Ура, вышел трейлер документального фильма «Сорокин трип»
А ещё вчера у Владимира Сорокина был День Рождения. Вечной жизни мастеру!
https://meduza.io/video/2019/08/07/za-etu-vesch-gosudarstvo-obyazano-avtora-unichtozhit
А ещё вчера у Владимира Сорокина был День Рождения. Вечной жизни мастеру!
https://meduza.io/video/2019/08/07/za-etu-vesch-gosudarstvo-obyazano-avtora-unichtozhit
Индустрия культуры — понятие, которое впервые ввели представители Франкфуртской школы Макс Хоркхаймер и Теодор Адорно в своей «Диалектика просвещения». По их мнению, это целый промышленный аппарат по производству единообразных, стандартизированных новинок в сферах искусства, живописи, литературы, кино и др. Она не несет за собой ценностных ориентиров для человека, не направлена на духовное обогащение и просвещение, являясь, по сути, развлекательным бизнесом. Индустрия культуры понимается как разновидность товара. А у товара всегда есть производитель и потребитель. В качестве потребителя выступают массы, которые являются объектом манипулирования в капиталистическом обществе. Порождая ложные потребности, индустрия культуры превращает потребителя в пассивного обывателя, равнодушного даже к собственному экономическому положению, как бы тяжело оно не было.
Именно индустрия культуры обеспечивает существование капитализма, создает иллюзию свободы, позволяет манипулировать сознанием человека и порождает деградацию общества. Цель её – лишение фантазии потребителя, отсутствие уникального мышления. Ценности, насаждаемые индустрией культуры, являются настолько примитивными и единообразными, что они подходят для каждого человека. Он утрачивают свою «самость» и начинает мыслить навязанными им клише.
Чтобы избежать этого, Адорно и Хоркхаймер предлагают нам мыслить критически и индивидуально познавать существующую реальность, не принимая ограниченный общественным сознанием образ «истины». Отсюда вытекает другое важное свойство индустрии культуры, которое заключается в стремлении к усмирению и апроприации любого нонконформистского проявления. Любая героика, любая контркультура, любые отклонения от культурной индустрии всё равно будут подчинены и поглощены ей: хипстеры, панки, пастафариане и фриганы обречены не только стать частью индустрии культуры, но и способствовать её коммерческому процветанию. Так, роман Чака Паланика «Бойцовский клуб», а за ним и культовая киноадаптация вполне могут считаться точкой отсчёта апроприации культурой потребления идеи сопротивления культу потребления. Именно с тех пор в моду стали входить идеи отказа от масс-маркета, столики от IKEA заменили handmade столики из эко-древесины по ценам, в десятки раз превышающие цены столиков из IKEA. Поэтому остаётся выбрать, к какой индустрии культуры хочешь принадлежать ты. Другого выхода не предвидится.
Именно индустрия культуры обеспечивает существование капитализма, создает иллюзию свободы, позволяет манипулировать сознанием человека и порождает деградацию общества. Цель её – лишение фантазии потребителя, отсутствие уникального мышления. Ценности, насаждаемые индустрией культуры, являются настолько примитивными и единообразными, что они подходят для каждого человека. Он утрачивают свою «самость» и начинает мыслить навязанными им клише.
Чтобы избежать этого, Адорно и Хоркхаймер предлагают нам мыслить критически и индивидуально познавать существующую реальность, не принимая ограниченный общественным сознанием образ «истины». Отсюда вытекает другое важное свойство индустрии культуры, которое заключается в стремлении к усмирению и апроприации любого нонконформистского проявления. Любая героика, любая контркультура, любые отклонения от культурной индустрии всё равно будут подчинены и поглощены ей: хипстеры, панки, пастафариане и фриганы обречены не только стать частью индустрии культуры, но и способствовать её коммерческому процветанию. Так, роман Чака Паланика «Бойцовский клуб», а за ним и культовая киноадаптация вполне могут считаться точкой отсчёта апроприации культурой потребления идеи сопротивления культу потребления. Именно с тех пор в моду стали входить идеи отказа от масс-маркета, столики от IKEA заменили handmade столики из эко-древесины по ценам, в десятки раз превышающие цены столиков из IKEA. Поэтому остаётся выбрать, к какой индустрии культуры хочешь принадлежать ты. Другого выхода не предвидится.
Эмоции второй встречи правительства с творческой интеллигенцией: Министр культуры СССР Екатерина Фурцева, поэт Евгений Евтушенко и скульптор Эрнст Неизвестный.
Исследования фотографии советского периода на юбилейной выставке работ Александра Устинова в Центре фотографии им. братьев Люмьер до 15 сентября.
Исследования фотографии советского периода на юбилейной выставке работ Александра Устинова в Центре фотографии им. братьев Люмьер до 15 сентября.
О сегодняшних событиях:
«Действительность современной России воспринимается художниками как тотальный художественный проект, с которым конкурировать они не могут, а могут только его “выразить”. И программа у них, по сути дела, натуралистическая, только сами они мыслят себя не беспристрастными летописцами истории, а ее бесправными, бессловесными объектами. Правда, работая на любую партию профессионально, художник начинает играть по совершенно другим правилам. Быть бессознательным рупором российских противоречий ему уже не удастся, состояние аффекта пройдет, и он потеряет право на смягчающие обстоятельства».
Екатерина Дёготь, «Художники в состоянии аффекта», 1995
«Действительность современной России воспринимается художниками как тотальный художественный проект, с которым конкурировать они не могут, а могут только его “выразить”. И программа у них, по сути дела, натуралистическая, только сами они мыслят себя не беспристрастными летописцами истории, а ее бесправными, бессловесными объектами. Правда, работая на любую партию профессионально, художник начинает играть по совершенно другим правилам. Быть бессознательным рупором российских противоречий ему уже не удастся, состояние аффекта пройдет, и он потеряет право на смягчающие обстоятельства».
Екатерина Дёготь, «Художники в состоянии аффекта», 1995
Социалистка Анжелика Балабанова родилась в 1878 году в богатой еврейской семье в Чернигове. Свою политическую борьбу, продолжавшуюся вплоть до ее смерти, она начала в 1897 с переездом в Брюссель. Пользовалась благосклонностью Ленина и Зиновьева, вследствие чего после победы революции в России занимала пост помощника Председателя Совнаркома и Наркома иностранных дел Советской Украины. Очевидно, спустя время у Балабановой возникают разногласия с советскими коммунистами, и в 1924 ее исключают из ВКП(б) за антисоветские заявления. Роль Балабановой в политической жизни Европы начала века особенно примечательна тем фактом, что она из первых начала сотрудничать с учителем из Ломбардии и сексоголиком по имени Бенито Муссолини, благодаря которой тот стал читать Ницше, Штирнера и Сореля.
Митинг 10 августа свои надежды, в некотором смысле, оправдал. Да и сложно было назвать его митингом. Энергетически это напоминало события Красного мая 1968 года.
В первую очередь, по классовому признаку. По ощущениям, процентов 80 составляли студенты, от нёрдов в толстовках Гарварда до томных луи гаррелей с подружками в обнимку.
Особенно доставил 40-летний мужчина в блейзере Лоро Пьяна, направившийся к рамкам после того, как вылез из Майбаха с машиной сопровождения.
Это сигнализирует опасную для власти тенденцию возрастания моды на протест. Все же за полтора часа дискуссии о выборах в МГД среди присутствующих слышались пару раз.
Создалось явное впечатление, что гражданам было приятно оказаться на Сахарова в промозглый московский ливень, прочувствовать сопричастность с Парфеновым, Юрочкой Дудем и прочей new wave интеллигенцией, подогревшей к протестам повышенный интерес. Ну, либо с Марьяной Ро, наконец. Оные стояли в специальной зоне, и, полагаю, состоись бы заново провальный Координационный совет оппозиции, их бы выбирали охотнее, нежели Каспарова и Пархоменко.
Фейс так вообще стал легендой народных гуляний, и популистские дифирамбы ему пелись безостановочно на манер: посмотрите, вот это независимость. Хотя, от кого Фейс мог бы зависеть, представить себе трудно.
В Китай-городе все же немного решили поиграть в революцию, и две девушки в чокере спорили о том, какой по счету куплет песни Перемен, начинающийся со слов:
Мы не можем похвастаться мудростью глаз
И умелыми жестами рук.
В толпе на Солянке оказалось, как ни странно, приличное количество пожилых людей, откровенных поклонников акций Эдички на Триумфальной и студентов. Мидл-класс устремился на московские веранды, ничего личного.
Винтить начали поступательно, и, кроме шуток, порою это делали с невиданной жестокостью. На улице Забелина крепкий мужчина в форме вести беспардонно ударил со всей мощи женщине в живот. Чувствуется, что на летучках в органах правопорядка даётся конкретная установка: делайте, что хотите, лишь бы все поняли, что никакой революции, уважаемые.
В целом, впечатление неоднозначное. Приятные, порою успешные, а иногда и красивые люди гуляют по Москве, скандируют: Россия будет свободной, и более всего это ассоциируется с новым приятным времяпрепровождением. Реального огня революции ни в ком, кажется, не вспыхивает. В этом смысле, начнись митинги такого масштаба после ситуации с Голуновым, думаю, это было бы опаснее, ибо содержательная часть вчерашних мероприятий, к сожалению, вызывает вопросы.
В первую очередь, по классовому признаку. По ощущениям, процентов 80 составляли студенты, от нёрдов в толстовках Гарварда до томных луи гаррелей с подружками в обнимку.
Особенно доставил 40-летний мужчина в блейзере Лоро Пьяна, направившийся к рамкам после того, как вылез из Майбаха с машиной сопровождения.
Это сигнализирует опасную для власти тенденцию возрастания моды на протест. Все же за полтора часа дискуссии о выборах в МГД среди присутствующих слышались пару раз.
Создалось явное впечатление, что гражданам было приятно оказаться на Сахарова в промозглый московский ливень, прочувствовать сопричастность с Парфеновым, Юрочкой Дудем и прочей new wave интеллигенцией, подогревшей к протестам повышенный интерес. Ну, либо с Марьяной Ро, наконец. Оные стояли в специальной зоне, и, полагаю, состоись бы заново провальный Координационный совет оппозиции, их бы выбирали охотнее, нежели Каспарова и Пархоменко.
Фейс так вообще стал легендой народных гуляний, и популистские дифирамбы ему пелись безостановочно на манер: посмотрите, вот это независимость. Хотя, от кого Фейс мог бы зависеть, представить себе трудно.
В Китай-городе все же немного решили поиграть в революцию, и две девушки в чокере спорили о том, какой по счету куплет песни Перемен, начинающийся со слов:
Мы не можем похвастаться мудростью глаз
И умелыми жестами рук.
В толпе на Солянке оказалось, как ни странно, приличное количество пожилых людей, откровенных поклонников акций Эдички на Триумфальной и студентов. Мидл-класс устремился на московские веранды, ничего личного.
Винтить начали поступательно, и, кроме шуток, порою это делали с невиданной жестокостью. На улице Забелина крепкий мужчина в форме вести беспардонно ударил со всей мощи женщине в живот. Чувствуется, что на летучках в органах правопорядка даётся конкретная установка: делайте, что хотите, лишь бы все поняли, что никакой революции, уважаемые.
В целом, впечатление неоднозначное. Приятные, порою успешные, а иногда и красивые люди гуляют по Москве, скандируют: Россия будет свободной, и более всего это ассоциируется с новым приятным времяпрепровождением. Реального огня революции ни в ком, кажется, не вспыхивает. В этом смысле, начнись митинги такого масштаба после ситуации с Голуновым, думаю, это было бы опаснее, ибо содержательная часть вчерашних мероприятий, к сожалению, вызывает вопросы.
С 21 августа по 25 сентября в московских Звезде, Факеле и Юности пройдет программа «Пересматривая советское кино.
Выбор современных «гуманитарных исследователей», организованное совместно с платформой «Сигма».
Можно будет посмотреть несправедливо забытые из–за на первый взгляд мнимой простоты, жанровости, мнимой вторичности фильмы Ромма, Бондарчука, Микаэляна. Но, как говорят организаторы, «нас (и многих наших читателей) такое интересует — кажется, что именно в подобных произведениях, вытесненных на периферию академического знания, можно разглядеть что-то интересное и важное». Подборка - от идеологически выверенного байопика о Ленине и советского лауреата «Оскара» до малоизвестных картин 1970-х и сюрреалистической перестроечной притчи.
Также можно будет послушать интерпретации и анализ фильмов-участников от ведущих философов, искусствоведов, литературных критиков и психоаналитиков.
Все ленты будут показаны с пленки 35 мм из Синематеки Москино.
https://syg.ma/@sygma/pieriesmatrivaia-sovietskoie-kino
Выбор современных «гуманитарных исследователей», организованное совместно с платформой «Сигма».
Можно будет посмотреть несправедливо забытые из–за на первый взгляд мнимой простоты, жанровости, мнимой вторичности фильмы Ромма, Бондарчука, Микаэляна. Но, как говорят организаторы, «нас (и многих наших читателей) такое интересует — кажется, что именно в подобных произведениях, вытесненных на периферию академического знания, можно разглядеть что-то интересное и важное». Подборка - от идеологически выверенного байопика о Ленине и советского лауреата «Оскара» до малоизвестных картин 1970-х и сюрреалистической перестроечной притчи.
Также можно будет послушать интерпретации и анализ фильмов-участников от ведущих философов, искусствоведов, литературных критиков и психоаналитиков.
Все ленты будут показаны с пленки 35 мм из Синематеки Москино.
https://syg.ma/@sygma/pieriesmatrivaia-sovietskoie-kino
syg.ma
Пересматривая советское кино
О серии показов, которую мы подготовили вместе с Москино и членами нашего сообщества. Ее цель – реактуализировать советскую не-классику
Каждый раз глядя на купленную обложку Татлера очередной выдающейся дивой, вспоминайте про Луизу Казати, покровительницу изящных искусств первой половины 20 века.
Казати обхаживали легендарный футурист Маринетти, эталон литературы декаданса д’Аннунцио и любовник актера Маре Жан Кокто. Джейкоб Эпстайн, пионер модерна, писал ее портреты, как и Павел Трубецкой, к слову. Луиза дружила с Айседорой Дункан, выпивала с Дягилевым, а Пикассо и Бакст ваяли для неё вечерние туалеты.
Особенно Казати нравилась Феликсу Юсупову, а впоследствии Керуаку, гениальному алкоголику, который, по воспоминаниям Гинзберга, жалел, что закрыли Освенцим.
Нужно ли говорить, что самая легендарная женщина-денди умерла почти в полном забвении, имея в долгах (внимание!) 27 миллионов долларов? Память о ней воскресла лишь в конце XX века благодаря двум выдающимся модельерам, Гальяно и Лагерфельду, которые вдохновлялись Луизой.
А у нас, поговаривают, достаточно и за режиссёра второстепенных блокбастеров замуж выйти.
Казати обхаживали легендарный футурист Маринетти, эталон литературы декаданса д’Аннунцио и любовник актера Маре Жан Кокто. Джейкоб Эпстайн, пионер модерна, писал ее портреты, как и Павел Трубецкой, к слову. Луиза дружила с Айседорой Дункан, выпивала с Дягилевым, а Пикассо и Бакст ваяли для неё вечерние туалеты.
Особенно Казати нравилась Феликсу Юсупову, а впоследствии Керуаку, гениальному алкоголику, который, по воспоминаниям Гинзберга, жалел, что закрыли Освенцим.
Нужно ли говорить, что самая легендарная женщина-денди умерла почти в полном забвении, имея в долгах (внимание!) 27 миллионов долларов? Память о ней воскресла лишь в конце XX века благодаря двум выдающимся модельерам, Гальяно и Лагерфельду, которые вдохновлялись Луизой.
А у нас, поговаривают, достаточно и за режиссёра второстепенных блокбастеров замуж выйти.
Молодой и очень симпатичный режиссёр Борис Акопов - сын следователя из Балашихи, который занимался в детстве балетом. А теперь снял свой дебютный фильм про бандитские 90-е, который получил главный приз на «Кинотавре». В прокате со следующего четверга!
https://www.google.ru/amp/s/www.buro247.ru/amp/60393
https://www.google.ru/amp/s/www.buro247.ru/amp/60393
BURO.
«Я за потрясения»: Борис Акопов о фильме «Бык» и времени без героев
Мы встретились с режиссером, чтобы обсудить его ленту, отношение к женскому кино и где искать геройские сюжеты в эпоху, когда героев днем с огнем не сыщешь.
Для создания плаката к знаменитому поэтическому вечеру «Три левых часа» объединения ОБЭРИУ (после которого на обэриутов началась травля) были приглашены художники Вера Ермолаева и Лев Юдин. Ими был создан огромный плакат, который был установлен у Аничкова моста. Плакат представлял собой часть ещё большего плаката, включая в себя отдельные буквы и слова, сами по себе ничего не выражавшие. На плакат были наклеены афиши вечера попарно — рядом с каждой наклеенной нормально афишей была наклеена другая, перевёрнутая. Целью было максимально устранить механическое восприятие и привлечь внимание.
Для афиши Хармс и Бахтерев выбрали броские, вышедшие из употребления шрифты. Применялась также технология живой рекламы – плакат был обвешан различными броскими надписями: «2×2=5», «Мы вам не пироги!» и «Поэзия — это не манная каша!». Хармс, желая сделать предстоящее событие как можно более значимым, разослал афиши не только в основные учреждения культуры Ленинграда, но и в банки и посольства.
Для афиши Хармс и Бахтерев выбрали броские, вышедшие из употребления шрифты. Применялась также технология живой рекламы – плакат был обвешан различными броскими надписями: «2×2=5», «Мы вам не пироги!» и «Поэзия — это не манная каша!». Хармс, желая сделать предстоящее событие как можно более значимым, разослал афиши не только в основные учреждения культуры Ленинграда, но и в банки и посольства.
Башлачевское «Время колокольчиков» в исполнении народного украинского хора ИЗ СОЧИ! Вот это семиотический замес называется
https://youtu.be/FE7m5gj6UIY
https://youtu.be/FE7m5gj6UIY
YouTube
142 Народный ансамбль песни «Покуть» Время колокольчиков г Сочи
Кто ты сегодня: хулиган-анархист, оккупирующий сады Тюильри, или эксортница на монакском покое?
Forwarded from ты сегодня такой пепе шнейне (Yana Sidorkina)
Виктор Пивоваров
Говно концептуализма сладкое
Говно концептуализма сладкое
На прошлой недели блестящий журналист Юрий Сапрыкин @forevernotes рассуждал на страницах Ведомостей о трансформации российского общества через призму балабановского «Брата», а именно, на примере «нашего всего» Данилы Багрова.
В очередной раз натыкаясь на Брата на экране, мы наяву осознаём, что все образы, продемонстрированные Алексеем Балабановым, нам донельзя знакомы и в некотором смысле близки, и тут как нельзя кстати мы обратимся к «Заговору искусства» Бодрийяра, который, анализируя искусство Энди Уорхола, утверждает следующее: «Образы У. банальны не потому, что они являются отражением банальности мира, а потому, что они являются результатом отсутствия каких-либо притязаний субъекта на интерпретацию. Они являются результатом возведения образа в степень чистой фигурации без какой-либо трансфигурации. Это уже не трансцендентность, а возвышение знака, который, теряя всякую естественную сигнификацию, сияет в пустоте всем своим искусственным блеском.»
То же мы можем сказать и о творении Балабанова, суть творчества которого после артхаусных «Счастливых дней» и «Замка» претерпела значительные изменения и выразилась в восстанавливании небытия в самом центре образа. Иначе говоря, лицезрея все, что творится вокруг, начиная от олигархических войн и культурной стагнации и закачивая повальным бытовым пьянством, Балабанов бросает вызов самому понятию эстетики в искусстве.
«мы все потеряли что-то
на этой безумной войне
кстати где твои крылья
которые нравились мне?»
Эти строчки Кормильцева, неслучайно становятся основополагающими в мире Данилы Багрова, посланника высшей воли, ибо другого посланника Россия того времени элементарно бы не приняла, потому что образ головореза с поистине трикстерским представлением о чести - единственное, что могло фасцинировать наших соотечественников. Другое дело, поменялось ли что-то поныне?
https://news.1rj.ru/str/forevernotes/1683
В очередной раз натыкаясь на Брата на экране, мы наяву осознаём, что все образы, продемонстрированные Алексеем Балабановым, нам донельзя знакомы и в некотором смысле близки, и тут как нельзя кстати мы обратимся к «Заговору искусства» Бодрийяра, который, анализируя искусство Энди Уорхола, утверждает следующее: «Образы У. банальны не потому, что они являются отражением банальности мира, а потому, что они являются результатом отсутствия каких-либо притязаний субъекта на интерпретацию. Они являются результатом возведения образа в степень чистой фигурации без какой-либо трансфигурации. Это уже не трансцендентность, а возвышение знака, который, теряя всякую естественную сигнификацию, сияет в пустоте всем своим искусственным блеском.»
То же мы можем сказать и о творении Балабанова, суть творчества которого после артхаусных «Счастливых дней» и «Замка» претерпела значительные изменения и выразилась в восстанавливании небытия в самом центре образа. Иначе говоря, лицезрея все, что творится вокруг, начиная от олигархических войн и культурной стагнации и закачивая повальным бытовым пьянством, Балабанов бросает вызов самому понятию эстетики в искусстве.
«мы все потеряли что-то
на этой безумной войне
кстати где твои крылья
которые нравились мне?»
Эти строчки Кормильцева, неслучайно становятся основополагающими в мире Данилы Багрова, посланника высшей воли, ибо другого посланника Россия того времени элементарно бы не приняла, потому что образ головореза с поистине трикстерским представлением о чести - единственное, что могло фасцинировать наших соотечественников. Другое дело, поменялось ли что-то поныне?
https://news.1rj.ru/str/forevernotes/1683
Telegram
Сапрыкин - ст.
«Ведомости» попросили подвести итоги последних 20 лет — как менялись отношения живущих в России людей и стоящего над ними государства. Получилось рассуждение о динамическом столкновении двух национальных идей — заказанной сверху и прорастающей снизу. Понимаю…