Forwarded from the Essex Succulent Review
💟 Не является ли актом фотонной апроприации присвоение культурной индустрией сине-красного агроиндустриального биколора (фиолетовый, сиреневый свет), составленного для взаимодействия с метаболизмом растений, и для человеческих глазок, кстати, довольно неблагоприятного?
Forwarded from антирусский чиж
Сыны* движения и феминистская маскулинность
Пока кругом бушевали споры и ссоры вокруг транс* людей и трансфобии, я вспоминал один текст, который очень помог мне в трудную минуту. Там говорилось, что конфликт вокруг трансгендерности — ключевой и важнейший для современного феминизма. Но помог он мне даже не этим.
А было это так. Сначала я придумал делать исследование про феминистские движения. И вроде даже начал его делать. А потом у меня сломалась идентичность. И поскольку накал страстей вокруг трансгендерности и феминизма тогда был не меньше, чем сейчас, то конечно, передо мной встал вопрос: как мне из транс* маскулинной позиции говорить о феминизме? Мне вообще можно о нем говорить?
Я стал искать информацию про транс* маскулинность и феминизм. И нашел Бобби Нобла.
Бобби Нобл — канадский гендерный исследователь, трансмужчина и феминист. Его текст, который меня невероятно поддержал, называется «Сыны движения: феминизм, женская маскулинность и ФТМ-транссексуальные мужчины» (Sons of the Movement: Feminism, Female Masculinity and Female To Male (FTM) Transsexual Men). Это эссе вышло аж в 2004 году и использует устаревший язык, но ничего не поделаешь, в транс* исследованиях вообще все развивается (а значит, и устаревает тоже) слишком быстро для академии.
Если коротко, в этом тексте автор объясняет, в чем ценность (транс*) маскулинных голосов и позиций для феминизма. Он доказывает, что появление в феминизме транс* мужчин и маскулинности — это не только не провал и не конец феминизма, но и единственно возможный путь, если феминизм хочет дальше развиваться как теория и как политика. Там есть много увлекательных рассуждений про гендер, расу и интерсекциональность, есть критика таких звезд, как Халберстам, но для меня важнее всего оказалась лично-политическая сторона.
⬇️⬇️⬇️
Пока кругом бушевали споры и ссоры вокруг транс* людей и трансфобии, я вспоминал один текст, который очень помог мне в трудную минуту. Там говорилось, что конфликт вокруг трансгендерности — ключевой и важнейший для современного феминизма. Но помог он мне даже не этим.
А было это так. Сначала я придумал делать исследование про феминистские движения. И вроде даже начал его делать. А потом у меня сломалась идентичность. И поскольку накал страстей вокруг трансгендерности и феминизма тогда был не меньше, чем сейчас, то конечно, передо мной встал вопрос: как мне из транс* маскулинной позиции говорить о феминизме? Мне вообще можно о нем говорить?
Я стал искать информацию про транс* маскулинность и феминизм. И нашел Бобби Нобла.
Бобби Нобл — канадский гендерный исследователь, трансмужчина и феминист. Его текст, который меня невероятно поддержал, называется «Сыны движения: феминизм, женская маскулинность и ФТМ-транссексуальные мужчины» (Sons of the Movement: Feminism, Female Masculinity and Female To Male (FTM) Transsexual Men). Это эссе вышло аж в 2004 году и использует устаревший язык, но ничего не поделаешь, в транс* исследованиях вообще все развивается (а значит, и устаревает тоже) слишком быстро для академии.
Если коротко, в этом тексте автор объясняет, в чем ценность (транс*) маскулинных голосов и позиций для феминизма. Он доказывает, что появление в феминизме транс* мужчин и маскулинности — это не только не провал и не конец феминизма, но и единственно возможный путь, если феминизм хочет дальше развиваться как теория и как политика. Там есть много увлекательных рассуждений про гендер, расу и интерсекциональность, есть критика таких звезд, как Халберстам, но для меня важнее всего оказалась лично-политическая сторона.
⬇️⬇️⬇️
Forwarded from антирусский чиж
⬆️⬆️⬆️
Бобби Нобл сделал свой лесбийский камин-аут в 1978 году. Он — ветеран лесбофеминистского движения города Эдмонтон (штат Альберта). Он волонтерил в кризисном центре для переживших изнасилование, организовывал марши против насилия «Верни себе ночь» (Take Back The Night) и первый в Эдмонтоне прайд в 1987 году, вел группу поддержки для секс-работни_ц и делал еще много чего. Он — плоть от плоти феминистского движения. Как он пишет в этом тексте, он не стучится в дверь феминистского движения и не спрашивает, можно ли ему войти. Он уже здесь и всю свою сознательную жизнь был здесь.
Именно из позиции человека, выращенного и пропитанного лесбийским феминизмом и его ценностями, Бобби Нобл формулирует свою феминистскую трансмаскулинность. Важная часть этой маскулинности — сознательный отказ от того, что традиционно предписывает образ взрослого мужчины. Это преднамеренное, стратегическое лузерство на поле мужественности, отказ брать и использовать мужскую власть. Из этих соображений Нобл не стал менять гендерный маркер в документах, и из этих соображений он выбрал себе детское, смешное имя Бобби (взрослых мужчин зовут Роберт или Боб). Феминистская маскулинность — это не занимать пространство так, как это обычно делают мужчины, не соревноваться с ними за позицию «альфа-самца», побуждать и поддерживать мальчиков не становиться взрослыми мужчинами в политическом смысле, а оставаться «мальчиками». И еще это последовательная антирасистская солидарность и борьба, и конечно, всегда — последовательная поддержка женщин* и ЛГБТИК.
Вот вам и позитивная программа. Когда я все это читал, у меня было такое чувство, как будто Бобби Нобл протянул мне руку и вытащил меня из липкой холодной трясины моих тоскливых сомнений. Я узнал себя и в его истории, и в его решениях. Я тоже давно в феминистском движении, и много чего организовывал, и точно не пришел в него извне. И я интуитивно и естественно выбрал для себя именно такую стратегию лузерской и мальчиковой маскулинности. История с именем меня просто привела в восторг, потому что меня зовут Ваня ровно по той же причине.Пожалуй, слабое место в аргументации Нобла — это опора на послужной активистский список. Точнее, это то, что работает для него (и сработало для меня — по крайней мере в плане разрешения внутренних сомнений), но, конечно, это не универсальный довод. Право находиться и участвовать в феминистских пространствах не должно определяться предыдущими активистскими заслугами точно так же, как оно не должно определяться идентичностью, медицинским статусом и гендерным маркером в документах. Потому что иначе это получается опора на иерархию того, что считается правильным активизмом, достаточно престижным, протестным и/или публичным. Критерий тут должен быть один — политические решения, которые человек принимает сейчас, и политические действия, которые человек совершает — сейчас, а не когда-то в прошлом.
P.S.: Ну, и мне лично с моей небинарной идентичностью не по душе слово «сын», даже если прилепить к нему звездочку. «Дети движения» — так мне нравится больше.
Бобби Нобл сделал свой лесбийский камин-аут в 1978 году. Он — ветеран лесбофеминистского движения города Эдмонтон (штат Альберта). Он волонтерил в кризисном центре для переживших изнасилование, организовывал марши против насилия «Верни себе ночь» (Take Back The Night) и первый в Эдмонтоне прайд в 1987 году, вел группу поддержки для секс-работни_ц и делал еще много чего. Он — плоть от плоти феминистского движения. Как он пишет в этом тексте, он не стучится в дверь феминистского движения и не спрашивает, можно ли ему войти. Он уже здесь и всю свою сознательную жизнь был здесь.
Именно из позиции человека, выращенного и пропитанного лесбийским феминизмом и его ценностями, Бобби Нобл формулирует свою феминистскую трансмаскулинность. Важная часть этой маскулинности — сознательный отказ от того, что традиционно предписывает образ взрослого мужчины. Это преднамеренное, стратегическое лузерство на поле мужественности, отказ брать и использовать мужскую власть. Из этих соображений Нобл не стал менять гендерный маркер в документах, и из этих соображений он выбрал себе детское, смешное имя Бобби (взрослых мужчин зовут Роберт или Боб). Феминистская маскулинность — это не занимать пространство так, как это обычно делают мужчины, не соревноваться с ними за позицию «альфа-самца», побуждать и поддерживать мальчиков не становиться взрослыми мужчинами в политическом смысле, а оставаться «мальчиками». И еще это последовательная антирасистская солидарность и борьба, и конечно, всегда — последовательная поддержка женщин* и ЛГБТИК.
Вот вам и позитивная программа. Когда я все это читал, у меня было такое чувство, как будто Бобби Нобл протянул мне руку и вытащил меня из липкой холодной трясины моих тоскливых сомнений. Я узнал себя и в его истории, и в его решениях. Я тоже давно в феминистском движении, и много чего организовывал, и точно не пришел в него извне. И я интуитивно и естественно выбрал для себя именно такую стратегию лузерской и мальчиковой маскулинности. История с именем меня просто привела в восторг, потому что меня зовут Ваня ровно по той же причине.Пожалуй, слабое место в аргументации Нобла — это опора на послужной активистский список. Точнее, это то, что работает для него (и сработало для меня — по крайней мере в плане разрешения внутренних сомнений), но, конечно, это не универсальный довод. Право находиться и участвовать в феминистских пространствах не должно определяться предыдущими активистскими заслугами точно так же, как оно не должно определяться идентичностью, медицинским статусом и гендерным маркером в документах. Потому что иначе это получается опора на иерархию того, что считается правильным активизмом, достаточно престижным, протестным и/или публичным. Критерий тут должен быть один — политические решения, которые человек принимает сейчас, и политические действия, которые человек совершает — сейчас, а не когда-то в прошлом.
P.S.: Ну, и мне лично с моей небинарной идентичностью не по душе слово «сын», даже если прилепить к нему звездочку. «Дети движения» — так мне нравится больше.
Рубрика "феминистские фактоиды"
Recent research suggests that there is an interesting relation between the documentation of recipes and the emergence of procedural knowledge in the early modern period – such that practices of writing down processes for cooking and craft are entangled with the history of the emergence of scientific method.
////
The Fox girls’ rapping intertwined with the itineraries of the Posts’
guests. The spirits increasingly spoke of social justice and the rights of women and blacks. Over the course of the 1850s, suffragettes and abolitionists responded in kind as they incorporated spiritualist channeling into their travelling lectures across the country.28 Spirit-rapping and spinoffs such as trance speaking lent a formal coherency to performances that
varied widely, meeting the demands of audiences with diverse desires and expectations.
////
картинка: dreamygutss
Recent research suggests that there is an interesting relation between the documentation of recipes and the emergence of procedural knowledge in the early modern period – such that practices of writing down processes for cooking and craft are entangled with the history of the emergence of scientific method.
////
The Fox girls’ rapping intertwined with the itineraries of the Posts’
guests. The spirits increasingly spoke of social justice and the rights of women and blacks. Over the course of the 1850s, suffragettes and abolitionists responded in kind as they incorporated spiritualist channeling into their travelling lectures across the country.28 Spirit-rapping and spinoffs such as trance speaking lent a formal coherency to performances that
varied widely, meeting the demands of audiences with diverse desires and expectations.
////
картинка: dreamygutss
У Moor Mother (половины Black Quantum Futurism) вышел новый альбом, посвященный нехватке комфортного (да и вообще какого-либо) жилья https://open.spotify.com/album/3sj8MlGAJzcUMIMIohz6Fm?si=r0lscLAiQ8erNemf86EIIA
Вот еще хотела статью показать Анна Спайс разбирает какие инфраструктуры и при каких обстоятельствах считаются "критическими", а какие нет и кто это решает.
It has become clear to me that spaces like Unist’ot’en Camp are doing more than blocking pipelines. The work of undoing settler colonial invasion requires blocking, resisting, and suspending the infrastructures of oil and gas and the systemic dominance of capitalism. It also
requires attending to and caring for the networks of relations that make Indigenous survival possible. These are the relations that linked my nation to the Wet’suwet’en people before our territories felt the first footsteps of white settlers. These are the relations that bring Indigenous
youth back onto the land and into material relation with the other-than-human beings that share their territories. These are the relations that connect me to other Indigenous peoples as we struggle to regain ancestral skills that we have lost. These are the Indigenous assemblages
that recognize our dependence on other-than-humans for our survival as peoples. These are the
relations threatened by invasive infrastructures and their toxic consequences. If the moose, the berry patches, the salmon, and the bears are destroyed, then so are we.
🐻🐟🍇*
*эмодзи явно делали такие же городские жители как и я, поэтому в наборе нет детализации как именно выглядят лосось и медведь, а в качестве ягод только виноград
It has become clear to me that spaces like Unist’ot’en Camp are doing more than blocking pipelines. The work of undoing settler colonial invasion requires blocking, resisting, and suspending the infrastructures of oil and gas and the systemic dominance of capitalism. It also
requires attending to and caring for the networks of relations that make Indigenous survival possible. These are the relations that linked my nation to the Wet’suwet’en people before our territories felt the first footsteps of white settlers. These are the relations that bring Indigenous
youth back onto the land and into material relation with the other-than-human beings that share their territories. These are the relations that connect me to other Indigenous peoples as we struggle to regain ancestral skills that we have lost. These are the Indigenous assemblages
that recognize our dependence on other-than-humans for our survival as peoples. These are the
relations threatened by invasive infrastructures and their toxic consequences. If the moose, the berry patches, the salmon, and the bears are destroyed, then so are we.
🐻🐟🍇*
*эмодзи явно делали такие же городские жители как и я, поэтому в наборе нет детализации как именно выглядят лосось и медведь, а в качестве ягод только виноград
Forwarded from syg.ma
До 21 октября молодые режиссеры и художники, работающие с движущимися изображениями, могут подать заявку на участие в образовательной программе «Внеклассные практики», придуманной командой Moscow International Experimental Film Festival для биеннале молодого искусства.
Цель — сплавить актуальную теорию и экспериментальные практики. В расписании — работа с 16-мм пленкой, компьютерная графика, телесные практики, постколониальные исследования и постгуманизм, работа с архивами и найденными изображениями. Проходить будет офлайн в ноябре в Музее Москвы.
https://mieff.com/news/opencall
Цель — сплавить актуальную теорию и экспериментальные практики. В расписании — работа с 16-мм пленкой, компьютерная графика, телесные практики, постколониальные исследования и постгуманизм, работа с архивами и найденными изображениями. Проходить будет офлайн в ноябре в Музее Москвы.
https://mieff.com/news/opencall
Делюсь двумя полезными ссылками:
Списки для чтения факультета Медиа и коммуникаций в Голдсмите (это где раньше была Паризи и сейчас чуваки типа Мэтью Фуллера): https://gold.rl.talis.com/departments/media.html
Списки для чтения факультета Визуальной культуры в Голдсмите (это откуда мы с Сашей хахаха на самом деле там Зак Блас и Сьюзан Шупли, например): https://gold.rl.talis.com/departments/viscul.html
Cписки прикреплены не ко всем модулям, но очень ко многим. Годного там все равно более чем достаточно. Вдруг вы искали во что залипнуть в воскресенье ))
И в качестве бонуса - мой любимый курс с магистратуры "Conflicts and Negotiations as Spatial Practices": https://rl.talis.com/3/gold/lists/7976DFBB-CA13-59D6-3059-8987AC75AA39.html?lang=en-GB
Списки для чтения факультета Медиа и коммуникаций в Голдсмите (это где раньше была Паризи и сейчас чуваки типа Мэтью Фуллера): https://gold.rl.talis.com/departments/media.html
Списки для чтения факультета Визуальной культуры в Голдсмите (это откуда мы с Сашей хахаха на самом деле там Зак Блас и Сьюзан Шупли, например): https://gold.rl.talis.com/departments/viscul.html
Cписки прикреплены не ко всем модулям, но очень ко многим. Годного там все равно более чем достаточно. Вдруг вы искали во что залипнуть в воскресенье ))
И в качестве бонуса - мой любимый курс с магистратуры "Conflicts and Negotiations as Spatial Practices": https://rl.talis.com/3/gold/lists/7976DFBB-CA13-59D6-3059-8987AC75AA39.html?lang=en-GB
Независимая организация коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока России "Абориген форум" перевела и поддержала (довольно давно) "Всеобщую декларацию прав рек":
3. Устанавливаем,что все реки должны обладать, как минимум, следующими основными правами:(1) Право течь, [10
](2) Право выполнять важные функции в пределах своих экосистем, [11](
3) Право быть свободными от загрязнения,
(4) Право питать и питаться устойчивыми водоносными горизонтами,
(5) Право на естественное биоразнообразие, и
(6) Право на возрождение и восстановление;
4. Далее устанавливаем,что эти права предназначены не только для обеспечения здоровья рек, но и здоровья водосборных площадейи речных бассейнов, частью которых являются реки, а также здоровья всех экосистем и естественных существ в них, все из которых обладать, как минимум, основными правами на существование, процветание и развитие;
То, насколько это все актуальная для России проблемаика показывает, например, эта цитата координатора коалиции "Реки без границ" Евгения Симонова:
В целом, учитывая ресурсный характер нового русского капитализма, нет ничего удивительного, что с каждым годом расширяются попытки административного ограничения законных прав коренных народов на их среду обитания и её ресурсы. Коренные народы России лишены большинства прав на защиту и использование своей традиционной среды обитания, и в этом отношении Россия, вероятно, является самой колониальной из сколько-нибудь развитых стран. Договоры между общинами и государством или неотчуждаемые права на общинные земли с реально автономным управлением являются культурно-политической нормой для аборигенных племен Бразилии и Эквадора, США и Канады, но видятся как совершеннейшая ересь в контексте российской властной вертикали. Практически безболезненная ликвидация полудюжины национальных автономий под лозунгами "оптимизации" не оставляет иллюзий об отношении как правящего режима, так и региональных элит к аборигенным культурам и правам национальных меньшинств.
Источник
3. Устанавливаем,что все реки должны обладать, как минимум, следующими основными правами:(1) Право течь, [10
](2) Право выполнять важные функции в пределах своих экосистем, [11](
3) Право быть свободными от загрязнения,
(4) Право питать и питаться устойчивыми водоносными горизонтами,
(5) Право на естественное биоразнообразие, и
(6) Право на возрождение и восстановление;
4. Далее устанавливаем,что эти права предназначены не только для обеспечения здоровья рек, но и здоровья водосборных площадейи речных бассейнов, частью которых являются реки, а также здоровья всех экосистем и естественных существ в них, все из которых обладать, как минимум, основными правами на существование, процветание и развитие;
То, насколько это все актуальная для России проблемаика показывает, например, эта цитата координатора коалиции "Реки без границ" Евгения Симонова:
В целом, учитывая ресурсный характер нового русского капитализма, нет ничего удивительного, что с каждым годом расширяются попытки административного ограничения законных прав коренных народов на их среду обитания и её ресурсы. Коренные народы России лишены большинства прав на защиту и использование своей традиционной среды обитания, и в этом отношении Россия, вероятно, является самой колониальной из сколько-нибудь развитых стран. Договоры между общинами и государством или неотчуждаемые права на общинные земли с реально автономным управлением являются культурно-политической нормой для аборигенных племен Бразилии и Эквадора, США и Канады, но видятся как совершеннейшая ересь в контексте российской властной вертикали. Практически безболезненная ликвидация полудюжины национальных автономий под лозунгами "оптимизации" не оставляет иллюзий об отношении как правящего режима, так и региональных элит к аборигенным культурам и правам национальных меньшинств.
Источник
Indigenous Russia
Aborigen Forum response to the “Development strategy for the Arctic zone of the Russian Federation and ensuring national security…
Open Statement Aborigen Forum is an informal alliance of independent experts, activists, leaders, and community organizations representing indigenous peoples of the North, Siberia, and the Far East…
Завели группу на фейсбуке для нашего курса "(Пост)колониальное знание и искусство" , куда будем выкладывать списки для чтения и всю остальную информацию
Картинка: Джон Акомфра. Slave rebellion reinactment (2019)
Картинка: Джон Акомфра. Slave rebellion reinactment (2019)
Я тут прочитала пост у "Философии Нью-Йорка" и возмущена его генерализациями.
Я редко позволяю себе публичную критику коллежанок по феминисткому производству знания, потому что в любой сфере деятельности немало неэтичного поведения, но феминизм (и в последнее время - деколониальность) оказываются достаточно сильно на виду, а следовательно и все проблемы - тоже.
Итак, по порядку. О каком финансовом пузыре идет речь? Может о тех, мягко говоря, скромных гонорарах за труд, которые многим культурным работ_ницам приходится выбивать из инстиуций? Или о парочке грантов, которые еще нескольким людям позволят платить за еду и не работать на нескольких работах?
В чем проблема с тем, чтобы люди записывались на курсы и узнавали новые для себя вещи? Со своей стороны скажу, что я бы была рада, если бы про деколониальную теорию или про феминизм или про огромное количество искусства я могла несколько лет назад послушать много и на родном для себя языке и без необходимости в процессе сталкиваться с чужим эго и порой токсичной маскулинностью.
Я сама настаиваю на критическом отношении к любым текстам и к действиям, следующим за теорией, но сюрприз! сюрприз! действия не случаются спонтанно, а часто возникают благодаря переоценке ценностей, которая как раз может случится на курсе про "заботу, экологию, деколониальность". А может и не случится, а может случится не у всех
Но что я могу сказать с полной определенностью, быть левой - явно не значит "выходить в белом пальто и рассказывать какие все вокруг неправильные"
Я редко позволяю себе публичную критику коллежанок по феминисткому производству знания, потому что в любой сфере деятельности немало неэтичного поведения, но феминизм (и в последнее время - деколониальность) оказываются достаточно сильно на виду, а следовательно и все проблемы - тоже.
Итак, по порядку. О каком финансовом пузыре идет речь? Может о тех, мягко говоря, скромных гонорарах за труд, которые многим культурным работ_ницам приходится выбивать из инстиуций? Или о парочке грантов, которые еще нескольким людям позволят платить за еду и не работать на нескольких работах?
В чем проблема с тем, чтобы люди записывались на курсы и узнавали новые для себя вещи? Со своей стороны скажу, что я бы была рада, если бы про деколониальную теорию или про феминизм или про огромное количество искусства я могла несколько лет назад послушать много и на родном для себя языке и без необходимости в процессе сталкиваться с чужим эго и порой токсичной маскулинностью.
Я сама настаиваю на критическом отношении к любым текстам и к действиям, следующим за теорией, но сюрприз! сюрприз! действия не случаются спонтанно, а часто возникают благодаря переоценке ценностей, которая как раз может случится на курсе про "заботу, экологию, деколониальность". А может и не случится, а может случится не у всех
Но что я могу сказать с полной определенностью, быть левой - явно не значит "выходить в белом пальто и рассказывать какие все вокруг неправильные"
И сразу, чтобы два раза не вставать, скажу. Настя Кальк отмечает, что разного рода инициатив, связанных с распространением критического знания, сейчас появилось больше, и теперь, на мой взгляд, надо внимательнее относиться к собственным стратегиям (у меня это получается не всегда и вообще, мы все живые люди и совершаем дурацкие поступки и говорим недальновидные вещи):
- Принять, что знание - это результат чьего-то труда по поиску источников, по подготовке поста, по подготовке лекции и ссылаться, даже если есть небольшая вероятность, что работу по поиску этого знания проделали не вы
- Стараться следить за работой друг друга. У меня это получается далеко не всегда: сколько лекций, выставок, дискуссий, спектаклей коллежанок я пропустила - не сосчитать.
- Про это уже много говорят коллежанки из "Кафе мороженого", но добиваться оплаты труда. Даже если вы сами можешь себе позволить поработать бесплатно, ваша коллежан_ка - не может.
- Критиковать друг друга очень важно и ставить вопросы к деятельности друг друга - тем более. Но делать это необходимо учиться не в уничтожающих терминах и предлагая способы альтернативного действия. Анна Энгельхардт вот тут рассказывает про способы критики и решения конфликтов.
- Принять, что знание - это результат чьего-то труда по поиску источников, по подготовке поста, по подготовке лекции и ссылаться, даже если есть небольшая вероятность, что работу по поиску этого знания проделали не вы
- Стараться следить за работой друг друга. У меня это получается далеко не всегда: сколько лекций, выставок, дискуссий, спектаклей коллежанок я пропустила - не сосчитать.
- Про это уже много говорят коллежанки из "Кафе мороженого", но добиваться оплаты труда. Даже если вы сами можешь себе позволить поработать бесплатно, ваша коллежан_ка - не может.
- Критиковать друг друга очень важно и ставить вопросы к деятельности друг друга - тем более. Но делать это необходимо учиться не в уничтожающих терминах и предлагая способы альтернативного действия. Анна Энгельхардт вот тут рассказывает про способы критики и решения конфликтов.
12 октября (то есть завтра) читаю лекцию, в которой попытаюсь собрать вместе часть того, что подумала благодаря с участницам кружка "Будущие вместо концов света", но постараюсь сделать еще больший акцент на материальности и поговорить о тех формах создания будущих, которые как кажется, занимаются ровно противоположным.
https://www.facebook.com/events/2977967568975322
Источник картинки https://www.instagram.com/aidenarata/
https://www.facebook.com/events/2977967568975322
Источник картинки https://www.instagram.com/aidenarata/
Forwarded from кафе-мороженое
Очень захотелось написать по результатам дискуссии. У нее было очень красивое название — “Без лезвий” (спойлер: это было не так и это хорошо). Целью встречи было обсуждение коллективного письма работниц и работников культуры из разных городов и возможных добавлений/предложений в него и по его поводу.
Когда-то, когда мы думали об основании кафе-мороженого и активизме в вопросах труда, одним из важных пунктов для нас было требование нормальной оплаты труда для творческих работниц и работников. Из этого логично вытекает то, что его надо требовать у институций и других распорядителей ресурсов. Но — и это стало кристально ясно на дискуссии, во время выступлений Ангелины Бурлюк (ЦК19, Новосибирск), Маши Буковой (Площадь мира, Красноярск) и Лены Ищенко (Типография, Краснодар) — это ОЧЕНЬ МОСКОВСКОЕ требование. Оно вообще никаким образом не касается функционирования институций в других городах, и не помогает более общему движению за адекватное перераспределение ресурсов в искусстве. Звуча якобы бойко и революционно, это требование повторяет центростремительность системы и слепоту смотрящего из центра (и видящего только центр). Все это в очередной раз доказывает, что на практике действовать солидарно — сложно: только постоянно давая себе отчет о собственной локализованности и сообщаясь с локализованностью других, можно действовать.
Мы, конечно, не собираемся отказываться от требования нормальной оплаты труда, но,
— во-первых, теперь всегда будем делать уточнение о его местечковости,
— во-вторых, будем пытаться подумать о том, что вообще значит защищать трудовые права в контексте других городов, где институциональная структура очень сильно отличается от московской (уверена, это приобретает совершенно другие формы и работает по другим законам).
Будем очень рады сообщни_цам по второму пункту♟!
Когда-то, когда мы думали об основании кафе-мороженого и активизме в вопросах труда, одним из важных пунктов для нас было требование нормальной оплаты труда для творческих работниц и работников. Из этого логично вытекает то, что его надо требовать у институций и других распорядителей ресурсов. Но — и это стало кристально ясно на дискуссии, во время выступлений Ангелины Бурлюк (ЦК19, Новосибирск), Маши Буковой (Площадь мира, Красноярск) и Лены Ищенко (Типография, Краснодар) — это ОЧЕНЬ МОСКОВСКОЕ требование. Оно вообще никаким образом не касается функционирования институций в других городах, и не помогает более общему движению за адекватное перераспределение ресурсов в искусстве. Звуча якобы бойко и революционно, это требование повторяет центростремительность системы и слепоту смотрящего из центра (и видящего только центр). Все это в очередной раз доказывает, что на практике действовать солидарно — сложно: только постоянно давая себе отчет о собственной локализованности и сообщаясь с локализованностью других, можно действовать.
Мы, конечно, не собираемся отказываться от требования нормальной оплаты труда, но,
— во-первых, теперь всегда будем делать уточнение о его местечковости,
— во-вторых, будем пытаться подумать о том, что вообще значит защищать трудовые права в контексте других городов, где институциональная структура очень сильно отличается от московской (уверена, это приобретает совершенно другие формы и работает по другим законам).
Будем очень рады сообщни_цам по второму пункту♟!
Артгид
Все растворяется в воздухе (кроме вопросов) | Артгид
После «Немосквы». Какой должна быть программа развития искусства регионов? Отвечают те, кто в этих регионах работает.
Я еще хотела бы поделиться соображениями о сети солидарности, которая бы охватывала не только разделение на центр/периферию, но и Россию/Запад. С тех недавних пор как я получила продолжительную визу в Англии меня очень волнует вопрос как я могу использовать свой прямой доступ в западные институции для перераспределения ресурсов - динамика экспорта/импорта проектов, знаний, денег и так далее. Потому что мне кажется сейчас уже можно говорить о сети экспат_ок с адекватными политическими взглядами, которые уже сейчас или через несколько лет могут активно включаться в эти все движения, а не быть как /вставьте имя человека из россии котор_ая институционализировал_ась зарубежом и забил_а на локальный движ/. Как подходят к своей работе фестиваль Работай Больше Отдыхай Больше очень вдоновляет в этом плане, хочется еще примеров, если знаете.
Я, конечно, главный тормоз, но только прочитала интервью Аси Баздыревой с fantastic little splash:
Мне очень нравится ваша «неуверенность». Это слово становится все более популярным в современных дискурсах вокруг нынешних геополитических и экологических кризисов. Проект модерности с его опорой на прогресс и стабильность практически довел мир до коллапса и на Западе все чаще звучат призывы посмотреть в хаос. Но мы здесь никогда и не были в устойчивом положении — мы, я могу говорить за свой Донбасс 90-х, родились и выросли в этом хаосе, это наше базовое условие. Сегодня мне интересно, как мы можем говорить от себя об этом своем опыте, какие выразительные формы находить.
Л.М.: У нас был проект «Транстрансляция», который мы анонсировали, как стрим о поэтике неуверенности и беспорядке как новом порядке.
А.Г.: Мы смешали несколько видов сетевой активности: вебинар, игровой стрим и трансляцию научно-популярной лекции. Идея заключалась в том, чтобы рассказать зрителю о беспорядке как о новом порядке, поэтике неуверенности, гибридном контенте и его производстве, но при этом сам конечный продукт должен был производиться с учётом этих же теорий. Трансляция состояла из стрима с полиэкранами, которыми мы управляли в реальном времени. Зритель мог наблюдать несколько внутренних стримов из игры, которую мы заранее разработали, и бесполую компьютерную голову, с помощью синтезатора речи озвучивающую необходимый нам текст. Сама подача материала длилась около пятнадцати минут, дальше зрители youtube могли в чате задать вопросы касательно темы трансляции, а мы, в свою очередь, отвечали на них с помощью упомянутой выше андрогинной головы. Это, конечно, был ироничный жест, но мы не исключаем возможность, что таким образом мы действительно можем передать мысль, поделится чем-то ценным и заразить сердца.
А вот тут https://milanmachinimafestival.org/vral-screening Fantastic Little Splash участвуют в фестивале
Мне очень нравится ваша «неуверенность». Это слово становится все более популярным в современных дискурсах вокруг нынешних геополитических и экологических кризисов. Проект модерности с его опорой на прогресс и стабильность практически довел мир до коллапса и на Западе все чаще звучат призывы посмотреть в хаос. Но мы здесь никогда и не были в устойчивом положении — мы, я могу говорить за свой Донбасс 90-х, родились и выросли в этом хаосе, это наше базовое условие. Сегодня мне интересно, как мы можем говорить от себя об этом своем опыте, какие выразительные формы находить.
Л.М.: У нас был проект «Транстрансляция», который мы анонсировали, как стрим о поэтике неуверенности и беспорядке как новом порядке.
А.Г.: Мы смешали несколько видов сетевой активности: вебинар, игровой стрим и трансляцию научно-популярной лекции. Идея заключалась в том, чтобы рассказать зрителю о беспорядке как о новом порядке, поэтике неуверенности, гибридном контенте и его производстве, но при этом сам конечный продукт должен был производиться с учётом этих же теорий. Трансляция состояла из стрима с полиэкранами, которыми мы управляли в реальном времени. Зритель мог наблюдать несколько внутренних стримов из игры, которую мы заранее разработали, и бесполую компьютерную голову, с помощью синтезатора речи озвучивающую необходимый нам текст. Сама подача материала длилась около пятнадцати минут, дальше зрители youtube могли в чате задать вопросы касательно темы трансляции, а мы, в свою очередь, отвечали на них с помощью упомянутой выше андрогинной головы. Это, конечно, был ироничный жест, но мы не исключаем возможность, что таким образом мы действительно можем передать мысль, поделится чем-то ценным и заразить сердца.
А вот тут https://milanmachinimafestival.org/vral-screening Fantastic Little Splash участвуют в фестивале
Your Art
fantastic little splash: поэтика неуверенности
«Ты постоянно находишься на какой-то грани и кажется, что нужно все это бросать и заниматься непонятно чем»