Тем временем Южная Корея сегодня празднует если не торжество закона над беззаконием или победу демократических сил, то, как минимум, триумф здравого смысла.

Судьи Конституционного суда, в лучших традициях дорам выдержав драматическую паузу и нагнав неопределённости своими предыдущими решениями, ЕДИНОГЛАСНО утвердили Юну импичмент.

Один из сторонников последнего уже, включив режим “берсерка”, напал на полицейский автобус. Неисключено, что его примеру могут последовать и другие горячие головы. Но будем надеяться, что благоразумие все же восторжествует.

Позиция Юна (точнее его адвокатов) при этом осталась неизменной.

А вот правящая партия, как и обещала, приняла решение КС.

Импичмент — импичментом, а жизнь в Южной Корее текла и течёт своим чередом.

Символично, что в день (а точнее — ночь) несостоявшегося бунта Юна и его приспешников я принимал участие в открытии офиса Ассоциации корё-сарам Республики Корея.

А в минувшую пятницу, когда Конституционный суд объявил своё решение, я снова оказался не в центре Сеула, а в Ансане — городе, расположенном примерно в полутора часах езды от столицы. Там торжественно открыли памятник, посвящённый корё-сарам, боровшимся за независимость Кореи.

Это не первый монумент, связанный с русскоязычными корейцами в Южной Корее, и даже не первый, посвящённый корё-сарам, боровшимся за независимость Кореи. Однако символично, что он установлен в муниципалитете, где проживает наибольшее их число (около 20 тыс.).

Памятник выглядит довольно просто и строго. Он символизирует участие русскоязычных корейцев в Первомартовском движении 1919 года и, шире — в борьбе с японскими захватчиками, а также их единство со всеми соотечественниками.

Около месяца назад мне довелось принять участие в интереснейшем мероприятии – официальной церемонии создания Мемориального общества командира ыйбён Мин Гынхо.

Конечно, обществом в честь борца за независимость в Южной Корее мало кого удивишь. На минуточку, в самом центре Сеула на горе Намсан расположен мемориальный комплекс им. Ан Чжунгына, а нынешний спикер парламента У Вонсик с 2018 по 2024 год возглавлял Мемориальное общество генерала Хон Бомдо.

Однако потомки Мин Гынхо волею судеб оказались в Казахстане, а его праправнук – Денис Тен – даже завоевал первую в истории страны олимпийскую медаль в фигурном катании.

Кроме того, отряд Мин Гынхо действовал в любимой мною провинции Канвон, а неподалёку от Чхунчхона по дороге в храм Чхонпхёнса можно встретить высеченное на камне имя героя.

В этой связи мой интерес к данному мероприятию был по-настоящему высоким.

Сама церемония не отличалась какой-то напыщенной торжественностью и состояла из выступлений официальных лиц, информационных сообщений и нескольких музыкальных номеров.

Центральной её частью стала символическая передача полномочий от потомков Мин Гынхо главе общества — г-же Чо Гёнбин.

Однако во время церемонии меня довольно сильно заинтересовали два момента.

Во-первых, оказалось, что о жизненном пути Мин Гынхо был поставлен целый мюзикл, в котором в качестве центральных персонажей появляются также его праправнук Денис Тен и Ан Чжунгын.

Таким образом постановщики, видимо, старались подчеркнуть не только факт участия Мин Гынхо в антияпонском движении, но и его несгибаемую волю к победе, которая живёт не только в его потомках, но и во всех корейцах.

А во-вторых – неожиданное участие в церемонии потомков Ый-чхинвана (о поминальной церемонии которого я писал в прошлом году). При этом удивило не столько их участие, сколько перформанс, в ходе которого попытались воссоздать линию преемственности между корейской императорской армией и ВС Южной Кореи.

Удивительно, но промежуточную роль в этом процессе были призваны сыграть борцы за независимость, некоторые из которых, в том числе Мин Гынхо, были кадровыми офицерами корейской императорской армии.

Кроме того, в ходе церемонии было продемонстрировано свидетельство поддержки антияпонской борьбы со стороны последнего вана и предпоследнего императора Кочжона. Согласно показанному документу, Мин был назначен командиром отряда уже после роспуска корейской армии в сентябре 1907 года.

В результате я в очередной раз убедился в том, насколько живыми и неоднозначными остаются исторические образы, когда они становятся частью не только официальной летописи, но и личной, семейной, культурной памяти.

Были, конечно, и не очень понятные вещи. Зачем тут этот лего-человечек, к примеру, учитывая все то, что эта датская компания совершила в отношении сохранения культурного наследия провинции Канвон??

Так уж вышло, что одной из важных тем моих исследований является рыболовство и всё, что с ним связано.

В этой связи интерес, который вероятный будущий президент Южной Кореи проявил к рыболовной столице страны – Пусану, предсказуемо оказался в поле моего внимания.

Конечно, предложение Ли Чжэмёна перенести штаб-квартиру Министерства океанов и рыболовства в Пусан, скорее всего, представляет собой предвыборный шаг, направленный на привлечение поддержки пусанцев. Однако сама идея не лишена смысла.

В конце концов, с начала 2000-х годов в Южной Корее предпринимаются усилия по децентрализации, в рамках которой всё больше столичных чиновников ссылают переводят в город Сечжон Великий. Эта мера объясняется стремлением к более сбалансированному развитию страны, где около половины населения сосредоточено в столичном регионе.

Кроме того, Пусан по праву считается морской столицей Республики Корея. Его порты обрабатывают три четверти всех контейнеров, поступающих в страну, а в прошлом году через них прошло более 460 миллионов тонн различных грузов.

В инициативу Ли Чжэмёна также входит перенос в Пусан всех остальных ведомств, связанных с морем, рыболовством и логистикой, а также создание специализированного морского суда.

По его мнению, всё это позволит значительно повысить эффективность государственной морской политики в таких стратегически важных сферах, как судостроение, логистика, рыболовство и освоение арктических морских маршрутов.

К последнему южнокорейские власти проявляют устойчивый интерес уже давно. В спокойные пандемийные годы я даже принимал виртуальное участие в секции, посвящённой данной теме, в рамках Третьего Российско-Корейского форума межрегионального сотрудничества.

Согласно замыслу Ли, вслед за правительственными структурами в Пусан направятся инвестиции, а также переедут головные офисы и научно-исследовательские центры международных судоходных и логистических компаний.

Одним словом, Пусан должен в период возможного президентства Ли Чжэмёна превратиться в центр морской державы «…не только по названию, но и по сути…» (명실상부).

А ещё Ли пообещал развивать железнодорожный транспорт и за пределами столичного региона. В целом я эту идею тоже поддерживаю, особенно в части строительства скоростной железной дороги вдоль восточного побережья.

Очень советую прокатиться на прогулочном поезде в солнечный день от Тонхэ до Каннына или в обратном направлении – виды завораживают.

К слову о рыболовстве и российско-южнокорейских отношениях.

Это, пожалуй, единственное направление, помимо гуманитарного сотрудничества, по которому у России и Южной Кореи сохранились нормальные рабочие отношения после начала СВО.

Сессии Российско-корейской смешанной комиссии по сотрудничеству в области рыбного хозяйства как проводились, так и проводятся. Квоты южнокорейским рыбакам назначаются, оплата за них осуществляется на счета в российских банках…

А с конца 2023 года южнокорейские делегации регулярно отправляются на переговоры в Москву, хотя результаты этих поездок в южнокорейских СМИ и на сайте Министерства океанов и рыболовства по понятным причинам не освещаются.

Между тем со стороны Южной Кореи по сей день действует режим экспортного контроля в отношении поставок в Россию товаров, материалов, оборудования и технологий, охватывающий аж 1431 позицию (по состоянию на начало 2025 года).

Если уважаемым читателям кажется, что вопрос рыболовства – это про рыбку на столе, то это далеко не так.

С конца февраля между Китаем и Южной Кореей не утихает конфликт по поводу китайской «лососёвой фермы» - массивной стальной конструкции, которую Пекин установил в спорной акватории в Жёлтом море.

«Шэньлань-2» (深蓝2号) представляет собой нестационарную морскую платформу высотой 71,5 метров, которая управляется дистанционно и обладает подводной клеткой-загоном в 9 тыс. кубометров, автоматической системой кормления и видеонаблюдением. Принадлежит всё это великолепие государственной Shandong Marine Group.

И «Шэньлань-2», установленная в 2024 году, отнюдь не первый подобный объект в спорной акватории. До этого в 2018 году появилась «Шэньлань-1», а в 2022 году к ней присоединилась более похожая на буроовую платформу «Atlantic Amsterdam».

Южнокорейцы, возможно, небезосновательно опасаются, что Пекин пытается реализовать в так называемой Промежуточной морской зоне, образовавшейся из-за наложения исключительных экономических зон двух стран, уже опробованную в Южно-Китайском море тактику «нарезания салями».

Эта тактика представляет собой постепенное выдавливание из спорной акватории оппонентов путём строительства подобных «гражданских» объектов. При этом права китайских инвесторов, конечно, защищают не только вооружённые гражданские, но и корабли китайской береговой охраны.

Буквально позавчера, 23 апреля, чиновники двух стран встретились в Сеуле, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию в рамках Китайско-южнокорейского диалога по морскому сотрудничеству. Китайцы даже предложили провести экскурсии по своим объектам, однако демонтировать их, похоже, не собираются.

Вот так, как говорится, и рыбку съесть, и косточкой не подавиться.

С 16 по 18 апреля на Восточном факультете СПбГУ прошёл очередной Международный научный конгресс по источниковедению и историографии стран Азии и Африки.

Этот научный форум имеет для меня особое значение, так как стал первым серьёзным мероприятием, в котором я принял участие после завершения обучения по программе специалитета – а это было в далёком 2007 году, когда конгресс ещё назывался конференцией.

В этом году было немало интересных докладов. Один из наиболее актуальных — выступление К.В. Асмолова, особенно в контексте недавних заявлений официальных лиц РФ и КНДР. Его доклад был посвящён анализу фальшивых новостей о нахождении граждан КНДР в зоне СВО.

К слову, о вбросах на тему “бесчинств северокорейских сардаукаров” на российской территории я уже писал на этом канале.

Что касается моего участия, то в этом году я решил рассказать о взглядах северокорейских учёных на происхождение человека современного типа. Дело в том, что в КНДР не совсем согласны с доминирующей в настоящий момент африканской теорией происхождения Homo sapiens sapiens.

Тезисы всех представленных докладов выложены в открытый доступ на сайте конгресса (ТОМ 1, ТОМ 2). Секция «Источниковедение и историография Кореи» - во 2-м томе со стр. 161.
К этому сообщению я также прикрепляю тезисы своего доклада.

Сегодня Михаил Мишустин в режиме видеоконференции даст старт строительству автомобильного моста через реку Туманную, который соединит Россию и КНДР.

https://news.1rj.ru/str/government_rus/20485

Действительно важная новость.

А в 2021 году российские дипломаты и члены их семей были вынуждены выезжать из КНДР вот таким экзотическим способом…

Стоит отметить, что ранее из России в КНДР можно было проехать и на автомобиле, однако для этого сначала приходилось заезжать в соседний Китай.

Тем не менее, некоторые северяне пользовались этим маршрутом, добираясь на автобусах сначала до китайского Хуньчуня, а затем через Краскино в Россию.

Впрочем, не стоит рассчитывать, что теперь поездки в соседний Раджин станут комфортнее. Качество автомобильных дорог в КНДР вряд ли существенно изменилось с 2018 года. А тогда от границы на юг вела грунтовка не самого высокого качества — как, впрочем, и дорога от Краскино до Хасана.

А ещё сегодня годовщина событий, породивших мем Roof Koreans.

О событиях, вызвавших его к жизни, мы писали на канале несколько лет назад.

https://news.1rj.ru/str/helljoseon/183

Очередной пост о борце за независимость Кореи в рамках просветительского проекта Ассоциации корё-сарам в Республике Корея. На этот раз рассказываем о потомственном военном, бесстрашном кавалеристе и выпускнике Военной академии Императорской армии Японии - Ким Гёнчхоне.

https://news.1rj.ru/str/akrk2018/1260

А вот как Ким Гёнчхон описывал один из эпизодов своей военной биографии — бой с белогвардейцами и японскими интервентами под Дальнереченском (Иманом):

«Около шести часов длился тот жестокий бой. Град снарядов и пуль обрушивался на наши головы. У [корейских бойцов] не хватало воинской выучки, у нас было мало винтовок, но мы сражались блестяще, с криками ярости бросаясь на врага… Лился свинцовый дождь, но я, вскочив на коня, продолжал руководить боем. Белые выкатили пушку, но, заметив меня в сполохах огня, с криками ‘’Корейцы!’’ тут же обратились в бегство.»