Еще о книжках. Кашин цитирует в телеграме понятно какой роман Сорокина, а я опознаю без гугла и радуюсь. По градусу такой радости круче распознавания цитат только умение их употреблять к месту.

Срочно нужен плеер, потому что весна, и можно, как раньше, ходить по улицам под альбом "Суперприз" группы "МультFильмы".

После вчерашнего концерта группы "Проверено" вспомнил, как в январе 2009 года позвонил Рите Мошкиной для стиховедческой беседы и написал потом один из лучших постов в своей жежешечке. Перечитывать можно каждый год, актуальности не теряет. Хотя лучше, конечно, запомнить всё это раз и навсегда, чтобы не перечитывать и не понимать: блин, мне это когда еще сказали, а я-то, дурак, чего.
http://filologinoff.livejournal.com/563333.html

Откопал на сайте "Афиши" великие блоги, которые в 2008-2010 годах читали едва ли не все приличные люди. Вообще, глупо отрицать, как сильно на меня и многих моих друзей повлиял этот журнал (ныне, нужно признать, покойный) и тот язык, на котором говорили и писали делавшие его люди. Собрать все ссылки в одной записи, добавить в #избранное и не забывать никогда.

Волобуев и Зельвенский о кино http://www.afisha.ru/blog/42/
Горбачев и Сапрыкин о музыке http://www.afisha.ru/blog/41/
Данилкин о книгах http://www.afisha.ru/blog/21/

Забрался днем в папку "Фото" в папке "Студгород 2009", а в ней нашел фото к материалу "Инвестиции в будущую" про то, сколько студентам приходится тратить на свидания; заголовком гордился всегда и не знал тогда, что девушка с этих фото сама станет моей будущей женой; а сейчас зашел в фейсбук и вижу, что в Питере сегодня женился автор тех фото; удачи, Андрей.

Когда мама умерла, мы довольно быстро сдали квартиру на Петухова, и у меня особо не было времени, чтобы как-то попрощаться с родным домом. Когда потом я приезжал к съемщикам за деньгами или чем-то еще, я видел комнату, в которой жил, только из коридора. Ну и толком не тосковал: осознавал просто, что это уже не тот мой дом, что когда-то был, ну и ладно, что уж теперь. А сегодня заехал в квартиру на Сибиряков-Гвардейцев дикого кота покормить и оторопел от похожих ощущений. Этот дом за три года стал роднее и ближе, чем квартира на Петухова, там осталось столько моего, я помню историю почти каждой вещи, и вместе с тем он в еще большей степени "не мой дом" теперь, чем какие-либо другие. И это тоже не тоска, а какое-то оцепенение - не вернуть ни маму, ни тех, кто три года назад заезжал в новый дом в День матери, через 44 дня после ее смерти. Новый этап жизни - это так болезненно всегда. Неудивительно, что не все справляются.

После "Зверополиса", где у зверей отличные фамилии (Хорьковиц, Рысин, Выдриксон, Барашкис и т.д.), мимо вывески "Клиника доктора Рогажинскас" я без шуток не хожу.

"У отца подружка новая, младше меня на пять, вот это новости", - напевает пятилетний Коля. Потому что через месяц концерт группы OQJAV в "Бродячей собаке", скорее бы.

Сегодня день рождения у Всеволода Емелина, с которым в прошлогоднем Канске мы так душевно пообщались про судьбы Родины, что я не помнил потом решительно ничего. Всеволод Олегович прекрасный, очень его люблю и свое интервью с ним, сделанное в июне 2011 года, тоже люблю http://tayga.info/details/2011/06/15/~103968

Провел остаток вечера с самой красивой девушкой на станции Геодезическая. Раз в семь лет можем себе позволить http://filologinoff.livejournal.com/691259.html Спасибо, Ксюша)

Увидел сейчас в фейсбуке фото одного художника (местный классик, член Союза художников России, 71 общий друг) и вспомнил, как осенью 2009 года на первой "Интерре" он встал на одной публичной дискуссии и брякнул что-то вроде "негры недавно с деревьев слезли, а куда-то суются", прекрасно зная, что в зале находится чернокожий студент. Чего он это брякнул, уже не помню, но теперь это главная у меня с ним ассоциация. Как подумал тогда, что человек говно, так он говном в моем восприятии и остаётся. При всех его заслугах и общих друзьях.

Антон Долин в ноябре, когда писал в фейсбуке о какой-то круглой дате его и жены, с которой он вместе со школы, написал фразу, врезавшуюся мне в мозг: "И как же это странно – однажды понять, что прожил жизнь как love story". И как же странно понимать, что твоя-то жизнь больше не будет прежней.

Прочитал сценарий "Прорвы", сразу захотелось пересматривать гениальный фильм и остальным показывать, кто еще почему-то не видел http://bookworm-e-library.blogspot.ru/2008/12/prorva-screen-noscript-1992.html

Два матроса в лесу
Обращаются к ветру и сумраку,
Рассекают листву
Темной кожей широких плечей.
Их сердца далеко,
Под ремнями, патронными сумками,
А их ноги, как сваи,
Спускаются в сточный ручей.
Император устал.
Ведь дорога от леса до города –
Это локтем поддых
И еще на колене ушиб,
Чьи-то лица в кустах,
Санитары, плюющие в бороду,
И другие плоды
Разложения русской души.
Он не слышит ни клятв,
Ни фальшивых советов зажмуриться,
Ни их «еб твою мать»,
Ни как бьется о землю приклад –
Император прощается
С лесом, закатом и улицей,
И ему наплевать
На все то, что о нем говорят.
Он им крикнет с пенька:
"In the midst of this stillness and sorrow,
In these days of distrust
May be all can be changed – who can tell?
Who can tell what will come
To replace our visions tomorrow
And to judge our past?"
Вот теперь я сказал, что хотел.

*********

Грандиозное всё-таки стихотворение. Иногда даже кажется, что стоит всего романа.

Боже, храни Pet Shop Boys

Есть два города, находясь в которых я чувствую себя хорошо. Нет, не "как дома", а просто хорошо. С одной стороны, это Красноярск, с другой - это Москва. Когда красноярцы или москвичи подбивают меня переехать к ним или к ним, я обычно отшучиваюсь, что мне, мол, нравится приезжать в ваши города, но не факт, что так же понравится переезжать. И так последние несколько лет. А в пятницу шел домой с остановки и вдруг, очень отчётливо, на весеннем-то ветру, почувствовал, что в родном Новосибирске меня уже ничего почти не держит. Только обожаемый Колян, с которым я теперь раз в неделю вижусь. С друзьями можно дружить, живя в разных городах, близких родственников у меня, считай, не осталось, за ипотеку рассчитался. Ну, в общем, нужно только понять, что с сыном тоже в разных городах, раз уж так жизни складываются, жить можно, и всё. Это удивительное ощущение: не грусть, не желание взять и уехать, не пофигизм даже, а такое странное чувство какой-то свободы, на которую ты не рассчитывал, но теперь от нее не избавишься, словно от смертельной болезни. И ничего не останется, кроме как жить дальше. В каком городе - не важно.

В продолжение телеги из предыдущего поста купил в прекрасном красноярском книжном "Фёдормихалыч" книжку Ричарда Флориды про города и "выбор места жительства".

У Логинова увидел упоминание красноярского книжного "Федормихалыч" (видимо, типа как Фаланстер, Порядок слов или Пиотровский) и понял вдруг, что в Калининграде моем прекрасном культурном и европейском нет такого магазина. Был в моей юности "Бибколлектор", может, он и сейчас жив, но это же совсем не то. Вообще книжный магазин это показатель качества города; я понял, что Донецк обречен, когда попросил местного интеллектуала подвезти меня до большого книжного, он долго думал, привез меня в итоге к Дому книги, я зашел и долго шел мимо прилавков с тканями, бижутерией и игрушками к единственной полке с книгами типа Донцовой.

Ох, дочитал потрясающий роман "Дом, в котором...", которого столько лет избегал, прежде всего потому, что нельзя просто так взять и начать читать толщенную книгу. Спасибо Олежику, подарившему ее на день рождения в формате трех книжек в мягкой обложке: ок, можно открыть, так не очень страшно. Открыл и сразу пропал, увяз в прекрасном тексте; столько лет, получается, потерял. Роман действительно мощнейший, многоуровневый, с яркими персонажами и саспенсом, какого давно уже нигде не было; такие книги когда закрываешь, не дочитав, каждый раз чувствуешь, будто кого-то подводишь: скорее всего, себя. Короче, настоящий большой роман, каким он в идеале должен быть в нашей литературе сегодня; до этого, если о книгах последних лет, такого эпитета от меня удостаивалось "Чёртово колесо" Михаила Гиголашвили. Как всякий большой роман, книгу Мариам Петросян о потустороннем интернате для детей-инвалидов нельзя взять и прочитать сразу еще раз, нужно хотя бы немного выждать. А жаль: прочитал сейчас в Википедии, что Сфинкс - это Кузнечик, а Табаки - это Вонючка; хочу теперь понять, плохо скрывая восторг с досадой, в какой главе с ними произошли не замеченные зачарованным мной метаморфозы.

Не пойму, чего все мандят на мрачность фильма Зака Снайдера, я вот кончил раз пять, не меньше. Особенно на эпизоде с Капитолием и персиковым чаем бабушки.