Из устава ордена тамплиеров, как принимаются братья:
Если светский рыцарь, или любой другой человек, желает избежать погибели и оставить мирскую жизнь, предпочтя ее общинной, не следует соглашаться и принимать его немедля, так как сказал мой повелитель Св. Павел: Probate spiritus si ex Deo sunt. Что означает: «Испытай душу, дабы убедиться что она от Бога». Если братья благосклонны к нему, пусть ему прочтут Правила, и если он желает прилежно следовать положениям Правил, и если Магистру и братьям угодно принять его, пусть он проявит свое желание перед собранием всех братьев и пусть с чистым сердцем выскажет свою просьбу.

Городские ворота (их всегда были по крайней мере не менее двух) служили для наблюдения за теми, кто входили в город и выходили из него, и сбором пошлин с торговцев за ввозимые и проданные товары. На первом этаже находился арсенал и склады, на самом верхнем уровне - астрономические или городские часы.

Стандартные ворота представляли собой прямоугольную башню, которая могла быть высокой или низкой, с проходом и подъёмным мостом над передним рвом. В стенах некоторых городов так же были водные ворота, через которые горожане проходили к источнику воды. Были также специальные ворота для палача и его подручных, для грязных людей, и также так называемые еврейские ворота.

После закрытия ворот в город можно было войти только по особому разрешению членов городского совета. Любой, кто не смог вернуться вовремя, должен был провести ночь за пределами городских стен. Ворота запирались на ключ, который ночью хранился у главы городского совета либо у городской стражи.

Вам нравится читать контент на этом канале?

Возможно, вы задумывались о том, чтобы купить на нем интеграцию?

Следуйте 3 простым шагам, чтобы сделать это:

1) Регистрируйтесь по ссылке: https://telega.in/c/medievalnotes
2) Пополняйтесь удобным способом
3) Размещайте публикацию

Если тематика вашего поста подойдет нашему каналу, мы с удовольствием опубликуем его.

Политическая карта восточного Средиземноморья 1450 г.

Добринский орден
Ч.1

Католические княжества Польши постоянно подвергались набегам пруссов, переходивших их границы в Померании и Судавии. Чтобы обезопасить себя, первые с конца XII в. строили крепости и приглашали для их обороны существующие военные ордены; вот и замок Староград на левом берегу Вислы правитель Восточной Померании вверил в 1198 г. госпитальерам. Территорию Тимау в Померании передали даже испанскому ордену Калатравы.

Влияние Сито в Польше было немалым, и роль главного движителя миссионерской активности в Пруссии исполнял монастырь Олива, основанный в 1178 г. близ Гданьска. Инициативу цистерцианцев подхватили польские князья, но они продолжали следовать примеру первых: князь Конрад Мазовецкий, вдохновившись образцами испанских орденов, в частности Калатравы, основал Добринский орден.
Князь уступил им Добрин (по-польски Добжинь), расположенный в среднем течении Вислы. Орден принял его название, хотя официально именовался орденом «рыцарей Христа в Пруссии».

Добринский орден
Ч.2

Орден имел некоторый успех. Он сделал из Добрина город, заселив его немецкими колонистами. Но если верить польскому хронисту Яну Длугошу, он не сумел защитить Мазовию от пруссов, и по этой самой причине в 1225–1226 гг. Конрад обратился за помощью к тевтонцам, передав им Хелмно и его область [Хелминскую землю]. Добринский орден был в 1235 г. поглощен Тевтонским, но город и его территорию вернули князю Конраду. Несколько братьев во главе с магистром Бруноном не признали этого слияния; Конрад поселил их в Дрогичине, на границе с языческими землями и Галицким княжеством. Увы, в 1238 г. рыцари были разбиты князем Галицким, и орден исчез. Тогда задача обороны этих земель была возложена на орден Храма, получивший три деревни на Буге, а потом, в 1257 г., крепость Луков. Присутствие орденов Храма и Госпиталя в Польше не было незначительным — между 1166 и 1300 гг. там насчитывалось 21 заведение Госпиталя,в том числе два замка, а между 1226 и 1290 гг. — 14 заведений Храма, в том числе две крепости.

Со времён средних веков почти ничего не изменилось 😁

Миниатюра из манускрипта Эврара де Конти «Нравоучительная книга о шахматах любви», XV век

Средневековая космология обычно считается догматичным и косным учением, которое было пересмотрено лишь к XVI веку благодаря сочинениям Коперни­ка. С одной стороны, это отчасти верно: средневековые авторы были уверены, что Солнце вращается вокруг Земли, и в целом не совершили важных астроно­мических открытий. С другой стороны, средневековая картина небесного мира не оставалась неизменной: в XII–XIV веках не утихали споры о количестве небесных сфер, о причинах их движений, о влиянии планет и звезд на земной мир. Все эти темы затронуты в самых разнообразных средне­ве­ковых текстах: в астроно­ми­че­ских и астрологических трактатах, в календарях, в энциклопедиях, в коммен­тариях к сочинениям Аристотеля и к библейским книгам, даже в медицинских трудах. Нередко такие рассуждения о небесных телах, их свой­ствах и назначении сопровож­да­ют­ся иллюстраци­ями, призван­ными объяс­нить читателю ту или иную мысль или развлечь его.

Физиология от Фомы Аквинского

Философ говорит в книге «О происхождении животных», что эмбрион прежде является животным, а лишь затем – человеком.
Сегодня выглядело бы инфантильным обращение к святому Фоме за «отпущением грехов» со стороны тех, кто делает аборты на определенном сроке, и, вероятно, сам он даже не задумывался о моральных аспектах своих построений, которые, как бы мы сейчас сказали, оставались для него сугубо научными. Тем любопытнее, что Церковь, которая всегда припадала к авторитету Фомы Аквинского, в этом вопросе предпочла тихо отмежеваться от его позиции.
В какой момент развития зародыша оказывается внедрена в него эта разумная душа, которая наделяет человеческую личность всеми ее свойствами? В традиционной доктрине об этом говорится очень осторожно, упоминается лишь в целом о сорока днях. Святой Фома говорит только, что душа создается тогда, когда тело зародыша готово ее воспринять.

Деталь миниатюры, изображающей монахиню, прядущую нить, пока её любимая кошка играет с веретеном; из часослова Маастрихта, Нидерланды (Льеж), 1-я четверть 14-го века. Британская библиотека, Лондон.

В Эксетерском соборе кошка жила на содержании. В отчётах 15 века её зарплата указана как пенни в неделю, то есть ела она не только мышей, от которых собор счастливо избавился. Причём в южной башне собора в большой двери до сих пор сохранилась маленькая кошачья дверь.
Кошки в Средние века имели установленную цену, по крайней мере, в той же Англии:

«Стоимость котенка с ночи его рождения до открытия глаз – пенни, и с тех пор, пока он не убьет мышь, два пенса, а после того, как он убьет мышь, четыре пенса».