Почему я в Екатеринбурге — наше агентство сделало тут для Уралхиммаша праздник в честь Дня машиностроителя. С утра и до вечера для всех сотрудников на территории завода куча активностей, от тренинга по импровизации до турнира по мини-футболу, от благоустройства сквера до выступления группы «Другой Оркестр». Завод прикольный, заводчане классные, и наш #proуралхиммаш получился крутым. Я мало пишу здесь о работе, но мне с ней очень повезло. Мне всегда везло с работой, иначе бы я не смог.

Чтобы просто не сойти с ума, но сохранить редакционную политику «Ни дня без поста», продолжу постить фоточки из Екатеринбурга. Это вот вид с балкона 25-го этажа на двор ЖК «Ботанический сад», где мы снимали две квартиры на пятерых. Второе по крутости командировочное жилье на моей памяти после квартиры в Среднем Кисловском, где мы также впятером жили три года назад, тоже в сентябре.

Борис Михайлович Моисеев умер, чтобы мы вспомнили, что «в этой осени никто не виноват, не виноват».

https://youtu.be/poSLIegor6A

Эти тексты дают человеку возможность отвести взгляд, когда уродство окружающего мира делается невыносимым, и поверить в существование другого, пусть неидеального, но хотя бы более понятного мира.

https://www.kinopoisk.ru/news/4006724/

Пятая и шестая серии «Дома дракона» со всей их хтонью, Виктор Петрович Голышев прав, все равно не настолько мрачные, как хтонь за окном.

Триер признавал, что «немного флиртовал с порно» в «Идиотах». Если продолжать аналогию, в «Антихристе» у Триера и порно был небольшой роман, а в «Нимфоманке» они съехались и завели кота.

https://www.kommersant.ru/doc/5571925

У Weekend’а внезапно номер про секс в искусстве.

Среди промо-изображений документальной картины Евгении и Максима Арбугаевых «Выход» нет кадров с моржами (именно они, а не биолог, главные герои фильма), и это понятно, лучше приберечь эффектное появление для экрана. Когда моржи возникают в кадре, хочется смотреть только на них. (Десятки. Тысяч. Моржей.) И слушать: их удивительные голоса ни с чем не спутаешь, услышав однажды. Льда в Чукотском море почти не осталось, поэтому тысячи моржей каждый год выходят на берег, чтобы отдохнуть во время миграции, и сотни гибнут в давке, в том числе детёныши. Арбугаевы фиксируют происходящее («Мы снимали каждый день, получилось почти 60 часов материала, из которых в фильм вошли 25 минут»), явно жалея, что не могут помочь моржам в моменте. «Нам хотелось сделать честное кино об изменении климата, без красивостей многих фильмов о природе. Информация об этом доступна, но важны эмоции, которые действуют подчас сильнее, чем факты». Через неделю в рамках Beat Weekend новосибирцы могут увидеть офигенских моржей на экране «Победы».

Книга «100 магнитоальбомов советского рока» Александра Кушнира не только открывает секреты создания известных альбомов популярных групп. Едва ли не интереснее читать про команды и исполнителей, о которых раньше не слышал. Я знал, что мой город вписан в рок-историю Янкой, Юрием Наумовым, Черным Лукичом и «Калиновым мостом», но до этой книги ничего не знал о таком человеке, как Кока. Кушнир написал как о всем знакомых звездах (Летов, Цой, БГ, Майк, «Наутилус», «Машина времени», «Аукцыон», Шевчук, «Оберманекен», «Алиса», «Колибри»), так и о легендах с периферии Союза — «Стук бамбука в XI часов», «Миссия: Антициклон», «Комитет охраны тепла», «Бэд бойз», «Облачный край», «Братья по разуму», «Желтые почтальоны», много групп из Украины. Захватывающее и познавательное чтение: как люди записывали альбомы, оформляли и тиражировали, как противостояли цензуре и системе, на какие ухищрения шли при записи и в процессе дистрибуции — даже зависть возникает, честное слово. Творили же не благодаря, а вопреки, и были счастливы.

Под влиянием работ знаменитой дизайнерской фирмы Hipgnosis, специализировавшейся на оформлении альбомов британских арт-роковых групп, Ильдар начал вводить в сюжеты элементы сюрреализма. Первые «неочевидные» ассоциативные идеи Зиганшин принялся разрабатывать еще во времена «Невидимки». Наследие архитектурного института давало о себе знать в самых неожиданных формах. Как-то раз Ильдару бросился в глаза узор пледа, которым укрывалась от уральских холодов приехавшая из Ташкента сестра. Зиганшин сфотографировал изгибы ткани, в которых ему виделись какие-то замаскированные знаки и неопознанные символы. Поверх снимка материи, предназначенного для задней стороны «Невидимки», Ильдар разместил названия песен. Необычная композиция привлекала к себе внимание, но ее потенциал пока еще не был использован полностью. Свое развитие идея получила ровно через год — во время оформления «Разлуки».

Прямо в подвале клуба архитектурного института, в котором происходила запись одного из самых знаменитых альбомов 80-х годов, Зиганшин уложил музыкантов «Наутилуса» на пол. Затем накрыл их сверху материей — таким образом, чтобы виднелись только очертания фигур. Тут же была произведена небольшая фальсификация — вместо отсутствующего Анатолия Могилевского с левого края был уложен звукооператор Андрей Макаров.

Дальнейшие события развивались следующим образом. Упрятав рок-квартет под грубую ткань, Зиганшин залез на лесенку-стремянку и завис над группой вместе с фотоаппаратом. Взглянув в объектив, Ильдар понял, что для получения эффекта «облегания» лиц необходимо резко смягчить тряпку. Для этого ее следовало сделать сырой. Таким образом, во имя высокого искусства на музыкантов было вылито целое ведро воды.

«Когда я начал снимать, люди под материей вдруг зашевелились, — вспоминает Зиганшин. — Внезапно выяснилось, что вода забила все поры и воздух сквозь ткань не проходит. Музыканты стали задыхаться, биться в истерике, но мужественно дотерпели до конца съемки».

Затем Зиганшин сделал несколько фотографий в формате настоящей пластинки (30х30 см), поскольку именно с этого размера удобнее всего было печатать качественное уменьшение снимка. Название альбома было написано сверху целиком, а название группы — только в виде аббревиатуры N.P. Сделано это было из соображений конспирации, поскольку для 86-го года эта работа «Наутилуса» казалась весьма стремной. Не случайно вначале альбом распространялcя в усеченном варианте — без «Гороховых зерен» и «Скованных одной цепью». Когда же «Разлука» пошла в народ целиком, музыкантам стали приходить письма с вопросами: «Правду ли говорят, что на обложке «Разлуки» прикрыты тряпкой лица членов Политбюро?»

Интересно, что к «Разлуке» существовала еще одна обложка (производства Бутусова), на которой графически был изображен некий мультипликационный персонаж — то ли мутант, то ли тролль, писающий на ядерные грибы. С точки зрения Зиганшина, эта картинка, несмотря на всю свою очаровательную странность, получилась суховатой и одномерной. Ильдар был уверен, что не графический рисунок, а именно фотообложка может придать альбому дополнительный объем, дополнительную обстановку времени и пространства.

В свою очередь, Бутусов в тот период старался всегда отдавать предпочтение идеям друзей — тем более, если идеи на самом деле были оригинальными. «Ильдар весьма логично убедил нас в грандиозности своих замыслов, — вспоминает Вячеслав Бутусов. — После того, как нас уложили на грязный пол и опоганили в прямом и переносном смысле, нам было просто нелогично не выпускать эту обложку. Тем более что по тем временам она выглядела довольно круто и сама идея оформления была очень удачной».

«Я знаю много примеров, когда проходит время и от своих работ начинает тошнить, причем тошнить безудержно, — считает Зиганшин, который впоследствии оформлял компакт-диски «Насти», «ЧайФа», «Апрельского марша», «Агаты Кристи» и других свердловских групп. — И хочется отрекаться, хочется бежать — чтобы никто не знал о том, что это сделал ты. Но вот за эти магнитофонные обложки — за них не стыдно. Наверное, все они делались с прогретыми руками и с прогретой душой».

Я по-дурацки ошибся в тексте про книгу Кушнира: «Шизазой» — это название альбома 1988 года, а Кока — псевдоним Николая Павловича Каткова. Бывшему звукооператору новосибирского ДК Чкалова, которые увлекался авангардными экспериментами с чужими фонограммами, а позже стал цифровым художником, летом исполнилось 72 года. Николая Павловича можно найти в социальных сетях (в ВК у нас восемь общих друзей, а в ФБ — не знаю, профиль закрыт), неловко, что я не знал о нем раньше.

В защиту здравого смысла в штате Юта в 2018 году был принят закон, официально защищающий тех, кто предпочитает «воспитание с ограниченным родительским надзором», и признающий, что самостоятельность способствует развитию детей. Хорошая новость, но все же это невероятно: чтобы дать детям исследовать мир, как они делали это всегда, потребовался особый закон!

https://gorky.media/fragments/kak-daleko-sposobny-zajti-deti/

Расширение пространства борьбы с возрастом — одно из моих любимых свойств взросления. Сначала тебе доступен двор твоего дома, потом соседние дворы, твой район, соседние районы, потом ты (приключение!) впервые сам едешь в центр, потом узнаешь другие города — это же так круто и важно, когда ты ребёнок, подросток, не перестающий удивляться окружающему миру человек.

Новости мира белых людей: режиссеру Сапочнику опять разрешили снимать тёмные (unwatchable!!!) эпизоды про драконов, фанаты негодуют, потому что разобраться, кто из блондинов Таргариены, а кто Веларионы, в сумерках на Дрифтмарке крайне сложно. Впрочем, и при свете можно запутаться, кто кому сестра, племянник, брат или тётка. А они ведь еще переженились там все! Но следить за всеми интригами и столкновениями в «Доме дракона» все равно чертовски интересно. Очень вовремя он вышел всё-таки.

Ассоциативное мышление: услышав слово «стилист», вспомнил отрывок с ныне покойным Моисеевым из новогоднего телефильма «Сестра-3», в котором ныне иноагент Татьяна Лазарева пародировала брата Данилу, а Моисеев — героя Мурзенко по прозвищу Фашист. 20 лет назад было вполне смешно, особенно «Спиздил» вместо «Эха войны», но из сегодня смотреть это без фейспалмов невозможно, конечно.

Год из жизни московского метро снимался несколько лет, но идет фильм Руслана Федотова «Куда мы едем?» всего 63 минуты. За этот час мы успеваем познакомиться с множеством колоритных персонажей, прожить с ними множество историй (Новый год, «Бессмертный полк», День ВДВ, протесты, десятки более личных моментов) и в очередной раз впечатлиться как «самым красивым метро в мире», так и «загадочной русской душой» (диалог о ней тут тоже есть). Метро как «полупубличная среда, где люди исполняют социальные роли, при этом сохраняя анонимность» идеально для документалиста, особенно с такой фактурой. Конечно, в 2022-м уже «невозможно отделаться от облетевших весь мир кадров из украинской подземки, и люди часто их вспоминают». Но финал фильма, похожего любовью к героям на «Массу нетто» (от этой ассоциации мне не скрыться), прекрасен жизнеутверждающей нотой: это не про подземный мир, а про любовь. Завтра в «Победе» новосибирцы смогут посмотреть «Куда мы идём?» (вместе с «Выходом» и «Про снег»), спасибо фестивалю Beat Weekend.