Forwarded from One Big Union (Ян Невеселов)
Всех с Международным днем солидарности трудящихся! Ловите подборку первомайских плакатов со всех уголков мира.
Мэтт Хэнкок утверждает, что цель в сто тысяч тестирований ежедневно была достигнута и передостигнута 30 апреля.
Окей, Мэтт, перепроверить мы всё равно не сможем.
Окей, Мэтт, перепроверить мы всё равно не сможем.
BBC News
Coronavirus: Target reached as UK tests pass 100,000 a day
A third of the government's 122,300 tests in 24 hours were sent in the post but not necessarily completed.
Пшеничные поля Терезы Мэй
Мэтт Хэнкок утверждает, что цель в сто тысяч тестирований ежедневно была достигнута и передостигнута 30 апреля. Окей, Мэтт, перепроверить мы всё равно не сможем.
Вообще-то можем: основных претензий две.
1. Теперь говорится о ста тысячах тестирований, а не о "ста тысячах людей", как обещалось ещё в марте. В среднем считается, что на одного проверенного пациента уходит три теста.
2. Цифры, приведённые правительством включают и тесты для домашнего тестирования, разосланные по семьям — они были посчитаны в момент отправки, а должны были быть, как минимум, в момент получения в семьях, а ещё лучше — после проведения теста и получения результата.
1. Теперь говорится о ста тысячах тестирований, а не о "ста тысячах людей", как обещалось ещё в марте. В среднем считается, что на одного проверенного пациента уходит три теста.
2. Цифры, приведённые правительством включают и тесты для домашнего тестирования, разосланные по семьям — они были посчитаны в момент отправки, а должны были быть, как минимум, в момент получения в семьях, а ещё лучше — после проведения теста и получения результата.
Twitter
Henry Mance
As far as I can see: - the pledge was for 100k tests a day, not 100k people - the government increased testing beyond many people's expectations - it also only met its target by fiddling the numbers - such targets do not make a strategy
Вчера в личке спросили про более или менее полную биографию Джереми Корбина.
Сразу же хочется предупредить, что большинство книг вышло либо слишком рано — после того, как он стал лидером лейбористской партии, либо просто рано — после набора мест на выборах 2017 года и момента, когда букмекеры перестали принимать ставки на то, что именно дед — будущий премьер Соединённого Королевства.
Известно, что в конце этого года или начале 2021 выйдут "свежие" биографии, уже с учётом выборов-2019 и отставки с поста главлейбориста.
Все биографии можно разделить на три типа: хорошие, сахарные-медовые и написанные консерваторами.
Начнём с последних: Dangerous Hero, Corbyn's Ruthless Plot For Power. Сиречь "Опасный герой: корбиновский безжалостный план захвата власти".
Книга отвратительна. Потому что она просто плохо написана. Её разгромила не только Гардиан, но и Таймс и Файнэншнл Таймс. По долгу службы хвалила только Дэйли Телеграф — потому что автор работает в ней журналистом.
Соль в чём: это пересказ википедии.
Сразу же хочется предупредить, что большинство книг вышло либо слишком рано — после того, как он стал лидером лейбористской партии, либо просто рано — после набора мест на выборах 2017 года и момента, когда букмекеры перестали принимать ставки на то, что именно дед — будущий премьер Соединённого Королевства.
Известно, что в конце этого года или начале 2021 выйдут "свежие" биографии, уже с учётом выборов-2019 и отставки с поста главлейбориста.
Все биографии можно разделить на три типа: хорошие, сахарные-медовые и написанные консерваторами.
Начнём с последних: Dangerous Hero, Corbyn's Ruthless Plot For Power. Сиречь "Опасный герой: корбиновский безжалостный план захвата власти".
Книга отвратительна. Потому что она просто плохо написана. Её разгромила не только Гардиан, но и Таймс и Файнэншнл Таймс. По долгу службы хвалила только Дэйли Телеграф — потому что автор работает в ней журналистом.
Соль в чём: это пересказ википедии.
Кроме пересказа википедии там есть байки от коллег по партии ("Корбин как-то посмотрел направо и налево перед тем как пересечь дорогу с однополосным движением! Маразматик!") и рассуждения страниц на 300 о том, почему политики, не меняющие своих убеждений — плохо и очень плохо. Изберёте Корбина — наплачетесь, дед очень опасный, хитрый и нет никого хуже, чем политик, обещающий заботиться о всех.
При этом автор успевает рассказать пару баек, который должны всех напугать: например, в 90-е деду дали адрес вечеринки лейбористской партии, а потом сообразили что адрес неверный. Отправили спасательную команду выручать MP for Islington North, а это окажись дом курдской семьи. Корбин выходит в халате, с чашкой чая в руках и сообщает, что ему о-ф-и-г-е-н-н-о, что они пообщались за независимый Курдистан, что он знает, как зовут внуков хозяйки дома, и что он никуда не поедет.
Вывод автора книги: Корбин обладает "опасным обаянием", но этот человек "продаст английские интересы за одобрение и кивки от третьего мира вроде курдов или палестинцев".
А, ну и в книге постоянно повторяется шутка, что Джереми избирается от округа Antarctica North, потому что, дескать, никого больше вопросы нянечек и безработных в XXI веке не интересуют. Раз восемьсот повторяется.
Авторы, что не удивительно, Том Боуэр и Том Харрис, бывшие лейбористы. Выброшены из лейбористской партии в 2010-х годах за конфликт интересов со своей консалтинговой фирмой, пошли работать к конкурентам, на выборах 2019 года работали пиарщиками для консерваторов.
Как будто кто-то удивился.
При этом автор успевает рассказать пару баек, который должны всех напугать: например, в 90-е деду дали адрес вечеринки лейбористской партии, а потом сообразили что адрес неверный. Отправили спасательную команду выручать MP for Islington North, а это окажись дом курдской семьи. Корбин выходит в халате, с чашкой чая в руках и сообщает, что ему о-ф-и-г-е-н-н-о, что они пообщались за независимый Курдистан, что он знает, как зовут внуков хозяйки дома, и что он никуда не поедет.
Вывод автора книги: Корбин обладает "опасным обаянием", но этот человек "продаст английские интересы за одобрение и кивки от третьего мира вроде курдов или палестинцев".
А, ну и в книге постоянно повторяется шутка, что Джереми избирается от округа Antarctica North, потому что, дескать, никого больше вопросы нянечек и безработных в XXI веке не интересуют. Раз восемьсот повторяется.
Авторы, что не удивительно, Том Боуэр и Том Харрис, бывшие лейбористы. Выброшены из лейбористской партии в 2010-х годах за конфликт интересов со своей консалтинговой фирмой, пошли работать к конкурентам, на выборах 2019 года работали пиарщиками для консерваторов.
Как будто кто-то удивился.
Две плохих, но восторженных книги. Книги, в которых Джереми заливают патокой и обмазывают вареньем (собранным с домашнего огорода).
— Кандидат: невероятный взлёт Корбина к власти, от Алекса Нуннса
— Эффект Корбина, от Марка Перримана
Первая книга хороша разве что тем, что разбирает влияние консервативной политики экономии бюджета на страну и как это привело к тому, что внезапно радикальные политики типа Джереми смогли вернуться на первые полосы газет. Типа, тори сами сконструировали радикализм слева, потому что иначе их ничем не прошибить.
Вторая книга касается альтернативной истории и обсуждает "первые сто дней" гипотетического социалистического правительства Великобритании.
Интересно. Но нудно и заметно, что книга написана восторженным поклонником. Есть определённые изюминки, типа интервью со студенческими друзьями Джереми, или его коллегами по работе на ямайских свинофермах в 60-е, но вот и всё.
Очень сладко, очень восторженно — а мы помним, что 2017 год не сделал Корбина премьером — как и 2019.
— Кандидат: невероятный взлёт Корбина к власти, от Алекса Нуннса
— Эффект Корбина, от Марка Перримана
Первая книга хороша разве что тем, что разбирает влияние консервативной политики экономии бюджета на страну и как это привело к тому, что внезапно радикальные политики типа Джереми смогли вернуться на первые полосы газет. Типа, тори сами сконструировали радикализм слева, потому что иначе их ничем не прошибить.
Вторая книга касается альтернативной истории и обсуждает "первые сто дней" гипотетического социалистического правительства Великобритании.
Интересно. Но нудно и заметно, что книга написана восторженным поклонником. Есть определённые изюминки, типа интервью со студенческими друзьями Джереми, или его коллегами по работе на ямайских свинофермах в 60-е, но вот и всё.
Очень сладко, очень восторженно — а мы помним, что 2017 год не сделал Корбина премьером — как и 2019.
Две нормальных биографии, наконец-то.
— Корбин и странное возрождение радикальной политики, от Ричарда Сеймура, нашего почти единственного вменяемого сталиниста Британии (который не рычит и не пускает изо рта слюни... ладно, ладно, он интересно пишет, не впадая в цитирование классиков марксизма страницами).
— Корбин: случайный герой, от Стивена Гилберта.
— Корбин и странное возрождение радикальной политики, от Ричарда Сеймура, нашего почти единственного вменяемого сталиниста Британии (который не рычит и не пускает изо рта слюни... ладно, ладно, он интересно пишет, не впадая в цитирование классиков марксизма страницами).
— Корбин: случайный герой, от Стивена Гилберта.
Две разные книги. Сеймур, как ветеран партийных интриг, разбирает историю левого движения в Великобритании, разбирает его отход от корней и истоков, почему в XXI веке лейбористы стали партией малого бизнеса и успешных врачей и застройщиков недвижимости и т.п. — и каким образом нарастал раскол между руководителями и массовым движением снизу — который и выдавил Джереми, возможно, не желающего того, наверх, и зацементировал его в образе "главного социалиста страны".
Почему демократия в кризисе? Кого поддерживают профсоюзы? Стоит ли спорить с работодателем? Чем в Британии заняты студенты и как они подрабатывают? Куда подевался рабочий класс? Почему программисты по ночам читают книги о социализме? Чем занят обычный депутат парламента и много ли у него власти?
Книга на самом деле не о Корбине, а о сплаве его сторонников: кто те люди, которые готовы голосовать за левых в современном мире?
И затем Сеймур чётко предсказывает факторы неудачи: раскол партии, неготовность Корбина идти на большие перемены, его симпатия к родной партии, которой он готов простить почти всё, и то, как от него шарахнулись даже "мягкие левые медиа", оставив его в одиночестве против центральных СМИ Соединённого Королевства. Дед вышел наверх, а дальше надо будет идти по лезвию ножа.
Что делать аутсайдеру-идеалисту, над которым смеялись свои же, когда он получил власть и контроль над самой большой политической партией страны? Куда идти?
А если он после этого остановился в 2% от поста руководителя государства? В 10 000 голосов по округам?
Срубать головы? Гладить по головам? Ломить? Ждать?
Вторая книга. Гилберт пишет про то, как случайные люди в определённые исторические моменты оказываются выразителями воли огромных пластов. Что не стоит обожествлять лидеров и не стоит думать, что гений или злодейство одного человека способны развернуть политику страны: политические фигуры это перчатки, которые надеты на руки их сторонников и спонсоров. Не в плане "серых кардиналов" и "тайных схем", а в плане того, что политик чего-то стоит, пока он угадывает желания тех, кто видит его по телевизору. Политик живёт, пока он находится в контакте с аудиторией. Если контакт разорван, политик обмякает и опадает, его высмеивают. Но пока он чувствует "ладонь Истории на плече", он может прошибать горы.
В плюс к этому, здесь, пожалуй, самая подробная биография Джереми с 60-х по 90-е годы. Студенческие восстания во Франции, ссора с родителями, семья, отъезд подсобным рабочим на Ямайку, профсоюзы, открытие политики, расклеивание листовок, споры по ночам и т.д. и т.п.
К сожалению, книга 2016 года и поэтому фиксируется на выборах на должность лидера партии — даже семнадцатый год ещё впереди.
Почему человек без команды пиарщиков смог выиграть дебаты? Почему он смотрелся лучше профессиональных политиков с отрядами консультантов? Почему вечный аутсайдер обставил специально тренированных аппаратчиков?
Почему человек, на которого ставили как 2000 к 1, с первых же дебатов вышел на первое место — потому что говорил простыми словами?
Гилберт считает, что главным активом стало доверие — слишком многие знали, что Корбин пенни в карман не положит, а будет жить на хлебе и чае, поэтому в определённый момент у всех не осталось иного выбора, кроме как продвигать его наверх, потому что верхушка совсем сгнила. Ну и интервью, много личных отзывов.
Почему демократия в кризисе? Кого поддерживают профсоюзы? Стоит ли спорить с работодателем? Чем в Британии заняты студенты и как они подрабатывают? Куда подевался рабочий класс? Почему программисты по ночам читают книги о социализме? Чем занят обычный депутат парламента и много ли у него власти?
Книга на самом деле не о Корбине, а о сплаве его сторонников: кто те люди, которые готовы голосовать за левых в современном мире?
И затем Сеймур чётко предсказывает факторы неудачи: раскол партии, неготовность Корбина идти на большие перемены, его симпатия к родной партии, которой он готов простить почти всё, и то, как от него шарахнулись даже "мягкие левые медиа", оставив его в одиночестве против центральных СМИ Соединённого Королевства. Дед вышел наверх, а дальше надо будет идти по лезвию ножа.
Что делать аутсайдеру-идеалисту, над которым смеялись свои же, когда он получил власть и контроль над самой большой политической партией страны? Куда идти?
А если он после этого остановился в 2% от поста руководителя государства? В 10 000 голосов по округам?
Срубать головы? Гладить по головам? Ломить? Ждать?
Вторая книга. Гилберт пишет про то, как случайные люди в определённые исторические моменты оказываются выразителями воли огромных пластов. Что не стоит обожествлять лидеров и не стоит думать, что гений или злодейство одного человека способны развернуть политику страны: политические фигуры это перчатки, которые надеты на руки их сторонников и спонсоров. Не в плане "серых кардиналов" и "тайных схем", а в плане того, что политик чего-то стоит, пока он угадывает желания тех, кто видит его по телевизору. Политик живёт, пока он находится в контакте с аудиторией. Если контакт разорван, политик обмякает и опадает, его высмеивают. Но пока он чувствует "ладонь Истории на плече", он может прошибать горы.
В плюс к этому, здесь, пожалуй, самая подробная биография Джереми с 60-х по 90-е годы. Студенческие восстания во Франции, ссора с родителями, семья, отъезд подсобным рабочим на Ямайку, профсоюзы, открытие политики, расклеивание листовок, споры по ночам и т.д. и т.п.
К сожалению, книга 2016 года и поэтому фиксируется на выборах на должность лидера партии — даже семнадцатый год ещё впереди.
Почему человек без команды пиарщиков смог выиграть дебаты? Почему он смотрелся лучше профессиональных политиков с отрядами консультантов? Почему вечный аутсайдер обставил специально тренированных аппаратчиков?
Почему человек, на которого ставили как 2000 к 1, с первых же дебатов вышел на первое место — потому что говорил простыми словами?
Гилберт считает, что главным активом стало доверие — слишком многие знали, что Корбин пенни в карман не положит, а будет жить на хлебе и чае, поэтому в определённый момент у всех не осталось иного выбора, кроме как продвигать его наверх, потому что верхушка совсем сгнила. Ну и интервью, много личных отзывов.