Непонятное искусство. От Моне до Бэнкси. Уилл Гомперц. Перевод И. Литвиновой. Издательство «Синдбад», 2018.

Книга Уилла Гомперца на русском называется "Непонятное искусство. От Моне до Бэнкси", и это оставим на совести русскоязычных маркетологов издания. Оригинальное название "What are you looking at? 150 years of modern art" кажется и более понятным, и более ёмким.

В момент первой публикации книга понаделала шума, да и сейчас считается одним из лучших популяризаторских творений по современному искусству. История, краткие характеристики новых школ, ключевые мастера, биографии, значимость в современных новым течениям реалиях - автор затрагивает многие темы, простым понятным языком, с легким интеллигентным юмором, без судорог неуместного восторга.

Однако для книги довольно сложно определить читателя. Вроде, она написана для комфортного восприятия слабо погруженного в искусство человека, но при этом слишком объемна, разнонаправленна по содержанию - словно энциклопедия, решившая стать бестселлером. С другой стороны, книгой могут заинтересоваться любители современного искусства, но для любителей она слишком поверхностна... Цитатно.

* Позиция Дюшана заключалась в следующем: если художник, сознавая контексты и смыслы, объявил свою работу произведением искусства, то так оно и есть. Он понимал: это предложение при всей своей простоте и доступности способно совершить революцию в художественном мире, как только оно обретёт популярность и станет общепризнанным.

* … если вернуться к первоисточнику… дизайнерских находок, «Чёрному квадрату» Малевича, не покидает ощущение, что картина - чистое надувательство и провокация. И понятно почему. Автор, конечно, ничего подобного не имел в виду, просто он требует от зрителя слишком многого. Скепсис по поводу «Чёрного квадрата», да и всего абстрактного искусства, которое пошло по пути супрематизма, вызван тем, что Малевич перевернул с ног на голову традиционные отношения между художником и зрителем.

* «Лампа Вагегфельда» стала классикой и рассматривается как один из первых блистательных примеров промышленного дизайна. Но, строго говоря, это не совсем так. Пусть Баухаус к тому времени и стал разработчиком прикладной художественной технологии, но студенты по-прежнему мастерили свои изделия вручную… Дизайн изделия, которое выглядит как объект массового производства, и дизайн изделия для массового производства - две совершенно разные вещи.

* … при всей очевидной пассивности, [минималистичные] скульптуры на самом деле тесно связаны с искусством перфоманса, где зритель выступает в качестве исполнителя… Тогда они выполняют задачу, ради которой и были созданы: повлиять на то место, где они установлены, и, самое главное, на тех, кто в нём находится. Речь не о том, чтобы мы просто полюбовались их угловатой элегантностью; мы должны осознать, как их присутствие изменило нас и окружающее пространство.

* … если в стоимости дома учитывается главный критерий «место, место, место», в искусстве это однозначно «провенанс, провенанс и ещё раз провенанс»… Если признанный дилер-тяжеловес продаёт работу художника, которая выставлялась, скажем, в Нью-Йоркском музее современного искусства, МоМА, совершенно очевидно, что её цена будет неизмеримо выше, чем если бы она… только однажды демонстрировалась публике, и то в [провинциальной] школе, где учатся дети художника. Причём работа может быть одна и те же!

* * *

Занятная книжка. Для подумать.

Великий преемник: Божественно совершенная судьба выдающегося товарища Ким Чен Ына. Анна Файфилд. Перевод Н. Мезиной. Издательство «Альпина Паблишер», 2021.

Честно говоря, уже хотела написать про книжку «вам этого нинада», но потом подумалось, что далеко не все из нас с АТРовским прошлым и знают историю или бытность Северной Кореи. В открытом доступе - сплошь слухи и страшилки, сдобренные актуальной пропагандой соответствующего государства, поэтому хоть какая-то фактология - пусть и довольно про-американская - не помешает.

Факты Анна Файфилд, исключительной лёгкости на подъём и профессиональной результативности журналист-международник, приводит. Но у автора весьма своеобразный взгляд на Северную Корею, Азию и современное (речь о 2018-ом) мироустройство в целом, а уж сколько там «бремени белого человека»…

В целом, книжка мне не понравилась. Но допускаю и субъективность, и специфичность авторской подачи (ну, такой у Анны стиль), и мою личную деформацию дальневосточного сознания. Прочитать можно. Полистать. Цитатно.

* И здесь мальчик по имени Ким Чен Ын проводил долгие блаженные дни лета, резвясь на пляжах и прыгая по волнам на «банане». Ко дню его появления на свет, 8 января 1984 г. - года, который в свободном мире после романа Джорджа Оруэлла навсегда ассоциируется с угнетением и тиранией, дед Ким Чен Ына уже 36 лет правил Северной Кореей. Он был Великим Лидером, Солнцем Нации и Железным Всепобеждающим Полководцем Ким Ир Сеном.

* [Во время Корейской войны] США перешли к тактике выжженной земли, сбросив на северную половину Корейского полуострова 635 000 тонн обычных авиа-бомб, тогда как за всю Вторую мировою войну на Тихоокеанском театре они сбросили на врага 503 000 тонн. На Пхеньян было сброшено 200 000 бомб - по одной на каждого горожанина… Разбомбив все цели в городах, американские ВВС разрушили ирригационные и гидроэнергетические плотины, затопив сельскохозяйственные угодья и уничтожив урожай. Командование ВВС жаловалось, что у него больше не осталось целей…

* [Когда хоронили Ким Чен Ира] вдоль улиц выстроились скорбящие пхеньянцы, завывавшие и бившие себя в грудь, сотрясавшиеся в рыданиях и падавшие наземь, что постороннему наблюдателю могло показаться излишне мелодраматичным. Зрелище было сродни корейской мыльной опере, смешанной с латиноамериканской и с добавлением немалой доли абсурда. Гражданам Северной Кореи нет нужды напоминать, как следует оплакивать вождя. Они и так знают, что нужно делать. Определенно, в этой стране никто не хочет оказаться человеком, которого видеокамеры покажут рыдающим не столь горестно, как его соседи...

* … [В момент удачных северокорейских ядерных испытаний международные] эксперты тревожились, что война может вспыхнуть по недоразумению, если одна из сторон неверно истолкует изощренный узор сигналов и маневров, тщательно режиссируемых враждующими странами в последние годы, и отреагирует импульсивно. В конце концов, у [Трампа и Ким Чен Ына] лишь семь лет политического опыта на двоих, и шесть из них - у Ким Чен Ына.

* … на следующий день Си [Цзиньпин] пригласил молодого вождя отобедать в государственном отеле «Пекин», где Мао Цзэдун когда-то принимал его деда. После пяти лет вражды Си изображал, будто Ким - его блудный сын. Тот и правда так зачастил в Китай, что его визиты перестали быть новостью, а только раздражали пекинских водителей…

* * *

Очень средненькая книжка, но для «обозначения контуров» пойдёт.

FYI: вот здесь будет про книжки и художников, с краткими биографиями и иллюстрациями. Присоединяйтесь, если интересно

https://news.1rj.ru/str/chatupics

Спокойная совесть. Смерть Артемио Круса. Повести и рассказы. Карлос Фуэнтес. Перевод Е. Лысенко, М. Былинкиной, С. Вайнштейна, Н. Кристальной, Э. Брагинской и О. Сушко. Издательство «Прогресс», 1974.

Очередная латиноамериканская книжка, которую сначала очень хочется посоветовать всем, но потом бьёшь себя по рукам - далеко не все принимают такую литературу. И дело не в сложности или национальной специфике; кажется, проблема в том, что читать колумбийца, мексиканца или аргентинца можно только при определенной доли открытости сознания, допуская, что мир - он не только в цифрах, деньгах и достижениях. Есть ещё что-то, к чему без изрядного воображения сложно подступиться. Но ведь все читали сказки?

Кстати, про сказки. Сказки, вымысел, небылицы. Как и все латиноамериканцы, Фуэнтес - мистик, и это не могут искоренить ни образование, ни жизнь в других странах. Фуэнтесовский вариант мистики сочетается с отрицаниями агностика, чопорностью иссушенных католиков и фанатичной, но избранной верой христиан-автохтонов и ассимилировавших мулатов-рабов. И так это всё ярко и затейливо… И убедительно, ибо замешано на циничном человекознании. Честное слово, порой прям поджимаешь губы, киваешь и эдак размеренно замечаешь: «Да. Так. Может. Быть».

Из этой книжки особенно выделю «Смерть Артемио Круса». В небольшом романе разными голосами, включая самого Артемио, описывается жизнь главного героя-революционера-олигарха, путая периоды, смерть с рождением, храбрость с желанием мести. Все мы всего лишь люди, но некоторые, будучи, в общем-то, порядочной сволочью, всё равно вызывают восторг. Потому что разрешили себе быть такими, какими другим быть страшно или стыдно. А у героя этого романа была сложная жизнь…

Цитатно.

* … Подумай о том, что ты не лучше других и что каждый на свой лад исполняет закон господен. Ты это называешь компромиссом, я - состраданием.

* - Откройте окно…
- Нет, нет. Простудишься, и будет хуже.
- Откройте…
- Domine, non sum dignus…
- Плюю я на бога…
- … ибо веришь в него…
Правильно. Ловко замечено. И нечего волноваться. Нечего больше думать об этом. Верно, чего ради оскорблять бога, если он не существует? От этой мысли становится легче. Пусть делают что хотят. Бунтовать - значит признать, что вся эта чепуха существует. Плевать на всё. Не знаю, о чём я раньше думал. Виноват. Священник меня понимает.

* … Только на дне, откуда я вышел, или наверху, где я очутился, - только там, говорю я, существует человеческое достоинство. Посередине его нет, нет в завистливости, в серых буднях, в хвостах за молоком…

* - А сам ты разве никогда не расстреливал?
- Да, но никогда не представлял себе, не задумывался о том, что можно в эти минуты чувствовать, что и мне тоже когда-нибудь придётся… Поэтому никто не знает, что в этот миг чувствуют, и никто ничего не расскажет. Вот если бы можно было вернуться оттуда, рассказать, что значит услышать залп, ощутить удары пуль в грудь, в лицо. Если бы рассказать всю правду, может, мы больше не стали бы убивать, никогда…

* … Революция начинается на полях сражений, но, как только она изменяет своим принципам, ей конец… Настоящей революции, последовательной и бескомпромиссной, к сожалению, хотят лишь люди невежественные и кровожадные. А интеллигенты хотят революцию половинчатую, которая не затронет их интересов, не помешает им благоденствовать…

* * *

Отличная книжка. А про Круса - великая.