Поймал себя на мысли о том, как мало знают многие истории бывших республик СССР. Все это как в тумане, где-то за пределами понимания.

На примере Грузии это хорошо видно. Все знают, что были конфликты Грузии с абхазами и осетинами, но громадное и очень тяжелое травмирующее прошлое уходит от взоров туристов, экспатов и тех, кто оказался волею судеб в Тбилиси после 2003 года. Потому что это уже другая Грузия.

Но та, прошлая навсегда в памяти коренных жителей города. Внимательный прохожий тоже может ее обнаружить. В обгоревших и забитых досками входах политехнического университета, в отсутствии центрального отопления в большинстве домов города (меняли металл на еду), в многочисленных серых щербинках на большинстве зданий проспекта Руставели, на аккуратных дырках в колоннах здания, напротив входа в метро Площадь Свободы.

В 1956 году грузинское общество, опасаясь претензий по этническому принципу после разоблачения культа Сталина, бунтовало. Щербинки того бунта видны ещё на здании у перекрестка Леси Украинки и Руставели. Он помнит пули, сбившие насмерть детей с ближайших деревьев.

Также проспект Руставели помнит обширные митинги в защиту грузинского языка в 1978 году, окончившиеся, к счастью, без крови и на редкость успешно.

А ещё помнит страшную ночь саперных лопаток 1989 года, с которой начался новый тяжелый этап независимости, а следом Тбилисскую войну 1991-1992 годов, превратившую эту улицу и кварталы вокруг в руины. Парламент, в бункере которого прятался первый президент Звиад Гамсахурдия, принял на себя основной удар. Здание бывшей 1-й Тбилисской гимназии справа от него, оказалось в руинах, как и кварталы за ним. Восстанавливали его меценаты из числа московских архитекторов, при поддержке Лужкова, первого мэра Москвы. Памятник Церетели и Чавчавадзе перед входом кто-то тогда укрыл металлическим листом, чем спас.

Даже спустя много лет, все эти пули все еще напоминают о сложном прошлом Грузии, да и всего пост-советского пространства. Эти уроки стоило бы помнить всем, чтобы мир оказался более ценным, чем сегодня.

Надмогильные памятники шамхальского типа XIV-XIX веков нашли археологи во время исследования двухкамерного мавзолея в селении Хури Дагестана.

Ученые побывали в зиярате , известном у местных жителей под названием "Мусал кьатта" ("Дом Мусы"). В первой камере мавзолея расположена могила шейха Мусы из селения Гапшима, который завещал похоронить себя рядом с могилами газиев, павших при исламизации Кабарды и Черкесии. Во второй камере находится могила представителя шамхальского дома, надмогильный камен сильно поврежден.

@nazaccent

Работаю сейчас в архиве активно с набором таблицы данных по ссыльным с Северного Кавказа в период с 1860 по 1865 годы. И тут такое примечательное разделение - Западный Кавказ, адыги, обычно кратко описаны. Как правило, военнопленный, захвачен таким-то отрядом (или на турецкой кочерме), выслан на поселение на Дон. Причем, встречаются и женщины, и добровольно вышедшие с семьей - всех на Дон после 3-х месячной выдержки при отряде. И срок нигде не указан, но бывает в 1865 году возвращают домой, а бывают в Брест-Литовск отправляют в арестантские роты. Бытовые истории, вещь тут редкая и больше касаются адыгов-бесленеевцев и абазин, в том числе и князей, которые то в горы соберутся сбежать, то у кого-нибудь что-нибудь украдут, то нападут.

А вот Терская, Дагестанская и Закатальская области отличаются разнообразием историй. Если не брать в расчет однообразные судьбы бунтарей Закатальского восстания 1863 года, то вторым частым случаем оказывается кровная месть. Чего тут только не встречается. Защищал от кровной мести одних и случайно убил другого. Избегая кровной мести, поднял жителей села на восстание и сжег дом мстителей. Целый ряд случаев, когда увидел кровника раненым и не помог (идут по подозрению в соучастии в убийстве). Особо лютый случай был в Осетии, где один мститель убил брата кровника, тот поранил в ответ его брата и убил его самого, пробравшись в тюрьму. Прямо круговорот убийств. И много случаев разного рода нападений и убийств, включая руками служащих иррегулярных полков.

Есть еще и много непонятных, но очень суровых приговоров по "просьбе и приговору односельчан за опороченное поведение и неисправимо вредный характер". Но особо пикантные истории с прелюбодеянием, все из Дагестана и во всех народный суд приговорил участников к смертной казни, но ее заменили на вечные и далекие ссылки. В 2 из 3 случаев женщина была соучастницей в убийстве любовником мужа. Такой вот, суровый край кинжала и любви!

Пока дошел по алфавиту до буквы К, но уже 250 историй в списке. Потом особо интересные соберу и расскажу о них;)