЭС, которые дали людям электричество.
Всё, чем сейчас живут эти омерзительные деревенские толерантные мещане, всё, что у них вообще есть – всё это заслуга настоящих европейцев. Европейцев силы духа и силы воли, а не тлена и танатофобии. И сколько бы не пытались моральные инвалиды украсть имя «настоящей Европы», у них этого не получится. Настоящая Европа победит эту фригидную цивилизацию, здравый смысл победит «коллективную Алексиевич».

Мы как самураи: у нас есть путь, а цели может и не быть)

Полемика вокруг жизни и личности Юрия Дмитриевича Буданова, должна иметь однозначный итог. Итог с позиции постановки в сложные для любого, я подчеркиваю, любого человека, условия войны. Надо быть достаточно взрослым, чтобы понять: жизни этих собак не стоят и волоска с головы моих парней. Таких командиров любят и ценят, таким человеком, можно и нужно быть в обычной жизни. Защищай своих. Потерять чувство «свои» - значит погибнуть самому и погубить тех, кто рядом, пусть и «свой своему поневоле брат»

Хватит пытаться - простой бей!

Есть комфортное "пытаюсь", пот бежит по лбу, рубашка прилипает к спине, ты пытаешься, но всегда можно отступить - съебаться, эта возможность всегда есть в голове, когда ты "пытаешься".

Пытаться можно во всём, но, на тебя когда-нибудь нападали гуси? Они ни хрена не пытаются, есть целые подборки махачей гусей в дикой природе, они там не пытаются - щиплют и долбят кого угодно или огребают, но это редко.

Хватит пытаться, когда пытаешься, нет чувства что ты пришёл, что это - твой дом, твоя баба, твоё дело.

Когда есть план "пытаться", план "захватить, удерживать, вытеснить" не включается, не появляются логические связи безусловной победы, "разбить на голову" - хватит пытаться!

Эпоха колониальных войн изобилует гибкостью решений между религиозным фундаментализмом и откровенным модерном. Так, в одной из них, вождь объявил: участие в джихаде = паломничеству в Мекку = путёвке в рай. Желающих сразу стало больше

Безобразны и злы

Обожаю русскую историографию, кто бы о ней не писал: будь то елей и всякое приближение к святости от ультра охранителей или же ведра помоев и кровавые портреты от всяких выродков и куколдов.

Истина всегда не там и не тут. Она проста до безобразия: не ссать, кто ссыт - тот гибнет, мы твоей мамке напишем! Но пизды ты будешь получать до тех пор, пока не начнёшь драться за себя и за того парня, и мамке тебя вернут живым.

Безобразные, злые, карикатурные портреты и образы - все пойдёт, пойдёт для тех, кто спустя годы, как я, будет копаться. Искать и находить джинов, наполняющих сосуд духа

Первый шаг к свободе - выход из толпы

Антропология заявляет, общество - одно из движущих сил человеческого вида. В тоже время, основным движителем общество, всегда являются выскочки, выходящие из толпы.

Выход из социального круга - всегда решение, будь то уход или изгнание, индивид лишается поддержки группы. Поддержки или «поддержки»? Реальной механики или её ощущения?

Я не буду писать про отшельников, отщепенцев и людей кризисных состояний, замкнутых в себе, речь вполне о нормальных, ставящих понятные, живые интересы собственные, выше эфемерных интересов «общества».

Речь не идёт о девиантах, маньяках-убийцах, «богах» и этом вот всем.

Речь идёт о первом эшелоне, человеке, понимающем, что с тяжестью убеждений толпы не пройти, их нельзя опровергнуть внутри неё и с ними ничего нельзя поделать бездоказательно.

Сбор артефактов, социальных доказательств - всегда риск. Всегда риск телепортироваться из одного социального круга в другой.

Цена этого риска - понижение собственного ранга до лузера, неудачника, но так ли ценен этот ранг, если в толпе в принципе не играют?

До изобретения радио, командование войсками, в особенности, его передовыми группами, велось постольку поскольку. Верховный или генштаб никак не может принимать тактических решений, но он может вооружить стратегией и тогда, тогда поход не остановить.

До победы или последнего солдата.

Мои аналогии с вооруженными конфликтами - всего лишь аналогии, интерпретируй. Эти решения - невероятно эффективны и просты, для них всего-то нужна... смелость. И храбрость.

Выходя из толпы не рви связей, будь готов войти в неё с парадного или даже чёрного входа, если тебе это нужно.

Толпа мыслит в реальном времени, не углубляется, чем больше стадо, тем проще мысли.

Выходи из толпы, если тебе это нужно.

P.S.: во второй части напишу о конфликте с толпой, немного наблюдений