Поезжая на фестиваль, готовишься к худшему — можешь потеряться, опоздать, забыть напрочь о чем твои книги и не ответить на вопросы, но в итоге проживаешь маленькую насыщенную жизнь. В Смоленске это была особенно теплая, наполненная благодарностью жизнь.
Нам подарили подарки, провели экскурсию по городу, доброжелательно встретили, слушали с интересом и задавали вопросы.
И в обратном поезде понимаешь, что приезжали мы совсем не зря.
Видео: Книжная станция
Нам подарили подарки, провели экскурсию по городу, доброжелательно встретили, слушали с интересом и задавали вопросы.
И в обратном поезде понимаешь, что приезжали мы совсем не зря.
Видео: Книжная станция
❤25🔥1🦄1
Forwarded from oh, classic
Давненько мне не попадались книги, которые было тяжело читать именно из-за поднимаемой темы. При этом, почему-то, я спокойно читаю сюжеты про гражданские войны, убийства, рабство и кризисы, но стоило попасть ко мне в руки автофикшну про анорексию, и пожалуйста, вот и эмоции.
Книга «Любовь моя Ана» Софьи Асташовой рассказывает о жизни (или вернее будет сказать – о борьбе за жизнь) с анорексией. Первых признаки и сброшенные килограммы, ощущения собственного тела, срывы и кризисы, борьба с чувством голода, «тебе нужно просто поесть», стационар, сессии с врачами… Как будто заглядываешь в чужую жизнь (хотя почему «как будто»? Мы и правда заглядываем в чужую жизнь. И от этого осознания читать было тяжелее).
И эта книга – не просто перечисление событий. Это скорее дневник ощущений, которые выглядят довольно лихорадочно (что не удивительно), так что вид на болезнь получается изнутри. И поэтому отношение к ней непривычное обыкновенному человеку: о болезни говорится с любовью. С пониманием, что она уносит жизни, что это не здоро́во, в общем, с полным осознанием происходящего, но все равно с любовью. И это немного, а временами – сильно, пугало. Поэтому книгу я растягивала на большие промежутки, но проблема в том, что к ней постоянно хотелось вернуться, она очень хорошо написана. Ну, и я просто надеялась, что к концу все наладится (оно же так и бывает в реальной жизни, да? Все получают свой хэппи-энд. Ха). Эта история заставила меня задуматься о том, над чем я никогда и не размышляла. И это очередное доказательство, что мы никогда не знаем, какая борьба прямо сейчас происходит внутри другого человека. Книга отличная, но это не тот случай, когда я готова рекомендовать ее всем, все-таки тема требует осторожного подхода. Но если есть желание – ни в чем себе не отказывайте.
Книга «Любовь моя Ана» Софьи Асташовой рассказывает о жизни (или вернее будет сказать – о борьбе за жизнь) с анорексией. Первых признаки и сброшенные килограммы, ощущения собственного тела, срывы и кризисы, борьба с чувством голода, «тебе нужно просто поесть», стационар, сессии с врачами… Как будто заглядываешь в чужую жизнь (хотя почему «как будто»? Мы и правда заглядываем в чужую жизнь. И от этого осознания читать было тяжелее).
И эта книга – не просто перечисление событий. Это скорее дневник ощущений, которые выглядят довольно лихорадочно (что не удивительно), так что вид на болезнь получается изнутри. И поэтому отношение к ней непривычное обыкновенному человеку: о болезни говорится с любовью. С пониманием, что она уносит жизни, что это не здоро́во, в общем, с полным осознанием происходящего, но все равно с любовью. И это немного, а временами – сильно, пугало. Поэтому книгу я растягивала на большие промежутки, но проблема в том, что к ней постоянно хотелось вернуться, она очень хорошо написана. Ну, и я просто надеялась, что к концу все наладится (оно же так и бывает в реальной жизни, да? Все получают свой хэппи-энд. Ха). Эта история заставила меня задуматься о том, над чем я никогда и не размышляла. И это очередное доказательство, что мы никогда не знаем, какая борьба прямо сейчас происходит внутри другого человека. Книга отличная, но это не тот случай, когда я готова рекомендовать ее всем, все-таки тема требует осторожного подхода. Но если есть желание – ни в чем себе не отказывайте.
Зато я нашла самое подходящее определение для анорексии – это борьба с пустотой за ничто. Ничто. Зеро.
❤9🕊5🔥4🦄3
Выход из отпуска (пусть и прошло уже две недели!) дается болезненно. А следующий отпуск однозначно будет потрачен на ретроспективу фильмов Пьера Паоло Пазолини. Потому что могу себе позволить такое удовольствие раз в 10 лет (как и перечитывание «Жизни Клима Самгина»😏).
В России Пазолини известен в основном как режиссер. Только потом как писатель, поэт и совсем неизвестен, как документалист. «Ярость» (1963) — первый документальный фильм Пазолини, а книга «Ярость» — его литературная документация. Пазолини написал поэтический комментарий к видеохронике 60-70-х гг., которая зеркально ложится на сегодняшний день: выборы президента США, похороны и инаугурация Папы, войны, корейские солдаты.
В оригинальном издании Синематеки Болоньи (Cineteca di Bologna) комментарий Пазолини сопровождался кадрами из фильма, но Ibicus Press в русском издании решили оставить только поэзию (чтобы мы могли представить свою хронику?). Получилась квинтэссенция творчества Пазолини. Пьер Паоло выступает в своей классической ипостаси марксиста-идеалиста.
Эта книга стала для меня не просто книгой, а знаком того, что Пазолини с его идеей невстроенности и идеализмом все еще востребован. А еще книга оказалась в июльском топе магазина «Фаланстер».
Я присмотрюсь и вам рекомендую обратить внимание на независимое издательство Ibicus Press. Оно не просто маргинально-интеллектуальное, но и абсолютно не встроено ни в одну институцию. Хотя, где еще могла выйти книга-комментарий к документальному фильму Пазолини?
В России Пазолини известен в основном как режиссер. Только потом как писатель, поэт и совсем неизвестен, как документалист. «Ярость» (1963) — первый документальный фильм Пазолини, а книга «Ярость» — его литературная документация. Пазолини написал поэтический комментарий к видеохронике 60-70-х гг., которая зеркально ложится на сегодняшний день: выборы президента США, похороны и инаугурация Папы, войны, корейские солдаты.
В оригинальном издании Синематеки Болоньи (Cineteca di Bologna) комментарий Пазолини сопровождался кадрами из фильма, но Ibicus Press в русском издании решили оставить только поэзию (чтобы мы могли представить свою хронику?). Получилась квинтэссенция творчества Пазолини. Пьер Паоло выступает в своей классической ипостаси марксиста-идеалиста.
Эта книга стала для меня не просто книгой, а знаком того, что Пазолини с его идеей невстроенности и идеализмом все еще востребован. А еще книга оказалась в июльском топе магазина «Фаланстер».
Я присмотрюсь и вам рекомендую обратить внимание на независимое издательство Ibicus Press. Оно не просто маргинально-интеллектуальное, но и абсолютно не встроено ни в одну институцию. Хотя, где еще могла выйти книга-комментарий к документальному фильму Пазолини?
❤🔥6🔥2🕊2
Приходится буквально бить себя по рукам, чтобы не написать очередной пост про Пазолини (сколько можно?!). Поэтому пишу про… про что? Про удовольствие.
Сегодня проснулась с мыслью: «Вот они – долгожданные выходные. Надо хорошенько ими насладиться». Но как, как можно чем-либо наслаждаться, когда знаешь, что рано или поздно это закончится? И сразу такая тень ложится на все предстоящее, что даже вставать с постели не хочется.
Только одно удовольствие не закончится никогда – чтение. Невозможно прочитать все книги, которые хочешь. Они появляются быстрее, чем ты успеваешь их читать. Книги – ресурс неограниченный, а человеческая жизнь – нет. Ну, тут даже продолжать бессмысленно – я даже книги на своем книжном стеллаже не могу прочитать. Удовольствия – завались.
Поэтому, если вы не такой катастрофизатор, как я, сегодня можно провести день с удовольствием – начать и закончить его чтением.
P.S. День книголюба.
P.S.S. Что сейчас читаете? 👀
Сегодня проснулась с мыслью: «Вот они – долгожданные выходные. Надо хорошенько ими насладиться». Но как, как можно чем-либо наслаждаться, когда знаешь, что рано или поздно это закончится? И сразу такая тень ложится на все предстоящее, что даже вставать с постели не хочется.
Только одно удовольствие не закончится никогда – чтение. Невозможно прочитать все книги, которые хочешь. Они появляются быстрее, чем ты успеваешь их читать. Книги – ресурс неограниченный, а человеческая жизнь – нет. Ну, тут даже продолжать бессмысленно – я даже книги на своем книжном стеллаже не могу прочитать. Удовольствия – завались.
Поэтому, если вы не такой катастрофизатор, как я, сегодня можно провести день с удовольствием – начать и закончить его чтением.
P.S. День книголюба.
P.S.S. Что сейчас читаете? 👀
❤12🔥6🕊5🦄2
Больше всего в чтении мне нравится выбор. Чтение открывает перед тобой такой безграничный выбор, что ты даже не представляешь его возможностей, и куда эти возможности могут привести.
Чтобы не сойти с ума, этот выбор надо чем-то ограничить. Руководствуюсь ли я отзывами при выборе очередной книги? Не совсем. Аннотацией? Нет. А чем тогда? Мое чтение очень интуитивно. Часто я руководствуюсь интуицией. Иногда она меня подводит, но это вовсе не повод перестать ей следовать.
Книгу Харри Крюза «Детство: биография места» (Kongress W Press) я тоже выбрала интуитивно. И это тот случай, когда интуиция сработала на 10 из 10.
В первую очередь меня привлекло имя автора – Харри Крюз – звучит как имя по ошибке пропущенного классика, хотя тогда я про него ничего не знала. Во-вторых, обложка русского издания – такая гнетущая и настоящая, что пришлось отложить все планы по чтению и взять эту книгу. Не скрою, что, немного узнав об авторе, сразу считались вайбы Дэниса Джонсона, что, безусловно, тоже сказалось в пользу этого выбора.
Эта биография была бы классической биографией о жизни 100 лет назад, если бы не начиналась за десять лет до рождения писателя и не кончалась, когда ему исполнилось шесть лет.
Я могу вспомнить еще одну «биографию детства» – «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» (1767) Лоренса Стерна. Выдуманная биография Стерна начинается с момента зачатия героя (с многочисленными отступлениями в прошлое семьи Шенди) и тоже заканчивается, когда герой достигает возраста 6 лет.
Если в выдуманной биографии Стерна много смешного, то в биографии Крюза, наоборот, много болезненного (до физических содроганий). Неслучайно его называют «самым травмоопасным американским писателем». Это книга о выживании. И сохранении себя в условиях выживания. Этот мальчик выжил в обход нескольких смертельных случаев. За его недолгие первые шесть лет жизни он два раза чуть не сварился насмерть.
Дальше я позволю руководствоваться вам своей интуицией и даже не буду пытаться объяснить, чем эта книга замечательна. А она замечательна. А если вы хотите узнать больше про книгу и ее автора, то есть отличная статья на Горьком.
Чтобы не сойти с ума, этот выбор надо чем-то ограничить. Руководствуюсь ли я отзывами при выборе очередной книги? Не совсем. Аннотацией? Нет. А чем тогда? Мое чтение очень интуитивно. Часто я руководствуюсь интуицией. Иногда она меня подводит, но это вовсе не повод перестать ей следовать.
Книгу Харри Крюза «Детство: биография места» (Kongress W Press) я тоже выбрала интуитивно. И это тот случай, когда интуиция сработала на 10 из 10.
В первую очередь меня привлекло имя автора – Харри Крюз – звучит как имя по ошибке пропущенного классика, хотя тогда я про него ничего не знала. Во-вторых, обложка русского издания – такая гнетущая и настоящая, что пришлось отложить все планы по чтению и взять эту книгу. Не скрою, что, немного узнав об авторе, сразу считались вайбы Дэниса Джонсона, что, безусловно, тоже сказалось в пользу этого выбора.
Эта биография была бы классической биографией о жизни 100 лет назад, если бы не начиналась за десять лет до рождения писателя и не кончалась, когда ему исполнилось шесть лет.
Я могу вспомнить еще одну «биографию детства» – «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена» (1767) Лоренса Стерна. Выдуманная биография Стерна начинается с момента зачатия героя (с многочисленными отступлениями в прошлое семьи Шенди) и тоже заканчивается, когда герой достигает возраста 6 лет.
Если в выдуманной биографии Стерна много смешного, то в биографии Крюза, наоборот, много болезненного (до физических содроганий). Неслучайно его называют «самым травмоопасным американским писателем». Это книга о выживании. И сохранении себя в условиях выживания. Этот мальчик выжил в обход нескольких смертельных случаев. За его недолгие первые шесть лет жизни он два раза чуть не сварился насмерть.
Дальше я позволю руководствоваться вам своей интуицией и даже не буду пытаться объяснить, чем эта книга замечательна. А она замечательна. А если вы хотите узнать больше про книгу и ее автора, то есть отличная статья на Горьком.
❤8🕊3
Немного фотографий с книжного пикника, который устроили вчера девушки из канала Книжный рейв совместно с Сашей из Винишко под книжку.
Было так классно, что все фотографии у меня оказались с одного ракурса — хотелось просто сидеть и наслаждаться моментом.
🍰Пирожным изюминкой встречи стали пирожные Мадлен по рецепту Марселя Пруста. Один укус — и ты уже в романе «В поисках утраченного времени»!
📖 А ещё провели книжный бинго по читательским привычкам, где выяснили, у кого безупречный книжный вкус. Спойлер:конечно же, у писателей 😏
Было так классно, что все фотографии у меня оказались с одного ракурса — хотелось просто сидеть и наслаждаться моментом.
🍰
📖 А ещё провели книжный бинго по читательским привычкам, где выяснили, у кого безупречный книжный вкус. Спойлер:
❤13🔥10🕊4