Недавний пост про представленность Северного Кавказа в академической науке вызвал дискуссии. Я благодарен всем, кто поделился своими мыслями на этот счет, они действительно очень важны и ценны!

К тому посту я хотел бы добавить мысли, которые скорее уточнят и дополнят высказанную мною идею. Безусловно, исследования Северного Кавказа в западной науке есть и разные, хотя это не исключает того факта, что чаще всего мы сталкиваемся с проблемой поиска специалистов. Говорю как есть исходя из своего поиска научного руководителя и опыта коллег из Турции, например. Мало специалистов (кроме лингвистики, там много), почти нулевое финансирование темы и ее маргинальность, не побоюсь этого слова.

А ведь во много проблема кроется именно в восприятии, как верно подметил Джем Кумук. Кавказ разделен на северный и южный искусственно, по политическим мотивам, но он всегда был и будет регионом с единой культурной и социальной матрицей. Приведу несколько конкретных примеров.

Вот есть замечательное исследование Robert Bettinger "Orderly Anarchy" о том, что социополитическое устройство коренных американцев Калифорнии представляло собой управляемую анархию, своего рода комплексное "гражданское" самоуправление малых обществ на горизонтальном уровне. Исследование инновационное и даже провокативное, как пишут в отзывах. Однако, если взглянуть на устройство горных обществ Кавказа, как на северном, так и на южном Кавказе, мы увидим очень похожую картину во всем многообразии этнических групп и языков, будь то черкесы-шапсуги, убыхи, сваны или хевсуры. Чем не поле для дальнейшего развития этой идеи?

Или вот еще - около 15 лет назад Михаил Дерлугьян высказал замечательную идею о том, что появление извне на Кавказе кукурузы и огнестрельного оружия вызвало значительные социополитические перемены во всем регионе восточного и северного берегов Черного моря. Он даже сделал пару статей и публичных лекций на эту тему, но комплексного изучения вопроса не произошло. И этот факт также касается обеих сторон Кавказа. Стоил ли изучить, как это явление повлияло на миллионы людей, сотни этносов и политики окружающих регионы империй?

То же самое, когда исследователи говорят о концепции Кавказской супер-цивилизации или "Кавказского цивилизационного острова", когда рассматривают причудливые переплетения имперских практик и культурных нарративов Российской, Османской и Персидской империй на Кавказе. Все эти концепции рассматривают регион единым, потому что он таковым и был всегда, вне зависимости от искусственных границ современности.

Так что, это не только советская эпоха или Российская поздне-имперская скрепляли Кавказ, он всегда был культурно скреплен и кажется стоило бы начать смотреть на него не глазами историков, а глазами этнографов и антропологов, видящих больше, чем кажется. Вот, о чем я хотел сказать в первом посте.

С октября на образовательной площадке GetCourse открылся доступ к курсу «Колониальная история России» - о чем он и почему это так важно?

Идея курса родилась в 2022 году, но отдельные вопросы, в него включенные волновали меня и ранее, я много писал о них в разных сериях постов, рассказывал частично в других курсах. Здесь эти идеи оказались соединены на фоне драматических событий эпохи. Может показаться, что к 2024 году мы все уже поняли, понимаем или устали от этого, но так ли это на самом деле? Насколько четко мы осознаем происходящее и его истоки? Верно ли осознаем в какую сторону будет развиваться история? Если ответы на эти вопросы сумбурны - это курс поможет собрать мысли воедино.

Курс начинается с теоретической базы, которая позволяет понять, что такое колонии и колонизация, особенности колониальности нового времени, разобрать понятия нео-колониальности и империализма, разобраться в современных теориях устройства человеческого общества и политики. Далее начинается длинное приключение, которое начинается с самых ранних истоков истории восточных славян, Древней Руси и Новгорода с их практиками депортации и государственного строительства ранних времен. Мы последовательно рассматриваем процессы появления Московского царства, его борьбы с альтернативными проектами «Русского государства», многие из которых были европейского демократического типа, но не выдержали конкуренции и оказались жестоко уничтожены авторитарной властью Москвы. Особенно важный вопрос этой части курса - почему Москва оказалась авторитарной и как зародилась в ней та самая имперская идея, которая существует с небольшими модификациями уже почти 600 лет.

Далее мы подробно изучаем изначальные колониальные практики Москвы, адаптированные у Новгорода, как она стремительно расширялась на восток и юг, движимая ресурсной зависимостью и как от этого страдали неславянские народы, представители других религий и верований, чья судьба была незавидной. К середине курса мы подходим к рассмотрению главных вопросов российской истории - адаптации европейских колониальных практик в Петровскую эпоху, смене типа ресурсной зависимости и порождению ими типичной для сухопутных империй внутренней колонизации. Внутренняя колонизация оказалась видоизменной расовой сегрегацией западных империй, где место рас заняли сословия и группы. Мы говорим о том, как крепостное рабство стало ключевым элементом империи, как новый ресурс протянул ее границы далеко на юг и как новая российская интеллигенция в литературе и творчестве рефлексировала на эту тему.

В заключительной части курса мы внимательно смотрим на советскую и современную эпохи России, которая формально перестала быть империей, но сохранила все существенные черты имперского мышления с центральным народом и национальными окраинами. Уникальные этно-национальные эксперименты 1920-х годов, возвращение имперских практик Сталиным в 1930-е годы, эпоха Хрущевских бунтов и оборвавшийся процесс создания титульных наций и единого homo soveticus - человека советского новой "империи", окончившийся этническими войнами рубежа 90-х годов.

Курс заканчивается критическим взглядом на российскую современность сквозь призму всего раннее сказанного и финальными размышлениями о том, какие трансформации способны изменить страну, избавить от имперского мышления и адекватно критически оценить колониальное прошлое. Здесь нам помогают идеи об устройстве "политических слоев общества" и примеры работы с трудным тоталитарным и колониальным прошлым разных стран мира.

Так выглядит структура курса, рассчитанная на 14 уроков по 40-60 минут каждый, с рекомендованной литературой, презентациями, вопросами для самопроверки и сохраненными тезисами лекции. Готовы ли вы к этим знаниям? Уверен что да!

Надеюсь развеял ваши сомнения. И если это так, то переходите по ссылке в закрепленном вверху посте. После покупки он будет доступен в течение полугода с возможностью продления на месяц, так что времени хватит даже самым занятым людям. Увидимся в лектории!

Случайно увидел на полях Телеграма. А ведь в этом что-то есть

До чего же точное сходство событий СВО с Крымской войной. То есть практически всех основных сюжетных линий. Поведение Петербурга, поведение Запада, ход и обоснования войны, даже «стамбульский процесс», прерванный британцами (переговоры в августе-сентябре 1853). По крайней мере, в изложении Тарле почти 100 летней давности. То, что с Крымской войной было дальше, известно.@intuition2036

УИЛЬЯМ СИМПСОН

В разгар Крымской войны в Крыму и на Западном Кавказе в 1854 году побывал известный британский художник-баталист шотландского происхождения Уильям Симпсон. Будучи военным корреспондентом и очень талантливым художником, Симпсон получил в конце того года заказ на создание серии картин о войне, написанных глазами очевидца.

С осени 1854 по осень 1855 годы он пробыл в окопах Севастополя, где рисовал скетчи, которые тут же отправлял в Лондон для литографии, поскольку это срочно требовалось британской пропаганде тех лет. Серия Крымских картин вышла в двух альбомах, одну копию которых Симпсон посвятил королеве Виктории, под чьим покровительством затем находился всю жизнь, будучи частым гостем в Виндзорском замке. Осенью 1855 года он, в составе делегации лорда Генри Пелхама, 5-го герцога Ньюкастла, путешествовал по Черкесии от Анапы до Гагр, общаясь с местными черкесскими лидерами. Спустя несколько лет после этой поездки в Лондоне вышли уникальные картины Симпсона с изображениями жизни и быта черкесских обществ, на которых были запечатлены подробности той экспедиции. Они были созданы в виде карандашных скетчей, спустя много лет разрисованы по памяти и по праву считаются самыми ценными и самыми подробными свидетельствами истории и этнографии причерноморской Черкесии тех лет.

Следующие свои годы Уильям Симпсон "Крымский" посвятил поездкам по Южному Кавказу, Индии и Абиссинии (Эфиопии), Греции и Турции. Из-под его пера вышли картины, отражающие повседневную жизнь этих стран. Он запечатлел на картинах знаменитые раскопки Трои и Микен, выполненные Генрихом Шлиманом в 1874 году, археологические памятники Египта, Израиля и Индии, открытие Суэцкого канала, коронацию Александра Третьего, китайского императора и прусского короля.

Симпсон продолжал писать батальные сцены, будучи военным корреспондентом и художником во время Франко-Прусской войны (где чуть было не был объявлен шпионом), восстания Парижской коммуны и Британско-Афганской войны (где получил ранение и чуть было не погиб во время покушения), войны в Эфиопии. Многие картины хранятся в галереях и музеях Великобритании, таких как Victoria and Albert Museum и Sphinx Fine Art, где выставлены на обозрение посетителей, поражая детальностью отраженных в них сцен.

В постах о Крымской войне мы будем цитировать фрагменты из личной автобиографии Симпсона 1903 года, полной интереснейших заметок об истории искусства, а также использовать его рисунки и скетчи для иллюстраций.