Выяснилось, далеко не все знают, как пользоваться поиском в tg-канале. А это просто.
1) Зайдите в «шапку» канала и откройте меню (нажмите на название) - см. картинку 1.
2) В открывшемся меню вверху справа нажмите иконку «три точки» - см. картинку 2.
3) В этом меню выберите пункт с названием «Поиск» и иконкой «лупа» (название «Search», если англоязычный вариант приложения) - картинка 3.
4) В диалоговом окне введите название книги, о которой вы хотите найти информацию, фамилию/имя автора, ключевое слово (например, 1920) - картинка 4.
5) Как видно на картинке 5, в канале найдено 19 упоминаний 1920-го года (в строке поиска «1920»). Пользуясь стрелочками в нижнем правом углу, вы можете перемещаться между упоминаниями, от первого (самое недавнее) к последнему (самое древнее).
Пользуйтесь.
1) Зайдите в «шапку» канала и откройте меню (нажмите на название) - см. картинку 1.
2) В открывшемся меню вверху справа нажмите иконку «три точки» - см. картинку 2.
3) В этом меню выберите пункт с названием «Поиск» и иконкой «лупа» (название «Search», если англоязычный вариант приложения) - картинка 3.
4) В диалоговом окне введите название книги, о которой вы хотите найти информацию, фамилию/имя автора, ключевое слово (например, 1920) - картинка 4.
5) Как видно на картинке 5, в канале найдено 19 упоминаний 1920-го года (в строке поиска «1920»). Пользуясь стрелочками в нижнем правом углу, вы можете перемещаться между упоминаниями, от первого (самое недавнее) к последнему (самое древнее).
Пользуйтесь.
Гомер навсегда. Mindig Homérosznak. Ласло Краснахоркаи. Перевод Ю. Гусева. Издательство Polyandria NoAge, 2025.
Книжка… сложная. Но начну с другого. Как у вас с Гомером? Ладите? Перечитываете пару раз в год? Или, увы, всего лишь в общих чертах знаете, допустим, «Илиаду»? Вот и я… Впрочем, долой смущение, совершенных нет, но приступать к этой книге без хотя-бы-поверхностного знакомства с бессмертными произведениями Гомера не стоит - будет ещё сложнее.
Почему Краснахоркаи именно так назвал книжку? Вопрос вопросов. Да, по ходу сюжета упоминается «Одиссея» (дождитесь этого момента, прям готовый кусок сценария) плюс связанная с ней хорватская легенда об острове Млет, но тогда логичнее было бы назвать книгу «Одиссей навсегда». Ан нет. Похоже, для автора именно Гомер ассоциируется с побегом, движением от или к, или этим разъедающим изнутри чувством бессмысленности как стационарного, так и перманентно бегущего существования (о, так вот почему все вокруг так внезапно побежали!), и одновременно - с чувством потери своего места. Однако почему же Гомер?..
Пытаясь понять, объяснить для себя смысл книжки, накопала всякие отзывы, интервью Краснахоркаи и мысливбуквах разных литературных критиков. Из всего этого понравилась фраза самого автора о том, что «мы больше принадлежим к миру животных» и вывод одного чудесного венгерского журналиста (ссылка в комментарии): «… суть в том, что говорить больше не с кем… от иллюзии аудитории можно отказаться, аудитории нет, и лучше, что её нет… Автор пишет то, что пишет, не для читателей, а скорее, сбегая от читателей… И это, пожалуй, самая одинокая книга Краснахоркаи…». Цитатно.
* … важнейший элемент бегства - вовсе не поиск защищённого места… защищённое место - это и есть опасность, потому что преследователи как раз в таком месте и будут его искать, а кроме того, в защищённом месте усиливается страх - от осознания, какая же огромная опасность подстерегает тебя снаружи, и страх этот усиливается сам по себе, сам себя раздувает, затмевая, заглушая всё остальное… так что решение - в том, что защиту нужно находить не в защищённом месте, а в самой опасности…
* … он всегда презирал и сегодня презирает… математику… ведь математика… не признаёт универсальной реальности моральных вопросов, она считает, что у морали есть своё место…
* … конечной цели ни у чего нет… есть лишь элемент бытия, частица бытия, которая и сама по себе есть не что иное, как процесс… случайно захваченных элементов, это и называют - ошибочно! ошибочно! - целью, хотя это всего лишь следствие, которое один какой-то элемент, из множества которых состоит процесс, постоянно должен переносить, быть страдательным объектом, и это состояние, состояние страдательного объекта - если говорить совсем точно, страдание объекта - и есть жизнь…
* … да, он знает, странно слышать… от него, произнёсшего в своей жизни столько равнодушных фраз о том, насколько и почему он не способен верить, и он очень, очень сожалеет об этом… он верит… и не станет вступать в споры о вероучении… и сердце его преисполнится радостью… потому что он верит, а кто верит, тот не может участвовать в диалоге, который строится на ложных идеях, на идеях, продиктованных гордыней человеческой…
* … ускоряя шаги на спуске, через некоторое время почувствовал, что едва касается ногами земли, едва ли не парит в воздухе, всё стремительнее двигаясь вниз… и, одолев очередную извилину, он вдруг увидел море, море было невероятно огромным, и было невероятно синим, и расстилалось справа от него, внизу, далеко-далеко, покрывая всё, что только можно покрыть, и он смотрел на него, сбегая-слетая вниз, смотрел и смотрел, и сердце готово было разорваться от счастья, что он всё это видит и чувствует…
* * *
Хорошая книжка. Интересная.
А про QR-ссылки на записи перкуссионного сопровождения каждой главы и жуткие иллюстрации к книжке можно почитать в инете.
P. S.: кстати, во многих отзывах найдёте, что книжка тоскливая, глубоко несчастная, всё тлен. Не верьте. Потому что - и читаем последнюю главу. ¡No pasarán! ))
Книжка… сложная. Но начну с другого. Как у вас с Гомером? Ладите? Перечитываете пару раз в год? Или, увы, всего лишь в общих чертах знаете, допустим, «Илиаду»? Вот и я… Впрочем, долой смущение, совершенных нет, но приступать к этой книге без хотя-бы-поверхностного знакомства с бессмертными произведениями Гомера не стоит - будет ещё сложнее.
Почему Краснахоркаи именно так назвал книжку? Вопрос вопросов. Да, по ходу сюжета упоминается «Одиссея» (дождитесь этого момента, прям готовый кусок сценария) плюс связанная с ней хорватская легенда об острове Млет, но тогда логичнее было бы назвать книгу «Одиссей навсегда». Ан нет. Похоже, для автора именно Гомер ассоциируется с побегом, движением от или к, или этим разъедающим изнутри чувством бессмысленности как стационарного, так и перманентно бегущего существования (о, так вот почему все вокруг так внезапно побежали!), и одновременно - с чувством потери своего места. Однако почему же Гомер?..
Пытаясь понять, объяснить для себя смысл книжки, накопала всякие отзывы, интервью Краснахоркаи и мысливбуквах разных литературных критиков. Из всего этого понравилась фраза самого автора о том, что «мы больше принадлежим к миру животных» и вывод одного чудесного венгерского журналиста (ссылка в комментарии): «… суть в том, что говорить больше не с кем… от иллюзии аудитории можно отказаться, аудитории нет, и лучше, что её нет… Автор пишет то, что пишет, не для читателей, а скорее, сбегая от читателей… И это, пожалуй, самая одинокая книга Краснахоркаи…». Цитатно.
* … важнейший элемент бегства - вовсе не поиск защищённого места… защищённое место - это и есть опасность, потому что преследователи как раз в таком месте и будут его искать, а кроме того, в защищённом месте усиливается страх - от осознания, какая же огромная опасность подстерегает тебя снаружи, и страх этот усиливается сам по себе, сам себя раздувает, затмевая, заглушая всё остальное… так что решение - в том, что защиту нужно находить не в защищённом месте, а в самой опасности…
* … он всегда презирал и сегодня презирает… математику… ведь математика… не признаёт универсальной реальности моральных вопросов, она считает, что у морали есть своё место…
* … конечной цели ни у чего нет… есть лишь элемент бытия, частица бытия, которая и сама по себе есть не что иное, как процесс… случайно захваченных элементов, это и называют - ошибочно! ошибочно! - целью, хотя это всего лишь следствие, которое один какой-то элемент, из множества которых состоит процесс, постоянно должен переносить, быть страдательным объектом, и это состояние, состояние страдательного объекта - если говорить совсем точно, страдание объекта - и есть жизнь…
* … да, он знает, странно слышать… от него, произнёсшего в своей жизни столько равнодушных фраз о том, насколько и почему он не способен верить, и он очень, очень сожалеет об этом… он верит… и не станет вступать в споры о вероучении… и сердце его преисполнится радостью… потому что он верит, а кто верит, тот не может участвовать в диалоге, который строится на ложных идеях, на идеях, продиктованных гордыней человеческой…
* … ускоряя шаги на спуске, через некоторое время почувствовал, что едва касается ногами земли, едва ли не парит в воздухе, всё стремительнее двигаясь вниз… и, одолев очередную извилину, он вдруг увидел море, море было невероятно огромным, и было невероятно синим, и расстилалось справа от него, внизу, далеко-далеко, покрывая всё, что только можно покрыть, и он смотрел на него, сбегая-слетая вниз, смотрел и смотрел, и сердце готово было разорваться от счастья, что он всё это видит и чувствует…
* * *
Хорошая книжка. Интересная.
А про QR-ссылки на записи перкуссионного сопровождения каждой главы и жуткие иллюстрации к книжке можно почитать в инете.
P. S.: кстати, во многих отзывах найдёте, что книжка тоскливая, глубоко несчастная, всё тлен. Не верьте. Потому что - и читаем последнюю главу. ¡No pasarán! ))
Можно ли сделать из советского завода мирового лидера металлургии? Короткий ответ - «Да!». Коллектив авторов. Издательский дом «Череповецъ», 2025.
Ещё пару лет назад я была металлургом. Ну, то есть чугун из лётки, конечно, не выпускала, но домну видела. И видела как неповоротливый сляб раскатывают в полосы, сияющие словно солнце. И как в стерильных условиях оцинковывают бесконечную, играющую светом ленту… А раз металлург, то волею помнящих меня коллег (Настя и Женя, обнимаю!) получила такой вот презент - плод коллективного творчества, в котором попытались описать-охватить всю историю Череповецкого металлургического комбината си речь «Северсталь». И самого Череповца.
Книжка, конечно, со своеобразием и спецификой - иными отраслевые издания и не получаются. Главным минусом назначаю попытку авторов описать внешность всех, кому досталась прямая речь: получилось, кхм, кривовато. И довольно бессмысленно, учитывая, что читатели книжки 100% знают, как выглядят все упомянутые спикеры… Но забавно отмечать, что помнишь «купца первой гильдии с окладистой бородой» совсем без бороды ))
В целом, получился довольно удачный, местами ностальгирующий текст. Такой, с хорошим экскурсом, уместными акцентами. Думаю, всем северсталевским очень приятно его читать… Цитатно.
* [А. Мордашов] … пошёл работать на комбинат… Меня сразу заметили как человека, который очень быстро перемещается в пространстве. Когда мне нужно было попасть в какую-нибудь из комнат, я бегал. Не ходил, а бегал. Мне нужно было быстрее…
* … Воистину Черняков на своём месте - и дело… в ярко выраженном врождённом психотипе коммивояжёра, сочетающем здоровый авантюризм с системным подходом. Вполне этому дару нельзя научиться - он либо есть, либо нет. Его носителями богаты портовые хабы типа Одессы или Владивостока…
* … Вот вам три исторические загадки. На чьих пушках Иван Грозный Казань брал? Чьими мечами Дмитрий Донской и белозёрские дружины Мамая за Дон погнали? В чьих кольчугах благоверный князь Александр Невский крестоносную рать на дно Чудского озера уложил благополучно? И на всё есть лишь один верный ответ: Железное Поле.
* До 60-х годов флот череповецкий был исключительно деревянный. Лодочки с 5-сильным моторчиком по прозвищу «тук-тук» или «калоша» бороздили водную гладь Ягорбы и Шексны. Но потом… начали выпускать моторчики посильнее и лодочки посерьёзнее. И наступила эра водоплавания в Череповце. По рассказам горожан, из-за количества лодок вдоль городского берега на Ягорбе возникало ощущение, что Череповец - это не город-завод, а средиземноморский курорт из кино про итальянцев…
* «Чем с виду брутальнее наши производственники, тем они тоньше и теплее внутри, - говорили нам сотрудники комбината. - Они очень настоящие люди…».
* * *
Хорошо, что издали такую книжку.
С большим уважением ко всем моим бывшим коллегам 🩶
P. S.: а тираж второго издания, между прочим, аж четыре тысячи экземпляров. Впечатляет.
Ещё пару лет назад я была металлургом. Ну, то есть чугун из лётки, конечно, не выпускала, но домну видела. И видела как неповоротливый сляб раскатывают в полосы, сияющие словно солнце. И как в стерильных условиях оцинковывают бесконечную, играющую светом ленту… А раз металлург, то волею помнящих меня коллег (Настя и Женя, обнимаю!) получила такой вот презент - плод коллективного творчества, в котором попытались описать-охватить всю историю Череповецкого металлургического комбината си речь «Северсталь». И самого Череповца.
Книжка, конечно, со своеобразием и спецификой - иными отраслевые издания и не получаются. Главным минусом назначаю попытку авторов описать внешность всех, кому досталась прямая речь: получилось, кхм, кривовато. И довольно бессмысленно, учитывая, что читатели книжки 100% знают, как выглядят все упомянутые спикеры… Но забавно отмечать, что помнишь «купца первой гильдии с окладистой бородой» совсем без бороды ))
В целом, получился довольно удачный, местами ностальгирующий текст. Такой, с хорошим экскурсом, уместными акцентами. Думаю, всем северсталевским очень приятно его читать… Цитатно.
* [А. Мордашов] … пошёл работать на комбинат… Меня сразу заметили как человека, который очень быстро перемещается в пространстве. Когда мне нужно было попасть в какую-нибудь из комнат, я бегал. Не ходил, а бегал. Мне нужно было быстрее…
* … Воистину Черняков на своём месте - и дело… в ярко выраженном врождённом психотипе коммивояжёра, сочетающем здоровый авантюризм с системным подходом. Вполне этому дару нельзя научиться - он либо есть, либо нет. Его носителями богаты портовые хабы типа Одессы или Владивостока…
* … Вот вам три исторические загадки. На чьих пушках Иван Грозный Казань брал? Чьими мечами Дмитрий Донской и белозёрские дружины Мамая за Дон погнали? В чьих кольчугах благоверный князь Александр Невский крестоносную рать на дно Чудского озера уложил благополучно? И на всё есть лишь один верный ответ: Железное Поле.
* До 60-х годов флот череповецкий был исключительно деревянный. Лодочки с 5-сильным моторчиком по прозвищу «тук-тук» или «калоша» бороздили водную гладь Ягорбы и Шексны. Но потом… начали выпускать моторчики посильнее и лодочки посерьёзнее. И наступила эра водоплавания в Череповце. По рассказам горожан, из-за количества лодок вдоль городского берега на Ягорбе возникало ощущение, что Череповец - это не город-завод, а средиземноморский курорт из кино про итальянцев…
* «Чем с виду брутальнее наши производственники, тем они тоньше и теплее внутри, - говорили нам сотрудники комбината. - Они очень настоящие люди…».
* * *
Хорошо, что издали такую книжку.
С большим уважением ко всем моим бывшим коллегам 🩶
P. S.: а тираж второго издания, между прочим, аж четыре тысячи экземпляров. Впечатляет.
Книжки из постоянной экспозиции Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва.
Книги 1647 и 1681 года, житие Ефрема Сирина (богослов IV века) и Евангелие от Матфея с толкованием Феофилакта Болгарского.
Книги 1647 и 1681 года, житие Ефрема Сирина (богослов IV века) и Евангелие от Матфея с толкованием Феофилакта Болгарского.
Красная Россия: записки Американской журналистки. Six Red Months in Russia: An Observer’s Account of Russia Before and During the Proletarian Dictatorship. Mirrors of Moscow. Луиза Брайант. Перевод В. Найдёнова. ООО «Издательство редких книг», 2025.
Одна из тех книжек, которые, даже при таком эффектном оформлении (видите силуэты значимых зданий на обложке? тиснение красной фольгой) и такой интересной для меня теме, не могу рекомендовать. Совсем. Честно говоря, не понимаю, почему именно этого автора решили извлечь из забвения - на мой взгляд, это одна из самых слабых книжек периода 1915-1925 годов, повествующих о войнах и революциях в России.
Луиза Брайант - репортёр, журналист, писатель, мемуарист, «вдова товарища Джона Рида» © В. Ленин, в дальнейшем жена Уильяма Буллита (это тот самый первый посол США, устроивший в 1935-м году в посольстве грандиозный бал, на который была приглашена чета Булгаковых… о продолжении, думаю, вы догадываетесь). Журналист… весьма средненький, чрезвычайно ангажированный. Тему схватывает налету, но ни глубины, ни широты взгляда, ни проработки оценки…
В общем. Если вы - такой же зацикленный на определённом периоде истории шизик как я, то, конечно, читайте. Остальным - опционально. Есть гораздо более интересные книги на эту же тему. Однако некоторые заметки всё же вынесу. Цитатно.
* … [В октябре 1917-го] я бесцельно бродила по улицам [Петрограда], мимо маленьких магазинчиков, на которые теперь было жалко смотреть: так они опустели… мимо витрин, в которых красовались цветы… эта масса цветов… До революции садоводство достигло небывалых высот. Особенно это касалось экзотических растений… Со сменой правительства спрос на эту роскошь резко прекратился, но остались теплицы, остались старые садовники. Невозможно в одно мгновение порвать с устоявшимися вещами. Торговые привычки так же трудно сломать, как и любые другие. Поэтому магазины продолжали заполняться цветами…
* [На единственном заседании Учредительного собрания в январе 1918-го] через час после принятия вышеупомянутого постановления… - было уже 4 часа утра - дежурившие в карауле кронштадтские матросы начали перешёптываться. Они устали, им хотелось пойти домой. Наконец один из них откашлялся и сказал [представителям собрания]:
- Все порядочные люди ушли, почему бы и вам тоже не пойти? Охране нужно немного поспать…
* … пленные немецкие солдаты… твердили, что они за революцию, что верят в неё и желают всячески помочь… Потом они признались: [прусские] офицеры в лагере пригрозили, что их всех расстреляют, когда они вернутся в Германию… Один из русских наклонился вперёд и тихо заговорил.
- Товарищ, - сказал он, - сколько офицеров у вас в лагере?
- Да немного, - ответил солдат, - всего три или четыре.
- Почему бы вам не убить их, товарищ? - продолжил русский ровным голосом…
* … на углу увидели несущийся на нас броневик… Мы прижались к арке… броневик… начал извергать огонь, стреляя вдоль улицы, а иногда и в нашу сторону… Первой жертвой стал рабочий. Он был ранен в ногу и без единого звука опустился на землю, постепенно бледнея и теряя сознание, по мере того как вокруг растекалась лужа крови. Никто из нас не смел пошевелиться. Какой-то человек в дорогом меховом пальто монотонно твердил:
- Меня уже тошнит от этой революции!
* К лету 1918 года советское правительство оказалось в железном кольце смерти. Кроме того, в рядах коммунистов царили коррупция, интриги и разврат. Сам Петерс, разрываясь между сторонниками и противниками восстановления смертной казни, в январе 1918 года сказал мне:
- Если нам когда-нибудь придётся убивать, то начать мы должны с наших собственных рядов.
* * *
Красивая, но весьма средняя по содержанию и стилю книжка.
#conread1920
Одна из тех книжек, которые, даже при таком эффектном оформлении (видите силуэты значимых зданий на обложке? тиснение красной фольгой) и такой интересной для меня теме, не могу рекомендовать. Совсем. Честно говоря, не понимаю, почему именно этого автора решили извлечь из забвения - на мой взгляд, это одна из самых слабых книжек периода 1915-1925 годов, повествующих о войнах и революциях в России.
Луиза Брайант - репортёр, журналист, писатель, мемуарист, «вдова товарища Джона Рида» © В. Ленин, в дальнейшем жена Уильяма Буллита (это тот самый первый посол США, устроивший в 1935-м году в посольстве грандиозный бал, на который была приглашена чета Булгаковых… о продолжении, думаю, вы догадываетесь). Журналист… весьма средненький, чрезвычайно ангажированный. Тему схватывает налету, но ни глубины, ни широты взгляда, ни проработки оценки…
В общем. Если вы - такой же зацикленный на определённом периоде истории шизик как я, то, конечно, читайте. Остальным - опционально. Есть гораздо более интересные книги на эту же тему. Однако некоторые заметки всё же вынесу. Цитатно.
* … [В октябре 1917-го] я бесцельно бродила по улицам [Петрограда], мимо маленьких магазинчиков, на которые теперь было жалко смотреть: так они опустели… мимо витрин, в которых красовались цветы… эта масса цветов… До революции садоводство достигло небывалых высот. Особенно это касалось экзотических растений… Со сменой правительства спрос на эту роскошь резко прекратился, но остались теплицы, остались старые садовники. Невозможно в одно мгновение порвать с устоявшимися вещами. Торговые привычки так же трудно сломать, как и любые другие. Поэтому магазины продолжали заполняться цветами…
* [На единственном заседании Учредительного собрания в январе 1918-го] через час после принятия вышеупомянутого постановления… - было уже 4 часа утра - дежурившие в карауле кронштадтские матросы начали перешёптываться. Они устали, им хотелось пойти домой. Наконец один из них откашлялся и сказал [представителям собрания]:
- Все порядочные люди ушли, почему бы и вам тоже не пойти? Охране нужно немного поспать…
* … пленные немецкие солдаты… твердили, что они за революцию, что верят в неё и желают всячески помочь… Потом они признались: [прусские] офицеры в лагере пригрозили, что их всех расстреляют, когда они вернутся в Германию… Один из русских наклонился вперёд и тихо заговорил.
- Товарищ, - сказал он, - сколько офицеров у вас в лагере?
- Да немного, - ответил солдат, - всего три или четыре.
- Почему бы вам не убить их, товарищ? - продолжил русский ровным голосом…
* … на углу увидели несущийся на нас броневик… Мы прижались к арке… броневик… начал извергать огонь, стреляя вдоль улицы, а иногда и в нашу сторону… Первой жертвой стал рабочий. Он был ранен в ногу и без единого звука опустился на землю, постепенно бледнея и теряя сознание, по мере того как вокруг растекалась лужа крови. Никто из нас не смел пошевелиться. Какой-то человек в дорогом меховом пальто монотонно твердил:
- Меня уже тошнит от этой революции!
* К лету 1918 года советское правительство оказалось в железном кольце смерти. Кроме того, в рядах коммунистов царили коррупция, интриги и разврат. Сам Петерс, разрываясь между сторонниками и противниками восстановления смертной казни, в январе 1918 года сказал мне:
- Если нам когда-нибудь придётся убивать, то начать мы должны с наших собственных рядов.
* * *
Красивая, но весьма средняя по содержанию и стилю книжка.
#conread1920