Интересный герб, не правда ли?😁

Отношения в дружине викингов строились отнюдь не на началах равенства, дружинники приносили вождю присягу верности, нарушение которой покрыло бы их несмываемым позором, получали от него меч и иное оружие, коня и долю в добыче и считали его своим господином. Слово herra - господин - встречается уже в самых ранних песнях скальдов для обозначения предводителя дружины. То, что Тацит писал о древних германцах: "Вожди сражаются за победу, дружинники - за вождя", - полностью подходит и к скандинавским дружинам. Вернуться из сражения, в котором пал вождь, было признаком трусости - одного из самых постыдных пороков, с точки зрения варваров. Дружина должна была защищать вождя, служить ему и пасть в бою вместе с ним, если военное счастье ему изменило.Дружинники служили предводителю и в его усадьбе, где они жили. Некоторые дружинники назывались свейнами - то были оруженосцы и слуги, обязанные стоять за столом, когда пировали вождь и старшие дружинники, и подавать им питье и еду.

Если в походе тамплиер, нарушив дисциплину, выезжал из рядов, его спешивали и отсылали (все так же пешком) в лагерь ждать заслуженного наказания (статья 163).
Но лошадь также первым делом приходила на ум тамплиеру, когда он хотел подарком вознаградить «благородного мирянина, друга дома» (статья 82), принявшего участие в крестовом походе и некоторое время состоявшего на службе в латинских государствах.
Лошадь и, особенно, количество лошадей, отведенных каждому из тамплиеров, являлись основополагающим критерием иерархической структуры ордена. Сначала уже само обладание лошадью выделяло воинов, «служащих господину королю с конями и оружием» (статья 9), из числа остальных братьев. А среди бойцов существовало различие между рыцарями, которые имели право на трех верховых животных, и сержантами, у которых было только по одному скакуну.

Отношение к греху

В Средневековье, существовали вещи, которые были запрещены и карались по закону. Но для Церкви главное было не наказание, а раскаяние.
Средневековый человек, как и мы, грешил. Все грешили и все исповедовались. Если ты церковный человек, ты не можешь быть безгрешен. Если тебе нечего сказать на исповеди, значит, с тобой что-то не так. Святой Франциск считал себя последним из грешников. В этом заключается неразрешимый конфликт христианина: с одной стороны, ты не должен грешить, но с другой, если ты вдруг решил, что безгрешен, значит, ты возгордился. Ты должен подражать безгрешному Христу, но в этом своем подражании ты не можешь переступить определенную грань.
Система грехов (какие прощаемые, какие непрощаемые,какие смертные,какие нет) постоянно видоизменялась, потому что об этом не прекращали думать. К XII веку появилась такая наука, как богословие, со своим инструментарием и со своими факультетами; одной из задач этой науки была как раз выработка четких ориентиров в этике.

Средневековое бомбометание, трактат Уолтера Милеметского о войне 1326-1327 года (Walter of Milemete's treatise on warfare). Бомбардировка с беспилотных летательных аппаратов - это очень старая идея. Средневековье прошло этапы от стены щитов до воздушных змеев с прикрепленными бомбами менее чем за 3 столетия!
#военное_дело

Посредством лошади неуловимым образом устанавливалась иерархия высших сановников ордена тамплиеров. Разумеется, все они имели право на четыре лошади. Но магистр ордена вдобавок располагал одним туркменским скакуном — лошадью восточного происхождения, нервной и хрупкой, которая не имела равных в бою, — и двумя или тремя вьючными или ломовыми лошадьми. Маршал ордена, отвечающий исключительно за военные операции, обладал столькими же лошадьми, а вот сенешаль, хотя и был вторым сановником в ордене, получал только одного, если так можно выразиться, «парадного», т. е. хорошего боевого коня, но чуть менее ценного, чем лошадь туркменской породы. У командора Иерусалимской цитадели было всего три лошади и один туркменский конь или «добрый ронкин». Что же касается командиров сержантов, то у них было только по две лошади.

Богатство

Для средневекового человека богатство было средством, а не целью, потому что богатство не в деньгах, а в том, чтобы вокруг тебя были люди — а для того чтобы они вокруг тебя были, ты должен раздавать и тратить свое богатство. Феодализм — это в первую очередь система человеческих взаимоотношений. Если ты стоишь выше на иерархической лестнице, ты должен быть «отцом» своим вассалам. Если ты вассал, ты должен любить своего господина фактически так же, как ты любишь отца или Царя Небесного.

Что такое книжная маргиналия?
С XIII века книжные поля английских, фламандских, французских, а потом итальянских, немецких и прочих рукописей заполняют акробаты, жонглеры, музыканты, танцоры, шуты, нищие, калеки, звери, гоняющиеся друг за другом, охотники, преследующие дичь, рыцарские турниры, деревенские праздники и прочие профанные сюжеты.

В романском искусстве XII века некоторые из этих сюжетов появлялись в каменном декоре церквей, но на страницах книг их было не встретить, а те, что порой проникали и в рукописи, обитали внутри фигурных инициалов (Инициал (буквица) — первая буква книги или главы, которая изображалась крупнее и укра­шеннее остальных. В средневековых рукопи­сях в инициалы часто вписаны фигуры или целые сценки — от поединков между чело­веком и хищными монстрами до эпизодов из библейской истории или житий святых) и не высовывались на поля, которые оставались почти пусты.

Теперь же, когда манускрипты стали все чаще изготавливаться не в монастыр­ских стенах, а в городах — в ремесленных мастерских, работающих на заказ, — книжный декор впитал в себя множество тем, которые раньше считались неподобающими для украшения манускриптов либо вообще нигде не изо­бражались.

Здесь, на одном из листов французского часослова, созданного в начале XIV века, под инициалом, в котором волхвы вручают дары младенцу Христу, разворачивается пародийный турнир, где вместо благородных рыцарей друг с другом сражаются обезьяны.

Часослов. Франция, около 1300–1325 годов

Логотипы средневековых людей на церковных стенах

На алтарной панели, написанной флорентий­ским мастером Биччи ди Лоренцо около 1433–1435 го­дов, святой Николай Мирликийский воскрешает трех убитых мальчиков. Их расчленил и засолил в бочках коварный трактирщик. Действие разворачивается в таверне — справа хозяин или слуга разливает вино из боль­шого кувшина, а над кла­довкой, где стояли бочки, на чердаке хранятся припа­сы. На наружной стене, по обе стороны от входа, по белому фону выведены двадцать странных знаков.
Все это так называемые торговые знаки (merchants’ marks), которыми европейские купцы отмечали товары, а ремесленники (оружейники, худож­ники, граверы, мебельщики, каменщики, ткачи, печатники, пере­плетчики книг и т. д.) — свои творения. Эти символы использовали не только в торговле, но и в быту: они играли роль личного логотипа или герба — в том случае, если у человека его не было.Люди помечали ими свою собствен­ность — от домов до мебели или скота. Неграмотные использовали такие значки вместо подписи, грамотные — в дополнение к ней. Их просили изобра­зить на надгробиях или на образах (витражах, статуях и т. д.), которые жертво­вали храмам. Среди граффити, которые сохранились на стенах многих церквей, эти значки тоже не редкость. Многие прихожане, видимо, выцарапывали их вместо своего имени.