Современное искусство, говорите? Я придумал некоторое современное искусство.

Смотрите: создаём нейросеть и обучаем её ТОЛЬКО на военном новостном контенте последних двух лет: фотографии разрушенных домов, кровь, ярость, техника, выстрелы, взрывы, ролики с убийствами. Тексты пропагандистских песен. Дневники беженцев. Мат и ругань в сотнях комментариев в срачах на десятках интернет-площадок.

А после просим нейросеть нарисовать такие понятия, как ЛЮБОВЬ, ДОБРО, ПРОЩЕНИЕ.

Тот кибер-ПТСР, что мы получим на выходе будет арт-объектом на тему "война ломает людей" и "выросший в насилии не может произвести в мир ничего кроме него". Сам месседж не то чтобы нов, но мы его диджитализируем и прикручиваем к модной теме, заворачиваем в упаковку нового дня, ну ты понел.

Далее: сделаем промо-сайт, где люди сами смогут с этой нейро-сетью играть и такие картины делать. Интерактив. Но это ещё не всё. Каждую нейроветку можно *дообучить* добавив в неё Добра и Любви, загрузив такой контент, который сам считаешь нужным. Люди смогут "лечить" ПТСР нейросети и в режиме реального времени наблюдать, как меняется их картинка на тему "любовь и мир", от ужасной - к *другой* благодаря их личным дополнениям.

Ну и кнопку донатов прикрутить, разумеется, всё собранное - на реабилитологов для беженцев и солдат.

Кто в ресурсе: оцените возможность и взлётный потанцевал - давайте, может, сделаем.

«Запрет исконной церкви в Малороссии – грязная политика, густо замешанная на кокаине и сатанизме» Д.А.Медведев

Что такое политика, замешанная на кокаине и сатанизме? Это, когда, пардон, нанюхаются и ебутся? Ну, не знаю, котаны. Как по мне, когда нюхают и ебутся, это куда симпатичнее, чем когда молятся, а потом идут убивать соседей ни за что.

У меня к Дмитрию Анатольевичу Медведеву два вопроса:
1) Когда он в последний раз был в настоящей исконной церкви?
2) Когда он в последний раз ебался настоящей исконной еблей?

Сделай он хотя бы одно из двух со всем пристрастием, воинственности и агрессии в нём бы в разы поубавилось.

А вот вопроса "когда Дмитрий Анатольевич в последний раз нюхал кокаин" у меня нет. Не иначе аккурат перед написанием этого своего поста. Ибо нет большей политической вещи, замешанной на кокаине и сатанизме, чем телеграм-канал Дмитрия Медведева.

Видите, Дмитрий Анатольевич, какую рекламу вам делаю. Сейчас все напишут: где же этот канал и искать бросятся, вдруг что интересное. А там только ваше брюзжание старческое, конъюнктурное. Ведь даже политический сатанизм хоть сколько-нибудь хорош лишь тогда, когда он талантливый.

По Дербенту я, зверея,
шёл к отелю три звёзды.
Я искал в себе еврея,
чтобы дать ему пизды,
а потом напиться водки
под манты и шашлычок
и с еврейскою красоткой
с ним устроить тройничок.
И они, такие: слушай,
ты хороший корешок.
Го в Израиль, там не скучно,
вот те шекелей мешок.
Я бы вмиг: прощай, Рассея,
к чёрту эти ебеня...
Жаль, что нет во мне еврея.
Тем и бесит он меня.

Она сидела с ним, как Биркин.
Жаль, он отнюдь не Серж Гинсбур.
В поместье хаживал к ним Гиркин.
Ходили в храм. Щипали кур.
У них в домах всё шито-круто,
гребут бабло, встают с колен.
Зато в умах такое чудо,
что нейросеть исполнит хрен.
Там чудеса, там Стешин бродит.
Там Дугин был и водку пил.
И Бесогон Никита вроде
по краю тоже наследил.
Бомбишь с соцветия такого?
Пиши депешу в страшный суд.
Семейства Инфоцыгановых
уходит табор на Бахмут.
Русь от Содома зачищаем.
Господь благословляет нас.
Мы грешных вас за всё прощая
уходим в бой. Но не сейчас.
Потом. Пока мы здесь нужнее.
Бдим в ноосферы окоём.
Пусть там на фронте мрут плебеи.
Мы им станцуем и споём.
Патриотизм, как пик карьеры.
Хоть кол на голове теши.
Я им, признаться, не поверил
по части веры и души.
Он не дурак, она не дура,
да, рьяно крестятся, так что ж -
Мольер писал таких с натуры,
погугли "Кабалу святош".
Они всё: бог, кресты, знамёна,
просфоры, пост, а ты не гей?
Знаменья, старцы, грех, иконы...
А где "не лги" и "не убей"?
Про лик христов стихи солдатам
он написал, она поёт.
А где же главное, ребята?
Бог есть любовь, там нет её.
А что до рая - мне сдаётся
вовек живым во цвете лет
в раю целёхоньким проснётся
кто не проснулся от ракет
в стране соседней. В это верю
и уповаю на того,
кто это мир любовью мерял
и жизнь отдавши, спас его.
Не с теми он, кто прятать тщится
свой гнев в блаженной трескотне,
кто словно статусом кичится
своей причастностью к войне
и в лицемерии беспечен,
доживши до таких седин.
А круг в аду их ждёт, конечно.
Не тот. Другой. И не один.

Вадим Цыганов до того как покаялся

В день народного единства
суррогатным материнством
меж Камчаткою и Минском
я, исторгнутый вовне,
был показан мамке ро́дной
и она сказала: годный
мой сынок ко всенародной
миротворческой войне.

Тень народного единства
примечательна, как принцип
солидарности с убийцей
под дубинами ментов.
Здесь единство есть в бесчинстве,
есть единство в подхалимстве,
есть единство в проходимстве,
только это всё не то.

Есть единство мироедов
ради сытного обеда,
есть единство злого бреда,
есть единство за бабло.
Я отнюдь не привиреда,
но в рассудке я покеда -
с властьимущим людоедом
мне единство - западло.

Есть единство главпортретов
над столами в кабинетах,
ШирНарМасс у нас единство
на экране напоказ.
Но такого, как у дедов,
чьей победою кичимся,
повторить чьё дело мчимся,
и в помине нет у нас.

Есть единство у соседа
и оно не понарошку.
Поучиться б нам, как в раде
гнать взашей своих блядей.
Те же деды и победа
и у нас, и у соседа,
но не люд единства ради,
а единство для людей.

Русский, белорус, чеченец,
Даг, бурят, якут и ненец,
белокурый ополченец
и крепыш единобров -
Жизнь священна, помни базу:
Вместе хором, вместе разом,
Игнорируем приказы
старых мелочных воров.

Жизнь, как главная идея,
люди все и нет людее
никого, кто был бы в праве
жизнь разрушить вообще:
Пестуй самый главный принцип
настоящего единства,
человечьего единства
человеческих существ.

Позывной Челентано снова не спит в окопе.
Сам из Киева и частенько в Европе бывал,
но в Италии как-то не довелось.
С женой врозь живут.
Дома его ждёт Сюзанна. Пошла в девятый.
"Челентано" - это именно из-за дочери.
Хотя ловелас. Горбатого могила исправит.
Не похож на актёра. В кино никогда не снимался.
Чинил моторы и на досуге ходил за лещём.
Сам-то еврей, но и в Израиле никогда не был.
Крещён. Правда, поверил-то в Бога уже на войне.
Дело такое - в бою атеистов нет.
Он и служил уже, дембельнулся как раз к тридцати.
Как же оно заебало, прости, Господи.
Ты ли тем людоедам дал такой аппетит?
А ведь "не убий" не значит "не защити"?
Такая работа - купировать этот пиздец.
Зачем мы здесь? Да понятно, зачем мы здесь.
Не из-за денег, конечно. Жили не нищими.
Письмо не отправилось дочери. Связь говнище.
Утро утонет в морозном туманном звоне.
Як ты там, доню моя? Я всё так же, доню.
Ночь пролетела. Красивый рассвет. Небушко рыжее.
День проживём и ещё один проживём. Так и выживем.
Кончатся здесь делишки - поедем с тобой в Италию.
Мы за людей тут, а как ещё тут, малышка.
Нас как-то так и учили любить их в тех книжках,
что читал я тебе и которые мне читали.
Есть же и правда. Есть же, в конце-концов Иисус.
Если даже кажется, что и нет - ты верь в него, Сюз.
Верь в него, ладушки? Он добрый, как бабушка.
и сильный, как я, когда в детстве тебя подбрасывал, помнишь, до облаков.
Ты смеялась. Было так весело и легко.
Смех детский, деточка, это господень идиш.
Он тебя бережёт всегда, хоть ты его и не видишь.
Как мы на фронте. Я не рядом, но я за тебя и с тобой.
Кажется, начинается бой. Рация разрывается.
Всё вокруг разрывается. Сердце особенно.
Дальше нас не пройдёт эта мгла.
Прочтёшь, напиши, что прочла.
- Я прочла.

Позывной Челентано видит ярчайший свет
и вслушивается в ставший оглушительно тихим мир.
С неба, вывернутого наизнанку кратерами планет,
он падает, медленно опускаясь в небесный Рим
словно на парашюте, держат за плечи какие-то стропы.
Внизу узнаёт пейзажи Конотопа и Николаева. Одесский порт.
Тибр так красив в очертаниях днепровских линий.
Колизей так забавно подсвечен жёлтым и синим.
Площадь Святого Петра не отличить от Майдана.
Рядом с колонной Сюзанна стоит с букетом
какая-то непривычно большая, но это она.
Рядом жена его, что выглядит так же молодо.
А с голого неба на землю всё падает звёздное золото.
Он всё понимает и становится очень холодно.
От него к ним протянуты странные тонкие струны.
Хочет сказать что-то, но получается только думать,
вернее чувствовать. Закрыты глаза их
и день опадает. Сюз над обрывом скалистой пустоши.
Внизу под ногами беснуется вязкая мгла.
Он ощущает: люблю тебя. Я люблю тебя.
И внезапно она говорит: я прочла.

Позывной Челентано - это ремешок от АК-47.
Надпись, сделанная маркером на брезенте.
В швы набилась земля, высохла и высыпалась не вся.
Он был на фото, в ленте тогда разошедшемся,
так она и узнала, что у папы был позывной,
связанный с её именем. Мило. Рассказывала всем поначалу.
Потом повесила, где висят спортивные медали,
потом спрятала в дальний ящик, но доставала и говорила с ним.
Была на вокзале, откуда ты уезжал на войну.
Была у мамы. Сменила работу и не одну.
Пили Ламбруско с подругами.
Помнишь, как гуляли по спуску
и ты пел мне песню по-итальянски, сирень тогда же цвела
и костюм на тебе был такой новый и голубой.
А потом ты сказал, что все слова выдумал
и такого языка нет вовсе, а я ведь всё поняла,
честно, каждое слово. Вот на нём я и говорю с тобой.
Рассказываю тебе на нём про увиденные
новые города. На нём пишу тебе мысли,
то есть - думаю тебе в твоё никуда,
как я люблю тебя, думаю тебе в твоё никуда,
пусть хорошо будет тебе там,
в твоём нигде, пусть ничего не болит.
Кстати, ты уже дед. Я не про возраст,
просто я беременна. Прошло много времени,
я взрослый уже Агапит давно,
а всё говорю с тобой в виде этого ремешка.
Вправду ли он тогда твоё обнимал плечо
вместо меня, когда ты смотрел на краю во тьму.
Всё, пока. Напиши, как прочтёшь "Я прочёл".
Я пойму.

Шмаляют по мишеням
нордические парни.
Сержанты уточняют
в последний раз маршрут.
Давайте ка, ребята,
взовём к богам Асгарда -
у нас ещё в запасе 14 минут.
Я верю, друзья, что смелее вас нет.
Погоны живут от звезды до звезды.
За Бучу, Ирпень и Азовский цветмет
враги огребают пизды.

Наверно, нам, ребята,
припомнятся когда-то
красивые закаты
сквозь щели амбразур.
Мыкола, Йося, Ваня,
Джон и Францишек с нами,
Арсен и Мага с нами,
и Гиви, и Эльнур.
Я верю, друзья, в то, что мы устоим.
Глянь, танк как комбайн, едет вдоль борозды.
За Крым, за Донбас и за Ершалаим
враги огребают пизды.

Как земли, что едины
под небом Украины
равны в пролитой крови
и ею скреплены -
на языке отваги
я объясняюсь с сыном,
на самой главной мове
моей родной страны.
Я верю, друзья, в этот божий народ,
в колосья полей и соборов кресты.
За весь наш весёлый шальной хоровод
враги огребают пизды.

Очнулся Прилепин у больших ворот: Это рай?
Апостол Пётр: Да, но вам туда не полагается. Но есть нюанс. Помните: Вы, Шаргунов и Ольшанский по набережной гуляете и дамам вслед свистите, а дамы шаг прибавляют. И у одной из них на ходу червонец выпал. Ольшанский тут же нагнулся подобрать, а Вы ему в этот момент ногой подсрачника отвесили. Так вот: нога в рай, а вы - опять в Россию.

Перед началом Куликовской Битвы князь Дмитрий Донской встал в пеший строй, поменявшись со своим фаворитом и любимцем боярином Михаилом Бреноком одеждой и великокняжескими знаками отличия. После сражения князь выжил с ранением, а Бренока нашли убитым. Вокруг него лежало множество бояр, защищавших фэйкового предводителя.

Кажется, это первый зафиксированный в летописях случай, когда в масштабном махаче на окраине модный московский пидор выхватил за шмот.