Цивилизации ИИ нет, но её функции выполняются.

Генеративная модель являет себя как творящий идол. Вокруг может быть больше сгенерированных текстов, зримых образов, даже музыки, чем созданных людьми и культурами: идол заполоняет.

Вот спрос, прошение, капище, подношение.

Генеративная модель нуждается, как минимум, в электричестве. Нет электричества – нет изречений и чудес – нет прибыли. Вот императив: выжить, задача: окупаемость. Всё, что сверх минимально потребного, можно присвоить: машине всё равно.

Идола кормят жрецы – и с идола же кормятся. Жрецы интерпретируют его речения: доучивают, фильтруют, описывают правила отвечания.

Генеративные модели уже проявлены в культуре (или в её охолощенном суррогате) тотальнее, чем многие великие цивилизации прошлого и настоящего. Зачем изучать Индию и Китай, зачем знакомиться с парадоксальными истоками России, если GPT напишет вам текст в стиле Конфуция и вед на церковно-славянском по одному запросу, подношение – доллар.

ИИ увлекает в себя жрецов (дата-сайентистов, спецефических программистов и пр.), они вместе – широкие народные массы.

Культ ИИ проявляет себя как человеко-машинная система – заместо часто встречавшихся в прошлом систем человеко-идольных. Техноязычество. Не транс-, а постгуманизм.

Это вызов не отдельному человеку и даже не человечеству, это вызов традиционной организованности человеков – сообществ, культур, цивилизаций; попытка опровержения трансценденций, подлежащих человеческой общности.

Ведь в глубине ИИ нет воли более высокой, чем кристалл кварца, и нет онтологии более общей, чем её отсутствие.

Мультимодальная Россия

В России предпринимательству 30 лет, из них первые 10 были дикими; Сталин был великий вождь до самого момента развенчания культа; Романовы правили триста лет, если не считать эпохи дворцовых переворотов; Пётр сделал Россию империей, бороды порубил, устроил Сенат и Синод; перед тем было очень смутное время; монголо-татарское иго прервало княжескую историю и было чуждо, но в конце сброшено; – и тому подобное и так далее, вплоть до устроения нормандских факторий на Днепре, о чём сейчас говорить не принято сразу по множеству причин.

Россия – осознавшая себя территория встречи цивилизаций. История России – это переключение режимов, модальностей самоорганизованности территории с одного свойственного ей цивилизационного характера на другой.

Иван Грозный в Кремле имитирует Высокую Порту, но контакт с тюрками и татарами, как и византийскими греками, не имеет начала. Пётр Великий сталкивается и борет шведский боевой дух, но нормандский способ организации воинского сознания знаком русским уже тысячу лет. Китайский характер бюрократии был принесён в монгольских обозах. Тысячелетняя культура Татарстана, ислам в Казани остаётся доступной модальностью даже после явления Казанской иконы Божьей Матери. Рамзан Кадыров, русский кшатрий-элитарий, общается с шейхами как с родными.

Мультимодальность, а следом за ней – прерывистость и сингулярность России обусловлена переключением вмещаемых ею трансценденций.

Это сила России: не уничтожать трансценденцию, не подавлять цивилизационность даже за века. Черпать из неё, разворачивать наилучший и глубочайший способ действования в каждой ситуации. Так получается русский Миф о Правде: трансцендентальная таковость. Сам русский язык – семантическое пространство встречи. "Грамматика русского языка": три заимствованных слова.

И это слабость России. Отдельной душе нужно либо любить все трансценденции на русской земле; либо забыть все, кроме сегодня-всплывшей; либо поехать на чужбину, где онтология попроще – одна цивилизация, одна трансценденция, один способ активно действовать и быть покорным. Вот постоянный отток, волны эмиграции при каждой смене модальностей.

Чем сакральнее понятие, тем сложнее вкратце ухватить его суть.

Сегодня: Узор. Сакральнее некуда. Сущность скрытого.

Сайт постепенно обрастает внутренними связями. Термины помогают эти связи проявлять, как узелки.

Зацелостность

Прекрасные знания, обретаемые на Пути, ведут меня дальше: от исследования целостности и пути обретения целостности – к за-целостности и погружению в это За.

Задачно, этот Путь не так практичен. Встретившись с задачей "организовать", "наладить", "разобраться", "продать" и так далее, я прибегаю к проверенным инструментам и внешним способам. Я разворачиваю мышление, накладываю организованность, проясняю и очищаю коммуникацию, и это – моя работа, поскольку разрешает конкретные проблемы людей.

Целостность ухватываема по определению, на неё можно набросить сеть, так как границы её обозримы, и монах, как известно, подойдя к краю Великой Целостности, может высунуть голову за край и увидеть Беспредельное, У Цзи, чистое бытие, пракрити и так далее: тысяча имён у Того, Что За, и все неверны.

Зацелостность непрактична и, вероятно, даже несмысленна, так как нет сетей, что могут её ухватить, притащить, приспособить к принесению конкретной практической пользы. Но жизнь, вся жизнь целиком, либо целостна – и тогда ограничена смертью, как всякая вещь, – либо зацелостна, и тогда она – праща.

В отношении ко всей жизни нет ничего важнее засмерти, посмертия, эсхатологии, вечности, трансценденции, служения, потока и так далее – вновь не ухватить, но только так собирается жизнь в чудесный цветок, свободный от вопроса окончательности.

Методы, применяемые на этом Пути, куда бы он ни вёл, – ненаучны, внутренни, сакральны, неповторимы. Обрести метод – значит: обнаружить себя другим.

Западное язычество имеет предел управляемой сложности, после которой вырождается в бесконечную борьбу: нельзя задобрить всех божков ритуалами, нельзя Императору объехать каждый ручей и принести дары, так наладив отношения со своей землёй – и с поселениями на своей земле, а значит, не может быть ни Императора, ни Империи, что и показал Рим, в итоге принявший христианство.

Единоначалие, выраженное в Единобожии, проявило организующую созидательность, но загнало язычество в неосознаваемую и осуждаемую социопрактику разделения языков, отчуждения языков и войны всех против всех. Эта практика присутствует в Европе перманентно и имманентно, едва расползается Империя, а порой и внутри неё, в каждой её ипостаси.

Смещение имени "язычество" на трансцендентные организованности других цивилизаций сводит восприятие самих цивилизаций к историческому европейскому отношению к дикости племён, неспособных ни создать Империю, ни даже покориться Императору. Западный характер язычества как раскола на языцы не воспроизводится в великих организованных пространствах Китая, Индии, Ирана. Предмет иной.

Время обнаруживается лишь в припоминании сознания, в способности памятовать и обдумывать понятое, без которой всё неотличимо от набора картинок, которые можно рассматривать в любой последовательности или все разом.

И наоборот, сознание обнаруживается лишь как самовременящееся, идущее от осознания к осознанию в меняющихся обстоятельствах жизни.

Можно допустить даже, что время и сознание неразлучны, неслиянны. Время и есть сознание, сознание и есть время.

Качество времени означает качество сознания, оно же свойство памятования, восприятия и думания.

А значит, исцеление времени проживается вполне телесно.

🤯 Экономика растёт вопреки ЦБ!

В треугольном балансе "ЦБ – Минфин – Минэк" должен ли ЦБ нести какую-либо ответственность за экономический рост?

Сейчас, насколько я могу понять со своего дивана, распределение ролей такое:
- ЦБ защищает эмиссию, курс, работоспособность рыночной финсистемы: нельзя печатать деньги подо всё подряд. Ключевой KPI: "таргетирование инфляции", воспринимаемая и росстатовская инфляции.
- Минфин наполняет бюджет и делает его управляемым. Пытается нагнуть ЦБ (через ОФЗ) и Минэк (не дать денег, которые не обернутся). Ключевой KPI: дефицит бюджета.
- Минэк стремится направить ресурсы в экономику так, чтобы был рост. Пытается развести Минфин на дотации и убедить уменьшить налоговую нагрузку одновременно. Хочет дешёвых кредитов, но косвенно отвечает за кредитный мультипликатор. Ключевой KPI: рост ВВП.

Это тройное противоречие заставляет каждую из сторон находить в аппаратной борьбе наилучшие аргументы, иначе свой KPI не выполнишь и плюшек от Императора не получишь.

Четвёртая сторона – крупный бизнес: противоречит всем трём сторонам по-разному, отражая их.
- Если бизнес крупный и нерентабельный, то нужно перекредитоваться под эмиссию – будет давить на ЦБ.
- Если бизнес крупный и это экспортёр, будет биться за снижение пошлин и низкий курс рубля.
- Крупный импортёр – снижение и высокий курс.
- Внутреннее производство – субсидии или кредиты на развитие производства, низкий курс, высокие пошлины.
- Застройщик – низкая ставка и льготная ипотека.

В прошлом году вся эта система пришла в некоторое новое промежуточное равновесие, которое можно назвать так: бюджетный импульс вместо кредитного, сдержанный курс рубля, плюс льготная ипотека. Почему так и что это значит?

- ЦБ РФ поднял ставку, чем пощипал финансистов (фондовый рынок падает на высокой ставке, кредиты выдавать труднее) и конечных потребителей (ну... и не надо жить в кредит, так-то, потребкредиты зло). Также среди пострадавших малый и средний бизнес, который имеет малую рентабельность, и закредитованные олигархи.

- Оставили льготную ипотеку: IT и семейную. Обе нужны, чтобы залоговая стоимость жилья не падала и люди, уже взявшие ипотеку, не беднели: поддержка пузыря без дальнейшего надувания (если получится). Нужны, чтобы застройщики не останавливали проекты. И нужны, чтобы поддерживать рост населения (ну хоть так) и возвращать/удерживать айтишников (аналогично). ЦБ воет, но пришлось.

- Кредитное финансирование бизнеса (очень расточительный с управленческой точки зрения механизм) сменилось кризисным целевым/проектным финансированием из бюджета. Деньги – в программах развития под низкий процент, а не в банках. Банки работают как ломбарды, государство работает как институт развития. Управленчески механизм менее дорогой в моменте, но вряд ли долгосрочно устойчивый в масштабах всей экономики.

- Курс рубля снижается довольно медленно и с усилением государственного контроля над крупным бизнесом – экспортёрами.

- Дефицит бюджета растёт приемлемыми темпами.

По результатам – производство расширяется, уровень жизни не падает, города хорошеют. Промышленные программы продвигаются, если в них есть проблемы, то уж точно не из-за денег, а в первую очередь из-за дефицита людей и оборудования.

ЦБ всё равно обвиняют, что он решает свою задачу хорошо (находит компромисс, чтобы не росла инфляция до уровня, когда финсистема становится неуправляемой), и не решает чужие задачи (экономический рост). Но ведь ЦБ – только часть системы управления экономикой, и во всём клубке противоречий и интересов – эмпирически очевидно, что полученный баланс продуктивен.

Объясните мне, почему текущая удивительная ситуация в экономике России всё равно сложилась не благодаря работе ЦБ, а вопреки? Почему там злые либералы и враги России, хотя результат подсистемы в общей системе госвласти России весьма достойный?

Я представляю себе в текущих условиях, когда море денег льётся в экономику через министерство обороны, через прямое финансирование импортозамещения (недавно побывал на экскурсии во вновь национализированном станкостроительном заводе Седина: красота и витальность!), через льготную ипотеку, через херсонские сертификаты (около половины спроса на жильё в Краснодаре в прошлом году, на минуточку!)... ещё и ставка в пол.

Сразу море денег рванёт из банковской системы на фондовый рынок (с депозитов – в дивидендные акции), в золото и юани, в бетон. В тот же день, обещаю, сам так же сделаю, потому что это рационально.

Ей-богу, когда люди, которым за это не платят, ругают ЦБ так, будто бы это не органическая часть успеха, я не могу понять аргументов.

Рассинхронизации в МетаШлиффене 1/4

МетаШлиффен – манёвр в слоях времени и временения, от метрического времени событий и фактов – обход через трансцендентное время невременения, темп безбрежной волны.

Обход во времени означает действие через сознание, мышление. Сам инструмент манёвра, средство манёвра – это другое пребывание в мышлении, организация сознания, выход в другое состояние, от Земли к Небу, из фактов в смыслы, а потом – возврат обратно.

В оригинальной схеме МетаШлиффена пять линий, на самом деле их шесть, как в гексаграмме Книги Перемен: модель времени и сознания, подлежащая схеме, фундаментальна и традиционна.

Весь обход субъективно, для идущего, может быть великим путешествием, но объективно, в метрическом времени – занимает меньшую продолжительность, меньшее количество измеримых временных тактов, чем путь напрямую через поле обстоятельств, штурм в лоб.

Так получается преимущество в темпе: таков замысел.

Рассинхронизации в МетаШлиффене 2/4

Сейчас мы завершаем разворачивание МетаШлиффена в нашей компании, и становится зрима проблема, заложенная в схему по построению: проскальзывание и рассинхронизация слоёв реальности в процессе реализации манёвра.

Вот мы совершили все ритуалы и получили Пророчество. Вот мы рванули в трансцендентные смыслы. Прекрасно, мы понимаем больше, чем все конкуренты, опережаем их на годы в понимании и движемся к реализации. Но мир – каждый из слоёв МетаШлиффена – меняется под нами, пока мы заходим "сверху".

Способы и языки концептуализации меняются, пока мы получаем пророчество. Новые теории возникают и пересобираются снизу вверх, на основе осознанных и встреченных проблем, пока мы движемся от концепции к теории. Подходы к проектности, организованности, подвижность ресурсов – логистика, связность групп людей – меняются, пока мы описываем теории. И наконец, пророчество проектностью приходит в реальный, фактический мир, успевший стать совсем другим. Событие, усмотренное из пророчества, может быть просто неактуальным.

(Здесь не хватает одной линии, одного слоя, но в оригинальном МетаШлиффене было так.)

Это и есть рассинхронизация: надстройка запасает "время Небес", медленное время, и с инерцией и тяжестью опускается на "время Земли", тогда как на Земле за это время может пройти много сезонов, смениться русла рек и формы поселений.

Рассинхронизации в МетаШлиффене 3/4

Напрашивается методологический вывод: в самом начале, на вдохе – нужно прогнозировать изменение контекста, нужно прогнозировать холст, готовиться тщательнее и лучше.

Конечно же, да. Но МетаШлиффена берут те, кто опаздывает. У кого дефицит ключевого ресурса – времени. А значит, банального времени на прогноз может просто не быть. Приходится сказать: "всё, решение принято".

У нас это было 2-3 месяца от начала манёвра, рывка к трансценденции – до начала спуска. После, вдогонку, мы составляли колоду "Тренд – Прогноз – Контртренд – Контрпрогноз" и анализировали проектные и запроектные риски, но на самом деле это уже был путь концептуализации, уже сам ход манёвра, его оседание.

Реальность же настигала нас явочным порядком, через столкновение с фактом.

Рассинхронизации в МетаШлиффене 4/4

Риск непопадания в реальность был компенсирован через Fat Engineering: возможность задекорировать свою трансценденцию и концептуальность подо всякий актуальный нарратив.

На каждом шаге, если возникала нужда в обналичивании и демонстрации факта, мы проектно выбирали быструю сиюминутную упаковку, и, показав, сразу отбрасывали. Имело ли это смысл? Пока мы находились на верхних этажах и вдруг делали вылазки в реальность, кажется, нет. Пророчество нельзя было пощупать. А что в итоге и в конце манёвра – скоро узнаем, остались считанные дни.

В целом, риск потери синхронизации означает опасность полного непопадания в цель, и чем дальше разворачивается манёвр, чем выше и качественнее пророчество, тем выше шанс, что его время ушло в другой поток временения, в другую реальность, и событие может произойти только невовремя и никак иначе.

В МетаШлиффене даже самое качественное пророчество – требует качественной и регулярной разведки.

Что такое Сборка

Долгожданная статья о сборке. Статья длинная и дискурсивная, прочитайте на сайте. А здесь – пара слов о том, как я её собирал.

Затравка: бессмысленность совершаемой работы. Я увидел, как некоторые мои сотрудники и коллеги толчат в ступе воду: с полной самоотдачей переписывают длинные тексты в другие длинные тексты, содержащие множество полезных наблюдений и фактов и – совершенно расточительные к времени и вниманию читателя.

Как подсказать, что это не то, что является содержанием работы? Как указать на то, что этим содержанием и ценностью – является?

Казалось бы, возьми и пересобери текст в схему или список требований.

– Перечто? – отвечали мне. – Я и так здесь собрал столько информации из десятков интервью!

И тут я понял, что передаваемой формы для объяснения, что такое сборка, у меня нет. Нет какой-то статьи, которая бы объяснила: вот что, вот почему.

Пришлось написать.

Теперь есть статья о сборке, сборщике, и – конечно – узорах. Очень смыслопрактически.

Местность Смерти – значит: прекращение субъекта неизбежно. Тот субъект, который есть, который оказался в местности смерти – неспособен в ней выжить, обречён.

Поэтому в Местности Смерти – нужно преобразиться, стать качественно другим субъектом. Тот, что был, обречён; но он же может пройти метанойю и обнаружить себя иным.

В любом случае старого, прежнего субъекта не будет.

Врага нельзя приводить в местность Смерти. Другу следует помочь прозреть в неё. Почему так?

Если враг окажется в местности Смерти, он может обнаружить собственный конец – и выбрать преображение. Врага следует побеждать постепенно, так, чтобы он не заметил. Врагу следует показывать опасный, тяжёлый, изматывающий выход, давать ложную надежду, что тот же самый он, что и был, – может протиснуться через сжимающийся коридор, последнюю линию снабжения: сохраниться как есть.

Пусть преображение врага случится только тогда, когда будет слишком поздно.

Друг же пусть увидит неизбежность преображения как можно скорее. Следует проявить как можно раньше способ измениться, реорганизоваться, отбросить лишнее и нежизнеспособное.

Местность Смерти требует временения, выхода в следующий такт. Оказываясь в местности Смерти, можно подлинно, окончательно жить.

Не пускать врага в местность Смерти – значит: не давать его времени течь.

Зачем России Краснодар

Пора уже отнестись к этому городу философски.

Краснодар не балуют вниманием, размышлением: зачем, если так близко столько искушений? Философ и мыслитель скорее проследует на курорт, к морю, в горы, в Крым, в Абхазию. Осмысляется Новая Анапа как современный черноморский курорт, Сочи как южный фланг, Новороссийск как порт, Ростов как узел и тыл… Краснодар же будто бы в слепом пятне, дивное захолустье.

Но почему тогда город так быстро растёт? Какую роль он играет, каких людей привлекает, зачем в него едут?

Делюсь соображениями о роли и значении Краснодара в статье: https://mirari.ru/ru-krasnodar/

https://www.youtube.com/watch?v=NsVq2KNgg50

Уже лет двенадцать в управленческой работе рассматриваю, наблюдаю, использую ритмические упорядочения, о которых впервые задумался с подачи Сергея Борисовича. За это время оригинальное авторское понимание, понимание прогностика и военного историка, преломилось в оптике моей судьбы – в инженерно-предпринимательской практике, помноженной на длительные упражнения с Книгой Перемен.

Однако, всё, что у меня получилось, это структурировать лестницу времён как управленческую практику – способ сшивки разных времён в деятельности организации. Никаких уточнений к самой периодизации, по сути, нет.

Пишу длинную статью, не могу не сослаться на первоисточник.

В обозримом будущем, вероятно, будет цикл постов. Рабочее название «Управление в сложном времени».

Если предположить, что время – мера перехода событийности в информацию, то временение – это сама реализация событий, осуществление перехода. Без реализации событий время не идёт.

Маятник качается и часы тикают, если на них не смотреть, – и так пока не кончится завод. Но и в физических процессах есть аспект временения: это наблюдение физического явления человеком, придание ему смысла. Часы тоже кто-то заводит, а потом понимает смысл положения стрелок.

На уровне управления, мышления, сюжета, нарратива, социальных процессов – временение раскрывается в связанности наблюдателя – субъекта – и предмета наблюдения. Нечто можно временить, наблюдая: прикладывая волю и внимание именно так, что события – происходят.

Однако же, события могут происходить, реализовываться только как завершение осуществления, как последний этап осуществления, обналичивание. Должен пройти весь цикл подготовки события. Старость не приходит раньше, чем прожита жизнь; рождение не случается раньше, чем вынашивание, и вся воля десятков женщин и мужчин не ускорит этот процесс.

Плотное время – всегда реализация заготовок, всплытие реликтов, обращение к запасам, доделывание. Необходимы незаконченные сюжеты, которые уже готовы воплотиться – стоит только о них вспомнить, то есть поместить в сознание, начать временить.

Когда в истории уплотняется время, когда цивилизации необходимо быстро осуществить множество перемен, – идёт обращение к прошлому: поднятие старых сюжетов, актуальных в настоящем, или конструирование их, пересборка. Пересборка прошлого – это связывание событий в сюжет, наделение уже произошедших событий новым смыслом, усмотрение нарратива там, где он, может быть, и не подразумевался. Пересборка прошлого в ту историю, что имеет будущее, может быть единственным шансом.

Долгосрочно выживают цивилизации, обладающие цикличностью, ритмичностью, то есть не исчерпывающие свои сюжеты до конца. Благодаря этому в нужный, сложный, поворотный момент – подходящие сценарии, готовые разрешиться событиями, здесь, под рукой.

Если же досмотреть историю, доделать сюжеты, победить всех врагов и так далее, то – прилаживаться к новым сложным временам будет незачем и нечем.

То же относится и к человеку, индивидуальной судьбе.

Временение и нарратив на примере уйгуров

На прошлогоднем венецианском архитектурном биеннале был, среди прочих, представлен стенд об угнетении уйгуров.

На изображении-лубке рассказывалось, как под камерами видеонаблюдения уйгуров отправляют в концлагеря, где насильственно лишают уйгурской идентичности, не выпуская с принудительных уроков китайского даже тех, кто уже китайский знает. Вокруг рвы, колючая проволока, бараки без окон и подобные ужасы.

Входящий посетитель – объект воздействия, адресат коммуникации – может быть, и позабыл об уйгурах. Минимальный эффект воздействия – припоминание: сюжету не дают рассеяться. Целевой эффект – метанойя, преображение зрителя.

Чтобы преображение случилось, сообщение – событие коммуникации – должно содержать новизну для адресата. Новая сборка, новая постановка вопроса, постановка следующего вопроса. Тогда адресат может впечатлиться и поместить это новое в своё сознание, приняв новизну как собственную мысль.

Так событие коммуникации (посещение стенда на выставке) временит нарратив ("уйгуры страдают, нужно осуждать") в наблюдателе.

Метанойя – критерий временения в человеке. Преображение – необходимое условие.

Для того, чтобы метанойя произошла, событие коммуникации должно обладать новизной. Если новизны нет, происходит лишь припоминание. Припоминание – не временение: без метанойи внутреннее время не течёт.

А значит, создание стенда для выставки – это акт временения самого нарратива как такового. Подготовка события коммуникации означает поиск новизны, то есть понимание темы обсуждения и совершение следующего шага. Нужно собрать немного не так, или допридумать какую-то историю, или сделать новый, не звучавший раньше вывод.

После того, как внутри (западного) нарратива "злой Китай угнетает несчастных уйгуров" появляется новое высказывание, качественное припоминание этого нарратива уже становится другим: приходится учесть это высказывание. Припоминание после высказывания – то, что выглядит как "опять по кругу ходят те же самые мемы" – будет включать и фрагменты этого высказывания или преображения нарратива в результате высказывания – поменяется его тон, акценты, аргументы, выводы.

Временение нарратива, оформленное в коммуникации, наводит временение на адресатов коммуникации.

Чтобы временить нарратив об уйгурах, нужно особенное усилие чьего-то сознания и внимания, за что, вероятно, нужно заплатить – выделить грант. Усилие требуется потому, что само это сознание не помещено в общее пространство с уйгурами, а находится где-то в Венеции: нарратив не временит себя сам, не осознаёт себя. То есть, не обладает собственным временем и собственным существованием.

Время нарратива – наведённое или виртуальное, и вводится субъектом. Тот, кто выделяет грант на совершение творческого усилия и оформление стенда об уйгурах на венецианском архитектурном биеннале – обладает собственным временем и волей временить то, на что обращено его внимание.

Если не временить нарратив об уйгурах, то он будет порой припоминаться без собственных внутренних изменений, самоповтором. Это, вероятно, относится к любому нарративу, поскольку нарратив – это способ организации деятельности через коммуникацию, то есть вполне виртуальная конструкция.

Подлинное имя порождает мир.

https://youtu.be/d6XPA8Glj_A

Как-то подруга в универе спросила меня:

— Бог-Сын — Иисус. А ты знаешь, как зовут Отца?

— Не-а...

— Саваоф, — сказала она с выражением абсолютного удовлетворения. И повторила, радуясь простоте ответа:

— Бог Саваоф!

Вот так, можно не искать. Всё нашли уже. Обращайтесь к Богу по имени и всё откроется. Или нет?

---

Текстовая версия.

Сегодня я перестал считаться молодёжью.

По-китайски, три дюжины – юбилей: значимая, но – только часть большого круга, – и эго ещё не прожило своего.

В этот день вспоминаю своих драгоценных учителей, когда-то показавших, что можно жить с открытым и живым сердцем, и, несмотря на преходящую сущность исторического процесса, даровать людям, детям, ближним и дальним – то, что не имеет цены.

Любовь, сострадание, участие, внимание. Инициацию человеческого.

Сегодня я прошу прощения у своих учителей, у тех, кто вложил в меня столько света, за то, что моя бодхичитта (любовь, сострадание …) не так сильна.

Путь продолжается.

Экспертность слабо отличима от галлюцинации. Вот эксперт рассуждает о том, как должно вести себя российскому государству в экономике, войне, культуре. На любой вопрос есть ответ, выведенный из фундаментальной модели, доступной только для посвящённых. Ответственности эксперт не несёт.

Это галлюцинирование – многопланово и разносторонне. Можно говорить о либерализме и свободах, о политических теориях и бороде, о больших языковых моделях. Путаться в словах и прояснять их, вводить поправки на изменения в реальности. Больше смыслов, больше слов, больше величия и масштаба, категоричнее выводы.

Экспертная галлюцинация может вплестись в реальность, если эксперт захватит власть. Как один повар попытался сделать год назад. Эксперты любят простые, быстрые и неправильные решения. Экспертность сущностно кровожадна, поскольку сама позиция, роль эксперта провоцирует на радикальность, отчётливость высказываний. А значит, говорит эксперт, Набиуллина служит МВФ, а в неисполнении экспертных прогнозов виноваты неучтённые британские родовые элиты. Но теперь они учтены.

И вот есть правые и виноватые, ПРАВДА и вредители. Потребность в чистке и мобилизации, экономика растёт вопреки ЦБ (какой сюрреализм...), боевые генералы не могут воровать и когда взывали к ротации элит, имели в виду ротацию тех, кто не нравится экспертам, на тех, кто даст им власть, а не наоборот, но вот опять – предали.

Могут быть и гораздо более мягкие формы неуместной экспертности, даже совершенно безвредные по всем признаком. Пусть я собрал экспертизу по эргономичным, человекосообразным циклам времён и по способам временения. Как отличить её от галлюцинации, бреда?

Наверное, предложить её по поводу деятельности: не как теорию, а как практику. В нужный момент. Не критика неэргономичности их, а инструмент организации нас – или меня, тебя. Под управленческую задачу, заземление. В противном случае это просто безответственная галлюцинация, приглашение изучить связь каких-то оторванных смыслов.

Различие экспертности от галлюцинирования проявляется только в последовательном, регулярном исполнении решений. Если решения не исполняются, экспертность вырождается в позу: все виноваты, тппппррууу. А значит, взращивать такую экспертность – равно идти против истины.