☀️Подборка событий и дедлайнов для медийщиков на ИЮНЬ☀️

📍 Для начинающих журналистов и студентов

EN/RU До 1 июня начинающие независимые журналисты из стран Восточного партнерства Европейского Союза и Российской Федерации могут податься на стипендию Вацлава Гавела для журналистов.

EN До 5 июня Фонд журналистов и писателей принимает заявки на участие в виртуальной сертификационной программе JWF Academy. Программа рассчитана на две недели и начнется 27 июля.

RU До 10 июня «Летняя школа» набирает участников мастерской «Реальная журналистика». Обещают поддерживающую работу для тех «классных и талантливых ребят, которых осознание реальности выбило из колеи, заставило разочароваться в профессии».

📍 Для военкоров

EN До 6 июня можно податься на конкурс Bayeux-Calvados Awards. Номинации: «Молодые журналисты», «Короткие и длинные телевизионные программы», «Радио», «Печатная пресса», «Онлайн-журналистика» и «Фотожурналистика».

📍 Для тех, кто работает с видео и аудио

RU 8 июня Metamedia проводит вебинар «Каналы в Youtube: продвижение, монетизация, альтернативы на случай блокировки платформы». Участие бесплатно, нужно зарегистрироваться и получить одобрение заявки.

EN До 15 июня принимаются заявки на конкурс расследовательских видео- и аудиопроектов DIG Awards

EN До 30 июня журналисты, кинематографисты и авторы подкастов со всего мира могут принять участие в конкурс теле-, аудио- и цифрового вещания. В конкурсе 19 категорий.

EN До 30 июня молодые авторы (до 25 лет) могут представить на фестиваль PLURAL+ фильмы о миграции, многообразии, социальной интеграции и предотвращении ксенофобии

📍Для эко-журналистов и медиа

EN Climate Home News ищет редактора по вовлечению аудитории. Подать резюме можно до 11 июня. Важен опыт работы в социальных медиа и интерес к теме перемены климата.

EN До 18 июня можно податься на стипендии Пулитцеровского центра для экологических журналистов, имеющих опыт расследований на экологические темы

📍Для научных журналистов

EN До 16 июня Европейский союз наук о Земле (EGU) принимает заявки на участие в стипендиальной программе, ориентированной на научных журналистов. Стипендиаты получат до 5 000 евро на оплату расходов, связанных с проектами.

📍Для фотожурналистов

EN До 30 июня Пулитцеровский центр принимает заявки в грантовую программу для фотожурналистов Eyewitness Photojournalism Grant. Она поддерживает визуальных журналистов, освещающих малоизвестные истории, происходящие в их сообществах.

👇🏻👇🏻
Больше событий в нашем Календаре. Также подписывайтесь на обновления с помощью гугл-календаря (плюс в нижнем правом углу).

#грибница #календарьдедлайнов

Сама придумала — сама забыла, молодец... Исправляюсь. С запозданием, но всё же — рубрика #просто_пять.

Напоминаю, что это: 1) случайным образом выбираю региональные издания из списка «медиа здорового человека», 2) в них выбираю пять текстов, которые цепляют своим заголовком, 3) публикую список и голосовалку, 4) делаю мини-разбор текста (или не текста), который наберет больше всего голосов.

Список этой недели:

1. Экология вне закона. Как Greenpeace* помогал Забайкалью до своей отмены (Чита.ру)

2. Уход в виртуальный лес. Красноярский художник Александр Блосяк об эскапизме, нейросетях и сибирской граффити-культуре (Томский обзор)

3. «Приставы звонят по три раза в неделю»: с врачей, которых выселяют из дома на Кисегаче, потребовали 880 тысяч (74.ru, Челябинск)

4. Нависшая угроза: обрушение ветки в «Липках» могло привести к очередной трагедии, но власти Саратова словно не желают видеть проблему старых деревьев в городе (саратовская «Версия»)

5. Что не так с татарской модой и как это исправить? («Инде», Казань)

По-моему, отличное вышло в «Кольте» интервью с медиааналитиком Василием Гатовым про медиа в изгнании. Оно открывает новый цикл издания «Журналистика: ревизия».

Интервью не про региональные медиа, впрочем — и про них тоже. Есть несколько межрегиональных и даже несколько региональных проектов, чей ЦУП находится за пределами России. Кажется важным, чтобы этот текст прочитали те, кто уехал, но продолжает работать с российской повесткой. Или те, кто собирается уехать.

Вот несколько цитат из разговора.

***
…«голоса» [медиа, работавших в изгнании в Советском Союзе] слишком сильно были заточены на задачи и цели, которые ставили перед ними либо управляющие организации, как ЦРУ, а потом BBG и USIA, … либо соответствующие МИДы. Да, формальная редакционная независимость радиостанций существовала, однако редакционная политика определялась (да и определяется) в процессе более сложных согласований, чем простая летучка или публикационный план. А сейчас те, кто работает в жанре «медиа в изгнании» и даже вынужден брать деньги у доноров, этими донорами не управляются. Доноры не регулируют их ценностные модели, не модерируют и не цензурируют их контент. Люди добровольно, в рамках своих интересов, своих взглядов, оценок информируют российскую аудиторию. Понятно, что не все здесь абсолютно идеально …, но это независимые медиа. И в этом большая разница.

***
…большая часть информационного предложения из-за рубежа не встречает достаточного спроса в России. Это, прежде всего, связано, с негативным отношением к западным ценностям и идеалам в российском обществе, отношением навязанным или естественным — это в данном случае не так важно. Но роста заинтересованной аудитории или проникновения информации через вторичные каналы, через невольную ретрансляцию, почти не происходит, а значит, не рождает нового спроса. … Одно из недавних (лето — осень 2022 года) исследований, проведенных западными социологами на «остатках» российских панелей, показало, что около 10% взрослого населения не потребляет пропагандистские СМИ напрямую (то есть полностью игнорирует вещательное ТВ) и черпает информацию из «альтернативных, в том числе иностранных» источников ежедневно/еженедельно. Еще примерно 15% взрослых обращаются к «альтернативным источникам» раз в месяц. В совокупности это довольно большое, но все же очевидное меньшинство.

***
…самое главное — это, конечно, потеря релевантности, ценностной связи с аудиторией. Один из руководителей «Дождя» говорил нам, что, когда началась мобилизация, аудитория их эфиров выросла фактически до тех же цифр или даже более крупных, чем у них было до отъезда. И большая часть этих людей, если судить по анализу, например, чатов YouTube, была совершенно новыми зрителями, которые не получали нужной им информации и оценок из внутренних российских медиа и стали искать, где им по-русски об этом расскажут. Но если новости и прямые эфиры их устраивали, то любое другое вещание «Дождя» их раздражало, потому что оно настроено и психологически связано с людьми, которые в большинстве своем уехали. Это очень чувствуется. Галя Тимченко (учредительница и генеральный директор «Медузы». — Ред.) говорила об этом еще в самом начале нашего исследования. Несмотря на то, что «Медуза» очень старается сохранять релевантность для тех, кто находится внутри России, с каждым месяцем они понимают, что отрываются от потенциальных новых аудиторий. Их аудитория в России сжимается до ядра. Тогда как за пределами страны, в эмиграции и даже в Украине, она растет.

#новые_медиа #медиа_в_изгании

(выдержки из интервью с Гатовым, продолжение)

***
По факту они все [медиа в изгнании], конечно, — non-profit. Может быть, не по форме, не по юридическому статусу, но по сути. Их задача — это impact, а не profit. Дальше это станет еще сложнее, потому что у людей есть хотя бы какие-то представления про нормальный бизнес, но только единицы знают, что такое impact investment и theory of change, — а именно этими концепциями, например, руководствуются доноры. Коротко, impact investment — это усилия по изменению общества или какой-то его важной части, которые можно измерить и посчитать, в том числе и в деньгах. Не рекламировать идею в надежде, что она затронет кого-то в твоей аудитории, а активно организовывать свою аудиторию для реализации понятных и важных целей. Theory of change — другой важный инструмент, на основании которого принимают решения многие, в особенности американские доноры, — каковы те перемены, которых ты добиваешься? Реалистичны ли они? Достижим ли результат в пределах финансового года, пятилетки, десятилетия? Увы, ни самим этим концепциям, ни практике их применения не учат ни на журфаках, ни в «школах» журналистики.

***
В свое время … мы с Демьяном Кудрявцевым, объясняя проблемы высококачественных бизнес-газет, говорили, что количество читателей медиа этого жанра ограничено одним миллионом человек. И за счет появления новых аналогичных медиа — третьего, четвертого, пятого — происходит ужесточение конкуренции, от которого страдают не только лидеры, но и весь сегмент. Потому что люди, получая в узком сегменте избыточный выбор, начинают уставать и просто отказываться от этого типа коммуникаций. Это как в анекдоте про блондинку и сантехника: представьте, вы приехали в отпуск, а на пляже — унитазы, унитазы, унитазы… Это касается, конечно, и новых медиа. Но есть еще одна не менее серьезная проблема. Ни мы, ни доноры не знаем, какой из вариантов сработает, кому удастся пробиться ближе к сердцам, умам, к ценностным конструкциям в душах людей. При этом помимо массовой коммуникации есть же еще и элитная коммуникация, которая, может быть, с точки зрения ближайших перспектив даже важнее.

***
Работа журналистов, даже если эти журналисты встают в пропагандистскую позу, крайне мало влияет на непосредственный ход боевых действий. Хотя мы живем на Земле, и Солнце в 400 миллионах километров от нас, солнечный ветер как-то на нас влияет. Примерно так же медиа влияют на ход войны и ее потенциальное окончание. Это не значит, что надо отбрасывать эту миссию и «усе пропало». Нет, ничего не пропало, это наша работа, и люди хотят знать, разбираться, понимать, формировать свою личную позицию и так далее. Даже если ты воздействуешь на пять, десять, двадцать человек, это уже хорошо. Поэтому здесь, наверное, не надо питаться мифом о своей влиятельности, но надо ощущать свою ответственность.

***
…успехи России в войне или замораживание приведут к дальнейшей деградации внутреннего информационного пространства, дальнейшей изоляции с трудно предсказуемым результатом. Прожить в этом состоянии год, полтора, может быть, два еще можно, но когда это продлится десять лет, например, ты не можешь предсказать, в каком состоянии к этому моменту будут общество, люди, медиасреда. Во многом это зависит от того, остались ли хоть какие-то смелые люди, которые сейчас живут, может быть, по принципу «я делаю свое маленькое дело». В 1986 году при Чернобыле у таких людей неожиданно появились яйца. Я немного имел к этому отношение и знаю, какую роль сыграли журналисты, сидевшие в Чернобыле весной и в начале лета 1986 года и вернувшиеся в Москву в таком состоянии, что счетчики Гейгера от них подпрыгивали к потолку. Они сыграли огромную роль в борьбе с цензурой, смогли напугать, объяснить, заставить редакторов и цензоров пропускать материалы. Фактически именно с Чернобыля начался настоящий распад цензуры в СССР. А не с того, что Александр Николаевич Яковлев разрешил что-то печатать в «Огоньке».

👇👇
Интервью тут

#новые_медиа #медиа_в_изгании

Иноагентский список продолжает пополняться региональными редакциями. В свежем списке — ярославское издание «Ярновости».

Когда-то издание в статье «“Враг народа” в каждый дом» писало о том, почему думский законопроект делает потенциальным иноагентом любого россиянина, а в другой публикации «Сидеть, молчать, бояться» подмечало, что изменения в законе об иноагентах заблокируют публичную критику СВО.

Поэтому весьма удивителен комментарий главреда Антона Туманова — мол, «не вижу ни одной объективной причины, по которой был присвоен статус, издание за всё время своего существования не получало ни копейки иностранного финансирования».

С добрым утром, Антон. Иностранное финансирование теперь необязательно, вы же в курсе? «СВО» вместо «война» больше не спасает. И относительно вегетарианский тон издания, судя по всему, тоже.

А вот короткого антивоенного интервью с экс-депутатом Госдумы Робертом Шлегелем или новостей о ярославцах, которых отправляли на фронт с одними автоматами против танков и минометов («Ярновости» такого, правда, не писали, но! сослались на издание, где так было написано, ой) — уже вполне достаточно. Добро пожаловать.

#остановите_землю #Яросавль

🗓 Альтернативы ютубу в случае блокировки, «видеократия» vs текстоцентричность и мастерская для разочарованных

Дайджест событий и дедлайнов для медийщиков на ближайшую неделю.

📍Для военкоров
EN До 6 июня военные корреспонденты со всего мира могут принять участие в международном конкурсе Bayeux-Calvados Awards.

📍Для диджитал-медиа
RU 8 июня в Москве пройдет семинар «Особенности работы цифровых медиа-ресурсов, возможности их монетизации». В числе спикеров — руководитель медиапроекта «Планёрка» Александр Литвинов и мультимедийный продюсер Оксана Силантьева. Участие платное.

RU Также 8 июня состоится вебинар: «Где сила: “видеократия” vs текстоцентричность в традиционных СМИ в диджитале». Спикер — доцент Института медиа Высшей школы экономики Михаил Зеленцов. Участие бесплатное, нужно зарегистрироваться.

📍Для тех, у кого канал на ютубе
RU 8 июня пройдет вебинар «Каналы в Youtube: продвижение, монетизация, альтернативы на случай блокировки платформы». В рамках программы Metamedia. Участие бесплатное, нужно зарегистрироваться и получить одобрение своей заявки.

📍Для эко-журналистов
EN До 11 июня можно податься на вакансию редактора по вовлечению аудитории в Climate Home News.

EN До 12 июня журналисты из стран с низким и средним уровнем доходов могут подать заявки на стипендии от Earth Journalism Network (EJN)

👇🏻👇🏻
Больше событий в нашем Календаре. Вы также можете добавить к себе гугл-календарь и получать уведомления по почте.

#грибница #календарьдедлайнов

Познакомьтесь: это — психолог Ольга Кравцова. Она много лет работает именно с журналистами, а сейчас запустила собственный проект «Психология стресса для журналистов» (разработка и проведение программ психологической поддержки и просвещения для журналистов и блогеров, работающих в травмирующих и стрессогенных условиях).

1️⃣ Во-первых, у Ольги есть телеграм-канал, где она публикует статьи на тему освещения экстремальных ситуаций и психологических рисков профессии журналиста, рассказывает про антистрессовые техники, способы профилактики профессионального выгорания, даёт рекомендации по взаимодействию с пострадавшими в тех или иных травматических ситуациях.

2️⃣ Во-вторых, Ольга дает разовые бесплатные психологические консультации для журналистов в стрессе. Онлайн или офлайн в Москве. Вот форма для записи.

3️⃣ В-третьих, у Ольги есть амбициозная идея собрать небольшую сеть психологов и психотерапевтов, которые уже работают или хотят работать с журналистами. Если среди ваших знакомых есть такие, возможно, их стоит познакомить с Ольгой? Вот почта для связи olga.psy.journo@gmail.com.

#кукухе_в_помощь #медиапсихология

Подпишитесь на Четвёртый сектор

Смотрите, какую классную штуку принесла миру показать Елизавета Шаравина, студентка 3 курса факультета журналистики СФУ из Красноярска.

«На ощупь» — это её иммерсивный проект про слепоглухоту. Проект благотворительный — через него Елизавета собирает помощь фонду «Со-единение». «Но он может быть интересен и с просветительской стороны», — написала девушка, и — да, конечно, может.

В проекте есть две истории детей со слепоглухотой и их родителей, но главная штука — видео 360°, которые иллюстрируют разные патологии. С помощью картинки и звука журналистка попыталась передать опыт людей со слепоглухотой. Ну как попыталась… По-моему, вполне себе передала.

Хотите узнать, например, как бы вы ощущали мир, если бы у вас была гемианопсия (выпадение части зрительного поля) и глухота на одно ухо? Посмотрите на картинку к этому посту, а лучше переходите по ссылке, надевайте наушники, разворачивайте видео на весь экран и крутите его в разные стороны.

Таких иммерсивных вставок в проекте четыре — две на главной и по одной в историях — и это его минус )) Потому что хочется больше. Я бы залипла, сидела дальше, смотрела и слушала, это реально вовлекает.

👇🏻👇🏻
Проект тут, наслаждайтесь

#молодая_шпана #журфак #Красноярск
#спецпроект #видео360 #иммерсивный_проект

Подпишитесь на Четвёртый сектор