Архиепископ Тирский Вильгельм так описывает последствия программы строительства замков, предпринятой крестоносцами в районе между Иерусалимом и Аскалоном в 30–40-е годы XII века:

«Имевшие землю в прилегающем районе чувствовали защиту со стороны соседних замков и построили в их окрестностях множество селений. В них жили многие семьи и земледельцы, и в силу их расселения здесь весь район стал более спокойным и начал поставлять округе большое количество продовольствия».

Среди этих новых поселений был Бет-Гибелин, где госпитальеры предоставили колонистам льготные права, «с тем чтобы лучше шло заселение этой земли». Каждый житель имел солидный надел порядка 150 акров, вносил за него ренту и мог передавать по наследству. Датированный 1168 годом список поселенцев свидетельствует, что многие из них прибыли в эти места из Западной Европы: Санчо Гасконец, Стефан Ломбардец, Бруно Бургундец, Гилберт Каркасонец и т.п. Крепости 30-х годов XII века вызвали к жизни колониальные поселения европейских земледельцев.

Представим себе крестьянина, надумавшего переселиться в другие края, и колониального землевладельца, решившего привлечь держателей. Предположим, первый — младший сын своих родителей или же просто человек, движимый голодом, как «многие, оставившие свои поля в годину великого голода в Германии и искавшие прибежища в Польше» в 1264 году. Естественно, между землевладельцем и этим потенциальным контингентом переселенцев должен был существовать какой-то обмен информацией. Такой обмен мог происходить в виде циркулировавших среди путешественников слухов, но более надежным каналом была пропаганда.

Восточногерманские феодалы, желая заселить и освоить свои владения в малолюдных приграничных районах либо недавно завоеванных территориях, нередко проводили в обжитых областях западной Германии целые кампании по привлечению поселенцев.

«Эти язычники — худшие из людей, но земля их — самая лучшая, с дичью, медом и хлебом. Если ее начать обрабатывать, она будет приносить столько, сколько не приносит ни одна другая земля».

Друзья! А мы объявляем новый конкурс! В качестве приза книга «Что мы делаем в постели: Горизонтальная история человечества»

👇🏻Условия участия в розыгрыше:

✅Подписка на наш телеграм канал Записки о Средневековье

✅Оставить любой комментарий (например участвую), благодаря нему мы и определим победителя конкурса методом случайных чисел.

О книге: Авторы — профессор антропологии Брайан Фейган и бывший редактор журнала Current World Archaeology Надя Дуррани. Эта книга рассказывает, как люди относились к своим спальным местам в разные эпохи в разных уголках мира, описывает необычные традиции и обычаи сна, а также объясняет, как на протяжении истории менялся социально-общественный статус спальни.

Рассказывает о том, как по-разному относились люди к своим спальным местам в разные эпохи, в разных уголках мира.

Подробно описывает традиции и обычаи сна, которые складывались в зависимости от климатических условий.

Объясняет, как на протяжении истории менялись социально-общественный статус спальни, отношение к приватности всего, что происходит в кровати.

Исследуя прошлое кровати, пытается предсказать ее будущее — с учетом всех веяний, модных трендов, а также новейших технологий, применяемых в производстве современных матрасов.

🎁 17 августа случайным образом выберем одного счастливчика!
Доставка книги по территории РФ

Упоминание о землях Восточной Европы в связи с их плодородием и необжитостью часто встречается в средневековых западноевропейских источниках. Венгрия, писал дядюшка германского императора Фридриха Барбароссы Огго Фрейзингенский, «славится как красивой природой, так и плодородием пашни».
Однако, сетует он, «поля ее едва ли видели мотыгу или плуг», и недоумевает, какой волею «эта дивная земля оказалась в руках не людей, а чудищ в человеческом обличье».

Французский монах Одо из Дойля, проезжая приграничные области Венгрии и Болгарии, замечал, что они «изобилуют тем, что дает сама природа и могло бы поддерживать поселенцев, ежели бы здесь были таковые».

Одной из первых задач при основании нового земледельческого поселения в средние века было установление границ между домами, дворами и полями. В лесистой местности эта задача порой оказывалась достаточно сложной. Так, размежевание земель цистерцианского монастыря в Генрихове (Heinrichau) в Силезии осуществлялась путем наблюдения с вершины сначала одного холма, затем другого, а также с помощью дымовых сигналов для ориентирования на поросшей лесом местности.

После этого пограничные знаки высекались на стволах деревьев. В более открытой местности могло хватить и межи, пропаханной плугом. В землях, лежавших восточнее Эльбы, эта задача была сложна, поскольку требовался не только раздел, но и обмер. Единицей измерения в Остзидлунге служил манс, то есть земельный надел площадью 40 или около 60 акров (соответственно для участка фламандского или франкского типа). Когда закладывалась новая деревня, требовалось сперва определить количество будущих участков и лишь затем проводить их разбивку на местности.

Заселение польских земель в высокое средневековье

Владислав Одониц Великопольский в 1224 году жаловал Тевтонским рыцарям 500 мансов, а в 1233 году — цистерцианцам два участка по 2000 и 3000 мансов, при этом не надо забывать, что 3000 мансов — это порядка 200 квадратных миль. Даже при менее значительных пожалованиях чаще всего размер устанавливался приблизительно. Одна герцогская грамота из Силезии XIII века регламентировала заселение двух деревень по немецкому закону и констатировала: «Поскольку число мансов, которые можно там разбить, точно установить пока невозможно, мы не в состоянии в точности предусмотреть объем прибыли, какую мы с этого получим».

Самый ранний из дошедших до нас документов, имеющих отношение к основанию нового поселения в Силезии, был издан герцогом Генрихом Бородатым в 1221 году. Речь в нем идет о деревне в составе пятидесяти мансов, однако делается следующее допущение: «если тамошний лес превышает по площади пятьдесят мансов, то мы все равно отдаем его деревне на тех же условиях».

Шествие трех фаллических фигур, несущих на носилках коронованную вульву. Брюгге, 1375-1424 гг.

Эти значки носили паломники отправляющиеся в святые места. Паломники носили значки с изображением гениталий вместе со значками христианских паломников в качестве дополнительной защиты от демонических сил. Эта теория подтверждается тем, что оба типа значков (религиозный и непристойный) были обнаружены на одних и тех же объектах, то есть они были изготовлены в одном и том же помещении. Однако действительно ли демона шокировал крылатый пенис или верховая вульва неизвестно.

Записки о Средневековье

Стрелковый фестиваль в Констанце, 1458 год. Иллюстрация из «Eidgenössische Chronik» (федеральных хроник) Дибольда Шиллинга из Люцерна, около 1513 года.

Спортивные соревнования имели широкую привлекательность и ярко выраженный международный характер. Стрельба также была частью политического ландшафта средневековья и предоставляла хорошую возможность для неформального общения и международных визитов. Например, стрелковое мероприятие, известное как «Freischiessen», состоявшееся в Цюрихе в 1504 году, привлекло множество иностранных посетителей от территории нынешних Нидерландов до Венеции. Событие, известное как «eerliche Schiessen», рассматривалось как большая возможность стабилизировать отношения с императором Максимилианом и городами южной Германии после Швабской войны. На мероприятии присутствовало более 360 лучников и 450 аркебузиров. Это показывает, как спорт и политика время от времени пересекались, как это происходит и сегодня.

Средневековый фудтрак

Начало 15 века: логистика, производство, доставка и маркетинг в одном лице. Ульрих Рихентальский (1360–1437): Хроника Констанцского собора 1414–1418 годов.

До вселенского собора в 1414 году в Констанце проживало 6000 человек. Во время проведения собора население увеличилось примерно до 60 000 человек. В город хлынули 33 кардинала, 346 патриархов, архиепископов и епископов, а также 2148 академиков, 546 глав и членов монашеских орденов и бесчисленное количество обслуживающего персонала, в том числе женщин, а также кареты, обозы и лошади.

Перспектива хорошей прибыли витала в воздухе. Хорошо сложенная команда из четырех человек пробирается по многолюдным городским улицам. Двое мужчин, один впереди и один сзади, управляют двухколесной ручной тележкой. Маневренность тележки оптимальна для улиц Констанца. На изображении пекарь как раз собирается вытащить теплый хлеб из духовки. Четвертый человек в группе тут же продает свежий хлеб возле гостиницы, где также можно купить крендели.

Плуг, это главное сельскохозяйственное орудие Средневековья, представляет собой достаточно сложный инструмент, который можно изготавливать и использовать различными способами. Есть существенное различие между симметричным движением арда (примитивного плуга, называемого по-французски araire, а по-немецки — Нaken), который прорезает борозду, выталкивая грунт в обе стороны, и так называемым тяжелым плугом (по-французски charrue, по-немецки — Pflug), который отваливает почву либо в правую, либо в левую сторону. Для этого необходим асимметричный лемех и отвал (которые, собственно, и являются его отличительными признаками — а вовсе не его «тяжесть»: по сути дела, арды могли быть тяжелее так называемых «тяжелых» плугов).

Это фундаментальное различие в способе употребления и результате труда — не единственное, чем могли отличаться между собой плуги. Плуги могут тянуть кони либо быки. Это может быть одно тягловое животное, пара или несколько пар (в плуг, конечно, могут впрягаться и люди либо использовать для этого механизмы). Плуг может стоять на колесах или нет; может иметь или не иметь ножа — вертикального лезвия для разрезания земли впереди лемеха; и так далее и тому подобное. Для Средневековья этот, сам по себе непростой, вопрос осложняется еще и тем, что сохранившиеся источники на этот счет скудны и туманны. Внятную историю земледелия приходится восстанавливать на основании мельком оброненных ссылок в церковных хрониках, косвенных упоминаний в отчетах, в иллюстрациях к псалтырям и календарям.

Самое раннее письменное упоминание о немецких и славянских плугах содержится в «Славянской хронике» Гельмольда, датируемой 70-ми годами XJI века. В трех разрозненных местах он пишет о «славянском плуге» (Slavicum aratrum) как о единице обложения десятиной. В каждом случае он дает пояснение: «пара волов либо одна лошадь составляют славянский плуг»; это плуг, «состоящий из двух волов или одного коня»; «Славянский плуг тянут два вола либо столько же лошадей».

В документе 1230 года, фиксирующем соглашение между Тевтонскими рыцарями и епископом Пруссии, например, «славянскому плугу» противопоставляется «германский плуг» (aratrum Theutonicale). Это была стандартная единица взыскания податей, иногда она называется просто «плуг» (aratrum) в противоположность ункусу или гакену. Один прусский документ 1293 года определяет уплату десятины в размере бушеля ржи с каждого плуга (aratrum) и бушеля пшеницы с каждого ункуса (uncus). В 1258 году термин «немецкий плуг» был употреблен в противовес прусскому ункусу. В Польше это противопоставление получило еще более яркое воплощение. Синод в Гнезно 1262 года регламентировал уплату десятины «с каждого малого плуга, называемого радло (radio)», и «с большого, называемого плуг (piug)»

Добро пожаловать в средневековую деревню!
Этот исторический комплекс расположен в датском городе Нюкебинг, он называется Middelaldercentret.
Все здания музея построены с исторической точностью. Без присутствия реконструкторов это место не было бы таким сказочным.

Русины в Великом княжестве Литовском

Средневековая Литва росла за счет собственной идентичности? Завоевание огромных территорий Руси означало, что Литовское государство наполнилось подданными с иной культурой, религией и языком. Парадоксально, но именно завоеватели поддались влиянию своих новых подданных, а не наоборот.

Немногие европейские страны росли такими темпами и в таких масштабах, как средневековая Литва. В начале 13 века литовские князья контролировали территорию, похожую на сегодняшнюю Литовскую Республику. Но им хватило ста лет, чтобы подчинить себе всю территорию нынешней Белоруссии и огромную часть Украины.

История литовских завоеваний – это также поучительная история о том, что экспансия в долгосрочной перспективе может принести даже большую выгоду побежденным, чем завоевателям. В границы Великого княжества Литовского входили территории с давними и почетными государственными традициями: ряд русинских княжеств, во главе с Киевом. Поначалу почти вся власть осталась в руках узкой элиты, происходящей из собственно Литвы и Жемайтии. Однако ситуация быстро изменилась.

Точные цифры привел Ежи Сухоцкий, автор книги « Становление и состав политической нации в Великом княжестве Литовском в эпоху позднего средневековья». Что показывают его исследования?

На рубеже XIV и XV веков (как раз тогда, когда Великое княжество Литовское вступило в унию с Польшей) властные элиты - состояли из русинов лишь чуть более чем на 3 процента. Почти 97% дворян, которым было разрешено занимать важные должности и заниматься законодательной деятельностью, были членами литовских родов. В первой половине XV века доля русинов на политических верхах возросла почти до 19%.

Таким образом пятая часть элиты в якобы замкнутом кругу власти теперь стала людьми чуждыми по языку, культуре и особенно религии литвинам. Уже во второй половине XV века русины составляли 37% литовской элиты. На рубеже XV и XVI веков – уже 41%.

«Генрихова хроника», появившаяся в цистерцианском монастыре в Силезии, описывает, как «первый аббат этого монастыря и его помощники… прибыли в эти места, тогда еще совсем дикие и покрытые густыми лесами; они вспахали землю мотыгой и плугом, питаясь смоченным в поту хлебом, чтобы только поддерживать силы».

На иллюстрации представлено датируемое XIII веком изображение как раз таких героических цистерцианцев, которые входят в лес, вооруженные топорами и мотыгой.
Они настойчиво подчеркивают примитивность прошлой жизни, до колонизации. Оглядываясь назад на первые дни своего пребывания в новой земле, они подчеркивали, что до начала их активного освоения польский ландшафт был невозделанным и скудным. Один лубяжский монах так рисовал в стихах пейзаж доцистерцианского времени:

 
«Земля не знала землепашца и лежала покрытая лесом,
И польский народ жил в бедности и праздности,
Обрабатывая песчаную почву одним только деревянным плугом без железного наконечника,
И умея запрячь в него только двух коров или быков.
Во всей земле не было ни большого, ни малого города,
Только сельские рынки, невозделанные поля да часовня возле замка.
Ни соли, ни железа, ни монет, ни металла,
Ни хорошей одежды, ни даже обуви
Не знал этот народ, они лишь пасли свои стада.
Вот что предстало взору первых братьев»

Оценка, какую монах дает этому примитивному образу жизни, явно негативная. Он перечисляет то, чего недоставало полякам в те далекие времена. У них не было преимуществ, какие давали города, торговля, добыча и обработка металла. Земледелие у них было развито очень слабо. В целом впечатление от их образа жизни — это крайняя отсталость и нищета. Пассаж завершается такими же интонациями, какие мы наблюдаем в труде колониста значительно более поздних времен, епископа Юкатанского Диего де Ланда, когда он перечисляет достижения, которые испанцы принесли в Новый Свет. Среди этих новшеств были кони, домашние животные, железо, механизмы и деньги. Теперь, заключает он, «индейцы живут как люди».

Если верить лубяжскому автору, то именно «пот» и «труд» цистерцианцев совершил чудо: «они совершенно преобразили (tota referta) эту землю».

Именно Высокому Средневековью Европа обязана существенным расширением обрабатываемых площадей. Однако процесс распространения зернового хозяйства имел еще одно следствие — создание новой экологической ситуации. Осваиваемые районы прежде имели значительные лесные ресурсы. Необрабатываемая земля не была бесплодна: среди ее богатств были рыба, дичь, яйца, мед, орехи, ягоды, камыш, солома, дрова, торф, древесина и дикие пастбища. Леса не были просто потенциальной пашней. Как заметил в середине XIV века король Богемии, «плотность и потрясающая высота деревьев в наших лесах занимают не последнее место среди богатств нашего королевства Богемского».

Необходимо было соблюдать некий баланс между возделанной и невозделанной землей, в противном случае результатом мог стать определенный ущерб. Когда архиепископ Гамбург-Бременский в 1149 году затеял расчистку и заселение расположенного в его владениях болотистого участка, ему пришлось компенсировать ущерб каноникам Бремена, которые добывали себе в этих местах дрова. Они не собирались даром отдавать ценный источник топлива.

Самые густонаселённые регионы Европы

Пик демографического и экономического развития средневековой Европы пришелся на начало 14 века. Континент уже в то время был явно перенаселен, а учитывая уровень развития сельского хозяйства того времени, прокормить его жителей становилось все труднее. Однако ситуация не везде была одинаковой. В средние века различия между регионами были огромными.

В 1300 году в Европе проживало от 73 до 93 миллионов жителей. На итальянском полуострове в среднем на квадратный километр проживало около 30 человек, а во Франции — 27,5. Однако самой густонаселенной была небольшая территория, соответствующая сегодняшней Бельгии. В этом урбанизированном и экономически развитом регионе плотность населения достигла более 43,3 человек на квадратный километр. Это то же самое, что сегодня – спустя более семи столетий – в Литве, Черногории и Колумбии. В Англии на рубеже XIII и XIV веков на квадратный километр приходилось около 23 человек, в немецких странах — 24, в Польше — менее 10, а дальше на восток, в районах Великого княжества Литовского — менее 3. Для сравнения, нынешняя плотность населения в Польше составляет 123 человека на квадратный километр, во Франции 118 человек и в Великобритании 272 человека.

В середине XV века на немецких землях в самом широком смысле, включая Чехию и Австрию, проживало от 10 до 12 миллионов человек. В Италии, густонаселенной, но значительно меньшей, проживало от 7 до 9 миллионов человек.

На Пиренейском полуострове площадь, соответствующая нынешним Испании и Португалии – от 5 до 7 миллионов. В Венгрии, без учета прилегающих территорий, проживало, может быть, 4 миллиона, а на всех Балканах - от 4 до 6 миллионов.

Читать не вредно, вредно не читать. Лучшие образовательные каналы от настоящих гуру гуманитарного телеграма. Присоединяйтесь!

🎩 ЭСТЕТ — Твой путеводитель по миру культуры, который подскажет «Что посмотреть?» и «Что почитать?». Регулярные анонсы кинопремьер, новинки литературы и статьи о живописи и истории;

📼20 лет назад — Россия 20 лет назад. Нулевые, DVD, Motorola, Последний герой, Оранжевая революция, Hi-Fi, Фрадков и многое другое;

🪖 Стальной шлем — западная политическая история Нового и Новейшего времени. Много Германии, Центральной и Восточной Европы;

🏙 Москва. Было — стало — канал «Москва. Было — стало», совмещая старинные и современные фотографии, показывает как изменилась столица России за последние 100-140 лет;

🌐 VATNIKSTAN — проект о русскоязычной цивилизации. Пишем об истории и культуре. Издаем книги. Проводим открытые лекции и культурные мероприятия.

⚔️ Великая Война — канал о Первой мировой. Тактика и стратегия, великие сражения и окопный быт, боевая техника и оружие. Все о войне, перевернувшей мир;

📚 История и истории — Древняя Греция, Рим, Византия, Крестовые походы и не только. Авторский канал «История и истории»;

🎖Вторая Мировая война — канал о Второй Мировой войне в фото и видеоматериалах, интересных и познавательных статьях;

🎧 Panfilov FM — масскульт глазами историка: история и мифология в кино, сериалах и играх, восприятие прошлого, легенды и мифы в разные эпохи;

🗺 Вечерний картограф — Карты всех эпох и жанров плюс многосерийные рассказы об истории, политике, а теперь и о путешествиях;

🏛 Эстетика Византии — История Рима античного и Рима средневекового в картинах, артах и других произведениях искусства;

🏺 Очень Древняя Греция — античность в искусстве, мифах и литературе, интересные факты от географии до криптографии, от филологии до археологии;

💣 Lace War — Канал известного историка. Статьи и циклы, а также авторские переводы иностранной литературы, которая едва-ли будет издана на русском;

⛪️ Лаборатория Культур — Новости культуры, философии, религиоведения. Пишем про интересные явления в мире и ездим в экспедиции в Африку;

🚩Красный фронтовик — авторский канал об истории Красной армии и европейского антифашизма первой половины XX века;

🌃 Moscowww — история города в необычных маршрутах и уникальных памятниках: куда сходить, что посмотреть, на что обратить внимание в Москве;

🎠 РОСТОВСКАЯ ЗЕМЛЯ — социальная антропология Замкадья. О субстратной истории, культуре, искусстве и метафизике "Глубинной России" — свежо, весело и без понтов;

🇸🇪 Чертог Медведя — авторский канал о Швеции, викингах и путешествиях. Автор живёт в Стокгольме и делится уникальным контентом из Скандинавии и не только;

🪬 Меряния. Merjamaa — изучение финно-угорского субстрата Верхневолжья в его русском прошлом и настоящем. Меря, чудь и мурома исторические и этнофутуристические.

Наемники коротают время за спортивными соревнованиями. Иллюстрация из «Eidgenössische Chronik» Дибольда Шиллинга из Люцерна, около 1513 года.

В верхней части картины мы можем заметить двух людей участвующих в борцовском поединке или «швингене».

Швинген это национальная швейцарская борьба, распространённая в германоязычной части Швейцарии. Известна, по некоторым данным, ещё с XIII века. Это было первое упоминание о швейцарской народной борьбе.

Изображение также наводит на мысль об организованном мероприятии, поскольку участники одеты в разные цвета. Это цвета кантонов времен Старой Конфедерации.

👉🏻 Записки о Средневековье

Военное снаряжение на средневековой миниатюре из фландии, 1490-1510.

Интеллектуалы в средние века

В предшествующие периоды интеллектуалы обитали либо при дворе князя, императора, короля, либо, что было чаще, в монастырях. Интеллектуалы нового типа жили в городе и преподавали всем желающим, которых становилось всё больше и больше.

Интеллектуал новой формации был не практиком, а специалистом в области мышления. Не надо было хорошо знать римское право, чтобы судить крестьян в английском Маноре: общество жило по другим законам. Раны и переломы лучше лечил не знаток Гиппократа и Галена, а малообразованный хирург-цирюльник. Высоко ученый-теолог не мог увлечь паству страстной проповедью, как это делал простой монах-францисканец. Но человек, который прошёл университетский курс, умел логически мыслить — это давало ему возможность сформулировать проблему и справиться с любой задачей. С этого периода преобразование мира пошло семимильными шагами.

👉🏻 Записки о Средневековье

Изображение игры в жёдепом на французской миниатюре XIV века. На заднем плане люди играют в шахматы.

Жёдепом — это прообраз тенниса и бадминтона, получивший популярность в Европе. Сначала играли рукой, потом на руки стали надевать специальные перчатки, а потом и вовсе стали отбивать мяч палкой, лопаткой, и наконец, ракеткой.

Жё-де-пом, в который могли играть одновременно до 12 человек, появился в XI веке, по-видимому, в монастырях. Поскольку монахи тратили больше времени на игру, чем на свою реальную работу, в XIII веке она была запрещена в монастырях.
Игра получила распространение в XIII—XIV вв. во Франции, Италии и Англии.

22 января 1397 года парижский прево ввел запрет на игру в мяч, на который игроки в не обратили никакого внимания. Полгода спустя прево пошел на уступки: играть разрешили, но только по воскресеньям, но и это не помогло. Запрет ввели поскольку многие ремесленники и рабочие увлекались игрой и пренебрегали своей работой и семьей. В 14 и 15 веках игра стала настолько популярной, что в некоторых случаях ее полностью запрещали или высылали на поля за пределами городских стен.
Jeu de paume был привезен в Англию герцогом Карлом Орлеанским, который был захвачен англичанами в битве при Азенкуре в 1415 году . Во время своего долгого плена он играл в эту игру каждый день.

👉🏻 Записки о Средневековье