Первый канал ТК Россия, тем временем, спиздил фоточку Джереми с антивоенного (!!! вообще! в принципе!) митинга и сопроводил её подводкой про то, как «несмотря на дезинформационную кампанию в Европе, правда о событиях прорывается и до простых людей».

Вот суки, а.

Тут вопросы про плакат слева возникли, вот нормальная версия.

помер тот, помрёт и этот, с 5 марта, коллеги.

Очень спорный тейк про левых в Ирландии, но на что стоит обратить внимание: пока через границу мэйнстримные и очень мэйнстримные партии после всплеска популизма снова набирают силу, в Ирландии очевиден всплеск альтернативных партий и падение «больших старых» ФФ и ФГ.

Немного новостей про левых в Ирландии.

Во-первых, у социал-демократов сменился лидер и сама структура лидерства: вместо двух со-лидеров вернулись к единоличному. Ею стала 33-летняя Холли Кэрнс, которая имеет вполне неплохую репутацию и как местный депутат, и как высказывающийся по глобальным вещам политик. Предыдущие со-лидеры, насколько я понимаю, были вполне компетентными, но серыми и не вдохновляющими лидерами. С новым лидером у соцдемов есть возможность зацепить ту часть электората, который против Фианна Фол и Фине Гэл, но не хотят по идеологическим причинам голосовать за Шинн Фейн.

Ну а во-вторых, очередное лицемерие от крайне левых из People Before Profit: они выпустили крайне конспирологический популистический манифест с типичной для них риторикой " американцы не позволят левым в Ирландии взять власть!11", "мейнстримные партии хотят утащить Ирландию в НАТО!11", "ФФ и ФГ задеплоят полицию, чтобы не допустить леваков во власти!11", " ШФ не тру левые и прогнутся под капитализм!11". Лицемерие по двум причинам:

– conspiracies for me, but not for thee;
– этот текст... платный, за 3 евро. Прям можно пошутить, что PBP stands for Profit By Printing.

Если говорить о будущих шансах PBP, то их рейтинги серьёзно просели, и их недавняя попытка призвать ШФ и соцдемов к переговорам о будущем левом правительстве свидетельствует как раз о попытках вклиниться. Плюс, даже если договорятся, то они будут крайне ненадёжными, как коммунисты в Португалии. Тогда те отказались голосовать с социалистами за бюджет и вынудили последних объявить досрочные выборы – по итогу они не только обосрались, потеряв половину своих депутатов, но и позволили националистам взобраться на третье место.

Теория подковы в действии, коммунисты/tankies мало чем отличаются от праволибертарианиства/фашизма. Давно доказано на практике.

Надо подвести промежуточные итоги забастовочной активности этой зимой. Попробуем сразу на «Рабкоре».

Нашли хорошую цитату от Тони Бенна.

"Почему после войны в Британии победили левые? Потому что вся война была доказательством того, что государство умеет решать проблемы.

После войны люди говорили: "Если ты можешь планировать войну, почему ты не можешь планировать мир?"

Когда мне было 17 лет, мне пришло мобилизационное письмо от правительства, в котором говорилось: "Дорогой мистер Бенн, вы придете в 17 лет на сборный пункт? Мы предоставим вам бесплатное питание, бесплатную одежду, бесплатное обучение, бесплатное проживание, и два шиллинга и десять пенсов в день, чтобы просто убивать немцев."

И люди говорили: ну, если ты можешь иметь полную занятость, чтобы убивать людей, почему, во имя Бога, ты не можешь иметь полную занятость и хорошие школы, хорошие больницы, хорошие дома? Если мы смогли распланировать выпуск снарядов и высадку в Нормандии, может быть, мы можем распланировать постройку жилья? Если мы можем любой ценой подготовить лётчиков для истребительной авиации, то, наверное, мы сможем при помощи государства подготовить врачей и учителей, сколько потребуется?

Поэтому после войны левые победили везде."

«Ториграф», конечно, прекрасен. Как рассвет.

Умение найти «левацкую элиту» в пустой комнате (левацкая... ЭЛИТА?), умение приписать ложный нарратив, умение в целом отмаркировать здравую идею как что-то национально-опасное, moral panic, все дела).

Впрочем, говорят, товарищ Гоблин той осенью назвал Лиз Трасс (?!!!) «частью секты евролеваков», так что у нас «есть The Daily Telegraph дома».

Вот стоило процитировать золотые, бессмертные строчки из Тони Бенна, как в комментарии пришли наши постоянные читатели с вопросиками из разряда немеркнущей классики:

- так это что же, для тех, у кого нет никакой ответственности и желания делать самостоятельный выбор?
- так это что же, опять проваливаться в гулаги?
- так это что же, всё время жить в обстановке войны?

Это интересные паттерны мышления, которые можно обозвать хлёсткой фразой better things are not possible. Улучшение невозможно, вы живёте в лучшем из имеющихся миров, всё остальное является или опасным радикализмом, или – вспомним мантру – безответственным популизмом, основанным на обещаниях, или – откатимся на полтора века назад — «бесплодными/беспочвенными мечтами», см. ту самую речь Николая номер два. Максимум, можно купить национальный флаг и чуть смазать вазелином особо выступающие части мироустройства. Чуть нежнее, чем тори. Чуть благопристойнее Единой России.

Огромной бюрократической жабой это всё под себя подмял Кир Стармер. Мы ненавидим его и это, в целом, взаимно.

Кир это лавина жижи. Кир это энтропия. Кир это мягкий диван, с которого трудно встать: никуда не ходи, ничего не делай, будешь активничать — получишь, всё должны делать профессиональные менеджеры. Которые, по чистой случайности, бухают с олигархами и летают частными джетами на одни вечеринки с политическими противниками.

Кир Стармер существует не столько как личность, сколько как институция: он – решение, принятое свыше. И поэтому мы ничего не можем с ним поделать, кроме как раздражаться, стонать и писать о нем в Интернете. Если бы мы встретили его, что бы мы ему сказали? Не уверены, что сказали бы что-нибудь, если честно. В этом не было бы какого-то смысла.

Вон, в Ливерпуле попробовали, в пабе встретиться и поговорить. Зачем Кир, например, в газету «Сан» колонки пишет, или в «Телеграф». И куда делись предыдущие местные кандидаты в парламент. Недели не прошло, выяснилось, что все участники встречи лайкали твиты Стерджен во время ковида. Пришлось всех исключить.

Мы думаем об этом довольно часто, потому что это точно отражает полную бесполезность быть даже левоцентристским или мягколевым в Великобритании 2023 года.

Чтобы понять, почему, нам нужно вернуться к тому моменту, когда надежда на то, что лучшее вообще возможно, была окончательно избавлена от страданий подушкой на лицо: выборы 2019 года, а затем выборы лидера лейбористов 2020 года.

Если поражение лейбористов в 2019 году и означало что-то, то это был последний предсмертный хрип прогрессивной части британской политики и старого профсоюзного движения вместе с идеей о «широкой демократии», которые в конечном итоге, к лучшему или худшему, представлял Джереми Корбин.

Корбин был странной фигурой; несмотря на то, что как его недоброжелатели, так и значительная часть его сторонников называли его каким-то закоренелым троцкистом, сталинистом или жёстким коммунистом, его фактические внутриполитические взгляды были довольно скучными евросоциалистическими, и он демонстрировал все признаки того, что рад умерить свои взгляды (например, на республиканизм или внешнюю политику и НАТО) во имя консенсуса и мира в обществе... А в этот момент телевизор и газеты характеризовали Джереми как непримиримого идеолога, стального воина тотальной большевизации. И поедателя детей. И агента России.

Манифест 2019 года, который в итоге был назван оппонентами синтезом "Капитала" и "Красной книжечки" Мао, в целом отражал эту мягкую попытку вернуться к послевоенному европейскому социализму, а жуткие системные изменения, которые он обещал, ограничивались в основном, ограничением крупного бизнеса в праве донатить политикам и партиям, закреплении в законе представительства сотрудников фирм и компаний в советах директоров и, возможно, некоторой национализацией некоторых отраслей.

Короче, совсем не план пятилетки и не матросы, бегущие в атаку на Букингемский дворец.

Можно спорить о том, зашел ли этот манифест избирателям – соцопросы показывают, что по отдельности, каждое предложение по улучшению жизни в Юкеше, которое попало в манифест, пользовалось и пользуется поддержкой от 2/3 до 4/5 населения. Вместе, собранное в один пакет? Возможно, не настолько. Впрочем, после выборов опросы показывали, что цельный манифест никто не читал. Противники и так были уверены, что программу партии даже читать не надо, Корбин и так выродок, который нас всех убьёт. Вместо манифеста обсуждали бороду, свитер, евреев и вредные привычки Джереми.

Манифест 2019 года, несомненно, привел бы к тому, что Британия оказалась бы в гораздо лучшем положении, чем сейчас, даже с учетом двойного удара COVID и войны в Украине. Но он не был радикальным.

Безусловно, его обещания гораздо больше соответствовали времени и кризисным условиям, чем жалкий памфлет, предложенный консервативной партией, или менее затрепанный и избитый статус-кво, обещанный либерал-демократами.

Идея тратить деньги на вещи, на которые нужно тратить деньги, при одновременном повышении роли государства была не менее правдоподобной, чем слова Бориса Джонсона о том, что Brexit будет осуществлен легко и вообще всё уже готово. И да, это всё ещё не марксистская революция.

Но это был документ! который обещал! что в самом реальном смысле лучшие вещи и лучшее будущее не только возможны, но и осуществимы. Что об этом можно мечтать. Что это всё можно обсуждать в радиоэфире или на лавочке с соседом. Что если ты говоришь о мире, в котором каждый заботится о каждом, или мире, где на твои успехи не влияют в подавляющей степени столичность места рождения и бабло родителей – то это не признак малахольности.

Сказать, что это вызвало реакцию, значит преуменьшить ее. Это вызвало бурю.

В 2019 году различные СМИ, общественные организации, религиозные объединения, правящая партия, часть самих лейбористов, часть селебрити, объединились в едином порыве (что выглядело довольно тревожной скоординированной штукой), чтобы передать сообщение о том, что абсолютно ни при каких обстоятельствах не будет допущена победа лейбористов.

Организации, которые номинально - даже по закону - были независимыми, начали вести себя странно, а обычные предвыборные правила и положенная повышенная беспристрастность вещания, казалось, просто игнорировались.

В 2017 году на первых корбинистских выборах, эти правила в целом соблюдались, и кампания проходила более или менее в соответствии с ожиданиями достаточно нормальных выборов. Тогда Корбин набрал 40% против 42% у власти.

Через два года сигнал был ясен: абсолютно, блядь, нет. Вы не добьетесь успеха. Вам запрещено.

И, о да. Этот сигнал вколачивали повсеместно. Примеры происходившего тогда, сейчас, из 2023-го и мягкого уюта стармеровского болота в котором тори и «стармеристы» раскланиваются друг с другом и с дистанции неотличимы, кажутся нереальными. Невероятными.

В частности, BBC подарила нам такие яркие события, как Эмма Барнетт, спрашивающая Анджелу Рейнер, будет ли партия "национализировать даже сосиски".

Лора Кунссберг воспроизвела какую-то совершенно ложную информацию, что молодые избили парламентского помощника из партии консерваторов, не проверив это утверждение. Потом долго ещё на сайтах маленьких новостных агентств висели колонки о том, что левые рвутся к власти и создают... да, отряды для уличных боёв.

Телерадиокомпания каким-то образом случайно вставила в новостные выпуски альтернативные кадры мероприятия Дня памяти героев первой мировой, проведенного в 2018 году, а не в 2019 году, где, судя по словам очевидцев, Борис Джонсон был пьян в стельку.

Журналисты BBC рассмеялись в лицо Джону Макдоннеллу, когда он обсуждал (вполне выполнимое) манифестное обещание посадить два миллиарда деревьев рядом с жилыми кварталами Великобритании; буквально вместо экономики обсуждалось «какие тупые левые, если они деревья в предвыборную программу вписали».

Неоднократно, во время избирательной кампании, когда правила беспристрастности вещания должны быть наиболее строгими, Би-би-си допускала "ошибки". То, что эти повторяющиеся "ошибки" неизменно приводили к тому, что Консервативная партия и ее лидер выглядели лучше, и/или Лейбористская партия и ее лидер выглядели хуже, никогда не замечалось. Хотя это было привычкой Би-би-си в течение нескольких лет, на выборах 2019 года это поведение совсем вышло из-под контроля.

Консерваторы и либерал-демократы, всё же обычно враждующие, со своей стороны, ясно дали понять, что остановить лейбористов – задача номер один. Это вполне объяснимо для тори, для которых типичная избирательная кампания представляет собой игру с нулевой суммой между ними и лейбористами, выигрывает один, точно проигрывает второй, но, как оказалось, это противоречило как заявленным, так и не заявленным интересам либерал-демократов. Они сделали большую ставку на оппозицию Brexit, но также, похоже, были почему-то зациклены на атаке на единственную партию из двух вероятных претендентов, которая была согласна на что-то близкое к тому, чего они хотели, а именно на второй референдум.

И не только это, но партия либдемов, которую в Англии, вообще-то воспринимают как «зря потраченный голос», не только открыто поддержала мнение, что левая партия является полным отклонением от здравого смысла и приличия, но и совершенно ясно дала понять, что в целом, конечно, лучше консерваторы с Брекзитом, чем лейбористы, если уж точно придётся выбирать.

Сами тори также, используя различные средства, решили, что нормы и приличия к ним не относятся. Во время теледебатов они выдавали себя за аккаунт проверки фейкньюс в Твиттере – переименовав аккаунт своей пресс-службы в «Агентство национального доверия». Они выпустили тысячи рекламных роликов в социальных сетях, которые, откровенно говоря, были ложью, причем в масштабах, не сравнимых ни с одной другой политической партией. Они уклонялись от проверок фактчекинговыми агентствами, а их кандидат с именем Борис прятался в промышленном холодильнике от журналистов и отказывался давать интервью Би-би-си – телеканал огорчался в твиттере и тут же выпускал материал о том, как лично Корбину нельзя доверять. В день выборов возле избирательных участков внезапно появились откровенно незаконные плакаты, на которых демонический, с рогами, Корбин был изображен как "угроза нашей безопасности и демократии". Постеры пришли от явно очень хорошо финансируемой и организованной группы, которая каким-то образом получила 134 000 фунтов стерлингов откуда-то, но никому не говорит, откуда именно – хотя в прршлых годах почему-то получала деньги на социологические исследования именно от правительства.

Крещендо стало заявление Саймона Хеффера в телеэфире, о том, что он чувствует зло, а Корбин хочет "вновь открыть Освенцим, в Великобритании!" - фантастически нелепое заявление, как ни крути.

Никто не получил порицания или штрафов за эти вещи, и, если честно, не было никаких ожиданий или надежд, что какие-то журналисты возмутятся этим всем, особенно до окончания кампании. На следующий день после выборов – можно. Появятся какие-то статьи, удивляющиеся количеству фейк ньюс, но кого это волнует после подсчёта голосов?

Центризбирком Великобритании затем, в 22-м году, выпустит сборник статистики – окажется, что в отношении лейбористской партии публиковалось... в 133 раза больше непроверенных или неверных новостей, чем в отношении любой другой партии. Бибиси за 2019 год, когда у тори сменится премьер и страна будет сидеть с заблокированным парламентом, умудрится выпустить про Корбина всё ещё в 4 раза больше новостей и сюжетов, чем про Джонсона.

«Ошибки» просто произошли. Говорящие головы «просто» раз за разом сообщали в телеэфире, что один из кандидатов ненавидит королеву и убьёт вашу собаку.

Трудно переоценить, если обратить внимание на этот период, насколько ощущалась вся эта неправильность, висящая в воздухе. Насколько сильно практически любой человек, по работе или в силу хобби вычитывавший заголовки прессы, с ходу ощущал все эти фундаментальные странности, направленные в одну сторону, все сразу.

Это звучит конспирологически, ощущение того, что практически каждая организация в стране чувствовала себя обязанной сказать о том, что совершенно привычная в Западной Европе в 80-х рабочая партия, в 2019-м внезапно должна была истребить инакомыслящих, установить диктатуру и преследовать людей как гестапо, было гнетущим.

Было ощущение, что лейбористам приходится вести нелегкую борьбу не только против Консервативной партии, но и против всех скудных правил, существующих в отношении политических кампаний, политических новостей и вещания, которые вдруг разом исчезли или оказались в корне непригодными для использования.

Было достаточно трудно справиться с некоторыми фактическими проблемами, с которыми столкнулись лейбористы на тех выборах, не имея колоды возможностей и связей с нужными людьми, так тщательно и четко сложенной против них.

В итоге, помимо того, что лейбористам пришлось иметь в качестве лидера старого постылого дурака, который ненавидел евреев и занимался идиотизмом, помогая людям в приютах и ездя на работу на велосипеде (очень опасные для страны признаки) чье сердце было не на правильном месте и который не уважал ветеранов и флаг, нам всем пришлось столкнуться с тем, что он был просто худшим человеком из всех, кто когда-либо жил на Земле, чуть хуже Гитлера, прямо скажем, а его программа правительства была рискованным сталинским бардаком (и одновременно захватом власти тупым неженкой), в то время как фактический премьер-министр прошел в кресло вообще без тщательного изучения, которого он заслуживал.

Мы получили результат, который подразумевался. Джонсон победил с огромным большинством голосов. Корбин подал в отставку с поста лидера и инициировал конкурс на лидерство, который выиграл Кир Стармер. Всё самое интересное началось потом.

Изменения к лучшему, как оказалось, вообще невозможны. Ну, вам всем показалось. Пять лет морока. Back to business as usual.

Стармер выиграл внутрипартийный конкурс и стал лидером в 2020 году с мандатом, полученным в результате кампании, в которой он обещал, по сути, стать более молодым, ловким и современных Корбином. Его десять «принципиальных обещаний» были созвучны той платформе, на которой выиграл конкурс на должность партийного лидера Корбин в 2015 году – Стармер сыграл этюд, ударив по всем нужным клавишам рояля, чтобы получить голоса бывших избирателей Корбина. От национализаций до борьбы за права беженцев, от прогрессивного налога до экологии, и все это было покрыто толстым слоем глазури рейтингов и обещания использовать связи и титул сэра, чтобы продвигать левые идеи. Что могло не понравиться? Что могло пойти не так?

Хотя многие левые, естественно, были настроены скептически – в конце концов, Стармер был членом парламента, прошедшим туда впервые в 2015 году, у которого не было ни особых левых заслуг, ни истории поддержки левой политики, кроме работы в теневом кабинете Корбина, – его внешний посыл заключался в том, что если вам нравится Корбин, вы голосовали за Корбина и хотели получить все подходы Корбина к политике в красивой избираемой упаковке, то он – ваш парень.

Не стоит винить людей за то, что они поверили в это. Многие левые лейбористы провели последние пять лет в борьбе, которая была, в зависимости от вашей точки зрения, либо благородной борьбой, либо выматывающей борьбой, либо благородной, но выматывающей борьбой, и им надоело вести сражения, и они хотели начать их выигрывать.

Много говорилось о «бункерном менталитете» лейбористских левых, о «паранойе осажденной крепости» но суть бункерного менталитета в том, что верный способ развить его – это действительно находиться в бункере, подвергаясь атакам со всех сторон. Аппетит оставаться в бункере, который вообще все обстреливают, был, мягко говоря, минимальным. В этом контексте человек, который обещает дать вам все, что вы хотите, и при этом сгладить все оскорбления, споры и страх неудачи, будет привлекательной перспективой.

То, что этот человек лгал, не их вина.

Кир Стармер, попросту говоря, солгал в лицо членам лейбористской партии, чтобы попасть туда, где он находится сейчас, причем настолько нагло, что он должен быть лишен права критиковать кого-то ещё за нечестность. Подводя итог, можно сказать, что из семи обещаний, которые являются достаточно конкретными и измеримыми, чтобы их можно было сопоставить с последующей реальностью, ни одно не сохранилось полностью или даже почти полностью. Два из оставшихся трех он вывернул наизнанку — формально, да, но вообще – нет. Кир Стармер просто не заслуживает доверия ни в каком объективном смысле.

Многое недовольство в лейбористской партии и в более широкой тусовке леволиберальных "левых" связано с тем, что этот очевидный и легко подтвержденный факт так часто отрицается или затушевывается призывами "объединиться, чтобы убрать тори". Хорошо, уберёте, а рвди чего?

Хуже того, иногда эту историю замалчивают, утверждая, что это должно произойти, чтобы лейбористы стали «избираемыми» в каком-то неспецифическом смысле. Все это танцует вокруг сути вопроса: если бы он сказал правду о том, что он собирался сделать за три года, прошедшие с тех пор – качнуть партию все дальше и дальше вправо, привести в ее ядро унылых лейбористских правых упырей вроде Рейчел Ривз и Уэса Стритинга, позволить Питеру Мандельсону, другу Блэра и Эпштейна (!) иметь практически неограниченное влияние на все процессы в партии, вернуть всех правых лейбористов, которые ранее сбежали из партии и выступали против неё на выборах и подарить им партийные билеты, постоянно твердить всем, что у нас не может быть никаких изменений, потому что страна не может себе их позволить – он бы не выиграл гонку за пост лидера.

Это было похоже на мужа, который, получив кольцо на палец, начинает проматывать фамильные драгоценности, поколачивать жену и жаловаться на неё судье. Кому вы верите - Стармеру или своим лживым глазам?

(Кстати, это не зависит от опросов или от того, что думают другие. Компульсивный лжец, получивший свой пост путем явного и очевидного мошенничества, даже если и добивается - спорно - успеха на этом посту, то это не меняет того, что он обманным путем попал на него, не делает его менее подозрительным с моральной точки зрения, и не означает, что люди, которых обманули, имеют меньше прав чувствовать себя обиженными).

Макрон принимает пенсионную реформу в обход парламента. Напомню, что конституция Франции даёт ему такую диктаторскую возможность.

Макрон понял, что провести повышение пенсионного возраста через парламент не получится, и решил идти ва-банк. Скорее всего, он подпишет указ в ближайшие минуты/часы.

Профсоюзы и левые партии рассылают письма и смс активистам, чтобы те ехали в центр города. Ситуация принимает интересный, хоть и ожидаемый поворот.

Профсоюз медиков Великобритании закупил рекламу в газетах, кстати.

(Прет-а-Манже – сеть кафе)

Эрин го бра, если что, кстати!

Ладно, дорогие друзья, сами смотрите, но кажется, что это всё-таки не «французский Зюганов».

(Рудой легенда, конечно, везде гнёт своё.)

⚡Жан-Люк Меланшон заявил, что народ имеет право на восстание и призвал к созыву Учредительного собрания новой, 6-й республики во Франции.

На связи Лондон и секретная база в Антарктиде.

Пшеничные Поля не признают короля Карла, но желают ему приятной и не нудной коронации, а то вот Пенни Мордонт три часа держала в руках коронационный меч, потом у неё меч отняли и тут же сунули другой меч на подержать.

p.s. Гендель, зараза, хорошую музыку написал, хоть на гимн Лиги Чемпионов бери.