Телеграм канал Мадам Секретарь специально для канала Большой Трансфер

Накануне встречи Путина и Трампа в Анкоридже весь мир без преувеличения застыл в ожидании итогов этого саммита.

На кону стоит очень многое. И потенциал встречи огромен. Анкоридж на Аляске сам по себе является символичным местом — географическая близость к России и история отношений через арктический регион придают месту особый политический и символический смысл. Встреча проходит на фоне сложной международной повестки: конкуренция с Китаем, вопросы ядерной стабильности, региональные конфликты, кибербезопасность и экономические санкции.

Ключевыми темами, вероятно, станут:

Безопасность и стратегическая стабильность. Ожидаемо обсуждение вопросов контроля над вооружениями, механизмов деэскалации и предотвращения инцидентов у границ и в международных зонах.

Санкции и экономические отношения.

Региональные конфликты: Украина, Сирия, Ливан, Ливия, Иран, Йемен, Палестина и другие горячие точки, где координация деэскалации имеет практическое значение.

Кибербезопасность и гибридные угрозы: вопросы вмешательства в выборы, хакерских атак и меры по снижению рисков в киберпространстве.

Арктика и энергоресурсы: развитие северных морских путей, экология, добыча ресурсов и международные правила в арктическом регионе.

Торговля и энергобезопасность: возможны обсуждения сотрудничества в энергетике и поставках, особенно в контексте глобальных цен и санкционных ограничений.


Для обоих лидеров встреча — важный инструмент внутренней политики. Для американской стороны это особенно важно, так как Трамп стремится к показательным внешнеполитическим успехам, и встреча может быть использована для демонстрации влияния и возвращения к «большой дипломатии».

Самой обсуждаемой и ожидаемой темой, конечно, будет дальнейшая судьба украинского конфликта. Но одновременно это самая тяжёлая тема для обсуждения и возможного прогресса. Проблема в том, что у Белого дома нет чёткого видения схемы окончания конфликта, и происходит бесконечный обмен мнениями как внутри фракций Республиканской партии, так и во внешнем контуре. Трамп, по сути, даже не до конца понимает, где и по каким вопросам можно достичь компромисса, а какие являются ультимативными. Но в общем формате европейской безопасности многое указывает на то, что для Украины закроют путь в НАТО и Вашингтон готов обсуждать вывод своих войск из Восточной Европы.

Самый спорный момент — обмен территориями и будущие гарантии безопасности для сторон конфликта. По этим пунктам сближение позиций пока минимальное.

Вместе с тем стороны могут достичь прогресса в ряде других треков, в первую очередь в совместной добыче ресурсов и освоении Арктики. Для Москвы сейчас важно донести месседж, что она готова на плодотворное сотрудничество, но только с нейтральными Штатами. Никакой военной поддержки противников России быть не может. Для Вашингтона такой формат осложняется отношениями с союзниками, лоббизмом ВПК и энергетических компаний, которые опасаются конкуренции с Россией за рынок Европы.

Исходя из этого, в экспертной среде сформировалась тенденция минимизации ожиданий. Самый вероятный исход — декларативные заявления о готовности к диалогу без серьёзных прорывов. Лидеры могут договориться о создании рабочих групп и обмене контактами для дальнейших переговоров. Возможны локальные, но практичные договорённости по вопросам деэскалации в отдельных регионах, обмену заключёнными либо временные договорённости в энергетической сфере.

В то же время не исключён и конфронтационный сценарий. Встреча может закончиться резкой риторикой и усилением санкций, что, в свою очередь, ухудшит отношения. К этому сценарию Трампа подталкивает крыло ястребов и европейцы.

Как бы ни произошло, прямой диалог лидеров двух мировых держав — это важный дипломатический эпизод, который может либо положить начало прагматическому диалогу, либо подчеркнуть существующие разногласия. В любом случае значение такой встречи выходит за рамки двусторонних отношений и влияет на общую картину международной безопасности и геополитики.

БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться

Евгений Вертлиб:
В декабре 1991 в белорусской резиденции Вискули трое региональных руководителей, лишённых полномочий говорить от имени всей страны, подписали документ, который вошёл в историю как Беловежские соглашения.

Сей вердикт не легитимен, ничтожен с точки зрения международного права. Поскольку подписан неуполномоченными лицами, никогда не прошёл процедуру ратификации, противоречил на момент подписания действующей Конституции СССР (ст. 72 допускала выход республик только с проведением всесоюзного референдума). Это означает, что при наличии политической воли Россия может в любой момент заявить: правовая база распада недействительна, а значит, любой новый формат объединения – это не «аннексия», а восстановление нарушенного порядка. Подобная правовая аргументация уже применялась в деле о Крыме (2014).

СССР с точки зрения международного права – государство с замороженной суверенностью, чьё правопреемство в полном объёме не оформлено. Следовательно, Россия, как признанный правопреемник, имеет юридическую и моральную платформу для реставрации надгосударственной формы, при необходимости – под иным названием.

Запад поспешил эту свою крупномасштабную диверсию, с обвалом государственного конструкта СССР квалифицировать как естественный «конец истории» по Фукуяме. Пришедший на смену беспредел «рая либеральной глобализации» в эйфории «головокружения от успехов» возжелал нанести «стратегическое поражение» и останкам «Красной империи» – уже и Российской Федерации (этой чуждой англосаксам с сателлитами восточно-славянской цивилизации в любом облике), стравив в смертельной схватке две ветви единого Русского народа – «укров» и «москалей». Три с половиной года прокси-гибридного изматывания России содружеством сатанистов 50+. Но всем смертям назло РФ – «колосс на глиняных ногах» – оказывается живее США.

Соединённые Штаты – разъединены, истощены и уже не гегемон, а выживающий после третьего стратегического поражения подряд: во Вьетнаме, Афганистане, на Украине. В Европе не лучше: она переживает экономическую, демографическую и культурную деградацию. Для России подходящий момент перейти в осмотрительное геостратегическое наступление – по возрождению незаконно «отжатой лавочниками-крючкотворами» своей государственной собственности по всему миру.

Подробнее:
https://ruskline.ru/news_rl/2025/08/14/konec_illyuzii_vozvrawenie_prava_sily

Подписаться на канал

Аляска. 15 августа 2025 года

Переговоры Путина и Трампа начались в формате "три на три".

Вот еще один уважаемый коллега написал 👆 о том, что мир вступил в эпоху права силы. Напомню в этой связи о том, что о том, что мир вступил снова в эпоху силы, я сделал целую серию постов еще летом 2022 года (посты от 11 июня 2022 года тут, тут и тут). Напомню ключевые тезисы:

"Россия должна иметь такой уровень политической и военной мощи, чтобы взять под свой контроль окружающие ее территории в статусе как минимум буферных зон.

Мировые институты больше не играют той роли, ради которой они учреждались странами-победителями после Второй мировой войны, закладывая основы ялтинско-потсдамского мира. Да, мы за них держимся, поскольку они гарантируют хоть какую-то игру по правилам. Однако в новом мире посткиберпанка не будет никаких правил, кроме одного — права сильного.

Соответственно, роль мировых институтов, включая ООН и Совбез ООН, будет сведена до ритуального общения ведущих держав мира. Однако такая конструкция не может быть долговечной. Как только США как одна из ведущих сил осознают, что в своей глобальной политике они окончательно смогут обходиться без этого института, они выйдут из ООН и распустят организацию по факту. После чего будут создавать новую, подконтрольную им организацию (что и попытался сделать Байден в формате Лиги демократий в конце 2021 года" - прим. из сегодня)...

Соответственно, США либо будут выходить из существующих мировых институтов, по факту их переучреждая, либо продавливать всех остальных на необходимые им изменения. Почему они это делают? По праву сильного...

Соответственно, Россия должна иметь такой уровень политической и военной мощи, чтобы взять под свой контроль окружающие ее территории в статусе как минимум буферных зон и иметь передовые точки базирования по миру (Сирия, Ливия, Куба, Венесуэла, ЦАР и так далее) не только для проекции силы в других регионах мира, но и для контроля заканчивающихся природных ресурсов.

По нашим прогнозам, США вместе с Британией и странами Британского Содружества выйдут из ООН и постараются переучредить этот институт не позднее 2030 года".

Какие из всего этого можно сделать выводы и предложения?

1. Необходимо в сжатые сроки концептуально осмыслить новую управляющую миром концептуальную матрицу посткиберпанк. Что она несет, каковы ее основные смыслы, что в культурном коде нашей страны ей соответствует, а что нет, чтобы мы могли диктовать свои правила игры, оценивать, какие угрозы и риски она несет.

2. Одним из важнейших компонентов будущей российской идеологии должна стать геополитическая концепция Севера.

3. После празднования 75-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне необходимо переходить к формированию новой идеологической матрицы развития страны. Необходимо признать, что мобилизационный потенциал прошлой войны стремительно заканчивается, уходя вместе с теми, кто непосредственно принимал в ней участие...

5. В связи с распадом ялтинско-потсдамского мироустройства, Россия должна и имеет право - по праву сильного - предпринимать в своем ближайшем территориальном окружении те меры, которые посчитает необходимыми для защиты своих национально-государственных интересов".

Вот об этом и надо договариваться с Трампом на Аляске. Не просто говорить о праве силы, но и навязывать его.

Специалисты смогли расшифровать, что прокричал Путин.

Подпишись на ПУЛ N3

Как в том анекдоте - "Не звонит... не пишет..." Переговоры Путина и Трампа с сопровождающими их командами идут уже 2,5 часа. Никто из переговорной комнаты пока не выходил. Информации никакой нет. Это хорошо.

Первая встреча (или первая часть) лидеров закончена. Ждем дальнейшую информацию.

Сейчас будет пресс-конференция Путина и Трампа по итогам встречи в узком формате, после чего переговоры будут продолжены в расширенном составе.

Беседа в узком формате длилась 2 часа 45 минут.
На расширенной части к первой команде переговорщиков присоединятся Хегсет, Бессент, Латник и глава аппарата президента Уайлс с американской стороны. С российской - министр обороны Белоусов.

Что можно сказать по итогам пресс-конференции. Путин был спокоен, доброжелателен и главное - уверен. Поэтому и говорил более детально о сути прошедших переговоров. Трамп - больше занимался болтологией, вообще без никакой фактуры. Главное, было в конце, когда они пожимали друг другу руки.

Первое - Трамп с почтением и уважением наклонился к Путину. Второе - если на лице Путина было спокойствие и благожелательность, то на лице Трампа озабоченность и небольшая растерянность. Что говорит о том, что он понимает, что ему надо разгребать проблемы больше, чем это предстоит сделать Путину.

Посмотрим, какие будут итоги после второй части беседы двух лидеров, но уже в расширенном составе.

Переговоры в расширенном составе были отменены. Как и обед. После переговоров с Трампом российский лидер посетил кладбище, где похоронены советские летчики. Трамп оценил переговоры по 10-бальной шкале на 10. В любом случае было видно, что русские и американцы общаются уважительно и на равных. Такого общения как с Зеленским в Белом доме или с другими лидерами Трамп себе в общении с Путиным явно не позволял.

Лидеры возвращаются в свои столицы.

Вывод по итогам встречи прежний: Трамп понимает, что ему предстоит разгребать проблем больше, чем это предстоит делать Путину - ему надо либо продать сделку с Путиным Зеленскому и европейцам, либо выходить из конфликта.

Об этом сообщил и сам Трамп:

«Мы согласились по многим пунктам. <…> Сейчас дело за Зеленским, довести сделку до конца. И европейским странам тоже надо немного поучаствовать в этом»

Поэтому у него остается надежда на вторую встречу с Путиным в Москве или, возможно, в Белоруссии. О чем, возможно, и был разговор Трампа и Лукашенко накануне саммита в Анкоридже.

Не исключено, что на этой встрече будет и Зеленский, который подпишет то, что ему скажут. Во многом это будет зависеть от скорости продвижения наших войск на Украине. И снова все упирается в стойкость, выносливость и силу духа русского солдата.