Бахчисарайские гвоздики
Владимир Сорокин, «Норма» о тебе и обо мне: нормальное ПТУ нормальные занятия нормальный станок нормальная резьба нормальные фаски нормальная расточка нормальный резец нормальный патрон нормальные танцы нормальный ансамбль нормальный ударник нормальный…
5 часть романа «Норма» вообще является прекрасной иллюстрацией распада сознания. Она вся состоит из писем. Их автор — безымянный старик, ветеран Великой Отечественной, живущий на полузаброшенной даче и пишущий письма в город родственнику, владельцу дачи. В начале довольно связные и добродушные, письма быстро деградируют до паранойяльных обвинений и ругани, а в конце и вовсе скатываются к сплошному «аааа». Такая довербальная агония.
Telegram
Stoff
Несимволизируемый крик из «Нормы» Владимира Сорокина — то единственное, что остается тем, кто провалился в пространство между проектами, в их разрыв. Тем, кому открылась страшная правда — то, что проекты не сменяют друг друга бесшовно, что символическое не…
Утонченное ювелирное ателье друга «Гвоздик» Миши Барышникова Anima никогда не делает скидок или акций, но весной дарит подарки в своей эстетике. На этот раз к классическому кольцу с камнем и двумя полусферами идёт легендарная модель Гало с бриллиантом.
В Anima каждое украшение создают индивидуально, но секрет эксклюзивности не только в этом — они не используют калиброванные камни, поэтому неповторимость гарантирована. Никакого серийного производства, всё изготавливается под мерки клиента и вручную. Камни вы можете выбрать сами в их пространстве, напоминающем кабинет алхимика. В общем, Anima сделали все, чтобы изготовление кольца превратилось в приключение Алисы по ювелирному имажинариуму.
В Anima каждое украшение создают индивидуально, но секрет эксклюзивности не только в этом — они не используют калиброванные камни, поэтому неповторимость гарантирована. Никакого серийного производства, всё изготавливается под мерки клиента и вручную. Камни вы можете выбрать сами в их пространстве, напоминающем кабинет алхимика. В общем, Anima сделали все, чтобы изготовление кольца превратилось в приключение Алисы по ювелирному имажинариуму.
Бахчисарайские гвоздики
Photo
Вчера умер издатель «Медведя» Игорь Свинаренко — уроженец Мариуполя, подпольный издатель советских времен и соавтор знаменитых 4-томных бесед с Альфредом Кохом. Бесконечный циничный стёб «Ящика водки» стал, кажется, первым масштабным воспоминанием об уходящих 90-х.
Сын шахтера, начинавший журналистскую карьеру в Макеевке и Донецке — он всю жизнь считал своим родным языком русско-украинский суржик и гордился гекающим акцентом, который было принято презирать в зацикленной на литературной норме столичной медиасреде. «Я осознал, что нигде я не свой. В Украине считаюсь эмигрантом, в ДНР — врагом, мои родственники, которые за Киев, обвиняют меня в том, что я обстреливаю их, когда они отдыхают в Мариуполе. Русские меня не считают русским. Какой из меня русский, сразу видно, что украинец», — говорил он в конце прошлого лета.
Свинаренко брал интервью с измайловским маньяком и с офицерами защищавшими Белый Дом во время Путча, c ритуальными убийцами из Мордовии и с генеральным прокурором России. А ещё он 10 лет (все нулевые) издавал отбитый мужской журнал «Медведь», да так в этой роли и запомнился, что сегодня все его называют издателем первого мужского журнала в России. Правда первый журнал назывался «Андрей» и открылся в 1991 году.
А «Медведь» мало того, что появился лишь в 1995, но и Свин стал его издателем лишь в 2001. А учредил журнал Листьев незадолго до своей смерти.
Сын шахтера, начинавший журналистскую карьеру в Макеевке и Донецке — он всю жизнь считал своим родным языком русско-украинский суржик и гордился гекающим акцентом, который было принято презирать в зацикленной на литературной норме столичной медиасреде. «Я осознал, что нигде я не свой. В Украине считаюсь эмигрантом, в ДНР — врагом, мои родственники, которые за Киев, обвиняют меня в том, что я обстреливаю их, когда они отдыхают в Мариуполе. Русские меня не считают русским. Какой из меня русский, сразу видно, что украинец», — говорил он в конце прошлого лета.
Свинаренко брал интервью с измайловским маньяком и с офицерами защищавшими Белый Дом во время Путча, c ритуальными убийцами из Мордовии и с генеральным прокурором России. А ещё он 10 лет (все нулевые) издавал отбитый мужской журнал «Медведь», да так в этой роли и запомнился, что сегодня все его называют издателем первого мужского журнала в России. Правда первый журнал назывался «Андрей» и открылся в 1991 году.
А «Медведь» мало того, что появился лишь в 1995, но и Свин стал его издателем лишь в 2001. А учредил журнал Листьев незадолго до своей смерти.
Новая газета
Игорь Свинаренко: «Ну некуда идти дальше». Звезда постперестроечной журналистики — о сложностях профессии, жизни и отношений с…
В издательстве «Захаров» вышла новая книга Игоря Свинаренко «Тайна исповеди». Текст, словно неуправляемый поток, несется по ХХ веку, сжимается в историю «совецкого» мальчика и его деда, который с чекистским запалом расстреливал врагов-соотечественников, а…
Никто не ожидал, что Гай Германика будет продавать камни, но оказалось, что режиссер давно интересуется минералами и научилась выискивать интересные и доступные позиции на разный бюджет.
Для тех, кто хочет свежих и необычных украшений — только натуральные природные камни по демократичным ценам. Надеемся, что к каждой покупке идёт открытка с автографом.
https://news.1rj.ru/str/gernica_jewelry
Для тех, кто хочет свежих и необычных украшений — только натуральные природные камни по демократичным ценам. Надеемся, что к каждой покупке идёт открытка с автографом.
https://news.1rj.ru/str/gernica_jewelry
«Как часто при исключительной фиrуре, изумительной rpyди и чудных ногах попадается такая хамская пролетарская рожа, что делается так досадно».
Д. Хармс, июнь 1933
Д. Хармс, июнь 1933