Административный надзор – важнейший элемент профилактики правонарушений.

В свете официально публикуемой статистической информации о состоянии преступности в Российской Федерации, общие показатели которой в этом году снижаются, обращают на себя внимание данные о количестве лиц, ранее совершавших преступления – больше половины расследованных преступлений совершено лицами, ранее совершавшими преступления. В январе-июле 2022 года этот показатель составил 59,2%.

Подобная динамика рецидивной преступности приводит к усилению степени тяжести и общественной опасности преступности, а также укрепляет профессиональную и организованную преступную деятельность, что подтверждается официальной статистикой. Так, организованными группами или преступными сообществами совершено 17,7 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, что больше на 27,3%, чем в январе-июле 2021 года.

Что мы видим? Частые случаи совершения новых преступлений лицами, ранее привлекавшимися к уголовной ответственности за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, свидетельствуют о том, что существующих уголовно-правовых мер, пенитенциарных мер и мер административного надзора, применяемых в отношении таких лиц, явно недостаточно. Несмотря на озвученное недавно общее снижение «тюремного населения», укрепляется ее «качественная»составляющая.

Где же профилактика, спросите вы?
Анализ судебных постановлений в отношении указанных лиц, освободившихся из мест лишения свободы, показал, что чаще всего устанавливаются меры административного надзора в виде: запрета посещения мест, установления ограничений для перемещений, а также необходимость отмечаться в органах правопорядка несколько раз в месяц. И как мы уже упоминали, и как показывает практика, подобных мер недостаточно для эффективной профилактики совершения новых преступлений.
При этом наибольший резонанс вызывают преступления против несовершеннолетних, подробности которых с постоянной регулярностью освещают СМИ.
Сегодня государство уделило этой проблеме свое внимание и существенно ужесточило наказание за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, но без внимания осталось масса факторов, способствующих совершению подобных преступлений.

Продолжение следует.

Продолжаем разговор о необходимости совершенствования административного надзора.

Сегодня явно недостаточно предусмотренных мер административного надзора за насильниками.

Нами был подготовлен комплекс предложений по данной проблеме, в числе которых мы предлагаем не только усилить административную и уголовную ответственность для поднадзорных лиц, но также в порядке административного надзора предлагаем:
- запретить подобным лицам заходить (находиться в непосредственной близости) в школы, детские сады, детские поликлиники, лагеря, дворцы культуры и т.п.;
- обязать информировать полицию о смене не только места жительства, но и контактных данных;
- в определенных случаях запретить пользоваться сетью Интернет, мессенджерами и другими средствами удаленной коммуникации и пр.
С полным перечнем предложений по совершенствованию административного надзора вы можете ознакомиться в нашем аналитическом докладе «Оценка современного состояния государственной сферы защиты прав потерпевших от преступлений» https://soprotivlenie.org/doc/analiticheskij-doklad-ocenka-sovremennogo-sostoyaniya-gosudarstvennoj-sfery-zashhity-prav-poterpevshix-ot-prestuplenij-2021-g/.

Обращает на себя внимание также одно разъяснение Верховного Суда Российской Федерации.
Несмотря на изменения Уголовного кодекса РФ 2009 г. (от 27.03.2009 г. № 215-ФЗ), исключившие признак «заведомости» (т.е. знание преступника о возрасте несовершеннолетнего потерпевшего), Верховный Суд РФ в своем Пленуме № 18 от 14.06.2013 г. указывает на необходимость доказывания знания преступником возраста несовершеннолетнего потерпевшего при квалификации преступлений по статьям 131 (изнасилование) и 132 (насильственные действия сексуального характера) УК РФ.
По смыслу постановления Пленума от 04 декабря 2014 года № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности», которым признан утратившим силу указанный выше Пленум 2013 года, преступника можно будет привлечь к уголовной ответственности как за преступление в отношении несовершеннолетней, но только если будет установлено знание насильником возраста жертвы.

На практике это позволяет уходить от повышенной ответственности, поскольку следствием умысел на совершение деяния именно против несовершеннолетнего не доказан.

Мы неоднократно отмечали данное обстоятельство и обращали внимание представителей заинтересованных органов государственной власти, но Пленум Верховного Суда РФ от 04 декабря 2014 года № 16 так и остался в прежней редакции.

С заботой о подозреваемом, обвиняемом.

Недавно Минюст России опубликовал проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», разработанный в целях реализации Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2022 г. № 33-П.

Если вкратце, то законопроект дополняет статью 24 УПК РФ новым основанием прекращения уголовного дела – в связи с истечением 12 месяцев производства предварительного расследования с момента истечения срока давности уголовного преследования в случае, если уголовное дело не передано в суд. При этом согласие подозреваемого, обвиняемого на такое прекращение не требуется.

Как пишут разработчики, принятие законопроекта позволит обеспечить высокий уровень гарантий прав лиц, подвергнутых уголовному преследованию, и приведет УПК РФ в соответствие с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку если не доказана виновность, то и нет основания для привлечения обвиняемого к уголовной ответственности.

При этом законопроектом предусматривается возможность обжалования постановления о прекращении уголовного дела по данному основанию в судебном порядке.

Авторы законопроекта также в пояснительной записке отмечают, что реализация положений, предусмотренных законопроектом,
не повлечет социально-экономических, финансовых и иных последствий, в том числе для субъектов предпринимательской и иной экономической деятельности, а также не повлияет на достижение целей государственных программ Российской Федерации.

Но так ли все однозначно с точки зрения будущего правоприменения и правовых последствий? Нашими экспертами проанализирована данная инициатива и с их позицией вы можете ознакомиться в статье на сайте Фонда.

Под государственной защитой.

В РИА Новости некоторое время назад вышла статья под названием «Секретные люди: кого в России прячут на конспиративных квартирах», в которой, в том числе представителями нашего Фонда, была затронута тема обеспечения государством безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства.

Мы решили несколько подробнее остановиться на этом вопросе и рассказать в серии постов о некоторых аспектах и особенностях государственной защиты в России.

Начнем с нормативной базы.
В России существует целая система обеспечения защиты участников уголовного судопроизводства, которая регулируется ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства». Закон определяет принципы осуществления и виды государственной защиты, в том числе, меры безопасности, социальной поддержки и соответственно порядок их применения.
Подробный порядок применения и финансирования системы государственной защиты определяет Правительство РФ в своих постановлениях. В частности, Правительством РФ была утверждена Государственная программа «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», актуальная программа утверждена на период 2019 - 2023 годов. Также Правительство РФ в разные годы приняло ряд постановлений регулирующих применение отдельных мер безопасности, порядок выплат единовременных пособий, порядок защиты сведений об осуществлении государственной защиты.

Подробный анализ и реализация отдельных положений указанных постановлений свидетельствует о том, что система государственной защиты участников уголовного судопроизводства на практике не вполне отвечает сформулированным в Федеральном законе целям.

Подробнее о недостатках предоставления государственной защиты потерпевшим, свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства в России читайте в следующей части.

Мы продолжаем обзор нормативного регулирования сферы обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства и заостряем ваше внимание на отдельных моментах.

В соответствии с постановлением Правительства РФ № 664 (определяет порядок выплат единовременных пособий потерпевшим, свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, находящимся под государственной защитой), в случае гибели защищаемого лица, наступившей в связи с его участием в уголовном судопроизводстве, членам семьи (женам (мужьям), несовершеннолетним детям, либо совершеннолетним, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, а также детям, обучающимся в образовательных учреждениях по очной форме обучения до достижения ими возраста 23 лет, отцам и матерям) и лицам, находившимся на его иждивении, выплачивается единовременное пособие в размере 100 тыс. руб. в равных долях каждому.

Данная сумма не индексировалась с момента принятия указанного постановления в 2006 году, в связи с чем сложно говорить о достаточности и справедливости такой компенсации.

При этом, подобная норма содержится в Федеральном законом «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов», и в случае гибели, связанной со служебной деятельностью судьи, арбитражного заседателя, присяжного заседателя, судебного исполнителя, должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, сотрудника федерального органа государственной охраны, сотрудника учреждения или органа уголовно-исполнительной системы, их наследникам выплачивается компенсация в размере, равном 180-кратному размеру среднемесячной заработной платы перечисленных лиц.
Если указанным выше лицам причинены телесные повреждения или иной вред здоровью, компенсация выплачивается в размере, равном 12-кратному (без стойкой утраты трудоспособности) или 36-кратному (в случае стойкой утраты трудоспособности) размеру среднемесячной заработной платы защищаемого лица.

Подобное положение дел наводит на мысль о том, что граждане, которые против своей воли пострадали от преступности и вынуждены находиться под государственной защитой и способствовать государству в раскрытии преступлений, находятся под существенно меньшей правовой, социальной и материальной защитой государства, нежели лица, занимающиеся профессиональной деятельностью и осознающие всю полноту связанных с этим рисков.

Огромное количество людей находится в ситуации колоссального стресса, который радикально меняет сознание, быт, видение и восприятие будущего. Засилье тематической информации в СМИ, противоречивые данные, неотфильтрованная информация из самых разных источников, слухи…

Общаясь в социальных сетях, люди массово просят совета и помощи, жалуются на состояния, которые можно отнести к приступам паники, депрессии и/или посттравматическому стрессовому расстройству. Повышенная тревожность, агрессивность, раздражительность, ощущение собственной беспомощности, ночные кошмары.

Каждый из нас сейчас находится в крайне сложном эмоциональном состоянии и глубоко сопереживает происходящему. Порой очень сложно брать себя в руки и делать то, что должен для семьи, для родных, для близких, для себя самого. Но как бы ни было сложно, нужно стараться трезво оценивать сложную ситуацию и не терять голову. Нужно стараться реализовывать теорию маленьких шагов и продолжать работать, учиться, но самое главное – это поддерживать друг друга, заботиться о благополучии семьи, поддерживать семьи, помощь которым сейчас необходима и которую вы можете оказать. Если есть возможность – обращаться к профессионалам за психологической помощью. Сейчас все больше специалистов как из различных ВУЗов, так и частных организаций, самоорганизуются для оказания бесплатной психологической помощи и поддержки.

Людям, которым сейчас особенно тяжело, нельзя дать потерять себя. Употребление алкоголя и психоактивных лекарственных веществ – это губительный способ ухода от непереносимых эмоциональных состояний. И это не только потенциальный путь к росту числа людей с зависимостями, но и потенциальный рост насилия в обществе.

В настоящее время гражданам, пострадавшим в результате чрезвычайных происшествий, террористических актов, крупных конфликтов и громких насильственных преступлений в первые дни после травмирующего события может оказываться экстренная психологическая помощь, и эта помощь очень важна. Однако в последующем, в большинстве случаев, дальнейшим психологическим сопровождением и реабилитацией пострадавших никто не занимается, либо эти услуги малодоступны или оказываются на платной основе.
И этого явно недостаточно.

Мы обращались в органы государственной власти с призывом организации работы по созданию системной полноценной реабилитации пострадавших с решением проблем их социализации и адаптации к нормальным жизненным условиям, создания адекватных условий по оказанию адресной психолого-медико-социальной помощи людям, пострадавшим в результате совершенных преступлений, чрезвычайных происшествий, террористических актов, боевых и иных военных действий, а также их родным и близким.

Создание подобной государственной системы доступной полноценной реабилитации просто необходимо.

Мы продолжаем обзор нормативного регулирования сферы обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства и в этой части мы остановимся на объёмах финансирования Государственной программы.

В 2002 г. при разработке «О государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству» авторы в пояснительной записке указали предполагаемые расходы на реализацию мероприятий в сумме 3 млрд. 817 млн. руб.
В 2003 г. Правительство РФ, на основании судебной практики, оценило предполагаемый объем необходимых средств в сумме 740 млн. руб. из расчета на один финансовый год.
Однако в Государственной программе на 2006-2008 г.г., объем выделенных средств составил 948 млн. 720 тыс. руб. на три года, что в 12 раз ниже расчетного объема финансирования, представленного в пояснительной записке, и в 2,3 раза ниже объема финансирования, рассчитанного Правительством РФ.

В 2010-х ситуация в значительной степени не изменилась.
Объём ассигнований федерального бюджета составил:
- на 2009-2013 годы 1 млрд. 331 млн. 360 тыс. рублей на пять лет;
- на 2014-2018 годы 995 млн. 792 тыс. руб. на пять лет;
- на 2019-2023 годы 1 млрд. 59 млн. 256 тыс. руб. на пять лет.
С учетом современных реалий, скорее всего, действующая государственная программа на следующий год будет пересмотрена.

А чтобы оценить эффективность и значимость деятельности органов, обеспечивающих меры государственной защиты, в следующей части мы рассмотрим практику применения государственных программ «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», реализованных по годам, начиная с 2006 года.

О псевдосотрудниках Банка России.

Правоохранительные органы стали чаще фиксировать случаи обмана граждан (в основном по телефону и/или через электронную почту) с помощью использования персональных данных жертвы и фиктивных документов, с которыми злоумышленники выступают в качестве сотрудников Центрального банка РФ.

В разговоре с жертвами мошенники стандартно сообщают о возникших проблемах с их счетами, о подозрительной активности и т.п. В отдельных случаях, псевдосотрудники Банка России могут приехать лично и предложить оформить кредит с целью спасения денежных средств потенциальной жертвы.
При общении псевдосотрудники Банка России используют подложные удостоверения личности (в том числе те, в которых могут быть использованы личности реальных сотрудников Банка) и поддельные документы, в которых также используются официальная символика и печати Банка России. Как правило, такие документы предоставляют в виде копий.

Конечно, многие из нас наслышаны о тех или иных способах/средствах отъема денежных средств и трезво оценивают потенциальные риски. Но методы социальной инженерии и технологии манипуляции таковы, что на уловки мошенников попадаются и сотрудники самих банков, и многие другие лица, которым, в силу их опыта и профессиональных знаний, оказаться в числе жертв мошенников представлялось маловероятным.

О распространенности подобных преступлений приведем данные за 2021 год, озвученные ранее представителями самого Банка России: мошенники украли у банковских клиентов около 13,5 млрд руб., совершив более 1 млн несанкционированных переводов с банковских карт и счетов.
Из этих средств банки смогли вернуть пострадавшим только 6,8% или 920,5 млн руб.
При этом отметим, что уровень возврата падает второй год подряд на фоне роста хищений. Еще в 2020 году банки смогли вернуть клиентам 11,3% от всего объема украденных мошенниками денег, а в 2019 году – 14,6%.

В любом случае важно помнить, что:
- Банк России не работает с физическими лицами как с клиентами, не ведет их персональный учет и тем более не оказывает услуги по спасению денежных средств физических лиц;
- в случае поступления в ваш адрес подобного звонка или сообщения – без уточнения подробностей и проявления излишнего любопытства завершите звонок;
- если возникли сомнения в вопросе безопасности личных средств – самостоятельно обратитесь в свой банк.

Борьба с мошенничеством совершенствуется.

В развитие предыдущего поста.

• В соответствии с Указанием Банка России с 1 октября вы можете установить запрет на онлайн-операции либо ограничить их параметры, например, максимальную сумму для одной транзакции или лимит на определенный период времени.
Установить запрет на дистанционные каналы можно в отношении отдельных услуг, например переводов, онлайн-кредитования, или на все операции.

Чтобы воспользоваться бесплатным сервисом, клиенту нужно написать заявление в свой банк. Форму документа и порядок его направления определяет кредитная организация. При этом отменить запрет или изменить параметры онлайн-операций клиент банка может в любое время без ограничений.

Как отмечает Банк России для дополнительной защиты клиентов от действий кибермошенников с 1 октября этого года банки также обязаны проводить идентификацию всех устройств, с которых совершаются онлайн-операции, подтверждать телефонные номера граждан и адреса электронной почты.

• Такая очевидная и долгожданная законодательная инициатива в сфере противодействия мошенничеству получила новый импульс.
На прошлой неделе нижняя палата Парламента России приняла во втором чтении законопроект о противодействии хищениям с банковских карт граждан.

О чем идет речь?
Законопроектом № 160028-8 «О внесении изменений в статью 26 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и статью 27 Федерального закона «О национальной платежной системе» предлагается создать механизм информационного взаимодействия Банка России и МВД России.

Предполагается, что оперативный информационный обмен будет осуществляться с помощью технологической инфраструктуры Банка России – автоматизированной системы обработки инцидентов ФинЦЕРТ Банка России (АСОИ ФинЦЕРТ).
Оперативное взаимодействие будет осуществляться в двустороннем формате, МВД России будет передавать ЦБ РФ данные о действиях, связанных с попытками перевода денег без согласия клиента. Банк России, в свою очередь, будет передавать МВД сведения из базы данных о попытках совершения противоправных операций.

Как это работает сейчас и как будет?
Сегодня правоохранительные органы, в случае поступления от жертвы мошенничества заявления о преступлении, не могут оперативно подтвердить указанную в заявлении информацию по причине отсутствия правового механизма такого взаимодействия с банковским сектором, в связи с чем, органы следствия и дознания в общем порядке ждут ответа на запрос в течение 30 дней. Но суть в том, что данные преступления лучше всего расследуются именно по «горячим следам». Пока следствие ждет ответов на разосланные запросы преступники совершенно спокойно выводят похищенные денежные средства.

Каждый день промедления/ожидания значительно снижает шансы на раскрытие этого преступления и на возврат потерпевшему похищенных денежных средств.

Искренне надеемся, что оперативное взаимодействие МВД России и Банка России даст возможность своевременно блокировать всю цепочку счетов в рамках одного уголовного дела, что, несомненно, должно усложнить преступникам поиск каналов для вывода похищенных средств.

Успеть за 72 часа.
Об изменениях в исполнительном производстве.

04 октября 2022 года Государственной Думой в первом чтении был принят законопроект 55151-8 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве».

Из пояснительной записки следует, что проект разработан в целях обеспечения граждан-должников правовыми гарантиями, обеспечивающими окончание, а также прекращение судебным приставом-исполнителем исполнительного производства в течение трех суток с момента наступления бесспорных оснований для его окончания или прекращения.

В настоящий момент в положениях Федерального закона «Об исполнительном производстве» действительно не указаны сроки, в которые исполнительное производство должно быть прекращено или окончено, однако, по нашему мнению, внесение данных изменений вряд ли сможет качественно изменить работу судебных приставов-исполнителей.

К примеру, в соответствии ч. 7-8 ст. 30 Федерального закона «Об исполнительном производстве», заявление и исполнительный документ передаются судебному приставу-исполнителю в трехдневный срок со дня их поступления отдел судебных приставов.
В свою очередь постановление о возбуждении исполнительного производства должно быть вынесено в трёхдневный срок со дня поступления исполнительного документа к судебному приставу-исполнителю, но на практике возбуждение исполнительного производства может произойти и через месяц и через два.

Безусловно, установление конкретных сроков для прекращения или окончания исполнительного производства можно лишь приветствовать, но будет ли работать данная норма на практике?

Возвращаясь к теме обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, рассмотрим эффективность осуществления одноименной государственной программы.

В период с 2006 по 2008 г.г. (первая государственная программа) было осуществлено менее 4 000 мер безопасности. В 2011 г. более 2 500 участников уголовного судопроизводства были задействованы в программных мероприятиях, что на 7% больше, чем в 2010 году. В отношении них были осуществлены более 4 400 мер безопасности (на 9% больше, чем в 2010 году).

Преимущественно применялись такие меры безопасности, как «личная охрана, охрана жилища и имущества» и «временное помещение в безопасное место».

В период с 2014 по 2017 г.г. число участников уголовного судопроизводства, которые были задействованы в программных мероприятиях, в среднем составляло от 3,3 до 3,9 тыс. чел. За указанный период в отношении них было осуществлено более 33 500 мер безопасности.

Преимущественно применялись такие меры безопасности, как личная охрана, охрана жилища и имущества, выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности, обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице и временное помещение в безопасное место.
В 2019 г. меры государственной защиты применялись в отношении более 2,0 тыс. лиц, из которых более 92,9% являлись участниками уголовного судопроизводства по делам, возбужденным по тяжким и особо тяжким составам.

В том же году была обеспечена безопасность почти 2,9 тыс. лиц, в отношении которых применено более 7,4 тыс. мер безопасности.

Под защитой находилось более 500 потерпевших и около 600 родственников защищаемых лиц, подвергнувшихся противоправному посягательству, около 600 свидетелей и более 200 подозреваемых и обвиняемых.
В 2019 г. было выявлено чуть менее 300 преступлений, связанных с угрозой защищаемым лицам. При этом фактов причинения вреда здоровью, случаев гибели защищаемых, а также потерь среди сотрудников, осуществляющих меры безопасности, не было допущено.

Из представленных сведений об объёмах финансирования и количественных показателей реализации Государственной программы, очевидно, что такие мероприятия, как предоставление жилища по другому месту жительства, изменение внешности и прочее требует более серьезных бюджетных ассигнований и довольно редко применяется на практике или не применяется вовсе.

В следующей части нашего обзора, мы обсудим проблемы применения отдельных мер обеспечения государственной защиты участников уголовного судопроизводства.

Продолжая обзор нормативного регулирования сферы обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, разберем некоторые проблемы правоприменения.

Отсутствие практических навыков применения защитных мер, предусмотренных ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», приводит к тому, что сотрудники правоохранительных органов крайне редко прибегают ко всем видам государственной защиты личности, определенным 2 гл. Федерального закона.

Переселение на другое место жительства и замена документов, как меры государственной защиты, применяются редко ввиду невозможности применения этих мер на постоянной основе. В целях создания «залегендированной» личности необходимо предоставить лицу новые сведения об образовании, воинской обязанности, пенсионной истории, трудовом стаже, предоставить в пользование защищаемого лица различного вида имущество.
Отдельно стоит проблема существующего порядка принятия решения о проведении мероприятий по защите участников уголовного судопроизводства.

Практика показывает, что в отведенный законом трехдневный срок для принятия решения о применении мер безопасности, крайне затруднительно, а в отдельных случаях невозможно осуществить необходимые проверочные мероприятия с привлечением оперативных подразделений, осуществляющих сопровождение уголовного дела.

В случае отсутствия подтверждения реальности угроз, орган, осуществляющий меры безопасности, не имеет возможности обжаловать ранее принятое решение. При этом в зарубежной практике, срок рассмотрения вопроса о применении программы защиты свидетелей составляет порядка трех месяцев, случаи отказа от приема в программу доходят до 50%.

Продолжение👇

При реализации государственной программы не учитывается необходимость психологического исследования и поддержки защищаемого лица.

Учет особенностей психического и физического состояния защищаемого лица является немаловажной составляющей эффективного применения мер безопасности.
В первую очередь это касается трудностей в установлении психологического контакта с защищаемым лицом, формирования у него понимания важности участия в судебном процессе, доверия к мероприятиям по обеспечению его безопасности.

Реализация большинства мер безопасности связана с отрывом защищаемого лица от привычной социальной среды, прекращением связей с окружением.

Меняется привычный образ жизни, он ограничивается в действиях, в реализации своих гражданских прав. Все это происходит на фоне комплекса ситуационных психотравмирующих факторов, связанных с событием преступления, посткриминальным воздействием, угрозами и переживаниями. До 75% подзащитных лиц имеют психические и социальные отклонения.

Применение отдельных мер государственной защиты предполагает и возникновение различных угроз непреднамеренного распространения персональных данных защищаемого лица.

Также слабым местом в практической реализации мер государственной защиты участников уголовного судопроизводства является раздробленность субъектов, реализующих Государственную программу «Обеспечение безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» из числа правоохранительных органов.

Задачи по осуществлению государственной защиты затрагивают сферы деятельности целого ряда федеральных органов исполнительной власти, в связи с чем, реализация Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» в полной мере возможна только при условии консолидации их усилий, что особенно актуально при отсутствии практического опыта применения конкретных мер государственной защиты, установленных Федеральным законом.

ФПП принял участие в работе международного форума «Цифровая трансформация МВД России».

В Академии управления МВД России прошел международный форум, посвященный теме цифровой трансформации всей системы МВД России. Учёными был разработан и представлен проект соответствующей концепции, которая основывается на базовых принципах информационного развития России, с учётом специфики деятельности МВД России. Концепция предлагает исполнение поставленных задач до наступления 2030 года.

Участники пленарного заседания отметили, что применяемые сегодня в МВД России информационные технологии положительно сказываются на выполнении первоочередных задач, однако технологии носят несистемный характер, а методические рекомендации для создания и эксплуатации этих технологий были разработаны зарубежными коммерческими компаниями, в основе оценок деятельности которых, что вполне обосновано, встроены показатели количества поставок технологического оборудования. В данном случае, коллективом авторов начались разработки методических рекомендаций, отвечающих целям и задачам непосредственно МВД России.

Отдельно уделяется внимание вопросу подготовки кадров, способных качественно использовать предложенные технологии. Помимо этого, перед МВД России, в случае успешной реализации планов Концепции, стоит задача по структурному изменению всей системы. Как было отмечено, сегодня сотрудники органов внутренних дел испытывают колоссальную нагрузку и не всегда способны качественно исполнять возложенные на них обязанности. Концепция призвана, в том числе исправить сложившуюся ситуацию с помощью информационной трансформации деятельности.

Помимо прочего, в настоящее время ведется перспективная разработка информационной системы, способной без участия человека выявлять преступления в зависимости от потенциала их раскрываемости.

В целом, основной целью реализации Концепции является приведение системы управления и организации оперативно-служебной деятельности в соответствии с требованиями современного информационного общества.

Кабинет заявителя – онлайн?

Когда мы готовились к прошедшему международному форуму, посвященному цифровой трансформации системы МВД России, то для себя решили сосредоточиться на одном аспекте, который позволит решить множество проблем в будущем для заявителя.

Суть заключается в следующем. Поскольку главной задачей проекта Концепции информационной трансформации МВД России является приведение системы управления и организации оперативно-служебной деятельности в соответствии с требованиями современного информационного и технологичного общества, то мы решили предложить в качестве основной идеи создать онлайн кабинет для заявителя.

Наша основная деятельность непосредственно связана с информационным взаимодействием с органами внутренних дел и этот многолетний опыт даёт нам возможность сформулировать соответствующие предложения по совершенствованию информационных технологий, применяемых МВД России в части информационного обмена между участниками уголовного и административного производств.

На наш взгляд сегодня МВД России необходимо создание системы личного кабинета, по аналогии с судебной системой, где каждый участник судебного разбирательства в судах общей юрисдикции и арбитражных судах может пользоваться информационной системой электронного документооборота, позволяющей в режиме реального времени вести официальную переписку, подавать заявления, ходатайства, жалобы, знакомиться с решениями по делу, участвовать в судебных заседаниях онлайн и т.п.

Так, по информации Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации, электронный сервис с первого года применения получил широкое распространение, о его востребованности свидетельствует тот факт, что количество подаваемых в суды электронных документов ежеквартально возрастает на 30-40 процентов. В 2017 году в федеральные суды общей юрисдикции в электронном виде поступило около 280 тысяч исковых заявлений и иных документов процессуального характера, в 2018 году - почти 700 тысяч, в 2019 году – уже свыше миллиона.

В целом поэтапное и последовательное внедрение в деятельность правоохранительных органов элементов электронного правосудия, то есть передовых информационных и электронных технологий, должно являться одним из ключевых направлений развития системы МВД России на современном этапе.

От внедрения и эффективного использования цифровых сервисов в значительной степени зависит качество взаимодействия государства и общества, различных институтов государственной власти и граждан, но также и состояние защищенности прав и законных интересов граждан, особенно, когда эти права нарушены.

О необходимости психологической помощи в России.

В 1948 году ВОЗ определила понятие здоровье не только как отсутствие заболеваний и физических дефектов, но и как состояние полного физического, социального и психического благополучия, которое в текущей ситуации сложнодостижимо.

С конца февраля-начала марта этого года россияне стали больше нуждаться в моральной поддержке членов семьи, близких, друзей. В стране вырос спрос на успокоительные и снотворные препараты. Наблюдается небывалый для психологической отрасли поток граждан в различные психологические службы и частные психотерапевтические практики. Значительно выросло количество запросов на получение психологической поддержки и в социальных сетях.

Совершенно очевидно, что сейчас, на фоне общей тревоги, вызванной ситуацией в России и в мире, качественная психологическая поддержка граждан стала как никогда востребована. Чем это осложняется? Отсутствием точных публичных данных о количестве организаций и специалистов соответствующего профиля в России. Отсутствием учета специалистов, за исключением данных, которые содержатся в реестрах организаций их самоорганизации, таких, как Профессиональная психотерапевтическая лига, Российская психотерапевтическая ассоциация и пр.

Однако наибольшее осложнение – это сложность получения квалифицированной адресной помощи бесплатно. В основном психологическая и психотерапевтическая помощь оказывается гражданам за деньги, при этом средний чек за час общения со специалистом по России вырос и составляет 3-6 тыс. рублей. Если же пациент решает обратиться за такой услугой в поликлинику по полису ОМС, то, скорее всего, его направят к психиатру в районный ПНД, что останавливает подавляющее большинство обратившихся. А психологические проблемы останутся и продолжат накапливаться.

По данным РАО в России около 20-25 тыс. работающих психологов, в том числе, клинических. Однако реальная потребность оценивается в 100-120 тыс. профильных специалистов. По данным ВОЗ в России на 100 тыс. жителей приходится 4,64 психолога, а уж сколько частных практик в России – не знает достоверно никто, но смеем предположить после беглого анализа рынка, – их тысячи.

Конечно, высококвалифицированная бесплатная помощь в России существует. Например, при военных госпиталях работают профессиональные центры реабилитации, где военные психологи и психотерапевты оказывают бесплатные высокоспециализированные услуги, однако эти услуги доступны лишь очень ограниченному контингенту.

Очевидно, что время и обстановка диктуют свои правила и ставят перед различными профессиональными сообществами свои задачи. И сейчас, когда необходима консолидация и решение оперативных задач во всех сферах жизнедеятельности человека, вопросы психологического и психического здоровья личного состава Вооруженных Сил России, сотрудников силовых ведомств и государственного аппарата, мобилизованных и членов их семей, да в целом всего населения России, выходят на первые места.

С оказанием психиатрической помощи все обстоит также далеко не однозначно. Профильные специалисты сами отмечают постепенное сокращение числа психоневрологических диспансеров и количества учреждений, имеющих психотерапевтические кабинеты.

Продолжается сокращение стационарных отделений, но сокращение круглосуточного коечного фонда не компенсируется приростом числа мест в дневных стационарах. Сокращается также кадровый потенциал врачей-психиатров и особенно врачей-психотерапевтов. При этом уровень профессиональной подготовки профильных специалистов не соответствует современным мировым стандартам.

Согласно данным III Конгресса «Психическое здоровье человека XXI века» Дети. Общество. Будущее», в России ситуация осложняется увеличением числа разного рода невротических и других пограничных психических состояний, в том числе связанных с алкоголизмом, бедностью и стрессами на работе (или из-за ее отсутствия). То или иное психическое, депрессивное или невротическое расстройство наблюдается у каждого третьего россиянина. По некоторым данным, до 40% населения страны имеют признаки какого-либо нарушения психической деятельности. Однако в России отсутствует комплексная государственная система поддержки, которая могла бы вовремя выявлять и оказывать помощь гражданам и не допускать развитие различных патологий и расстройств.

Но есть один существенный нюанс. Это все данные прошлых лет. Сколько сейчас граждан испытывает те или иные симптомы или находится в тех или иных состояниях не скажет никто.

Очевидно одно, что сейчас крайне остро стоит вопрос о формировании в России современной системы охраны психического здоровья населения, предусматривающей совершенствование мер профилактики, внедрение современных подходов к ранней диагностике психических расстройств, развитие психотерапии и других форм психологической помощи населению, в том числе, пострадавшим от преступлений, а также повышение информированности населения о факторах, которые могут привести к психическим расстройствам, и о мерах их предотвращения, т.е. – психопрофилактика, психообразование и психопросвещение.

Развитие и повышение доступности психотерапии и других форм психологической помощи населению – неотъемлемая составляющая системы охраны психического здоровья и условие здорового психологического климата общества. Если с нормативным регулированием психиатрической помощи все более-менее понятно, – есть Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», то с нормативно-правовым регулированием сферы оказания психологической помощи населению и психотерапии все обстоит иначе из-за отсутствия соответствующей нормативной правовой базы.

В конце сентября в Государственной Думе был представлен законопроект «О психологической помощи в Российской Федерации», разработанный депутатами Государственной Думы с участием различных представителей психотерапевтической отрасли. Сейчас проект находится в стадии общественного обсуждения, в ходе которого стало очевидно то, что было очевидным и ранее: сфера психологической помощи – это крайне дискуссионная тема, обнажающая противоречия между профессиональным сообществом и законодателем.

Одним из ярких дискуссионных моментов является установленное в проекте требование обязательного наличия у психолога высшего психологического образования не ниже специалитета или магистратуры, при этом в настоящее время в отрасли работает немало психологов, которые не получили профильного образования, а вступили в профессию после профессиональной переподготовки. Многие из таких психологов, среди которых есть и вполне состоявшиеся специалисты, будут вынуждены поступать в высшие учебные заведения для формального получения диплома или прекращать свою деятельность.

В качестве отдельного недостатка специалисты отмечают положение закона, которое устанавливает, что психологическая тайна должна раскрываться по официальному запросу органов дознания и следствия, в то время как специалисты по вполне понятным причинам настаивают на более защищенном формате тайны, наряду с адвокатской тайной или тайной исповеди.

Специалисты отрасли полагают, что жесткое государственное регулирование, призванное отвечать высоким стандартам оказания помощи, в реальности слабо применимо на практике. Отсутствие возможности работать психологом в качестве самозанятого и необходимость обязательного членства в общероссийской профессиональной организации психологов также не получили поддержки в среде психологов. При этом, в целом, наведение порядка в отрасли выглядит вполне уместным, так как сегодня получить сертификат, позволяющий работать психологом, можно в течение одного года, что может негативно сказываться на качестве предоставляемой помощи.

Как бы то ни было, процесс запущен. Очевидно, что для повышения качества оказываемой помощи, тем более в такой сложный и острый период, одной саморегуляции отрасли недостаточно. В законопроекте должны быть прописаны адекватные требования к образовательным стандартам, четкий понятийный аппарат, основания и виды оказываемой помощи и другие вопросы, которые призваны обеспечить оказание качественной психологической помощи.

Не так давно мы отправили авторам законопроекта свое видение проблемы с учетом необходимости работы с пострадавшими от преступлений. По нашему мнению, в законопроекте должны быть прописаны категории лиц, которым необходима срочная и долговременная психологическая помощь, которая обязательно должна предоставляться на бесплатной основе. В первую очередь мы говорим о жертвах тяжких и особо тяжких насильственных преступлений, жертвах террористических актов и пострадавших в результате боевых и иных военных действий, а также их родных и близких, находящихся в состоянии психотравмы.

Мы также полагаем, что на современном этапе целесообразно создание Российского научно-практического центра исследования травмы, который бы, помимо практической деятельности, совместно с российскими научно-практическими организациями формировал и задавал определенные стандарты в области оказания психологической помощи, преодоления психотравмы, психотерапевтического сопровождения и реабилитации пострадавших.

Почему это так важно?
Согласно официальным данным в 2021 году только в результате преступных посягательств был причинен тяжкий вред здоровью 32,8 тыс. человек. Но, ввиду отсутствия государственной системы медико-психологической реабилитации, большинство из них могут рассчитывать только на диагностирование кризисных состояний. Потерпевшим, особенно в результате громких преступлений, террористических актов, оказывается экстренная помощь в первые дни после их совершения. В последующем, в большинстве случаев, их психологическим сопровождением и реабилитацией никто не занимается, либо эти услуги малодоступны или оказываются на платной основе.

Например, жертвам насильственных преступлений, потерявшим близкого родственника или, в случае трагедии в г. Ижевск, спасшимся школьникам и родственникам погибших, помимо экстренной, нужна именно пролонгированная психотерапевтическая помощь и сопровождение с целью нормализации процессов социального включения, адаптации, преодоления посттравматического синдрома, стрессов, страхов, неврозов, фобий, депрессии.

Работа по преодолению травмы, нормализации процессов социального включения и адаптации, преодолению пострадавшими посттравматического стрессового расстройства и разрешению существующих в этой сфере проблем является очень важной частью психологической реабилитации не только для самих пострадавших, но и для общества в целом. Необходимо и методологическое закрепление такой работы, и включение ее в соответствующие учебные пособия для ВУЗов. Важно понимать, что травмированные люди не живут в вакууме, а находятся во взаимодействии с другими людьми, а значит их травма не может считаться исключительно их личным обстоятельством жизни, – это обстоятельство жизни всего их окружения.

Как заставить прокурора ходить на почту?

В ФПП обратилась заявитель, которая сообщила, что в Коломенском районе Московской области уже не один год происходит проверка ее заявления о преступлении, а законное и обоснованное решение не принято до сих пор.

Среди прочего заявитель сообщила, что ее обращения (жалобы), направленные в адрес надзирающего прокурора почтой не были получены и возвращены ей за истечением сроков хранения.
С помощью специалистов ФПП, 07 ноября 2022 года Судебной коллегией по административным делам Московского областного суда было удовлетворенно административное исковое заявление и признано незаконным бездействие прокурора, выразившееся в не организации получения, регистрации и рассмотрения обращений заявителя, направленных в адрес прокурора почтой.

На какие конкретно нормы ссылался в административном иске заявитель, какие есть особенности административного судопроизводства и почему невозможно обжаловать действия/бездействия прокурора в порядке ст. 125 УПК РФ – читайте на сайте ФПП.