Самый влиятельный мыслитель постсоциалистического мира, ленинист Славой Жижек не зря заслужил репутацию главного тролля мировой левой идеи.

Уклоняясь от прямого столкновения с противником, он раз за разом превращает философскую дискуссию в партизанскую войну: неожиданные повороты мысли, внезапные смены перспективы и тактические уколы удачных шуток превращают в фарс любые попытки атаковать его выстроенными линиями линейной аргументации. Такова и его политическая философия. В ней революционный акт предстаёт уникальным и внезапным моментом, он никогда не совершается до конца и за ним всегда следует разочарование, но он остается единственным способом терапии, доступным отчужденному человеку.

Вчера Славою стукнуло 72: уже немало для партизана, но не так уж много для философа — так что безнадежная, но неизбежная война с символическим порядком ещё далеко не окончена, а в ней не помешает и интеллектуальная удача. Главное, что хотелось бы ему пожелать.

Политический фольклор в советском самиздате 1989 года

***
Пишет Рейган Горбачеву
Не ебешь ли Пугачеву?
Посылай ее ко мне
И тогда конец войне!

Горбачев спешит с ответом-
Если дело только в этом,
Высылаю сразу пару
Пугачеву и Ротару.

Если справишься ты к маю
Я пришлю к тебе и Раю,
Ради жизни всех людей,
Мне не жалко трех блядей!

Перестройка это фактор,
Расхуярили реактор,
Утопили пароход,
Пропустили самолет.

Наркоманов развели,
Спид в Россию завезли,
И какая то пизда,
Сводит с рельсов поезда.

Перестройка мать родная.
Хозрасчет отец родной.
На хуя родня такая,
Лучше буду сиротой!

Раньше пили каждый день,
А теперь с получки.
Этот хуй с пятном на лбу,
Доведет до ручки!

Ленин милый открой глазки.
Нет ни мяса, ни колбаски.
Нет ни водки, ни вина.
Радиация одна.

Передайте Горбачеву,
И Раисе лично.
У Народа самого,
Хуй стоит отлично!

Водку белую не пьем.
Колбасу не кушаем.
Банку браги ебанем.
Перестройку слушаем.

В пять часов поет петух,
В восем Пугачева.
Магазин закрыт до трех,
Ключ у Горбачева.

Мишка песни сочиняет.
Райка пишет ноты.
Отказался Ельцин петь,
Выгнали с работы.

И как ведьма на метле.
Мчится Райка по стране.
С ней ее царевич —
Михаил Сергеич!

К посту ребят из «Красноярского Льва» хочется добавить, что и сам Андрей Тарковский вдохновлялся Красноярским краем.

Вот, что он говорил о Туруханском районе: «...Это осталось самым лучшим воспоминанием в моей жизни. Мне было тогда 20 лет… Все это укрепило меня в решении стать кинорежиссером».

А вот у Арсения и Александра Карловича про Сибирь ничего, кажется, нет.
Потому, что до Сибири одним поколением не дойдёшь.

https://news.1rj.ru/str/hyzyl/1651

Упало Гэ Германии,
И русских Эр упало.
И вижу Эль в тумане я
Пожара в ночь Купала.

В. Хлебников

Маруся Климова с Владиславом Мамышевым-Монро и Ильей Фальковским в музее Новой Академии Изящных Искусств на Пушкинской.

(Редкое фото Мамышева-Монро, которое выложено недавно Марусей Климовой из её личного архива)

Стоит заметить, что бумажный тираж романа Киры Ярмыш уже давно продан, так что "сбитыми лётчиками" выглядят тут анонимные дятлы из Культрас, а не издательство Корпус, Борис Акунин, Марат Гельман, Галина Юзефович и множество других ключевых персонажей российской культуры.

РЫНОЧЕК ПОРЕШАЛ!

https://news.1rj.ru/str/cultras/2796

Наконец-то нормальные политические координаты

"Живой труп, зарабатывающий деньги". Попрошу Славоя Жижека так назвать книгу обо мне.

Письмо писателя Виктора Шкловского кинорежиссёру Сергею Параджанову

«Дорогой Сергей Иосифович! Милый Сережа!

…У тебя почерк и мысли великого человека. Я знал Хлебникова, Маяковского, Пастернака, Малевича, Тынянова, Филонова, Эйзенштейна и многих других. Это не конь – талант. Это не верблюд. Это тяжесть камней. Это сопротивление камня. Это необходимое непонимание современников.

Душу нужно держать как мачту, растянув ее вантами к бортам. Берегов у реки нет. Мы сами их создаем. Опоры нам нет, кроме ветра в парус. И музыки нет.

Я очень тебе верю.

Не задирай людей. Они не виноваты. У тебя есть еще годы. Ты и киевлянин, и пиросман, и ереванец, и, конечно, москвич.

Создается новое общечеловеческое искусство.

Ему трудно резать грудью волну.

Будь спокоен, друг. Время идет навстречу. Нужно терпение. Терпение творца. Привет городу, матери, твоим друзьям и, главное, тебе.

В. Шкловский

20 июля 1971 г.

Будем верить в чутье больших птиц, которые летят на родину».

В «Гараже» новые выставки, и они потрясающие, и о них позже.
Тем же, кому интересно, на какие ресурсы всё это, музей объясняет, что такое эндаумент-фонд и предлагает поучаствовать в его создании. Не обязательно быть сверхбогатым, чтобы стать меценатом. Многие современные эндаумент-фонды поддерживаются из разных источников, например, у фонда Гарварда 13 тысяч индивидуальных счетов, которые совместно инвестируются. Некоторые оставляют своё наследство на счёт организации, другие делают постоянное пожертвование.

Фонд «Гаража» работает таким же образом, средства из него идут на поддержание социальных проектов, создание подкастов, мастерских для художников и другие некоммерческие проекты музея.
Может быть, «Гвоздикам» тоже стоит обзавестись своим эндаумент-фондом?

Как же мы любим такое:

Увлечение оккультизмом, язычеством, алхимией, разного рода «герметическими науками», как правило, тесно связанно с эротикой и «шизоидным» поведением. Все эти «родовые травмы» легко прослеживаются в творческих проявлениях и общественно-политической деятельности как непосредственных участников Южинского кружка, так и вообще его адептов.

Пепперштейн решил продолжить идеи Дугина, когда-то объявившего Катю Лель — голосом демонов; Паша возвращает шатуну Юре его истинный облик мамлеевского персонажа.

Так что для расшифровки посланий из прошлого остаётся сделать всего один шаг, заметив, что зима, по шумерским представлениям — это лето демонов, а значит снежный ноябрь — это их настоящий, ласковый май.

https://news.1rj.ru/str/nebesnaya_rossiya/66

Планы на день

Умер основатель группы «Звуки Му» Александр Липницкий. В прошлом году режиссер и продюсер Лада Раскольникова сняла про музыканта фильм SASHA. Публикуем этот фильм вместе с интервью, в котором Александр рассказал, каково снимать кино о музыкантах, почему он не считает себя звездой и какими были «Звуки Му» без Петра Мамонова:

«В 1991 году — я много лет до этого момента дружил с Борисом Гребенщиковым — распался „Аквариум“, одновременно с этим распался Советский союз и неудачно закончился контракт Бори с американской фирмой. Он был звездой, а тут ни страны, ни группы, ни контракта, ни, собственно, денег — как в вакууме. Боря тогда вернулся и начал, можно сказать, с чистого листа как-то снова завоевывать себе место в жизни. Я тогда выменял у Джоанны Стингрей ее видеокамеру первого поколения и за два года снял его жизнь. Этот фильм до сих пор очень ценится, он называется „40:0 в пользу БГ“»

Читать полностью

@snobru

Воспоминания Александра Липницкого про кухню своей знаменитой квартиры

Максим Семеляк вспоминает Александра Липницкого

Несколько искажая цитату Теодора Адорно, любят повторять, что нельзя писать стихи после Освенцима. Согласиться с этим невозможно. После Освенцима нельзя теоретизировать, а вот стихи как раз только после него и начинаются. Трубы крематориев прорвали небесный свод, само покрывало реальности, и теперь мы живем под небом, сквозь дыры в котором на нас холодно смотрят звезды. Жерло печи крематория - та самая глотка Ирмы из знаменитого сна Фрейда, метонимия непредставимого Реального, ужасающего и обнадеживающего одновременно. Нельзя заглянуть в него и остаться прежним. Открывшееся невозможно приручить теоретизированием, вычерпать числом или словом.

Чтобы хоть в какой-то мере совладать с этим, требуется жертвоприношение. В свое время именно как жертвоприношение Жорж Батай определял поэзию: "О поэзии могу теперь сказать так: это жертвоприношение, в котором мы приносим в жертву слова". Жертва всегда имеет двойную природу: она одновременно является и сверхценной, и ничтожной, почти невесомой. В поэзии слово наделяется предельной ценностью, а затем, сменяясь следующим, ниспровергается в бездну. Эта мистерия воспроизводящегося казнения слов становится единственным способом указания на то, что по ту сторону духоты наших проектов, теоретизированных представлений.

#Entwurf
#Батай

На художественном квартирнике, Москва, 1972.
(А вообще вечеринки в «Гараже» самые лучшие)

Олег Кулик, «Вглубь России», 1993 г.

Это фото Александра Липницкого с Тирексом сделано за два часа до гибели обоих. Светлая Память.