Рисунки Толкина (Pictures by J.R.R. Tolkien). Кристофер Толкин, Джон Рональд Руэл Толкин. Издательство HarperCollins, 2021.
Первое издание этой книжки случилось ещё в 1979-ом году, переиздавалась она в 1992-ом, при этом иллюстрации мелькали с 1927-го. Что за иллюстрации? Картинки к эпизодам книг, зарисовки, скетчи, фантазийные паттерны и купонные узоры, созданные самим Джоном Рональдом Руэлом Толкиным, который, как оказалось, неплохо рисовал (если б не удалась карьера писателя, он вполне мог стать отличным графиком или каллиграфом).
Книжку составил сын Толкина - Кристофер, которому помог цветом художник Гарольд Эрик Риддетт, раскрасивший некоторые чёрно-белые рисунки Толкина-отца, которые ранее демонстрировали в календарях и в редких иллюстрированных изданиях главного создателя волшебных миров (да простят меня поклонники Роулинг).
Часть иллюстраций, раскрашенных Риддетом, впервые показали ещё в 1970-х, но цветные сканы большей части картинок, вошедших в книжку, были сделаны (переделаны) совсем недавно - детализация и качество рисунка, конечно, превосходит издание даже 1992-го года. При этом каждая картинка сопровождается комментарием младшего Толкина, что делает книжку… более душевной, что ли.
И более биографичной! По поводу одной иллюстрации Кристофер пишет, что её разместили в книге 1938-го года, изрядно кадрировав и обрезав по краям, и Толкин-отец сокрушался, зачем же издатели так изувечили картинку. В отношении другой иллюстрации младший Толкин признаёт собственную ошибку: он не смог идентифицировать, что она является частью другого рисунка; позднюю подсказку одного стороннего эксперта он подтвердил перепиской отца, что стало поводом исправить комментарий в этой новой книжке.
Цитат не будет, но в комментариях - фото иллюстраций. Очень красивая книжка.
Первое издание этой книжки случилось ещё в 1979-ом году, переиздавалась она в 1992-ом, при этом иллюстрации мелькали с 1927-го. Что за иллюстрации? Картинки к эпизодам книг, зарисовки, скетчи, фантазийные паттерны и купонные узоры, созданные самим Джоном Рональдом Руэлом Толкиным, который, как оказалось, неплохо рисовал (если б не удалась карьера писателя, он вполне мог стать отличным графиком или каллиграфом).
Книжку составил сын Толкина - Кристофер, которому помог цветом художник Гарольд Эрик Риддетт, раскрасивший некоторые чёрно-белые рисунки Толкина-отца, которые ранее демонстрировали в календарях и в редких иллюстрированных изданиях главного создателя волшебных миров (да простят меня поклонники Роулинг).
Часть иллюстраций, раскрашенных Риддетом, впервые показали ещё в 1970-х, но цветные сканы большей части картинок, вошедших в книжку, были сделаны (переделаны) совсем недавно - детализация и качество рисунка, конечно, превосходит издание даже 1992-го года. При этом каждая картинка сопровождается комментарием младшего Толкина, что делает книжку… более душевной, что ли.
И более биографичной! По поводу одной иллюстрации Кристофер пишет, что её разместили в книге 1938-го года, изрядно кадрировав и обрезав по краям, и Толкин-отец сокрушался, зачем же издатели так изувечили картинку. В отношении другой иллюстрации младший Толкин признаёт собственную ошибку: он не смог идентифицировать, что она является частью другого рисунка; позднюю подсказку одного стороннего эксперта он подтвердил перепиской отца, что стало поводом исправить комментарий в этой новой книжке.
Цитат не будет, но в комментариях - фото иллюстраций. Очень красивая книжка.
История мира в 10 1/2 главах (A History of The World In 10 1/2 Chapters). Джулиан Барнс. Перевод В. Бабкова. Издательство «Азбука-Аттикус», 2021.
Барнса либо очень любишь, либо недоумеваешь, отчего ж он так нравится другим. Я зависла в каком-то промежуточном состоянии, но эту свою неопределённость могу объяснить: у Барнса мне всего немножко не хватает. Он препарирует историю и события, но не так въедливо, как Энриге. Он сарказмирует в адрес религиозных фанатиков и церкви, но не так метко, как Мендоса или Льоса. Он шутит, но ему далеко до других по-британски прекрасных писателей-юмористов...
В этой книжке главные герои - древоточцы, которые в переводе то ли черви, то ли жуки, но по контексту всё же либо гусеницы, стало быть, протобабочки, либо родственники термитов (простите за энтомологическое занудство). Эти самые древоточцы - базис мира, фундамент, непроходящее, вечная истина и тихая сила, не подвластная времени, событиям и законам. Они просто есть, по своей воле и потому, что, ну, должно же быть что-то вечное - почему бы и не древоточцы?..
Все остальные герои - миг, вздох, всполох во вселенной, начиная от старины Ноя с сыновьями и Ковчегом и заканчивая почившим героем последней главы (это не спойлер, а зачин). И все неугомонные, ищущие, тревожащиеся, у всех сомнения и поиски, часто - проблемы с алкоголем, сном и Луной, и никогда не утоляемая жажда: понять, зачем. мы. здесь.
Барнс даже не пытается дать ответ. Он наблюдает за героями и, посмеиваясь, протоколирует жизни. Цитатно.
* … человек по сравнению с животными - существо недоразвитое. Мы, конечно, не отрицаем вашей смышлёности, вашего значительного потенциала. Но вы пока ещё находитесь на ранней стадии развития. Мы, например, всегда остаёмся самими собой: вот что значит быть развитыми. Мы такие, какие есть, и мы знаем, кто мы такие. Вы же не станете ждать от кошки, чтобы она залаяла, или от свиньи - чтобы она замычала? Но именно этого, выражаясь фигурально, мы научились ожидать от представителей вашего вида.
* … люди перестали задумываться о том, что происходит вокруг, - всем некогда.
* … Мы замечаем, что люди с устойчивым синдромом жертвы часто испытывают острое чувство вины и обращаются в бегство… Вы материализовали своё беспокойство и смятение, перенесли их во внешний мир. Это нормально… Вполне нормально.
- Я тут не единственная устойчивая жертва, - ответила я. - Весь наш полоумный мир - устойчивая жертва.
* Как воплотить катастрофу в искусстве? Теперь это делается автоматически. Взрыв на атомной станции? Не пройдёт и года, как на лондонской сцене будет поставлена пьеса. Убит президент? Вы получите книгу, или фильм, или экранизированную версию книги, или беллетризованную версию фильма. Война? Шлите туда романистов. Ряд кровавых убийств? И сразу слышен топот марширующих поэтов… Катастрофа стала искусством; однако это превращение не умаляет. Оно освобождает, расширяет, объясняет. Катастрофа стала искусством; может быть, именно в этом и есть её главный смысл.
* Любовь антимеханистична, антиматериалистична; вот почему плохая любовь всё равно хороша. Она может сделать вас несчастными, но она кричит, что нельзя ставить материю и механику во главу угла. Религия выродилась либо в будничное нытьё, либо в законченное сумасшествие, либо в некое подобие бизнеса, где духовность путается с благотворительными пожертвованиями. Искусство, обретая уверенность благодаря упадку религии, на свой лад возвещает о трансцендентности мира… но его открытия доступны не всем, а если и доступны, то не всегда воодушевляющи или приятны. Поэтому религия и искусство должны отступить перед любовью. Именно ей обязаны мы своей человечностью и своим мистицизмом. Благодаря ей мы - это нечто большее, чем просто мы.
* * *
Хорошая книжка. Для подумать, пофилософствовать.
Барнса либо очень любишь, либо недоумеваешь, отчего ж он так нравится другим. Я зависла в каком-то промежуточном состоянии, но эту свою неопределённость могу объяснить: у Барнса мне всего немножко не хватает. Он препарирует историю и события, но не так въедливо, как Энриге. Он сарказмирует в адрес религиозных фанатиков и церкви, но не так метко, как Мендоса или Льоса. Он шутит, но ему далеко до других по-британски прекрасных писателей-юмористов...
В этой книжке главные герои - древоточцы, которые в переводе то ли черви, то ли жуки, но по контексту всё же либо гусеницы, стало быть, протобабочки, либо родственники термитов (простите за энтомологическое занудство). Эти самые древоточцы - базис мира, фундамент, непроходящее, вечная истина и тихая сила, не подвластная времени, событиям и законам. Они просто есть, по своей воле и потому, что, ну, должно же быть что-то вечное - почему бы и не древоточцы?..
Все остальные герои - миг, вздох, всполох во вселенной, начиная от старины Ноя с сыновьями и Ковчегом и заканчивая почившим героем последней главы (это не спойлер, а зачин). И все неугомонные, ищущие, тревожащиеся, у всех сомнения и поиски, часто - проблемы с алкоголем, сном и Луной, и никогда не утоляемая жажда: понять, зачем. мы. здесь.
Барнс даже не пытается дать ответ. Он наблюдает за героями и, посмеиваясь, протоколирует жизни. Цитатно.
* … человек по сравнению с животными - существо недоразвитое. Мы, конечно, не отрицаем вашей смышлёности, вашего значительного потенциала. Но вы пока ещё находитесь на ранней стадии развития. Мы, например, всегда остаёмся самими собой: вот что значит быть развитыми. Мы такие, какие есть, и мы знаем, кто мы такие. Вы же не станете ждать от кошки, чтобы она залаяла, или от свиньи - чтобы она замычала? Но именно этого, выражаясь фигурально, мы научились ожидать от представителей вашего вида.
* … люди перестали задумываться о том, что происходит вокруг, - всем некогда.
* … Мы замечаем, что люди с устойчивым синдромом жертвы часто испытывают острое чувство вины и обращаются в бегство… Вы материализовали своё беспокойство и смятение, перенесли их во внешний мир. Это нормально… Вполне нормально.
- Я тут не единственная устойчивая жертва, - ответила я. - Весь наш полоумный мир - устойчивая жертва.
* Как воплотить катастрофу в искусстве? Теперь это делается автоматически. Взрыв на атомной станции? Не пройдёт и года, как на лондонской сцене будет поставлена пьеса. Убит президент? Вы получите книгу, или фильм, или экранизированную версию книги, или беллетризованную версию фильма. Война? Шлите туда романистов. Ряд кровавых убийств? И сразу слышен топот марширующих поэтов… Катастрофа стала искусством; однако это превращение не умаляет. Оно освобождает, расширяет, объясняет. Катастрофа стала искусством; может быть, именно в этом и есть её главный смысл.
* Любовь антимеханистична, антиматериалистична; вот почему плохая любовь всё равно хороша. Она может сделать вас несчастными, но она кричит, что нельзя ставить материю и механику во главу угла. Религия выродилась либо в будничное нытьё, либо в законченное сумасшествие, либо в некое подобие бизнеса, где духовность путается с благотворительными пожертвованиями. Искусство, обретая уверенность благодаря упадку религии, на свой лад возвещает о трансцендентности мира… но его открытия доступны не всем, а если и доступны, то не всегда воодушевляющи или приятны. Поэтому религия и искусство должны отступить перед любовью. Именно ей обязаны мы своей человечностью и своим мистицизмом. Благодаря ей мы - это нечто большее, чем просто мы.
* * *
Хорошая книжка. Для подумать, пофилософствовать.
Московский Кремль после артиллерийского обстрела 1917 года. Фотографии. Пармузина И. С. Издательство «Государственного историко-культурного музея-заповедника «Московский Кремль», 2017.
В процессе подготовки экскурсии по району «Сокол» (об этом могу рассказать, если интересно) не только проштудировала двухтомник о братском кладбище времён Первой мировой, но и собрала чуть ли не почасовую хронологию обстрела Кремля осенью 1917-го года. Данный период и события тоже связаны с «Соколом», и всё это чрезвычайно увлекательно «синхронить» с другими интересными темами (например, с избранием патриарха Тихона). Книжка оказалась очень кстати.
Помимо фотографий, некоторые из которых увидела впервые, в книжке много ценной информации об участниках событий. И великое дело! эта информация не окрашена ни в белый, ни в красный цвет, автор никого не обвиняет и не оправдывает, не придумывает и не интерпретирует, а если чего не знает (или что-то пока не установлено) - так и пишет. Большая редкость в наши тёмные исследовательские времена.
При этом книжку действительно интересно читать. Стилистика не сухая-академичная (хоть автор - старший научный сотрудник музея, что, казалось бы, должно профдеформировать), приведены выдержки из документов, записок, дневников современников событий. Всё это задаёт направления дальнейших изысканий… Цитатно.
* … В потоке стремительно сменявших друг друга событий многое из происходившего не фиксировалось на бумаге: например, сразу же по переходе власти к Советам, были закрыты все газеты, кроме большевистских и левосоциалистических, а издание периодической печати других партий и даже беспартийных возобновилось только 8 ноября. Часть документов была сознательно уничтожена, подобно протоколам МВРК за 25-28 октября.
* Общепринятой датой начала вооружённой борьбы считается поздний вечер 27 октября. Произошло это под стенами Кремля, на Красной площади у Иверских ворот, при столкновении патруля юнкеров и отряда «двинцев», направлявшихся к бывшему генерал-губернаторскому дому на Тверской, где находился Моссовет. Стороны взаимно обвиняли друг друга в открытии стрельбы. «Началась гражданская война», - так затем напишет газета «Утро России».
* … И хотя юнкеров также обвиняли во взломах шкафов, в частности, канцелярских помещений Арсенала, всё-таки основной погром и грабёж начался уже после входа в Кремль красногвардейцев. Подтверждают это в том числе и донесения разведки МВРК… Ограблены были все пустующие квартиры, в том числе сторожка у Спасских ворот и палатка сторожей Архангельского собора, где не удалось вскрыть сейф общества хоругвеносцев, зато из ящиков сторожей были украдены и новые, и ношеные брюки и сюртуки.
* Повреждения Кремля не были самыми страшными в Москве… Но, как отметил художник М. Добужинский, масштаб разрушений заключался не только в размерах и количестве убытков, но и «в моральном символе факта»…
* Преподаватели и учащиеся Московского училища живописи, ваяния и зодчества и члены нескольких объединений московских художников 21 ноября публикуют обращение к русскому народу: «С целью остановить дальнейшее разрушение необходимо устранить возможность столкновений политических партий на арене Кремля и навсегда отказаться от мысли считать его цитаделью г. Москвы… Перенести в другое место арсенал, казармы, склад снарядов и т. д. Только при этом условии для России и всемирной культуры сохранится этот дивный памятник и будет передан в неприкосновенной целости грядущим поколениям».
* * *
Отличная книжка.
В процессе подготовки экскурсии по району «Сокол» (об этом могу рассказать, если интересно) не только проштудировала двухтомник о братском кладбище времён Первой мировой, но и собрала чуть ли не почасовую хронологию обстрела Кремля осенью 1917-го года. Данный период и события тоже связаны с «Соколом», и всё это чрезвычайно увлекательно «синхронить» с другими интересными темами (например, с избранием патриарха Тихона). Книжка оказалась очень кстати.
Помимо фотографий, некоторые из которых увидела впервые, в книжке много ценной информации об участниках событий. И великое дело! эта информация не окрашена ни в белый, ни в красный цвет, автор никого не обвиняет и не оправдывает, не придумывает и не интерпретирует, а если чего не знает (или что-то пока не установлено) - так и пишет. Большая редкость в наши тёмные исследовательские времена.
При этом книжку действительно интересно читать. Стилистика не сухая-академичная (хоть автор - старший научный сотрудник музея, что, казалось бы, должно профдеформировать), приведены выдержки из документов, записок, дневников современников событий. Всё это задаёт направления дальнейших изысканий… Цитатно.
* … В потоке стремительно сменявших друг друга событий многое из происходившего не фиксировалось на бумаге: например, сразу же по переходе власти к Советам, были закрыты все газеты, кроме большевистских и левосоциалистических, а издание периодической печати других партий и даже беспартийных возобновилось только 8 ноября. Часть документов была сознательно уничтожена, подобно протоколам МВРК за 25-28 октября.
* Общепринятой датой начала вооружённой борьбы считается поздний вечер 27 октября. Произошло это под стенами Кремля, на Красной площади у Иверских ворот, при столкновении патруля юнкеров и отряда «двинцев», направлявшихся к бывшему генерал-губернаторскому дому на Тверской, где находился Моссовет. Стороны взаимно обвиняли друг друга в открытии стрельбы. «Началась гражданская война», - так затем напишет газета «Утро России».
* … И хотя юнкеров также обвиняли во взломах шкафов, в частности, канцелярских помещений Арсенала, всё-таки основной погром и грабёж начался уже после входа в Кремль красногвардейцев. Подтверждают это в том числе и донесения разведки МВРК… Ограблены были все пустующие квартиры, в том числе сторожка у Спасских ворот и палатка сторожей Архангельского собора, где не удалось вскрыть сейф общества хоругвеносцев, зато из ящиков сторожей были украдены и новые, и ношеные брюки и сюртуки.
* Повреждения Кремля не были самыми страшными в Москве… Но, как отметил художник М. Добужинский, масштаб разрушений заключался не только в размерах и количестве убытков, но и «в моральном символе факта»…
* Преподаватели и учащиеся Московского училища живописи, ваяния и зодчества и члены нескольких объединений московских художников 21 ноября публикуют обращение к русскому народу: «С целью остановить дальнейшее разрушение необходимо устранить возможность столкновений политических партий на арене Кремля и навсегда отказаться от мысли считать его цитаделью г. Москвы… Перенести в другое место арсенал, казармы, склад снарядов и т. д. Только при этом условии для России и всемирной культуры сохранится этот дивный памятник и будет передан в неприкосновенной целости грядущим поколениям».
* * *
Отличная книжка.
Владивосток. Большой проект. 1860-1922. Составитель А. Каликин, автор текста В. Авченко. Тихоокеанское издательство «Рубеж», 2023
В честь сегодняшнего праздника - Дня ВМФ, который для многих дальневосточников - гораздо больше, чем просто день профессионального чествования, поделюсь красивой фотокнигой (хотя кое-кто сильно скромничает и старается не афишировать свой труд и вклад). Книжка и про море, и про отчаянный авантюризм, про доблесть, честь, борьбу за влияние и «весь мир в труху». В общем, очень про Дальний Восток.
Текста в книжке не особо много, но книжка ценна не текстом - это всё же фотоальбом. Фотографии, рисунки и гравюры, карты, портреты и открытки, записки и скрины из старых газет… А какие люди! какие личности! Невельской, Венюков, Пржевальский, Казакевич, Шмидт, Арсеньев, Буссе, Унтербергер, архимандрит Палладий, Будберг, Янковский, Даттан, Бринер [набрала воздуха в лёгкие], Гондатти, Хорват, Бурлюк, Несмелов, Фадеев, Кессель, Лазо, Гайда… Уууух! Калейдоскоп биографий и судеб!
Попробую всё же хоть что-то передать цитатно (все вопросы по содержанию - к господину Авченко).
* Окно в Азию стало геополитической рифмой к большому европейскому проекту Петра (который, впрочем, был не только западником, как порой считается, и перед самой смертью успел снарядить и благословить 1-ю Камчатскую экспедицию Беринга и Чирикова).
* Ровно через год после основания поста прибывший во Владивосток с инспекцией майор Хитрово, обвинив Комарова в распитии казённого спирта, отстранил прапорщика от должности (существует версия, что Хитрово попросту приревновал к прапорщику собственную жену). Комарова и его отряд перевели на Уссури для обустройства пограничных постов. Во Владивостоке прапорщика сменил будущий адмирал Евгений Бурачёк, списанный с клипера «Разбойник» из-за того, что страдал морской болезнью…
* … Позже Чехов будет так вспоминать несколько дней, проведённые в приморской столице: «Когда я был во Владивостоке, то погода была чудесная, тёплая, несмотря на октябрь, по бухте ходил настоящий кит и плескал хвостищем, впечатление, одним словом, осталось роскошное…».
* В 1914 году Василий Ощепков открыл во Владивостоке первую в России секцию дзюдо (сын сахалинской каторжанки и вольного столяра, он изучал в Японии это искусство у его основателя Дзиноро Кано). Позже Ощепков разработал основы самбо - советского боевого искусства…
* Поэт Асеев попал во Владивосток в сентябре 1917 года, между двумя революциями: «Город рушится лавиной с сопок в океан; город, высвистанный длинными губами тайфунов, вымытый, как кости скелета, сбегающей по его рёбрам водой затяжных дождей… Город падал на меня с высоты сопок; он кренился к морю стенами спадающих отрогов. Густо вплотную кипел вокруг меня незнакомый быт…».
* * *
Красивейшая книжка. С праздником!
P. S.: спасибо всем прекрасным людям, благодаря которым у меня есть эта книжка 🩶
В честь сегодняшнего праздника - Дня ВМФ, который для многих дальневосточников - гораздо больше, чем просто день профессионального чествования, поделюсь красивой фотокнигой (хотя кое-кто сильно скромничает и старается не афишировать свой труд и вклад). Книжка и про море, и про отчаянный авантюризм, про доблесть, честь, борьбу за влияние и «весь мир в труху». В общем, очень про Дальний Восток.
Текста в книжке не особо много, но книжка ценна не текстом - это всё же фотоальбом. Фотографии, рисунки и гравюры, карты, портреты и открытки, записки и скрины из старых газет… А какие люди! какие личности! Невельской, Венюков, Пржевальский, Казакевич, Шмидт, Арсеньев, Буссе, Унтербергер, архимандрит Палладий, Будберг, Янковский, Даттан, Бринер [набрала воздуха в лёгкие], Гондатти, Хорват, Бурлюк, Несмелов, Фадеев, Кессель, Лазо, Гайда… Уууух! Калейдоскоп биографий и судеб!
Попробую всё же хоть что-то передать цитатно (все вопросы по содержанию - к господину Авченко).
* Окно в Азию стало геополитической рифмой к большому европейскому проекту Петра (который, впрочем, был не только западником, как порой считается, и перед самой смертью успел снарядить и благословить 1-ю Камчатскую экспедицию Беринга и Чирикова).
* Ровно через год после основания поста прибывший во Владивосток с инспекцией майор Хитрово, обвинив Комарова в распитии казённого спирта, отстранил прапорщика от должности (существует версия, что Хитрово попросту приревновал к прапорщику собственную жену). Комарова и его отряд перевели на Уссури для обустройства пограничных постов. Во Владивостоке прапорщика сменил будущий адмирал Евгений Бурачёк, списанный с клипера «Разбойник» из-за того, что страдал морской болезнью…
* … Позже Чехов будет так вспоминать несколько дней, проведённые в приморской столице: «Когда я был во Владивостоке, то погода была чудесная, тёплая, несмотря на октябрь, по бухте ходил настоящий кит и плескал хвостищем, впечатление, одним словом, осталось роскошное…».
* В 1914 году Василий Ощепков открыл во Владивостоке первую в России секцию дзюдо (сын сахалинской каторжанки и вольного столяра, он изучал в Японии это искусство у его основателя Дзиноро Кано). Позже Ощепков разработал основы самбо - советского боевого искусства…
* Поэт Асеев попал во Владивосток в сентябре 1917 года, между двумя революциями: «Город рушится лавиной с сопок в океан; город, высвистанный длинными губами тайфунов, вымытый, как кости скелета, сбегающей по его рёбрам водой затяжных дождей… Город падал на меня с высоты сопок; он кренился к морю стенами спадающих отрогов. Густо вплотную кипел вокруг меня незнакомый быт…».
* * *
Красивейшая книжка. С праздником!
P. S.: спасибо всем прекрасным людям, благодаря которым у меня есть эта книжка 🩶
Фата-моргана любви с оркестром (Fatamorgana de amor con banda de musica). Эрнан Ривера Летельер. Перевод Д. Синицыной. Издательство Ивана Лимбаха, 2014.
Книжка упоминаемого ранее чилийского писателя «новой» латиноамериканской волны (даром, что он 1950-го года рождения), который рассказывает о кажущемся. Например, когда создаётся впечатление, что вот оно, счастье. Или вот он, шанс восстановить справедливость или войти/сотворить историю. Или вот прекрасная возможность подтвердить свою значимость, что-то вернуть, успеть, изменить, вспомнить, забыть… Но всё - кажется, как неуловимый сложный мираж, как растворяемое, истапливаемое жарким солнцем пампы будущее маленького недогорода Пампа-Уньон, в котором и происходят события романа.
Летельер смешал реальную историю, вымысел, трагедию и фарс в таких пропорциях, что читатель не может однозначно определить свое отношение к сюжету. Мне нравится или мне мерзко и противно? Я сопереживаю или морщусь от избытка романтических, мм, рюшей в духе XVIII-го века? Мы тут об анархии или категоричном социализме?
Кратко о сюжете. Начало ХХ-го века, пустыня Атакама, рабочие тяжело добывают селитру (но скоро всё канет), полученные песо спускают на сомнительное пойло в кабаках и дамочек в публичных домах. Набожность сочетается с самым суровым грехопадением, проститутки и бандиты - важные слои общества, цирюльник - движитель политического и социального самосознания, а главная нравственно-религиозная проблема в непризнанном городе - отсутствие храма. Как же тут жить? Сокрушаясь и пикируя... И вдруг вспыхивает любовь.
Цитатно.
* Ему всегда казалось, что если скрипка подобает слепым, аккордеон - цыганам, а гитара - ловеласам, то фортепиано - инструмент преимущественно аристократический…
* … с некоторых пор он отказался от тележки и путешествовал на автобусе, не желая обзаводиться автомобилем, хотя мог бы себе это позволить. «Этими лоханками на колёсах, - говаривал он при виде «форда Т» - ведает тот же бес, что заряжает ружья и револьверы».
* - Я приехал наняться в здешний оркестр… Мне сказали, вы тоже музыкант.
Ветеран поправил шляпу, подлил кипятка в тыковку, сахара класть не стал, пошуровал бронзовой трубочкой, медленно, долго, громко, нескончаемо тянул мате и наконец поднял глаза и искоса глянул на Бельо Сандалио.
- Да, - сказал он.
* … Давно Бельо Сандалио не трубил так страстно. Грех было не зажечь такую ночь музыкой, и он, расчувствовавшись от спирта, превратился в горячего ярмарочного цыгана, запускающего ртом залп огня. Воцарилась тишина. Насторожившись, женщины чувствовали, что музыка бежит по их телам, как тёплая вода, что она, словно густая золотая краска, заливает грязный бордель; они догадывались, что ещё чуть-чуть и можно будет протянуть пальчик, вымазать музыкой и накрасить золотом губы, ногти, веки. Некоторые плакали, сами того не замечая. На мгновение они воспалили и стали чисты, как пронзительная музыка, до капли выжавшая самую суть ночи.
* … И когда на грандиозном экране рассвета вся пампа до самого горизонта уже лежала выбеленными остовами мёртвых приисков и сеньорита Голондрина Дель Росарио, словно на старой заезженной плёнке, видела, как её город с бесприютным плачем покидают последние обитатели…
* * *
Хорошая книжка. Очень нужен такой фильм.
P. S.: в книжке есть барабанщик, бывший подрывник, из-за неудачного взрыва потерявший руку и большую часть пальцев на второй - у него осталось лишь два пальца. Однако барабанщик. У Янь Лянькэ в книге «Когда солнце погасло» (см. ранее) есть похожий персонаж, застегивавший пуговицы руками без пальцев. Чрезвычайно воодушевлял остальных участников романа…
P. P. S.: а про музыку так вдохновенно писали Касарес и… Куприн.
Книжка упоминаемого ранее чилийского писателя «новой» латиноамериканской волны (даром, что он 1950-го года рождения), который рассказывает о кажущемся. Например, когда создаётся впечатление, что вот оно, счастье. Или вот он, шанс восстановить справедливость или войти/сотворить историю. Или вот прекрасная возможность подтвердить свою значимость, что-то вернуть, успеть, изменить, вспомнить, забыть… Но всё - кажется, как неуловимый сложный мираж, как растворяемое, истапливаемое жарким солнцем пампы будущее маленького недогорода Пампа-Уньон, в котором и происходят события романа.
Летельер смешал реальную историю, вымысел, трагедию и фарс в таких пропорциях, что читатель не может однозначно определить свое отношение к сюжету. Мне нравится или мне мерзко и противно? Я сопереживаю или морщусь от избытка романтических, мм, рюшей в духе XVIII-го века? Мы тут об анархии или категоричном социализме?
Кратко о сюжете. Начало ХХ-го века, пустыня Атакама, рабочие тяжело добывают селитру (но скоро всё канет), полученные песо спускают на сомнительное пойло в кабаках и дамочек в публичных домах. Набожность сочетается с самым суровым грехопадением, проститутки и бандиты - важные слои общества, цирюльник - движитель политического и социального самосознания, а главная нравственно-религиозная проблема в непризнанном городе - отсутствие храма. Как же тут жить? Сокрушаясь и пикируя... И вдруг вспыхивает любовь.
Цитатно.
* Ему всегда казалось, что если скрипка подобает слепым, аккордеон - цыганам, а гитара - ловеласам, то фортепиано - инструмент преимущественно аристократический…
* … с некоторых пор он отказался от тележки и путешествовал на автобусе, не желая обзаводиться автомобилем, хотя мог бы себе это позволить. «Этими лоханками на колёсах, - говаривал он при виде «форда Т» - ведает тот же бес, что заряжает ружья и револьверы».
* - Я приехал наняться в здешний оркестр… Мне сказали, вы тоже музыкант.
Ветеран поправил шляпу, подлил кипятка в тыковку, сахара класть не стал, пошуровал бронзовой трубочкой, медленно, долго, громко, нескончаемо тянул мате и наконец поднял глаза и искоса глянул на Бельо Сандалио.
- Да, - сказал он.
* … Давно Бельо Сандалио не трубил так страстно. Грех было не зажечь такую ночь музыкой, и он, расчувствовавшись от спирта, превратился в горячего ярмарочного цыгана, запускающего ртом залп огня. Воцарилась тишина. Насторожившись, женщины чувствовали, что музыка бежит по их телам, как тёплая вода, что она, словно густая золотая краска, заливает грязный бордель; они догадывались, что ещё чуть-чуть и можно будет протянуть пальчик, вымазать музыкой и накрасить золотом губы, ногти, веки. Некоторые плакали, сами того не замечая. На мгновение они воспалили и стали чисты, как пронзительная музыка, до капли выжавшая самую суть ночи.
* … И когда на грандиозном экране рассвета вся пампа до самого горизонта уже лежала выбеленными остовами мёртвых приисков и сеньорита Голондрина Дель Росарио, словно на старой заезженной плёнке, видела, как её город с бесприютным плачем покидают последние обитатели…
* * *
Хорошая книжка. Очень нужен такой фильм.
P. S.: в книжке есть барабанщик, бывший подрывник, из-за неудачного взрыва потерявший руку и большую часть пальцев на второй - у него осталось лишь два пальца. Однако барабанщик. У Янь Лянькэ в книге «Когда солнце погасло» (см. ранее) есть похожий персонаж, застегивавший пуговицы руками без пальцев. Чрезвычайно воодушевлял остальных участников романа…
P. P. S.: а про музыку так вдохновенно писали Касарес и… Куприн.
Краткий справочник строителя-дальневосточника. Приморское книжное издательство, 1963.
Понимаю всю неожиданность выбора, но есть ли шанс, что кто-то ещё расскажет вам об этой книжке? Наверное, нет, если только в вашем окружении вдруг не обнаружится строитель-дальневосточник «срединной» советской эпохи. Так что примите как подарок судьбы, тем более сегодня - День строителя.
Зацепившись за название - ибо невозможно пройти мимо упоминания Дальнего Востока в заголовке - пошла листать страницы. И книжка оказалась занятнейшей. Столько открытий! Учитывая же, что по первому образованию я - ортодоксальный статистик, моей профессиональной радости не было предела. Почему? А вот, цитатно.
* За период с 1918 по 1960 г. объем капитальных вложений… составил 278 млрд. рублей… Построено, восстановлено и введено в действие свыше 36 тыс. крупных государственных промышленных предприятий… построено 125 тыс. км новых железнодорожных линий… построено и восстановлено 73 тыс. общеобразовательных школ на 19,5 млн. ученических мест, больниц и поликлиник на 401 тыс. коек, детских садов на 1204 тыс. мест и детских яслей на 786 тыс. мест…
* Клей мездровый (ГОСТ 3252-46) - продукт, получаемый путем разваривания с водой мездры (отходов скотобойной промышленности) и применяется для малярных работ со щелочеустойчивыми красками и др…
Линолеум (ГОСТ 7251-54) — основа, состоящая из кардельной, полукардельной или джуто-кенафной ткани, покрытой пластической массой. Линолеум предназначается для отделки полов в жилых и общественных помещениях.
Обои (ГОСТ 6810-53) - обойная бумага с нанесенным на ней фоном или рисунком. Обои применяются для внутренней отделки стен жилых помещений. Выпускаются обои рулонами длиной 6-12 м при ширине 500, 600 и 750 мм.
* … В морских гидротехнических сооружениях бетон подвергается интенсивному разрушению в зоне переменного уровня. Интенсивное разрушение бетона в указанной зоне наблюдается в южных морях с жарким сухим климатом, в северных морях с суровым климатом и в средней полосе, где климат не отличается ни суровостью, ни сухостью.
* Правилами финансирования строительства, утвержденными постановлением Совета Министров СССР 24/VII 1955 г., банкам долгосрочных вложений предоставлено право производить контрольные обмеры выполненных работ. Задачей контрольных обмеров является проверка в натуре непосредственно на стройке правильности принятых заказчиком и оплаченных банками актов приемки работ… При выявлении нарушений банками взыскивается штраф в размере 3% от суммы завышений, установленных контрольным обмером. Штраф взыскивается с заказчика и подрядчика равными долями.
* Авторство на открытия, изобретения и рационализаторские предложения в СССР охраняется законом и удостоверяется: на открытия - дипломами, на изобретения - авторскими свидетельствами или патентами и на рационализаторские предложения - удостоверениями… Вознаграждения за изобретения и рационализаторские предложения выплачиваются из расчета суммы экономии за первые 12 месяцев использования изобретения или рационализаторского предложения, с пересчетом в дальнейшем по максимальной годовой экономии для изобретений в течение четырех лет и рационализаторских предложений за второй год.
* * *
Увлечься можно и азбукой ))
Интересная книжка.
Понимаю всю неожиданность выбора, но есть ли шанс, что кто-то ещё расскажет вам об этой книжке? Наверное, нет, если только в вашем окружении вдруг не обнаружится строитель-дальневосточник «срединной» советской эпохи. Так что примите как подарок судьбы, тем более сегодня - День строителя.
Зацепившись за название - ибо невозможно пройти мимо упоминания Дальнего Востока в заголовке - пошла листать страницы. И книжка оказалась занятнейшей. Столько открытий! Учитывая же, что по первому образованию я - ортодоксальный статистик, моей профессиональной радости не было предела. Почему? А вот, цитатно.
* За период с 1918 по 1960 г. объем капитальных вложений… составил 278 млрд. рублей… Построено, восстановлено и введено в действие свыше 36 тыс. крупных государственных промышленных предприятий… построено 125 тыс. км новых железнодорожных линий… построено и восстановлено 73 тыс. общеобразовательных школ на 19,5 млн. ученических мест, больниц и поликлиник на 401 тыс. коек, детских садов на 1204 тыс. мест и детских яслей на 786 тыс. мест…
* Клей мездровый (ГОСТ 3252-46) - продукт, получаемый путем разваривания с водой мездры (отходов скотобойной промышленности) и применяется для малярных работ со щелочеустойчивыми красками и др…
Линолеум (ГОСТ 7251-54) — основа, состоящая из кардельной, полукардельной или джуто-кенафной ткани, покрытой пластической массой. Линолеум предназначается для отделки полов в жилых и общественных помещениях.
Обои (ГОСТ 6810-53) - обойная бумага с нанесенным на ней фоном или рисунком. Обои применяются для внутренней отделки стен жилых помещений. Выпускаются обои рулонами длиной 6-12 м при ширине 500, 600 и 750 мм.
* … В морских гидротехнических сооружениях бетон подвергается интенсивному разрушению в зоне переменного уровня. Интенсивное разрушение бетона в указанной зоне наблюдается в южных морях с жарким сухим климатом, в северных морях с суровым климатом и в средней полосе, где климат не отличается ни суровостью, ни сухостью.
* Правилами финансирования строительства, утвержденными постановлением Совета Министров СССР 24/VII 1955 г., банкам долгосрочных вложений предоставлено право производить контрольные обмеры выполненных работ. Задачей контрольных обмеров является проверка в натуре непосредственно на стройке правильности принятых заказчиком и оплаченных банками актов приемки работ… При выявлении нарушений банками взыскивается штраф в размере 3% от суммы завышений, установленных контрольным обмером. Штраф взыскивается с заказчика и подрядчика равными долями.
* Авторство на открытия, изобретения и рационализаторские предложения в СССР охраняется законом и удостоверяется: на открытия - дипломами, на изобретения - авторскими свидетельствами или патентами и на рационализаторские предложения - удостоверениями… Вознаграждения за изобретения и рационализаторские предложения выплачиваются из расчета суммы экономии за первые 12 месяцев использования изобретения или рационализаторского предложения, с пересчетом в дальнейшем по максимальной годовой экономии для изобретений в течение четырех лет и рационализаторских предложений за второй год.
* * *
Увлечься можно и азбукой ))
Интересная книжка.
Доска Дионисия. Антикварный роман-житие в десяти клеймах. Алексей Смирнов фон Раух. Издательство «Индивидуум», 2024.
Книжку рекомендуют многие, но сдаётся мне, здесь сыграли роль тоска по нормальному русскому языку в современной литературе, декадентский флёр советского авангарда третьей волны и тот факт, что книжку издали спустя почти полвека после написания (причины - цензура, нестандартность и неблагонадежность автора, нестабильность читающей аудитории и прочее).
Почему так думаю? Книжка оказалась неровной, местами рыхлой, скомканной, рваной. У автора - художника и реставратора Алексея Глебовича Смирнова (фон Раух - благоприобретённый псевдоним) получилось нечто, похожее на эскиз с неясным сюжетом, размытым фоном, но с чётко выписанными, прорисованными характерами. Возможно, сказалась тяга и талант автора к эссе (ах, как чёрно-язвенно-чумно он пишет про эпоху советского заката в своих эссе для «Зеркала»! поделюсь в комментарии). Из эссе же родилась и структура романа в клеймах… Но это мои домыслы.
Главным героем произведения назначаю лютого старца Ермолая, который оказался связан - прямо и косвенно - со всеми остальными участниками романа, ищущими древние иконы, тайники и клады, лёгкие деньги, тяжёлую правду между белыми и красными, смысл жизни, любовь… Ермолая автор выписал с трогательной нежностью, сожалением, в классической тоскливой манере большой русской литературы. И пожалуй, ради Ермолая и я порекомендую книжку. Ради Ермолая и иконописца Дионисия.
Цитатно.
* … остановилась в небольшой, ещё старой губернской гостинице. При входе стояло огромное купеческое, в обитой позолоченной лепной раме, зеркало в два человеческих роста, кругом была мебель пятидесятых годов и пыльные южные растения, которым было скучно и одиноко…
* … потом он выспрашивал у полицаев и власовцев, появившихся в лагере, о немецком нашествии. То, что он слышал, было не по его. Он ждал большого крестного хода христовых воинов-мстителей. Впереди с хоругвиями Спаса и Георгия Победоносца шли монахи, за ними плотными рядами в русских выгоревших заломленных фуражках двигалось белое воинство. Колхозы распускались, монастырям и храмам возвращались земли, господа вновь водворялись в родовых гнёздах и над всей землёй русской стоял густой колокольный звон…
* … От Студёного до Тёплого моря протянулись набрякшие красными гранатовыми камнями пальцы в желтоватых пятнах - московские пальцы, уже немного уставшие повелевать…
* Шимоня, очень ценивший книги и построивший для библиотеки и монастырской казны специальный тайник на случай лихолетья, был человеком, как теперь сказали бы, взбалмошно-образованным. Прочитанное совершенно не влияло на его нравственную физиономию. Он мог долго рассуждать о аристотелевской мудрости, потом приказать выпороть смерда, потом отправиться с рогатиной на медведя и окончить день оргией в мыленке со своими языческими рабынями. Никого не уважал Шимона, страх у него заменял уважение. Впрочем, это качество было присуще и всей тогдашней и поздней русской аристократии, в принципе, мало они отличались от своих вышколенных холопей - боялись и уважали только силу. Холопи боялись боярина, а бояре - Великого князя.
* В уме Ермолая жила всё время одна, с точки зрения догматического богословия, абсолютно еретическая мысль: он не верил в чёрта, в лукавого. Саму идею «чёрта» он считал домыслом слабых жалких людишек, страшащихся истины. Двуединость Бога, сочетание в нём созидательных и разрушительных сатанинских начал было для Ермолая догматом веры. Он - и созидатель, и сатана одновременно, а так как такое соединение в одном существе двух начал недоступно пониманию людей, то они и придумали чёрта, чтобы им легче жилось - всё чёрное было бы на кого свалить.
* * *
Хорошая книжка.
Книжку рекомендуют многие, но сдаётся мне, здесь сыграли роль тоска по нормальному русскому языку в современной литературе, декадентский флёр советского авангарда третьей волны и тот факт, что книжку издали спустя почти полвека после написания (причины - цензура, нестандартность и неблагонадежность автора, нестабильность читающей аудитории и прочее).
Почему так думаю? Книжка оказалась неровной, местами рыхлой, скомканной, рваной. У автора - художника и реставратора Алексея Глебовича Смирнова (фон Раух - благоприобретённый псевдоним) получилось нечто, похожее на эскиз с неясным сюжетом, размытым фоном, но с чётко выписанными, прорисованными характерами. Возможно, сказалась тяга и талант автора к эссе (ах, как чёрно-язвенно-чумно он пишет про эпоху советского заката в своих эссе для «Зеркала»! поделюсь в комментарии). Из эссе же родилась и структура романа в клеймах… Но это мои домыслы.
Главным героем произведения назначаю лютого старца Ермолая, который оказался связан - прямо и косвенно - со всеми остальными участниками романа, ищущими древние иконы, тайники и клады, лёгкие деньги, тяжёлую правду между белыми и красными, смысл жизни, любовь… Ермолая автор выписал с трогательной нежностью, сожалением, в классической тоскливой манере большой русской литературы. И пожалуй, ради Ермолая и я порекомендую книжку. Ради Ермолая и иконописца Дионисия.
Цитатно.
* … остановилась в небольшой, ещё старой губернской гостинице. При входе стояло огромное купеческое, в обитой позолоченной лепной раме, зеркало в два человеческих роста, кругом была мебель пятидесятых годов и пыльные южные растения, которым было скучно и одиноко…
* … потом он выспрашивал у полицаев и власовцев, появившихся в лагере, о немецком нашествии. То, что он слышал, было не по его. Он ждал большого крестного хода христовых воинов-мстителей. Впереди с хоругвиями Спаса и Георгия Победоносца шли монахи, за ними плотными рядами в русских выгоревших заломленных фуражках двигалось белое воинство. Колхозы распускались, монастырям и храмам возвращались земли, господа вновь водворялись в родовых гнёздах и над всей землёй русской стоял густой колокольный звон…
* … От Студёного до Тёплого моря протянулись набрякшие красными гранатовыми камнями пальцы в желтоватых пятнах - московские пальцы, уже немного уставшие повелевать…
* Шимоня, очень ценивший книги и построивший для библиотеки и монастырской казны специальный тайник на случай лихолетья, был человеком, как теперь сказали бы, взбалмошно-образованным. Прочитанное совершенно не влияло на его нравственную физиономию. Он мог долго рассуждать о аристотелевской мудрости, потом приказать выпороть смерда, потом отправиться с рогатиной на медведя и окончить день оргией в мыленке со своими языческими рабынями. Никого не уважал Шимона, страх у него заменял уважение. Впрочем, это качество было присуще и всей тогдашней и поздней русской аристократии, в принципе, мало они отличались от своих вышколенных холопей - боялись и уважали только силу. Холопи боялись боярина, а бояре - Великого князя.
* В уме Ермолая жила всё время одна, с точки зрения догматического богословия, абсолютно еретическая мысль: он не верил в чёрта, в лукавого. Саму идею «чёрта» он считал домыслом слабых жалких людишек, страшащихся истины. Двуединость Бога, сочетание в нём созидательных и разрушительных сатанинских начал было для Ермолая догматом веры. Он - и созидатель, и сатана одновременно, а так как такое соединение в одном существе двух начал недоступно пониманию людей, то они и придумали чёрта, чтобы им легче жилось - всё чёрное было бы на кого свалить.
* * *
Хорошая книжка.