я в любви рассыпаюсь, громко и без стыда.

я хочу снова чувствовать мир так же, как и все остальные, но я омертвел и оцепенел. я могу смеяться или плакать, но это умственное усилие. мои мышцы двигаются, а сам я ничего не ощущаю. кажется, что я не здесь, что летаю вокруг. только часть меня в курсе всех моих движений, я будто бы покинул собственное тело. даже когда разговариваю, я не ощущаю слова своими. разум и тело вроде бы не связаны: разум говорит одно, а тело делает другое. как будто разум где-то позади тела, а не внутри него. на глаза как будто надеты очки, и я смотрю сквозь абсолютно плоский двухмерный туман. чувствую, что я не совсем здесь, что я в стороне. двигаюсь как робот.

я не сплю, не надеюсь уснуть,
я и мертвый не надеюсь уснуть.
меня окружает бессонница шириною с созвездья
и бессвязный зевок
длиной с мирозданье.

я словно из камня, я словно надгробный памятник себе, нет даже щелки для сомнения или веры, для любви или отвращения, для отваги или страха перед чем-то определенным или вообще, — живет лишь шаткая надежда, бесплодная, как надписи на надгробиях.

прошлой ночью я видел тебя в своих снах.

я был ближе всего к искусству, когда целовался с тобой.