Знаете, мы уже давно перестали чему бы то ни было удивляться...

Мошенник, соблазнявший британок, при встрече представлялся лидером британской оппозиции, сэром Киром Стармером и пытался приобрести недвижимость на его имя.

(редакция полагает, что одна из жертв в неверном свете ночника увидела позвоночник мошенника и тут же убедилась, что тот не искривлён в соответствии с линией партии — а дальше слёзы, звонки в полицию, заверения настоящего Кира, что у того вовсе позвоночника нет...)

Как сообщает пресса, все встречи с женщинами у лже-Кира заканчивались тем, что он пытался продать им якобы музейную вазу за 80 тысяч фунтов.

Сам Стармер узнал о мошеннике в тот момент, когда таксисты и рестораторы начали звонить ему и просить оплатить выписанные на его имя счета.

На The Guardian опубликовали очередной текст про историю расизма. На этот раз – о связи знаменитой второй поправки, гарантирующей американцам владение оружием, со страхом перед восстаниями черных рабов. Согласно профессору афроамериканских исследований Кэрол Андерсон, право на оружие защищало не столько независимость, сколько спокойствие и материальные интересы рабовладельцев.

«...В борьбе против Британии "хорошо организованное ополчение" не показало себя ни доблестным, ни эффективным. Джордж Вашингтом был возмущён его недостаточной боеспособностью и уровнем дезертирства в боях с профессиональной армией. Для того, чтобы защищать закон, ополчение также было менее надёжно, чем регулярные войска. Во время восстания Шейса группы вооруженных белых, служивших в ополчении штата, напали на правительство Массачусетса, протестуя против конфискации имущества и взыскания долгов. Бостонским торговцам пришлось нанять наемников, чтобы подавить восстание.

Но когда дело касалось контроля над чернокожим порабощенным населением, ополчение было непоколебимо. Для выполнения этой задачи белым был необходим доступ к оружию.

В 1788 году, во время ратификации конституционного соглашения в Вирджинии, основным камнем преткновения стало то, что проект конституции передавал подготовку и вооружение ополчения штатов под федеральный контроль. Ссылаясь на возможность массового восстания рабов, вирджинцы Патрик Генри и Джордж Мэйсон выступили против. Они утверждали, что Конгрессу нельзя доверять сбор армии для защиты владельцев плантаций. Мэйсон предупреждал, что, если вирджинские рабы восстанут (как это случалось ранее), белые останутся беззащитными. Патрик Генри объяснил, что белые владельцы плантаций будут оставлены на произвол судьбы, т.к. "север ненавидит рабство". Вкратце, черные должны быть подчинены и сдерживаемы, и контроль штата над ополчением — это единственный способ гарантировать это.

Непомерная жестокость рабства, которой были известны плантаторы – ошпаривания, сожжение, кастрация и вырывание языков и глаз – породила среди белых непреодолимый страх возмездия. Череда восстаний в 1600-1700-х годах напугала их и привела к принятию целого ряда законов, запрещающих чернокожим иметь любое оружие, в том числе и огнестрельное. Важнейшая роль ополчения состояла в подавлении этих восстаний, особенно, если восстание было массовым, как, например, в Стоно, Южная Калифорния в 1740 году.

Во время войны за независимость эта функция ополчения была столь важна, что некоторые штаты, например, Южная Каролина, отзывали значительную часть своих белых граждан для сдерживания рабов. В результате, в колонии не хватало белых мужчин для Континентальной армии, которая сражалась с британцами. Расчёт был простым: плантаторам было важнее сохранить рабство и контролировать негров, чем бороться за независимость.

Другими словами, необходимость держать порабощенных чернокожих в узде формировала контекст и предпосылки для принятия второй поправки. То же самое справедливо и для сегодняшнего дня...»

Американская одержимость оружием происходит от рабства

Война. Которая никогда не меняется, как сообщает нам серия игр Fallout.

После разговоров об истории разработки атомного оружия Великобритании (с продолжением тут) и новостей о наращивании количества боеголовок самое время поговорить о том, как Великобритания планировала и планирует прикрываться от того, что полетит в неё в случае масштабного конфликта.

Сразу после Второй Мировой Лондон был изрыт убежищами, под городом пролегали бесчисленные тоннели спецсвязи, каждое министерство располагало бункером, а ещё, конечно, существовал метрополитен.

Город не так давно пережил гитлеровский "блиц", и казалось, что Бомбу тоже можно пережить и перетерпеть — урезать пайку, более жидко разбавлять чай, keep calm and carry on и всё такое. Ну большая хлопушка и большая хлопушка.

Проблемы начались с двух направлений: не просто хлопушка, и не просто большая, а Очень Большая.

Настолько большая, что все имевшиеся убежища выковырнет из земли вместе с человеками, размазанными по стене.

Но до этого дошли только в 50-е.

Собственно, в чём соль: сразу после Второй Мировой о стратегической войне, сносящей города и всё такое, никто не думал. Атомная бомба — удобная штука, чтобы поразить важный завод. Или расчистить пляж перед высадкой. Или сделать пролом в укреплённом районе.

Поэтому британцы выдвинули интересную идею: война со сломанным хребтом, broken-back warfare: обмен ядерными ударами сам по себе не решит исход войны, и за ним обязательно последует продолжительная не-ядерная фаза, которую (ввиду сильного разрушения промышленности) придется вести заранее подготовленными запасами.

Накопить побольше чая, юнион джеков, бензину в подземных хранилищах, ремонтных комплектов, и потом, когда промышленные центры сгорят, ещё долго вести войну при помощи флота и того, что удастся собрать на коленке. Анализ ситуации со 132 атомными ударами по Британии с применением хиросимских бомб показывал потери в районе 1.5 миллионов убитых и 1 миллиона раненых. Потери чудовищные, но не смертельные. Британская Империя вздрогнет, но не умрёт.

Проблемы начались с появлением мегатонных и более "выжигателей городов". Ну хорошо, укрытия, убежища и прочие мероприятия могут спасти часть населения от советских бомбардировщиков, рвущихся к Ливерпулю.

А от боеголовки, падающей с неба? Которая раскатывает весь центр города, порт, и пригороды, без какого-либо предупреждения и возможности запихнуть население в убежища? И если не хватит пяти мегатонн, то ничто не мешает сделать боеголовку в десять, двадцать — сожрав огромный кусок графства Мерсисайд одним ударом.

Как сформулировала комиссия лорда Страша, "мероприятия гражданской обороны в условиях острова имеют смысл лишь в той мере, в которой они способствуют успокоению населения".

Короче: если не копать бункеры, то население что-то заподозрит. Если занять головы избирателей убежищами и инструкциями о том, как запасать воду и куда бежать если что, то население, слава богу, не будет бунтовать до того момента, пока не испарится вместе с частью правительства.

С этого момента начинается долгая и интересная история британской ГО: большой ширмы, созданной для маскировки того факта, что маленький остров обречён — и для того, чтобы специальным констеблям и обеспокоенным жителям было чем заняться.

(спасибо ЖЖ-юзеру fonzeppelin за удачно попавшийся пост, который заставил раскопать старую подборку по теме)

Эта брошюра и повторяющая её серия обучающих мультфильмов — ваш лучший друг.

Когда-то левак Джереми, агитируя за то, чтобы британцы отказались от ядерного оружия и не давали повода Москве раскатать королевство в блин, раздавал такие вот пародийные листовки: мол, не забудьте положить правительственную брошюру в гроб или взять на тот свет...

Немедленно появились пародии стоимостью в 50 пенсов.

Короче, да, сегодняшний и завтрашний день будут посвящены Жизни В Тени Гриба — и насколько она сформировала Великобританию 70-х, 80-х, 90-х и 2000-х.

#курёхин_pun_intended

Тем временем, в Великобритании дерутся профсоюзы, подробности завтрашним письмом (у Unite на кресло председателя претендуют один правак и три левака, причём леваки не могут договориться, кто кому должен уступить, чтобы не дробить голоса слева — уже и праймериз провели, и подсчитали, сколько первичек кого поддержали — без толку, толкаются как в трамвае в час пик; а у UNISON только-только в начале года выбрали стармеристского председателя, как корбинисты нынче ПОДЛО взяли ВСЕ места в исполкоме — даже журнал "В защиту марксизма" пробудился ото сна — самое смешное, что вопрос поддержки лейбористской партии и распределения денег решает исполком, а не председатель).

The War Game (1965)

Британский телефильм про атомную катастрофу. Первый в своём роде, всерьёз повлиявший на "Нити".
Уоткинс с самого начала своей короткой карьеры на BBC планировал снять псевдодокументальный фильм про атомную войну. Фактически репортаж из возможного ближайшего будущего. После успеха "Каллодена" Уоткинс ненадолго получил все карты в руки. Закончилось всё плохо. Для BBC.
Трудно сказать, о чём думало руководство канала отпуская его в Кент, но когда они увидели получившийся фильм, то стало ясно что у них большие проблемы. В тот период лейбористское правительство нарушило свои предвыборные обещания о ядерном разоружении, и фильм показывающий невозможность выиграть атомную войну был явным ударом по этой политике. Тем более что это Уоткинс, фильм снят с максимально возможным шокирующим реализмом и одновременно с страстью настоящего фанатика. Прямое политическое высказывание, причём очень убедительное.

Показ был отменён, по причине того что фильм слишком шокирует. Плюс BBC заявило что это творческая неудача и они не должны были финансировать такого безумца. Последнее заявление вышло каналу боком, так как фильм добравшись до кинотеатров стал хитом и получил в итоге Оскара за лучший документальный фильм. Оскар BBC пыталась забрать себе, что только добавила скандала в уже скандальную историю.
В 2015 году всплыли секретные документы. Перед решение о запрете показа по эстетическим причинам представители канала встречались с правительственными чиновниками и показали им фильм, что грубо нарушало законодательство, по которому BBC должно быть полностью независимым.
Параноики иногда полностью правы.
The War Game (1965)

Минутка просвещения в канале: оказывается, первого мужчину, который получил в Британии вакцину, звали Уильям Шекспир.

Шокирующие новости — Корбин не может ни подтвердить, ни опровергнуть то, что он привился от коронавируса.

Раунд корбинопинания не удался: обстоятельства, при которых Джереми пообещал никогда не комментировать журналистам своё здоровье и здоровье, своих близких, довольно просты — в 2018 году его прицельно атаковали вопросами "вот вам 70 лет, вы старик, бегаете ли вы по утрам? давно ли вы ощущали колотьё в груди? ваш друг и коллега Макдоннелл перенёс инфаркт, вам не пора бронировать гробы?"

Дед вспылил и пообещал никогда и ни за что больше ни слова про здоровье и приёмы у врачей не рассказывать ни одному журналисту — мол, я вегетарианец, катаюсь на велосипеде, лишнего веса нет, можете пронаблюдать за мной сами, а тех, кто заикнётся про состояние здоровья, буду с пресс-конференций выгонять палкой.

Так три года и продолжается.

В целом от ответа Корбин ушёл: мол, я регулярно посещал мечети, синагоги, всякие благотворительные центры, ГДЕ МНОГО ПРИВИВОЧНЫХ ЦЕНТРОВ. Привился ли я сам? Вы очень проницательный человек, Ян. Очень. Нет, я не даю комментариев.

Послушайте, Джереми, вы бывший лидер партии, ваш брат — сектант-антипрививочник, отрицающий глобальное потепление, вы могли бы много сделать для вакцинации, сказав пару слов...

Я? Мог бы сделать? Я всех призываю вакцинироваться, я боролся за раннее начало вакцинации, я видел очереди в пунктах вакцинации, кстати, давайте поговорим о том, что в стране не хватает врачей — вы знаете, сколько врачей должно работать в пунктах вакцинации и сколько выходит на смены, Ян? Я просто не скажу ни слова относительно своего личного здоровья, я обещал.

Дед, как всегда, упёрся в стенку — не врёт, но и никогда не делает шажок в сторону, чтобы набрать политических баллов или сделать себе грамотный пиар, в принципе, это и есть характеристика его периода управления партией.

В Великобритании всё хорошо: так или иначе, мытьём или катаньем, с сотней тысяч трупов или с полутора сотнями страна вползла в стадию выхода из карантина — 60% населения вакцинировано, нежелающих радостно бьют по голове палкой и успешно отработали технику закрывания под крышку и на ключ всей общественной и финансовой жизни, если потребуется. Военные научились врываться в частные клиники и лихо экспроприировать оборудование, правительство научилось пилить на экстренных расходах миллионы вместе со своими бывшими коллегами по инвестиционным фондам, местные власти научились лаяться с Лондоном, отстаивать свою независимость и выбивать финансирование. Тори научились давать населению деньги на прожитие, а население научилось работать из дома. Кир Стармер научился ничего не делать и с ужасом смотреть на соцопросы. Даже Transport for London спасли от нехватки пассажиров и средств, а оголодавшие железнодорожные компании страны под шумок национализировали, поправив кривую систему, рождённую из маниакального стремления Тэтчер максимально навредить британцам.

Теперь пабы открыты, англичане с трудом, но вколотили мяч хорватам, Джонсон заканчивает рисовать с себя картину маслом в образе Черчилля, и, как говорилось в Саус Парке, "сегодня мы многому научились".

С полным бардаком, кинжалами под лопатку, распилами и истериками, короче, но скоординировались и начали получать удовольствие.

Переводя взгляд на родное Отечество: с железобетонной суровостью не сделано абсолютно ничего, но у нас тут, слава богу, канал про файфоклок и королеву, а не про стабильность.

Небезынтересно, кстати: за 39 лет своего существования, государственный Vaccine Damage Fund при министерстве труда выплатил компенсации всего лишь 936 британцам, у которых после вакцинации проявились побочные эффекты.

936 случаев за 39 лет, а вы боялись.
Размер компенсации — 120 000.

Сегодня довыборы в Чешаме и Амершаме (тётенька Шерил Гиллан от партии тори умерла в апреле), но это, как принято выражаться, safe tory seat без интриги, так что можно разве что поболтать насчёт пары интересных подробностей.

Можно ли сменить шесть политических партий и остаться честным человеком? Округ Чешам и Амершам доказывает, что вполне!

Лийбаристы миртвы. В Чешаме — точно. Хотя округ выглядит как стереотипная крепость леваков на Севере (высокая безработица, много социального жилья и большая мусульманская община), но на последних выборах у консерв было 30% преимущества (на 16 000 голосов больше), в 2017 — 40%, а в 2015-м все 45% перевеса над жалкими конкурентами. А ещё это дальнее Подлондонье, а не север страны.

В 2019 году лейбористы откатились на третье место, набрав 7500 голосов из 55 тысяч. Сейчас конкурентами выступают либдемы: 14 000 в 2019-м и перспективы сожрать все протестные голоса в округе, чтобы насорить тори — так что остаётся открытым вопрос, наберут ли стармеристы хотя бы 5%.

Либдемы либдемами, но и у них крадут голоса те, кто хочет перелибдемить их в любви к Евросоюзу: во-первых, зелёные и красные не захотели расчищать взлётную полосу для либерального кандидата, а во-вторых, с либдемами соревнуется потешная партия RejoinEU, мол, вернём всё взад, вкатимся в Европу и попросим прощения.

Так что Саре Грин будет мешать Брендан Доннели. Опросы населения показывали то цифры в 45% для тори и 35% для либералов, то 45% на 41% — что теоретически давало жёлтенькой партии шанс побороться за кресло. Но тут стоит обратить внимание на Доннели, который будет оттягивать часть проевропейских избирателей.

Так-то Брендан родом из старой смычки консерваторов и либералов: работал в правительстве при Тэтчер, работал при Евросоюзе в 80-е, проникся идеями пан-европеизма, и свалил из тори в 1994 году, основав Европейскую Консервативную Партию.

Европейская Консервативная Что-То-Там на выборах 2000 года сгорела в мучениях, и наш товарищ подался в либеральные демократы. К 2009 году он из либдемов вышел весь и устроился в политический союз Yes2Europe. Когда Yes2Europe не взлетела, пришло время вступить в партию "Альянс четырёх свобод", которая провозглашала себя "европейским либеральным UKIP", ну это примерно как жириновцы-экологи за всё хорошее. Мол, тори и фараджисты это ужасные фашисты, а мы просто проевропейские правые за промышленность и банки.

Угадайте, что случилось? Партия пропала с политических радаров, и больше о ней никто ничего не слышал. Сменивший пять партий Брендан попытался избраться в лондонскую городскую ассамблею в мае этого года, но пролетел мимо.

Теперь — RejoinEU и новые выборы в Чешаме и Амершаме.

МЫ УЖ ДАЖЕ НЕ ЗНАЕМ, оплачено ли его участие в новых выборах крупным чеком от Бориса Джонсона, но его шестая по счёту партия, как видите, будет отсасывать какие-то процентики у проевропейских либдемов.

В свободное от выборов время Доннели подрабатывает исследователем в Институте Федерализации Европы, который изучает европейскую федерализацию и интеграцию. В стенах учреждения раньше обретались Хайек, Пристли и Тойнби, так что и неудачнику может что-то перепасть на хлеб с маслом.