Совсем неожиданная новость: крупнейшие IT-компании России – МТС, "Вымпелком" и "Ланит" – сократили число вакансий на 15-18% по сравнению с прошлым годом. Это на фоне крупнейшего в истории кадрового голода и повсеместного импортозамещения, которое всегда требует много работников.

Притом сокращение коснулось именно разработчиков – той категории спецов, без которых еще не может обойтись ни один технологический проект. Аналитики "Хабр.Карьеры" связывают это с внедрением ИИ.

Получается, вот оно – лекарство? Мы можем избавиться от дефицита кадров уже сейчас, не дожидаясь 2030-х?

Ну, не совсем.

Что говорит бизнес

Прогнозы айти-индустрии в целом – однозначные: ИИ заменит персонал как минимум в 40% организаций, а переобучаться придется 71% работников – об этом мы уже писали.

Но в России образца начала 2025 года ситуация все еще очень неравномерная – это понятно из интервью с игроками рынка:

• Небольшая компания Zavod IT из Екатеринбурга говорит, что искусственный интеллект изменил все: если раньше на одну вакансию приходилось по 100 кандидатов, то сейчас – уже 1000, и все благодаря ИИ: они повысили эффективность настолько, что задачи, на которые раньше уходило по 7000 человеко-часов, сегодня решаются за пару сотен часов.

• Маленькое диджитал-агентство EvApps, наоборот, говорит, что кадровый голод никуда не делся – особено среди middle-разработчиков. ИИ для них – такой же инструмент, как и язык программирования, и управлять им должен специалист.

• Самый взвешенный взгляд – у SafeTech Lab: они считают, что ИИ может заменить аналитиков данных, но не разработчиков. Сокращение вакансий у гигантов связано скорее с экономическими факторами – высокой ставкой ЦБ и дороговизной заемных денег.

С этим объяснением хочется поспорить: одновременно с сокращением вакансий в 2024 взлетел спрос на ИИ-специалистов – притом сразу на 43%. То есть, по итогам года кадровый голод в IT вновь вырос. Успеет ли на это среагировать система высшего и дополнительного образования – увидим в конце 2025.

Компания "Новые облачные технологии" (НОТ) уволила всех топ-менеджеров, включая гендиректора, технического и коммерческого директоров. Всего из компании-разработчицы решения "МойОфис" (одного из самых успешных импортозамещенных IT-продуктов) ушли 11 руководителей высшего звена.

Особенно грустно НОТ смотрится на фоне своих же прошлых успехов: в 2022 году выручка НОТ выросла на впечатляющие 295% до 3,3 млрд рублей, компания впервые за несколько лет показала прибыль. А среди клиентов числились "Росатом", ВТБ, "Почта России", РЖД и другие крупные госструктуры.

В 2023 же выручка рухнула на 44% до 1,9 млрд рублей, а убыток составил 5,2 млрд (!) рублей. Вернуться в плюс шансов довольно мало: основатель НОТ Дмитрий Комиссаров говорит, что сейчас из трех крупнейших клиентов контракты продлевает лишь один, а новых заказчиков с чеком 200+ млн рублей нет вообще. При этом штат раздулся с 700 до 1100 человек.

Причин несколько:

1. Замедление импортозамещения. На фоне ухода западных вендоров в 2022 был бум, но в 2023 многие заказчики заняли выжидательную позицию. Microsoft и другие зарубежные компании оставили лазейки для продления лицензий (писать о том, что многие субъекты МСП и физлица не гнушаются пиратской продукцией).

2. Отсутствие финансирования у госкомпаний на закупку российского софта. В НОТ рассчитывают, что в этом году хорошие бюджеты на импортозамещение наконец будут выделены, но пока это лишь ожидания.

3. Эффект высокой базы – крупнейшие клиенты предпочитают покупать трехлетние лицензии, которые не требуют ежегодного продления. Это означает, что после масштабных закупок 2022 и 2023 многим новые лицензии не нужны до сих пор.

Показательно, что проблемы у НОТ возникли на растущем рынке – другие разработчики офисного ПО наращивают выручку. Например, конкурирующая компания P7 отчиталась о росте продаж облачных подписок на 52% в первом квартале 2024 года.

Без срочных мер (главная из которых – привлечение стратегического инвестора) и удержания клиентов компанию ждут непростые годы – Комиссаров прогнозирует сохранение текущих низких показателей. Одних только формальных уходов иностранных конкурентов для успеха в импортозамещении недостаточно – нужны стабильное финансирование и четкая продуктовая стратегия.

Картофель выдал самое заметное подорожание за прошлый год - цена за 1 кг взлетела аж на 92%. Также сильно выросла цена на сливочное масло (+36%) и огурцы (+28,5%).

Зато в 2024-м стали чуть доступнее бытовая техника и электронные девайсы (в среднем на 5%).

Разбираемся, как работают санкции и почему они не всегда эффективны

Две недели назад США включили в санкционный список "Полярный литий" – СП "Росатома" и "Норникеля", которое должно стать первым производителем отечественного лития (необходимого для производства сложных аккумуляторов и другой электроники).

Казалось бы, санкции еще на этапе планирования – приговор для проекта. Но сегодня компания дала позитивный сигнал и увеличила свой уставный капитал в 1,6 раза – до 4,08 млрд рублей.

1. Главное: проект живет. "Полярный литий" не только наращивает капитал, но и активно готовится к запуску. Уже разработан план площадки ГОКа, идут проектно-изыскательские работы, а пробное производство на Колмозерском месторождении планируют запустить уже в 2026 году.

2. Санкции – не приговор. Опыт других компаний показывает: ограничения создают проблемы, но не останавливают бизнес. Опыт других ресурсно-энергетические компании показывает, что после введения санкций меняется логистика и система платежей – это приводит к удорожанию, но точно не к закрытию производства.

3. Слабое звено – технологии. Главный вызов для "Полярного лития" – не сами санкции, а их влияние на всю производственную цепочку. Компания планирует не просто добывать литий, но и производить готовые батареи на заводах "Рэнеры" (структура "Росатома"). И тут начинаются сложности: в марте 2024 года Южная Корея запретила поставки литийионных батарей в РФ. Под ограничения попала Enertech International – ключевой технологический партнер "Рэнеры", у которой наша компания купила 49% акций. Впрочем, и здесь нашли выход: уже объявлен тендер на поставку производственной линии по сборке ячеек для батарей стоимостью 2,6 млрд рублей.

4. Что дальше? Санкции не изменят главного: зарубежные партнеры продолжат работу с российскими компаниями, но по более высоким ценам. Сроки реализации проектов могут затянуться, но не критично. Контроль "Полярного лития" над полным циклом производства – от добычи до готовых батарей – это серьезное преимущество.

В перспективе проект критически важен для РФ: к 2030 году производство электромобилей должно вырасти с нынешних 8 тыс. до 54,25 тыс. штук. Без собственных батарей такой рост маловероятен. Поэтому государство продолжит поддерживать проект, несмотря на санкции.

Кажется, что в случае с "Полярным литием" санкции опоздали: инфраструктура создана, технологии освоены, а деньги найдены.

Ивановская компания, которая производит сложную электронику на экспорт, рвет шаблоны у тех, кто уверен, что экспорт в РФ – только сырьевой, а производство ограничивается копиями светодиодов на китайских авто.

Ее название – "Нейрософт", и она производит высокотехнологичное медицинское оборудование: электроэнцефалографы, магнитные стимуляторы и комплексы для реабилитации. За 32 года работы компания успела выйти на международный рынок: сейчас продукция поставляется в более чем 100 стран, включая Китай, Индию, Бразилию, США, Францию и Германию.

Из интересного:

• Санкции на медтехнику распространяются не так же, как на все остальное, поэтому 40% продукции все еще идет на экспорт.

• В крупнейшем госпитале Китая (301-й военный госпиталь в Пекине) работает оборудование из Иваново

• Компания активно участвует в международных проектах, вроде бразильского Protecting Brain and Saving Future для мониторинга функций мозга у недоношенных детей

• В 2024 году "Нейрософт" вошел в тройку лучших экспортеров России, а до этого четырежды побеждал во всероссийском конкурсе "Экспортер года"

Что интересно: компания успешно конкурирует с западными производителями и порой превосходит их по некоторым параметрам. Например, электромиографы "Нейрософт" с программой для исследования нервно-мышечной передачи признаны ведущими учеными лучшими в мире.

Некоторые комплектующие закупаются в Китае, но генерально производство сосредоточено в Иваново. При этом себестоимость производства в России оказывается ниже, чем в той же Поднебесной – и это при сохранении высокого качества продукции.

Важный кадрово-зарплатный итог 2024 года: впервые в новейшей истории страны стал существенно сокращаться разрыв зарплат между регионами и Москвой.

Берем сферу промышленности и строительства. Если в 2023-м в Питере рабочие получали на 7–9% меньше, чем в Москве, то в 2024-м разница сократилась до 5-8% (данные Superjob). В регионах изменения еще ярче: воронежские зарплаты в этих же областях в 2023-м отставали от московских на 19–21%, а в 2024-м - уже на 14–16%

Этот процесс - часть глобальных изменений на рынке труда, которые вовсю развернулись во время и после ковида. Именно рост числа работников на удаленке и спровоцировал выравнивание оплаты труда - началось всё с айтишников, а потом подключились представители тех сфер, где активно идет цифровизация (те же агропром или инжениринг). Ускорил процесс и кадровый дефицит вкупе с активном импортозамещением - предприятия вынуждены повышать з/п, чтобы удерживать или бороться за новых сотрудников.

Тренд на сокращение зарплатного неравенства, как ожидается, сохранится и в новом году, а больше всего вырастут зарплаты в IT и промышленности.

Интересное наблюдение про тренды в российском e-commerce в 2025 году:

• крупные селлеры в условиях роста конкуренции станут концентрироваться на прямых каналах продаж и выходить к клиентам через собственные бренды и сайты

• продолжится и усилится переток селлеров из Москвы и Питера в регионы (в первую очередь городам-миллионники типа Омска, Красноярска и Челябинска)

• активное использование ИИ - это и способ сократить растущие расходы, и возможность оптимизировать бизнес-процессов

• превращение маркетплейсов в экосистемы и маркетплейсизация торговых сетей

• усилится внимание регуляторов (и это, скорее, хорошо)

Еще стоит иметь в виду, что селлерам стало сложнее зарабатывать на маркетплейсах - за 2024-й средний показатель достиг 20%, против 28% годом ранее.

В 2025 автодилеры будут банкротиться. И нет, в этом виноват не утильсбор.

То есть, не только он.

О надвигающемся кризисе в автодилерском бизнесе игроки заговорили в конце 2024. В январе 2025 прогнозы становятся ещё мрачнее. До трети всех автосалонов в стране могут закрыться – первые банкротства начнутся уже весной.

В чем причины:

• Высокая ключевая ставка ЦБ (21%) делает невозможным нормальное кредитование. Для бизнеса средневзвешенные ставки по оборотным кредитам выросли до 20% годовых – на 7 процентных пунктов выше прошлогодних. При марже в 1,5-2% это убивает прибыльность.

• Складские запасы раздуты. Дилеры не успели отреагировать на декабрьское падение спроса и продолжили закупать машины. Теперь этих запасов хватит на четыре месяца как минимум.

• Резко выросла конкуренция из-за большого числа новых автоцентров. Особенно – в сегменте китайских брендов: 65,1% всех дилеров торгуют именно ими.

• Спрос падает. В ноябре-декабре 2024 продажи снизились относительно середины года. В 2025 ожидается падение ещё на 20-25% из-за роста цен и ухудшения условий автокредитования.

Кто в зоне риска

Сильнее всего кризис ударит по небольшим региональным дилерам, и особенно тем, кто сделал ставку на китайские бренды: некоторые из них продают всего 9-12 импортных машин в год – это при минимально необходимых для безубыточности 300.

Конечно, в группе риска и те, кто не вовремя закредитовался: обслуживать долг при нынешних ставках и рентабельности авторынка – дело часто неподъемное.

А вот крупные холдинги с разными брендами в портфеле и хорошей финансовой подушкой должны пережить трудные времена. Да и сам рынок остается значимым: 1,5 млн автомобилей за прошлый год – это один из самых высоких показателей по Европе. Скорее всего, аккурат к следующим повышениям утильсбора продажи снова вырастут.

Рассмотрим абстрактную ситуацию: в регионе X – проблемы с алкоголизмом. Да, пьют по статистике не мало, но по итогам 2024-го регион выбыл из то-10 самых пьющих по стране.

Тем не менее, местные власти решили напакостить продавцам смерти (алко-ритейлерам) и избавить население от пагубных привычек в одно простое действие – запрет розничной продажи алкоголя вне короткого окна продаж (12:00-14:00) в будние дни.

Инициативу принимают: супермаркеты широкого профиля на рынке остаются, а федеральные алкомаркеты закономерно покидают рынок.

СМИ тут же подхватывают новость и начинают со всех сторон ее препарировать, но не учитывают двух ключевых моментов: как война с алкоголем она – запоздалая, как война с алкомаркетами – не вполне рациональная.

На самом деле, алкоголь и табак - сферы, которые не так просто уживаются с разговорами про здоровье, отдельно взятое или нации. Но именно они приносили и приносят в бюджет солидные средства. Превратить территорию в alcohol free зону можно, но надо быть готовым двум последствиям: 1) сократятся налоговые поступления и рабочие места, 2) пить люди всё равно не перестанут.

И второе здесь даже важнее первого. Уже не раз проходили - чем меньше алкоголя легального, тем больше нелегального и соответствующего качества. А в России в последние годы как раз наметился тренд на очищение алко-рынка от контрафта. В итоге в стране стали меньше пить (доля непьющих россиян выросла с 27% в 2004 году до 48% в 2024-м, по ВЦИОМу), а если пьют, то пьют более качественное/безопасное.

Если и бороться с чем-то на алкогольном поле – то с кустарным производством и фальсификатом, и точно не провоцировать игроков, работающих в теневом секторе, которые точно подсуетятся, когда из региона Х уйдут легальные крупные игроки, которые играют по правилам государства.

Смотреть на импортозамещение со скепсисом принято из-за Аргентины – первой страны, что решилась встать на эти рельсы еще в XX веке. При этом с ее опытом в основном никто и не знаком.

Чтобы понимать, с какими проблемами может столкнуться Россия на этом пути и каких ошибок лучше избегать – разберем печальный опыт самого известного импортозаместителя в истории: Хуана Доминго Перона.

В 1946 году он стал президентом Аргентины: на тот момент – одной из богатейших стран мира. ВВП на душу населения был вдвое выше испанского и втрое – японского. Страну ждало большое будущее и конкуренция за статус самого благополучного государства обеих Америк.

Зачем такой державе было нужно импортозамещение? Перон занялся им из-за популярной тогда теории Рауля Пребиша о том, что цены на сырье будут постоянно падать по отношению к промышленным товарам – а значит, сырьевым странам нужна своя промышленность.

Тогда он национализировал железные дороги, банки и стратегические предприятия. Ввел заградительные пошлины на импорт и начал субсидировать местных производителей. На первый взгляд, все работало: продажи холодильников выросли на 218%, радиоприемников – на 600%, выработка электроэнергии увеличилась с 45 000 до 350 000 кВт, а газопроводная сеть выросла до 15 миллионов кубометров. За первую пятилетку было построено 22 гидроэлектростанции.

Но в погоне за промышленной независимостью Перон допустил четыре фатальные ошибки:

• Отказался от преимуществ в сельском хозяйстве. Аргентина обладала богатейшими землями, но вместо развития агросектора власти направили все ресурсы в промышленность. В итоге производство мяса и зерна – главных экспортных товаров – начало падать

• Закрыл экономику от иностранных инвестиций и в целом со скепсисом относился ко внешней торговле. Как итог – тотальное недоиспользование ресурсов: для понимания, у Аргентины и Чили – схожие (и очень крупные) запасы меди. Но спустя десятилетия Чили является крупнейшим экспортером этого металла, а аргентинская медь так и осталась в земле

• Раздул госсектор и социальные обязательства. Огромная часть населения работала на государство, а бюджет уходил на зарплаты и пенсии. При этом критически недофинансировались образование, инфраструктура и технологии

• Перегнул с протекционизмом. Абсолютная защита от импорта привела к тому, что местные компании потеряли стимул к развитию. Качество падало, издержки росли – в итоге аргентинские товары стали неконкурентоспособны даже на внутреннем рынке

К концу 1970-х экономика оказалась в тупике. Попытки удержать социалку привели к инфляции за 100% и девяти дефолтам. Сегодня новый президент Хавьер Милей пытается радикально развернуть страну от госкапитализма к нулевыми входными пошлинами – и это очередной шок для экономики.

Главный урок аргентинского опыта: резкий разворот в любую из сторон сулит неприятности. Импортозамещение не должно отворачивать от страны внешних игроков и ломать то, что работает. Иначе назад к экспортоориентированности можно уже не вырулить.

Не успел бизнес привыкнуть к кадровому голоду, как перед ним нарисовалась новая проблема – предположительно, главный вызов HR-2025: текучка.

Об этом стало известно благодаря декабрьскому исследованию KEPT: более трети работодателей столкнулись с усилением текучести персонала, особенно среди квалифицированных специалистов (40% компаний). И это на фоне рекордного дефицита кадров, который затрагивает 75% российских компаний.

Росстат пишет, что в 2024 году текучка затронула 33% предприятий – заметно выше традиционных для РФ 27-28%. И проблема здесь – не только в текущем состоянии экономики, но и в самих компаниях.

Соискателей в работодателях не устраивают три принципиальных момента:

1. Плохие условия труда: отсутствие программ адаптации и низкая культура взаимодействия

2. Злоупотребление "неустойчивой" занятостью: поиск людей на краткосрочные проекты и платформенную занятость

3. Намеренно завышенные зарплаты в вакансиях: да, те самые "до 200 тысяч на руки в месяц", которые на деле превращаются в 100.

Результат: рост джоб-хоппинга – увольнений в первый год работы. 45% компаний отмечают, что сотрудники стали чаще уходить, не отработав и года. Лидеры по ранним увольнениям – рабочий персонал (66%) и начинающие специалисты (59%).

Зумеры

Отдельная головная боль HR.

52% работодателей жалуются на сложности при работе с поколением Z. Главные претензии: завышенные зарплатные ожидания при низкой квалификации (88%), быстрая потеря интереса к работе (82%) и эмоциональная чувствительность (56%).

Но демонизировать зумеров тоже неправильно – исследование KEPT развенчивает популярные мифы об их поколении.

Во-первых, проблема эмоционального выгорания и тревожности сегодня актуальна для всех возрастных групп – об этом говорят опрошенные психологи.

Во-вторых, мобильность и склонность к риску в карьере – черта не столько зумеров, сколько молодежи в целом: нынешние миллениалы, иксеры и прочие в свое время показывали ровно те же паттерны.

Другие интересные находки из исследования:

• Компании возвращаются в офлайн: курс на офисный формат работы взяли 30% работодателей

• HR-аналитика в России все еще в зачаточном состоянии: у 72% компаний она либо на низком уровне, либо отсутствует. Поэтому инсайты про себя приходится узнавать из консалтинговых исследований

• Четырехдневка не взлетит: только 24% работодателей верят, что сокращенная рабочая неделя даст положительный эффект – неудивительно при нашей производительности труда

• ИИ в HR пока не прижился: всего 21% компаний активно внедряют ИИ-технологии в HR-процессы

• Прогнозы на 2025 год пессимистичные: только 4% компаний верят в улучшение ситуации с кадрами, 49% ждут усиления дефицита

Интересное происходит в пищевой промышленности: 1% самых крупных брендов и производителей подмял под себя бóльшую часть рынка.

Этот процесс называется консолидацией – укрупнение, когда небольшое число компаний постепенно захватывает все большую долю рынка. В России консолидация достигла впечатляющих масштабов:

• Всего 1% товарных позиций обеспечивает 64% продаж в натуральном выражении

• На 1% брендов приходится 55% рынка.

В отдельных категориях ситуация еще показательнее. Vici контролирует 30% рынка рыбных полуфабрикатов, "Атяшево" – 56% ливерных колбас, а ТМ КИТ – 55% мучных и кондитерских изделий.

А что малый бизнес?

Субъекты МСП в пищевой промышленности оказались в тисках сразу нескольких проблем:

• Нехватка специалистов – по оценкам Минсельхоза, дефицит составляет 200 тысяч человек
• Проблемы с сырьем – производители жалуются на нестабильное качество российских ингредиентов и сложности с импортом
• Рост сроков поставки оборудования – если до пандемии от контракта до запуска линии проходило 9-12 месяцев, то теперь 12-18
• Высокая зависимость от импортного оборудования – доля российского оборудования в мясопереработке составляет лишь 11%, в хлебопечении – 30%

Понятно, что эти проблемы – общие более-менее для всех игроков в любых отраслях промышленности. Но небольшие предприятия переживают кризис острее, чем крупняк: у последних есть финансовая подушка и возможность закупать сырье крупными партиями по более выгодным ценам.

Еще обычно говорят, что в отличие от гигантов у МСП нет доступа к поддержке сверху, что, конечно, неправда: широкие меры госпомощи – это то, что в кои-то веки объединяет всех от мала до велика.

В ближайшее время ситуация не изменится – слишком по-разному трясет крупный и малый бизнес. Консолидация продолжит расти.

Почему это плохо? Высокая концентрация рынка – это прямой путь к снижению конкуренции. А чем ниже конкуренция, тем хуже потребителю: качество – снижается, цены – растут, ассортимент – сокращается.

Как и предполагалось, по итогам 2024-го Россия произвела рекордный объем удобрений - 63 млн тонн.

"Хотелось бы отметить, что это рекорд исторический, произвели самое большое количество за все время. Если взять 2023 год, то мы произвели чуть больше 59 [млн тонн]. Про планы на 2025 год - в принципе мы рассчитываем, что сохраним ту динамику, которую набрали последние годы", - говорит замглавы Минпромторга Михаил Юрин.

Примечательно, что одни из главных покупателей российских минеральных удобрений - США и ЕС (РФ ввозит в Евросоюз больше удобрений, чем до 2022 года). Причина - цены на природный газ. Если в России они почти не изменились, то на Западе существенно выросли - в результате российская продукция, помимо качества, стала обладать другим неоспоримым плюсом - дешевизной.

Как будут поддерживать МСП в 2025 году

Про вред высокого ключа уже все всё поняли: государство начинает плавный переход из режима "удержать инфляцию любой ценой" к более приземленному "спасти малый бизнес".

Корпорация МСП представила обновленный пакет мер поддержки малого бизнеса. Главное отличие от прошлых лет – акцент на технологическом суверенитете вместо массовой раздачи денег. Разбираем ключевые механизмы:

1. Кредиты по ставке ниже ключевой. Получить такой займ смогут не все – стимулирование кредитования сфокусировано на приоритетных отраслях:

• Туризм
• Производство
• Логистика
• IT и научно-техническая деятельность

2. Специальная программа для станкостроителей и производителей роботов. Речь о льготных кредитах как на инвестиции, так и на оборотку. Для небольших заводов и лабораторий – шанс войти в высшую лигу: купил станок, нарастил производство, вышел на новые рынки.

3. Льготный лизинг для промышленников: 6% на российское оборудование, 8% на иностранное. Заявки начнут принимать уже в феврале.

Что изменилось?

Если вашими субсидиями пользуются две трети субъектов МСП, и конца этому не видно – вы что-то делаете не так.

Поэтому государство отказывается от массовой поддержки с недоказанной эффективностью к точечной работе с эффективными компаниями в приоритетных отраслях: вместо "всем по чуть-чуть" – "много, но избранным".

Из широких мер остается только программа "зонтичных" поручительств – своего рода госгарантии по кредитам. Но даже здесь подход изменится: без серьезной оценки бизнеса поручительство не дадут – акцент на контроле рисков.

А вот в моногородах и новых регионах продолжат помогать всем – не сфокусированная программа поддержки сохранится. Учитывая сложную социальную обстановку и вопросы к уровню жизни в таких местах – хочется верить, что кредитной кабалой для населения это не обернется.

Но в остальном – динамика хорошая: есть шанс для разгона деловой активности вопреки высокому ключу. Тем лучше, что экономику не просто заливает дешевыми деньгами, а стимулируют в ней качественный рост.