Случайно увидел на полях Телеграма. А ведь в этом что-то есть

До чего же точное сходство событий СВО с Крымской войной. То есть практически всех основных сюжетных линий. Поведение Петербурга, поведение Запада, ход и обоснования войны, даже «стамбульский процесс», прерванный британцами (переговоры в августе-сентябре 1853). По крайней мере, в изложении Тарле почти 100 летней давности. То, что с Крымской войной было дальше, известно.@intuition2036

УИЛЬЯМ СИМПСОН

В разгар Крымской войны в Крыму и на Западном Кавказе в 1854 году побывал известный британский художник-баталист шотландского происхождения Уильям Симпсон. Будучи военным корреспондентом и очень талантливым художником, Симпсон получил в конце того года заказ на создание серии картин о войне, написанных глазами очевидца.

С осени 1854 по осень 1855 годы он пробыл в окопах Севастополя, где рисовал скетчи, которые тут же отправлял в Лондон для литографии, поскольку это срочно требовалось британской пропаганде тех лет. Серия Крымских картин вышла в двух альбомах, одну копию которых Симпсон посвятил королеве Виктории, под чьим покровительством затем находился всю жизнь, будучи частым гостем в Виндзорском замке. Осенью 1855 года он, в составе делегации лорда Генри Пелхама, 5-го герцога Ньюкастла, путешествовал по Черкесии от Анапы до Гагр, общаясь с местными черкесскими лидерами. Спустя несколько лет после этой поездки в Лондоне вышли уникальные картины Симпсона с изображениями жизни и быта черкесских обществ, на которых были запечатлены подробности той экспедиции. Они были созданы в виде карандашных скетчей, спустя много лет разрисованы по памяти и по праву считаются самыми ценными и самыми подробными свидетельствами истории и этнографии причерноморской Черкесии тех лет.

Следующие свои годы Уильям Симпсон "Крымский" посвятил поездкам по Южному Кавказу, Индии и Абиссинии (Эфиопии), Греции и Турции. Из-под его пера вышли картины, отражающие повседневную жизнь этих стран. Он запечатлел на картинах знаменитые раскопки Трои и Микен, выполненные Генрихом Шлиманом в 1874 году, археологические памятники Египта, Израиля и Индии, открытие Суэцкого канала, коронацию Александра Третьего, китайского императора и прусского короля.

Симпсон продолжал писать батальные сцены, будучи военным корреспондентом и художником во время Франко-Прусской войны (где чуть было не был объявлен шпионом), восстания Парижской коммуны и Британско-Афганской войны (где получил ранение и чуть было не погиб во время покушения), войны в Эфиопии. Многие картины хранятся в галереях и музеях Великобритании, таких как Victoria and Albert Museum и Sphinx Fine Art, где выставлены на обозрение посетителей, поражая детальностью отраженных в них сцен.

В постах о Крымской войне мы будем цитировать фрагменты из личной автобиографии Симпсона 1903 года, полной интереснейших заметок об истории искусства, а также использовать его рисунки и скетчи для иллюстраций.

Профессиональные и жизненные взгляды Уильяма Симпсона формировались в родном Глазго в Шотландии, где он в 14 лет начал работать в местной типографии. Вот что он сам писал по этому поводу:

"До этого времени я собирался стать инженером. Я часто разговаривал с матерью о том, как мне устроиться в какую-нибудь "мастерскую", как тогда назывались инженерные заведения. Она считала, и обоснованно, что я еще слишком молод для такой работы. Она знала одну семью по фамилии Макфарлейн, и у одного из сыновей была небольшая литографическая мастерская. Ему нужен был мальчик-помощник, и было решено, что я пойду туда на год или около того, пока не стану достаточно взрослым для начала инженерного обучения. Это стало поворотным моментом для всех моих детских намерений.

Офис Дэвида Макфарлейна находился на улице Куин, 14. У него было всего две комнаты. В задней находился его единственный пресс, с камнями и прочими необходимыми принадлежностями для печати. Иногда он нанимал печатника, но чаще всего печатал сам. Я полировал камни, готовил типографскую краску и доставлял послания. Иногда у меня было время для практики — рисования и создания надписей. Я начал эту работу в январе 1837 года, когда мне было чуть больше четырнадцати лет, и за год я освоил различные навыки литографии. То есть я мог разработать билет, нарисовать его на специальной бумаге, перенести на камень, а затем напечатать. Также я доставлял готовую работу клиентам и затем приходил за оплатой.

В каком-то смысле я не получил образования, кроме нескольких месяцев в школе письма в Перте. В другом смысле мое обучение продолжалось всю мою жизнь, и я надеюсь, что оно еще не завершено".

Позже, более 7 лет, Симпсон проработал в знаменитой типографии Аллена и Фергюссона, которая выполняла громадные подряды на чертежи домов и железных дорог, печать книг и газет, где окончательно сформировался, как художник, писатель и мастер печатного дела.

Уильям Симпсон (о нем подробнее тут - https://news.1rj.ru/str/ethno_notes/3992), из автобиографии 1903 года:

"Большинство художников работали у себя дома, но я предпочитал трудиться в офисе. Моим помощником был поляк по имени Юзеф Бельский, участвовавший в одном из восстаний в своей стране около 1830 года. В Брюсселе он освоил литографию и выучил французский. Он был очень ловок, услужлив и послушен — черты, которые я теперь приписываю его тюркской крови, ведь его черты лица были ярко выраженного татарского типа. Он был родом из Вильно, между Кёнигсбергом и Санкт-Петербургом, и меня всегда интересовал вопрос, насколько глубоко тюркская кровь проникла на крайний северо-запад России, или насколько Польша оказалась бы тюркской, если бы её "поскрести". Поскольку Бельский предпочитал французский английскому, я договорился, что мы будем говорить на французском. Я обнаружил, что чтение на языке и разговор — совершенно разные вещи. Я мог делать одно, но не другое.

Благодаря этому соглашению с Бельским я имел два-три года постоянной практики разговорного французского, что дало мне навыки, оказавшиеся впоследствии весьма ценными. Когда я отправился в Крым, мой французский был значительно лучше, чем у большинства офицеров, с которыми я встречался. Лишь немногие, кто учился или жил во Франции, владели языком так же свободно, как я. Кажется, мне повезло во многих отношениях, что подготовило меня к тем положениям, которые ждали меня в будущем".

В дальнейших постах будет много дневников, личных писем, автобиографий участников Крымской войны. Английских, русских, французских, турецких, немного черкесских и абхазских. Начинаем разговор о теме в другом стиле💪🏻☝🏻

Уильям Симпсон (о нем подробнее тут - https://news.1rj.ru/str/ethno_notes/3992), из автобиографии 1903 года:

"После завтрака капитан Метвен отправился в гавань на своей шлюпке, чтобы доложить о прибытии и получить распоряжения, и он взял меня с собой. По пути мы проплыли мимо множества мертвых тел, обломков и кусков солонины, выпавшей из разбитых бочек с мясом. Высадившись, я сразу направился в сторону Севастополя и шел до тех пор, пока не оказался в положении, позволившем мне увидеть город. Я не зашел ни к кому и ни с кем не разговаривал. Моя единственная цель была – увидеть Севастополь.

Я проходил мимо лагерей и, должно быть, оказался рядом с Воронцовской дорогой, перед позициями 3-й и 4-й дивизий. Тогда я этого не знал, так как не имел представления ни о местности, ни о расположении лагерей. Казалось, как и многим позже, что я мог бы просто пройти вперед и оказаться в Севастополе. Я стоял там в одиночестве, глядя на город. Наконец, я сел и сделал набросок. Как только я закончил его, мимо прошли двое солдат. Я заметил вокруг пушечные ядра, но не придал этому особого значения. Мне подумалось, что они могли быть уронены нашими людьми, доставлявшими боеприпасы в окопы.

Я спросил у солдат, чьи это ядра, и они ответили: «Это ядра русских, сэр». «Что?!» — воскликнул я. «Вы хотите сказать, что ядра из орудий Севастополя долетают сюда?»

Я начал думать, что мне лучше уйти отсюда как можно скорее. Я просидел здесь почти час, и вполне мог быть подстрелен. Такие были мои первые впечатления, и позже они меня забавляли, когда я уже привык к окопам. Я завершил свой набросок и не видел причин оставаться дольше в этом опасном месте, каким оно мне тогда казалось, поэтому я повернулся и пошел обратно в Балаклаву".

Так появилась на свет эта первая картина Уильяма Симпсона с Крымского фронта 15 ноября 1854 года.