Сегодня подкаст о нашем (и не только) профессиональном сообществе; о том, как оно устроено; об атомизации людей и о том, как мы друг с другом общаемся.

Я начала писать статьи в 2017 году. Статьи для Modern English Teacher писались легко, и я стала всем говорить, что легко пишется то, что хорошо исследовано и обдумано. И тогда ты просто вынашиваешь замысел в голове и «вываливаешь» его на бумагу.
Потом я поступила в аспирантуру и написала четыре статьи для хороших научных журналов на русском. Потом я решила, что буду писать только для международных журналов, потому что с нашими рецензентами (а научные статьи проходят двойное рецензирование) я не хочу иметь дела. Они просто не понимают, о чем ты пишешь. Тогда я легко и с вдохновением написала три статьи для американских и британских научных журналов самого высокого калибра.
В ноябре мне прислали acceptance на одну из этих статей. Я порадовалась. Села. И поняла, что отныне написание статей будет для меня пыткой. Я просто поняла это: всё, я или больше ничего не напишу, или все это будет сопровождаться душевными пытками. Не знаю, откуда пришло это самоощущение. Просто я точно знала, что теперь так будет.
И вот всё, что я пишу с тех пор, сопровождается адскими мучениями. Ушло чувство легкости, чувство, что я пишу в удовольствие и что у меня все получится. Каждая строчка в статьях вызывает ужас: как я это напишу? Я не смогу!
Я часами смотрю на одну строчку. Я днями пытаюсь перенести на бумагу свои мысли. Я заедаю этот ужас. Я продираюсь сквозь эти заблокированные пути. Я хочу спать. Я хочу никогда этого всего не видеть.
Я не знаю точно, что случилось тогда в ноябре. Почему что-то сломалось во мне. Но сейчас я даже попросила о помощи свою подругу-психотерапевта. Потому что такую степень измотанности процессом письма я не испытывала никогда. Я не хочу неделями раскачиваться, чтобы переписать тысячу слов. Я хочу снова вернуться в то состояние радости, которое приносил процесс письма.
Я скажу вам так. Нас ломает не только критика. Нас может сломать и признание, и достижение целей. Признание – это оценка. Пока нет оценки, ты легко творишь. А вот когда тебя оценили, ты уже в ранге «оцененных людей». И тебе надо соответствовать этой оценке. Что же делать? Пытаться вернуться в то состояние «до оценки». Освободиться от оценки. Представить себе, что ни плохая оценка, ни хорошая не могут ничего изменить во мне самой. Писать для себя. Плевать на оценки и «титулы». Ведь все это страшно сжирает силы. Энергия для письма забирается откуда-то. Если еще учесть на каком тяжелейшем политическом фоне все это происходит и в какой тяжелой ситуации мы сейчас оказались, которая всюду и проникает во всю нашу жизнь. И все это не добавляет сил.
Если вашу легкость творчества так же сломала положительная оценка и признание, то помните, что вы уже получили свою порцию похвалы, а дальше не бойтесь её больше не получить никогда. Я пока только учусь этому.

Дорогие подписчики, я доделала воркбук, который начала ещё зимой. Он написан на английском с небольшими элементами translanguaging - текстами авторов, пишущих на русском.
Воркбук будет интересен всем, кто любит читать и писать на английском (да и на русском тоже) и строится вокруг эссе пяти жанров: memoir essay, travel essay, gastronomical essay, nature и spiritual essay. Здесь есть задания на writing, вопросы для рефлексии, примеры текстов и даже авторские раскраски к эссе. В нем 68 листов и много иллюстраций. Воркбук стоит 3000р. Это до 1 августа. Потом будет 4000.

С 1 августа цена воркбука будет 4000.

Несколько последних лет я пишу о том, что из себя представляет система оценивания письменных работ на кембриджских экзаменах. О том, что не должна одна организация и придумывать экзамен, и его проводить, и его оценивать. Это конфликт интересов. Это способствует развитию разных нечестных схем, особенно в капиталистической системе, где мы все живем сейчас. У которой основная цель – делать деньги.
Я много писала о том, что критерии оценивания в части writing и speaking – не прозрачные. Их можно трактовать по-разному. Они не дают четкого понимания, как и что должно оцениваться и поэтому таким заданиям не место на экзамене. Тем более, что никто и никогда (даже после апелляции) не покажет вам, как и почему он оценил работу именно так.
Потом несколько моих студентов в разное время подали на апелляцию после низкого балла за writing. Одному вернули 14 баллов, второй -–12. Вы только вдумайтесь: вот вашу работу оценили на 205 из 230. А после пересмотра – на 219 из 230. Есть разница? Есть. И она огромная. Это значит, что первый проверяющий либо был абсолютно не компетентен. Либо (см.мои мысли выше) все строилось на очень субъективных впечатлениях. Либо у Кембриджа есть негласные коррупционные схемы (о них речь пойдет ниже).
Потом появились исследования об оценивании письменных работ. Где оценивающие в анонимных интервью ясно говорили: я не знаю, как оценивать; описания критериев слишком impressionistic; я не знаю, как оценить такую лексику и такую грамматику и т.д.
А теперь несколько моих наблюдений/догадок/гипотез (доказательств у меня, разумеется, нет).
Я считаю, что у Кембриджа есть негласная квота, сколько работ надо зарубить\недодать баллы\оценить низко. Вероятно, в этом негласном договоре участвуют не все оценивающие (предполагаю, что мне может написать кто-то из тех, кто когда-либо привлекался к оцениванию, и заявить, что ничего подобного нет и вообще к нему никто никогда с такими разговорами не подкатывал). Я думаю, что они не дураки, и вот такие «пожелания» попридержать высокие баллы они обсуждают с приближенным пулом оценивающих. Потому что что? Потому что если баллы высокие, то профита Кембриджу никакого. А так человек подаст на апелляцию, которая совсем не дешевая. Или пойдет сдавать экзамен снова, заплатив кучу денег. Это экономически очень выгодно – недодать баллы. Есть у меня также мысль, что они не очень любят тех, кто систематически дает высокие баллы за writing и избавляются от них.
Продолжение в первом комментарии ниже.

Самое удивительное то, что каждый раз, когда я пишу пост с критикой Кембриджа, обязательно прибегает кто-то, кто с пеной у рта начинает эту мафию защищать🤣 Я думаю: ну чего вы их защищаете? Ну что вам от них? Они вас в грош не ставят, кучу денег на вас делают, облапошивают с этим оцениванием. Что вы бьетесь в падучей, защищая их? К счастью, таких меньшинство.

Сложно, конечно, судить о качестве того, что делаешь. Но поскольку на эти две лекции и воркбук было много хороших отзывов, думаю, что я сделала интересное. Это можно купить, просто напишите мне.
1. Лекция-методическая встреча в зуме «Дети. Учеба. Помощь». Здесь двухчасовая встреча с учителями, большая ее часть – моя лекция о том, почему детям сложно учиться, откуда эти сложности берутся и что со всем этим делать. Из чего устроены навыки говорения и письма, как они связаны с движением, при чем тут детская агрессия, как успокоить детей на уроке, какую «скорую педагогическую помощь» можно оказать. А также: что мешает и что помогает овладению письмом и чтением, причины дислексии, предпосылки формирования письма и чтения у детей, чем отличается выполнение заданий ребенком с дислексией, что не видно учителю, но ощущается ребенком при чтении и понимании текстов. И много упражнений, которые можно делать на уроках иностранных языков. Встреча на русском языке. 2 часа. 222 слайда в презентации, которой тоже делюсь.
Запись стоит 2 тысячи.
2. Лекция «Развитие у детей фразовой речи, пересказа и умения участвовать в диалоге на уроках иностранного языка». Как развивать у детей совместное внимание, как научить их вступать в диалог, какие микроскиллы есть в диалоге, как научить отражать комментарий, инициировать комментарий, почему важен навык вспоминать и как его развить, для чего нужны аудиально-визуальные сопоставления, почему для говорения важно абстрактное мышление и как его развить у детей на уроках иностранного языка, как развить умение говорить фразами. И многое другое.
1,5 часа. На русском языке. В презентации 181 слайд. Запись стоит 3 тысячи.

3. Мой воркбук “Creative Nonfiction”. 63 страницы для чтения и письма. Полностью на английском с небольшими вставками на русском с примерами лучших текстов российских авторов. Много заданий для письма, которые можно использовать и с вашими студентами. Внутри раскраски для пяти типов эссе – memoir essay, gastronomical essay, travel essay, nature and spiritual essays.
Воркбук стоит до 1 августа 3 тысячи. Потом до 1 сентября – 4 тысячи рублей. После этого - 5.

За те 3 недели, что не писала здесь, у моего мужа случился инсульт. На этой неделе в ночь с понедельника на вторник он попал в реанимацию. Что сейчас? Состояние стабильное, речь не пострадала, сознание ясное. Плохо слушаются ноги. Но врачи говорят, что это восстановится. Хуже всего правая рука. Но верю, что реабилитация поможет.

Еще за это время пришли результаты Delta M1 и М3 участников и участниц моих курсов по подготовке к этим модулям. У меня было двое писавших работу на модуле 3: за курс Language Development for Teachers коллега получила Pass with Merit, а за курс One-to-One Teaching Кембридж поставил Pass. 👏 За модуль 1 результаты такие: три человека получили Pass with Distinction, двое получили Pass. Не сдавших нет.

22 сентября начинается мой курс по подготовке к Delta Module 1. Я веду его уже пятый год, и его участники сдают этот модуль неизменно с очень хорошими результатами. Мы будем заниматься 8 воскресений с 12 до 13.30 по Москве. А потом еще будет mock exam в режиме реального времени. Его результаты я подсчитываю в баллах, чтобы было понятно, что можно ожидать от своей работы на экзамене. Восемь недель - это довольной интенсивный boot camp с домашними заданиями, на которые я даю подробную обратную связь, и дополнительными материалами. И в то же время есть достаточно времени, чтобы подготовиться к экзамену. Курс из 8 занятий по 90 минут плюс mock exam, подробная обратная связь на домашние задания, плюс дополнительные материалы стоит 45 тысяч. Если у вас есть вопросы, пишите мне в личные сообщения.

Сейчас делаю новый курс и думаю, что в последнее время ходила на учёбы из-за того, что - это одна из причин - хотелось расширить круг общения, познакомиться с людьми, которые занимаются близкими к педагогике вещами. И каждый раз сталкивалась с тем, что организаторы не уделяют внимание тому, чтобы познакомить людей друг с другом и как-то их подружить. Такое популярное средство, как чат курса в телеграм меня, кстати, не очень интересует. Мне интереснее, чтобы у людей на занятии были включены камеры и чтобы преподаватель настаивал на том, чтобы люди работали все вместе с включенными камерами. А для такого интерактивного "все вместе" должны быть и задания соответствующие.
И второе, что мне бы как участнику подошло, это совместное выполнение домашних заданий. Например, в парах или тройках сделать что-то вместе.
Есть и другая крайность - преподаватель предлагает всем участникам представиться и рассказать о себе. Однажды это растянулось на 2 (!) часа. Я не шучу. Участников было много, и они два часа по очереди рассказывали о себе.
💥Что делала я на своих курсах? Я собирала информацию о людях и показывала на карте, из каких они городов и стран. И вот тогда каждый мог еще очень коротко о себе что-то добавить. или даже ничего не добавлять. А просто - вот откуда у нас участники.
А есть среди вас те, кому это тоже важно?

Сегодня подкаст о том, почему я в этом году не провожу курс CPE Writing, почему никого не могу рекомендовать для прохождения этого курса; про то, как создаются курсы; и про то, как готовить к IELTS на очень высокий балл.

15 сентября я буду выступать на бесплатной (!) онлайн конференции "Логопеды и билингвы", ссылку на которую вы видите. Мое выступление называется "Вычислить путь звезды и развести сады": помогаем детям со сложностями в учебе". 🌞Мы обсудим следующие вопросы: Как в России (не) диагностируются речевые нарушения и зачем учителю об этом знать? Как возникает дислексия и почему теорий о ее механизмах так много? Каковы основные симптомы дислексии у русскоязычных детей? Чем отличаются рассказы-нарративы детей с дислексией? Как развивается мозг ребенка и как устроены навыки письма и чтения? Как помочь детям читать и писать? Почему для овладения навыками чтения и письма не обязательно много читать и писать? Что нужно делать до школы, чтобы ребенок успешно учился? 🌸 На конференции будет много спикеров. Всех приглашаю регистрироваться💥https://news.1rj.ru/str/logopedi_i_bilingvi

Пост об этом пособии ниже

Это пособие Торнбери должно было произвести эффект разорвавшейся бомбы. А оказалось неуспешным. Но я постоянно к нему мысленно возвращаюсь и думаю, как можно было бы его использовать. Впервые я столкнулась с ним на Delta M2. Мне понравилось название! “Natural grammar. The key words in English and how they work”. Я подумала: интересное наслоение грамматики и лексики, как же это сработает? В предисловии Торнбери (кажется, к тому времени он уже критиковал лексический подход) выражает благодарность – сюрприз – Майклу Льюису и Джейн и Дейву Уилиссам, то есть апологетам лексического подхода. Он пишет: The principles that inspired this book derived to a large extent from the insights of Michael Lewis, and Jane and Dave Willis. При этом он пишет: This book is about grammar, but it is organized around words. Why? Very simply, words have grammar. То есть, когда мы используем слово, мы встраиваем его в particular grammar pattern.
Торнбери берет 200 таких самых употребляемых слов (a/an, all, any, as, am/is/are, being, but, buy, can, come could, did и другие) и показывает, в каких grammar patterns они используются.
Что мне нравится в этом пособии.
1. Мне кажется, мы часто упускаем вот эти «простые», самые употребляемые слова и не уделяем им достаточно внимания. И это может подрывать базу на начальных уровнях. Слово вроде бы простое, но на самом деле не такое уж и простое. Например, слово “being”. Его порой сложно объяснить и дать примеры из всех возможных grammar patterns. А тут все в одном месте.
2. Сама идея встраивания слов в grammar patterns кажется мне интересной. Такое «рассматривание» одного слова со всех сторон может быть полезно для его закрепления и для того, чтобы «сшить контекст» вокруг.

А теперь, что не нравится.
1. Если вы посмотрите на страницу с каждым словом, она вам что-то очень сильно напомнит. И я скажу вам, что. Страницу в онлайн словаре. Когда вы открываете слово “any”, например, а там куча его значений, оттенков и т.д. То есть фактически перед вами словарь. С таким же успехом можно изучать английский с помощью словаря. Здесь есть одно важное замечание: у Торнбери есть упражнения. В словаре этого, конечно, нет. Это важно.
2. Как и в словаре, этот навал значений слова очень обескураживает. Как это все запомнить? Да и зачем? Нужно ли это? И нужно ли это делать скопом? Ведь в учебниках мы встречаем слово (например, “can”) в каком-то простом и самом употребительном значении. Потом на следующих уровнях мы встречаем его в других значениях, коннотациях, контекстах. И так постепенно осваиваем. То есть силлабус по спирали – часто одно и то же, но на более сложном уровне.
3. Как и в словаре, навал идиом по каждому слову. Как их все запомнить?
То есть идея пособия хорошая. Но его надо очень сильно «расшивать» - буквально брать по небольшому кусочку для представления лексики или ее закрепления. Например, на уровне B1-B2 взять какое-то слово (например, “other” или “put”) в этом пособии и предложить сделать по нему упражнения. Иначе получится то ли словарь с упражнениями, то ли учебник, в который свалены все уровни от А1 до С1.