Средневековые люди в целом рассматривали активную и пассивную роль в сексе как совершенно разные действия. Роли «активного» и «пассивного» партнера не обязательно были основаны на том, кто инициировал секс или кто больше им наслаждался. Многие средневековые авторы считали, что женщины похотливее мужчин. Их предполагаемая пассивность не значила, что они не инициировали сексуальные отношения или что от них ждали, что они будут неподвижно лежать на спине: это значило, что они претерпевали пенетрацию. Точно так же различие между «активным» и «пассивным» партнером в отношениях между мужчинами подразумевало, что один из них пенетрирует, а другой претерпевает пенетрацию. (Это разделение провести сложно, например, в случае с фелляцией, но в Средние века такие вопросы обсуждались редко.)

Итак, секс рассматривался как нечто, что один человек делал над другим. Одно из последствий такого отношения к сексу состояло в том, что в понимании средневековых людей партнеры в сексе не были вовлечены в один и тот же акт и не получали один и тот же опыт. В средневековых представлениях о сексе взаимность не была важна. Чаще всего партнеры были разных полов, и в результате средневековые люди понимали мужской и женский опыт в сексе совсем по-разному; когда же партнеры были одного пола, возникали концептуальные проблемы. Например, в средневековых текстах возникла серьезная путаница насчет морального статуса эротических актов между женщинами, которые зачастую не считались сексом, если только одна из женщин не применяла дилдо.

Одно из худших преступлений, которое человек может совершить в современном западном обществе, – это сексуальное насилие над ребенком, то есть над тем, кому меньше восемнадцати лет. В Средние века эту идею сочли бы абсурдной. Девочки могли выходить замуж в двенадцать лет, мальчики могли жениться в четырнадцать, но любой человек, который вступил бы в сексуальные отношения с ребенком младше этого возраста встретил бы не больше общественного порицания, чем в случае внебрачных сексуальных отношений со взрослым человеком. Существовало понятие возраста согласия, но оно применялось только к необратимым клятвам, даваемым, например, при заключении брака или при вступлении в монашеский орден.

Строительство замка в средние века. Сколько вам пришлось бы заплатить, чтобы построить собственную крепость?

Фактически каждый средневековый замок представлял собой уникальное строение. Его форма зависела от рельефа местности, наличия строительных материалов, достатка инвестора и, наконец, от функции, которую должно было выполнять здание.

Возьмем, к примеру, сооружение, возведенное в конце X века в Ланже, менее чем в 300 километрах к юго-западу от Парижа. Речь идет о каменной башне квадратного плана, разделенной на три уровня и высотой около 16 метров.

Сегодня уже известны аналогичные конструкции несколько большего размера. Самым старым сохранившимся, конечно лишь частично, средневековым замком в виде кирпичной башни на возвышенности считается Шато-де-Дуэ-ла-Фонтен на Луаре. Его начали строить в середине 10 века.

Что касается крепости в Ланже, то она была построена по инициативе Фулька Нерры, графа Анжуйского. Этого амбициозного правителя прозвали Le Grand Bâtisseur , что буквально означает «Великий строитель». Ничего необычного. С 992 по 1039 год граф построил не один и не несколько замков, а всего не менее 30.

Бернар Бахрах подсчитал, что стены крепости в Ланже толщиной 1,5 метра состоят из 144 000 небольших, равномерно отесанных каменных блоков, каждый размером 10х10х15 сантиметров. Однако, этот элегантный строительный материал формировал лишь лицевую сторону стен. В них было залито 1740 тонн заполнителя. Все это было соединено с помощью 300 кубометров раствора из песка и известняка. Еще 340 тонн камня было использовано для строительства фундамента и центральной колонны, поддерживающей всю конструкцию. На потолки потребовалось 35 тонн древесины и 50 килограммов гвоздей.

Чтобы построить такое сооружение всего за два года, понадобилось как минимум около 200 рабочих.

По словам Бахраха, только подготовка заполнителя и обтеска каменных блоков потребовали 12 000 рабочих дней. На приготовление раствора и других материалов было отведено более 2000 рабочих дней. На транспортировку строительных материалов ушло 2800 рабочих дней.

Только на стройке требовалось 63 500 рабочих дней штатным рабочим, 12 700 рабочих дней каменщиков и 1 600 рабочих дней кузнецов. В общей сложности все работы, вероятно, составили примерно 100 000 рабочих дней. Подробности о том, как именно были вознаграждены все эти усилия, в источниках отсутствуют. Однако можно подсчитать, что только для того, чтобы прокормить персонал, необходимый для строительства Ланже, требовалось 200 тонн зерна, то есть излишки, должны были поступать из ферм с общей площадью почти 3000 гектаров сельскохозяйственных угодий, на которых работало около 500 крестьян.

А что с покупкой? Например, в Англии на рубеже XII и XIII веков мощная, королевская крепость стоила около 7000 фунтов. Однако строительство среднего замка обошлось бы в 2000 фунтов. Калькулятор инфляции, предоставленный Банком Англии, показывает, что первая сумма была примерно равна 12 миллионам сегодняшних британских фунтов. Второй – более 3 миллионов.

Медеевист Ян Шимчак также собрал много информации о финансовых затратах, необходимых для строительства замка в средневековой Польше. По его подсчетам, за одну крепость Казимир Великий платил в среднем 12 000 grzywien, т.е. эквивалент 50 миллионов сегодняшних злотых. При Казимире было построено 50 замков, в общей сложности они потребовали затрат примерно в 600 000 grzywien. Это, около 2,5 миллиарда злотых по состоянию на 2024 год.

Сведения из хроники Янека из Чарнкува позволяют предположить, что на одной стройке при Казимире могло находиться 300 и более человек. Вероятно, примерно 30% затрат шло на заработную плату, а на материалы — менее 50%. Остальное – в основном тратили на транспорт.

Конечно, небольшие частные замки стоили гораздо дешевле. Известны случаи рубежа XIV и XV веков, когда небольшие замки в королевстве польском продавались всего за примерно от 800 тысяч до 1,5 миллионов сегодняшних злотых. Для польской элиты тех лет, даже это были значительные суммы.

Британский историк Эдвард Гиббон в последних томах своего авторитетного труда «История упадка и разрушения Римской империи» писал о «малодушии и разладе» среди «греков», как он и многие другие называли византийцев. Даже сегодня бытует представление, будто с византийцами что-то было не так, чем и объясняется, почему их государства больше нет на карте. Вместо того чтобы собирать и вооружать легионы против своих многочисленных врагов, они, игнорируя политическую и экономическую реальность, предавались церемониальным действам, собиранию древностей, догматическим спорам и украшению церквей. И если достижения древних греков и римлян имели глубокое влияние на современный мир и о них регулярно рассказывают в телевизионных программах и на школьных уроках, то Византия в значительной степени предана забвению.

Есть, однако, один очень неудобный факт, который не позволяет так легко сбросить ее со счетов. Если византийцы и впрямь были настолько бездеятельными и жалкими, что не сумели защитить себя, почему же их государство просуществовало так долго? История знает немало недолговечных империй, например Александра Македонского и Аттилы: образовавшиеся в результате военных завоеваний, они разваливались сразу после смерти своих харизматичных создателей. Византия, напротив, оказалась одной из самых долговечных держав в истории человечества. Если началом ее считать наречение Константинополя столицей в 330 году, а концом – захват города турками-османами в 1453 году, то она просуществовала больше 1000 лет. На протяжении всей своей истории Византия постоянно находилась на пути переселения народов, которые двигались на запад из степей Азии и с Аравийского полуострова. Именно это больше, чем что-либо еще, предопределило ее участь. Ее самобытное общество и характер сформировались в ответ на постоянную серьезную угрозу территориальной целостности. Перед лицом такого вызова одной только военной мощи было недостаточно. Срази в бою одну армию чужаков, и на ее место придут три. Нужен был новый образ мышления, чтобы найти другие способы нейтрализовать угрозу путем либо интеграции и заключения соглашений, либо подкупа и интриг, либо – и это самый необычный путь из всех – создания внешнего великолепия, цель которого – смущать врагов и привлекать их в свои ряды в качестве друзей и союзников. Империю регулярно сотрясали катастрофы, и все же ей удавалось выживать и восстанавливаться. Возможно, сами византийцы отчасти виноваты в том, что эти особенности истории их цивилизации не были оценены по достоинству. Своей литературой, искусством и церемониальными действами они ввели всех в одно из величайших заблуждений в истории, представляя свое общество как неразрывно связанное с прошлым: до самого конца они настаивали на том, чтобы считаться «римлянами», как будто с древних времен ничего не изменилось. На самом же деле перед лицом нескончаемых угроз Византия постоянно развивалась и менялась.

Почему в средние века так мало людей умели читать?

В раннем средневековье уровень неграмотности, вероятно, превышал 95%. До конца эпохи во всем обществе континента он ни разу не опускался ниже 80%. Но что было основным источником такого низкого распространения этих навыков, имеющих решающее значение с культурной точки зрения?

Низкое распространение письменности в средние века, особенно в раннем средневековье, имело множество причин. Некоторые могут показаться очевидными, другие сложно даже представить с точки зрения XXI века.

Во-первых, чтобы научиться читать тысячу лет назад, было недостаточно знать буквы. Задача была намного серьезнее. В сфере влияния Римской церкви почти все тексты были написаны на латыни. Цель было легче достичь на землях франков или вестготов, где местные языки были еще очень близки к древнеримскому языку. Однако постепенно эти связи ослабели, и латынь стала языком элиты, непонятным никому за пределами ученого класса.

Выучить латынь было нелегко, поскольку в Средние века не было ни словарей, ни учебников по языку. Например, во франкских школах времен Карла Великого инструкции были настолько расплывчатыми, что сегодня кажутся абсурдными. Достаточно сказать, что в особо ценимом Ars minor перечислен... один глагол с его спряжением и небольшой набор существительных. Всему остальному приходилось учиться у репетитора, обычно используя только псалтырь. Навыка чтения было особенно трудно достичь из-за принятой манеры письма. В раннем средневековье для разделения предложений не использовались ни точки, ни другие знаки препинания, ни даже… пробелы между словами. Кроме того, для сжатия текста обычно использовались группы букв (лигатуры), различные сокращения и символы. Их было огромное разнообразие в обращении, и практика писцов сильно различалась в зависимости от региона, характера письма и периода. Короче говоря, тот, кто хотел уметь читать, должен был знать латынь, знаки, море сокращений и словоупотреблений...

И в конце концов, если вы бы не были священнослужителем, правителем или чиновником, у вас было мало возможностей использовать приобретенные таланты. Средневековая цивилизация придавала наибольшее значение памяти и устному слову.

От дружины к рыцарству в королевстве Польском

Основной силой [во времена первой династии Пястов] была княжеская дружина. Еврейский купец Ибрагим ибн Якуб высоко оценивает ее боевое значение в своем отчете о путешествии по славянским странам во второй половине X века.

Дружина поддерживала постоянную боевую готовность. Государство, т. е. князь и его чиновники, выплачивало каждому воину жалованье, оружие, лошадей, снаряжение, еду и жилье. Правитель также заботился о семье дружинника. В результате между дружинниками и князем создавалась особая связь, что имело непосредственное влияние на воинскую дисциплину и чувство преданности. Средства, необходимые для содержания дружины, князь обеспечивал за счет дани, собранной с населения, военных трофеев, а также прибыли, полученной от собственных поместий. Еще до первой половины XI века начался упадок дружины, что было вызвано политическим и экономическим кризисом, охватившим в то время Польское государство (нашествие Бжетислава, бунт шляхты, крестьянское восстание, языческие бунты).

Казимиру Реставратору [который был вынужден бежать из страны в 1037 году и снова правил ею в уменьшенных границах примерно с 1040 года] наконец удалось восстановить основы военной организации за время своего долгого правления.

Однако князь не мог укомплектовать воинов из собственной, пустой казны. Поэтому он решил предоставить им землю; а взамен полученного бенефиция они обязаны были являться верхом и с соответствующим оружием при каждом вызове правителя.

Это не значит, что прежний институт дружинников был полностью забыт. В распоряжении князя и наиболее влиятельных сановников (архиепископа, воеводы) еще оставались вспомогательные дружины, действовавшие по старым правилам. Должностным лицом, ответственным за новую систему организации, был воевода, высший дворцовый сановник того времени. Государственной казне уже не приходилось заботиться о содержании рыцарей, которые по княжеской милости превратились в собственников, пользующихся земельными бенефициями.

Численность славянских армий раннего средневековья

Польские историки довольно широко признают, что информация из арабского источника о том, что Мешко I имел во второй половине X века профессиональную армию в 3000 человек, была правдивой или близкой к истине. Однако в свете современных исследований эту цифру следует считать слишком завышенной. Ее критический анализ - и вообще критический анализ всех утверждений о существовании действительно многочисленных славянских армий раннего периода - был недавно представлен чешским исследователем Давидом Калхаусом (David Kalhaus).

Он привел практические аргументы, с которыми весьма трудно спорить. Он отметил, например, что колыбель чешского государства Пржемысловичей, чешской державы в первой половине X века, имела такую площадь и лесной покров, что даже если половина всех пастбищ использовалась бы для разведения лошадей, это пространство могло обеспечить скакунами максимум 2500 всадников.

Это трудно согласовать с классической позицией, согласно которой Пршемысловичи имели армию составляющую 3000 и даже более кавалеристов. Однако, сказать сколько же точно было военных профессионалов в славянских государствах до сих пор не представляется возможным.

Семьи в средние века

С XIX века в науке преобладало мнение, что типичным для средневековой Европы явлением были большие семейные хозяйства, состоящие не только из родителей и детей, но и бабушек и дедушек или близких родственников, живущих под одной крышей или хотя бы в одном поместье.

Разумеется, само существование больших семей не подвергается сомнению. Однако многочисленные исследования, проведенные особенно после Второй мировой войны, ясно показывают, что они были скорее исключением, чем правилом. Независимо от того, анализируется ли состав семей из Англии, Франции, Италии или Польши, выводы схожи. По оценкам медиевистов, большинство семей по своей природе были похожи на современные: это были нуклеарные семьи, состоящие только из родителей и детей. В ситуации, когда число потомков ограничивалось главным образом воздержанием – особенно в периоды постов, как того требует Церковь, – замужняя женщина практически постоянно была беременна или рожала с момента замужества или вступления в постоянную связь до смерти ее партнера, ее собственная или появлением менопаузы.

Историк-демограф Josiah Russel подсчитал, что в типичной семье могло быть от 5 до 8 детей. Были возможны конечно и более многочисленные семьи. Конечно, рождение восьми или даже десяти детей не означало, что в хозяйстве когда-либо одновременно проживало так много людей. В среднем половина потомства в конечном итоге не дожила до взрослого возраста, а очень большой процент умер в колыбели. Так каков же был фактический размер семьи? До середины 20 века обычно предполагалось, что в одном домохозяйстве в среднем проживают 5 человек. Josiah Rusell вызвал большую путаницу в исторической демографии, заявив, что и для Франции, и для Англии, а, следовательно, и для других территорий, следует использовать гораздо более низкое значение: 3,5.

Следует знать, что «статистическая» семья не обязательно означает типичную семью. Несколько процентов пар не имели потомства, а также были случаи, когда различные катаклизмы приводили к гибели всех детей, и выживали только взрослые особи, более устойчивые к голоду и болезням. Поэтому, как комментирует медиевист Питер Флеминг, «скорее всего, семья, состоящая всего из 4 или 5 человек, воспринималась как маленькая». Ключевым фактором было финансовое положение. Например, в сельскохозяйственном городке Halesowen на западе Англии в первой половине XIV века в беднейших крестьянских семьях одновременно жило в среднем менее двух детей, в семьях со средним доходом - трое, а в самых богатых - целых четыре.

Как комментирует Питер Флеминг, размер семьи увеличивался с ростом благосостояния, потому что «более богатые родители, как правило, могли обеспечить лучшие условия жизни для себя и своих детей, у них также было лучшее здоровье и более высокая фактическая рождаемость, а их потомство с большей вероятностью доживало до юности».

Интересные выводы были сделаны, например, в результате тщательного исследования нотариальных документов позднесредневековой Богемии. Например, материалы из Быджова на севере страны, относящиеся к XIV-XV векам, содержат сведения о 192 семьях с известным числом потомков. У 73,5% из них был один-два ребенка, у 24,5% - три-четыре ребенка и только у 2% - более четырех.

Можно также привести в пример немецкий город Фрайбург. Примерно в 1440 году типичное домохозяйство здесь насчитывало 4,14 человека. Но средняя численность по близлежащим селам на тот момент составляла 4,74 человека.

Два раннесредневековых шлема из польских земель. Находки из Гожухува в Калишском районе (слева, 10/11 вв.) и из Орховского озера близ Быдгощи (11/12 вв.).

Образцы раннесредневековых мечей, найденные в Померании (Щецин, Любятово).

XII–XIII века были эпохой стремительного развития городов, которое имело место практически во всех областях Европы. Население старых городов росло, они выходили за рамки своих римских или раннесредневековых границ, а одновременно появлялись сотни новых городов, зачастую — в рамках осознанной политики освоения и развития новых территорий. Например, померанский князь Барним в 1234 году объявил, что «движимые стремлением удовлетворить свои потребности и нужды и упрочить свое могущество обычаями других областей, мы приняли решение о развитии в наших землях свободных городов».

Сложность, возникающая сразу, как принимаешься за историю средневековых городов, связана с тем, что в равной мере имеют право на существование два вполне обоснованных и полезных, но в корне различных определения города. Одно связано с экономическими параметрами: город — это поселение с численностью населения выше средней и с относительно высоким развитием товарообмена и разделения труда.
Населенные пункты с такими размерами и населением, которые в Средние века позволяли относить их к городам, сегодня могут считаться не более чем деревнями. Такое же наблюдение будет верно, если мы станем рассматривать скорее географические, нежели хронологические различия. Возможно, валлийский город XIII века, если его мысленно перенести в Ломбардию, в сознании своих новых соседей уже мог и не заслуживать названия города. Средневековые города — это населенные пункты, которые историки выделяют из массы других по ряду параметров (население, степень коммерциализации, разделение труда), или, если говорить точнее, исходя из ощущения, что они превосходили другие поселения по этим параметрам, если бы мы имели возможность эти параметры измерить.

Совершенно иной характер носит юридический критерий определения города, который отражает другой подход к проблеме. Если экономическое определение является ретроспективным и относительным, то юридическое характеризует определенный момент времени и абсолютно по своей сути. В правовом смысле города имели иной статус, нежели остальные населенные пункты, и о существовании этого статуса люди той эпохи хорошо знали. На самом деле, этот статус город должен был в определенный момент получить, и именно эта дата чаще всего считается днем «основания» города. С юридической точки зрения феодал мог своей волей в одночасье обратить «негород» в город. Ясно, что с экономической точки зрения такое превращение было бы невозможно. Юридические привилегии городов могли даваться одномоментным росчерком пера, что было невозможно для города как новой экономической модели.

Локти, ступни, мили. Какие меры измерения использовали в средние века?

Меры, используемые в современном мире, почти полностью абстрактны, оторваны от реалий жизни. В повседневной жизни никто не задумывается о том, что метр — это расстояние, которое свет проходит в вакууме за 1/299 792 458 секунды. На практике метр — это просто длина, указанная на рулетке, а килограмм — это значение, отображаемое на весах, установленных в ванной или на кухне. Нет необходимости знать больше. Однако в средние века дела обстояли совершенно иначе.

В традиционных обществах, как правило, использовались не абстрактные меры, а человеческие, имеющие конкретные, общепонятные корни в том, как выглядело и функционировало человеческое тело. В результате системы, основанные на схожих правилах и использующие схожие термины, могут быть независимо созданы и развиты в разных регионах.

В средние века короткие расстояния измерялись с помощью конечностей: например, по толщине пальца или длине ступни или локтя. Это были величины, которые можно было приблизительно определить без применения каких-либо инструментов и они не вызывали споров, если конечно же не требовалась исключительная точность. Однако, проблемы возникали когда нужно было очень точно измерить. У разных людей были разные ступни или локти разной длины. Кроме того, каждую часть тела можно измерить по-разному. Если значением был палец, многое зависело от того, какой именно палец руки принимался за эталон.

Это позволяет понять, почему дюйм, интуитивно понимавшийся в средние века как толщина пальца, в конечном итоге определялся в Англии менее спорным образом: как толщина трех ячменных зерен, помещенных рядом друг с другом. Пядь мог означать расстояние между кончиком большого и среднего пальца открытой руки. Но иногда отсчет велся до мизинца, а сам большой палец можно было держать по-разному. Локоть мог быть «маленьким» или «большим». Первый измерялся, например, от локтя до костяшек сжатого кулака, второй – от плеча до кончика большого пальца.

На практике почти в каждом крупном городе определялись свои жесткие схемы локтей и стоп, которых должны были придерживаться все присутствующие там купцы и ремесленники. В соседнем поселении часто действовали другие стандарты. Более того, у каждого органа власти могла быть своя модель измерений.

В повседневной торговле измерение локтем играло важнейшую роль, по крайней мере, среди мер длины. В Польше среди различных вариантов локтя наиболее важным был тот, который использовался в столице Кракове. Кропотливое исследование, проведенное почти столетие назад Эдвардом Штаммом, показало, что в XIII–XIV веках длина локтя, вероятно, составляла 60,6 см. Но к концу XIV века она уменьшилась до 58,6 см. Для сравнения, локоть города Хелмно, использовавшийся тевтонскими рыцарями, составлял 62,7 см до укорочения и 57,6 см после него.

Дорогие подписчики, пришёл новый донат анонима! Спасибо вам большое за поддержку канала. Группа уже выросла до 12 000 человек, когда начинал вести группу, даже представить себе не мог, что нас будет так много. Всегда думал, что тематика средних веков, не будет столь интересна для большого числа людей, но возможно средние века стали популярнее, либо вам просто нравится читать интересные факту и истории о тех временах.

Если кому не жалко подкинуть монету, всех приглашаю по адресу:
https://www.donationalerts.com/r/medieval_notes

Дорогие подписчики! Уже давно не делал видеороликов для Ютуб, сегодня решил сделать видео о судьбе русинов на территории средневековой Литвы и Польши. Жду ваши комментарии и впечатления от видео. Для лучшего понимания вопроса, советую ещё один видеоролик, о польском взгляде на историю Руси: https://youtu.be/YsgdhV6S8fM?si=j8WfDbEbqTKinlzm

Ссылка на видеоролик: https://youtu.be/Z_FOflLoOY4?si=1K8wow-losILkOgX

Одни молятся, другие воюют, третьи работают, таково ли было общество средних веков?

Laboratores , oratores и bellatores , т.е. те, кто работает, молится и сражается соответственно. Почти каждая публикация, посвященная обществу средневековой Европы, и каждый учебник, хотя бы незначительно затрагивающий этот вопрос, подчеркивают, что тысячу лет назад именно так понималось важнейшее разделение, определяющее порядок жизни и структуру власти.

Оно должно было выразить некогда распространенное убеждение, что каждый человек имеет свое неизменное место на социальной лестнице и присущие ему функции. Более того, такое разделение считается доказательством того огромного значения, которое придавалось задачам, выполняемым духовенством и вооруженными людьми в средние века.

Не совсем ясно, кто первым предложил такое видение общества. Есть много указаний на то, что это был сегодня почти полностью забытый монах из франкского монастыря в Осере по имени Гемон, писавший в середине IX века. В одном из своих библейских комментариев он заявил, что «языческое» деление на сенаторов, воинов и плебеев было заменено христианами новым: духовенством, воинами и земледельцами.

Вскоре, и, вероятно, под более или менее прямым влиянием Гемона, тот же список был процитирован ученым королем Англии Альфредом Великим. В своих размышлениях о природе собственной монархической власти он отмечал, что королю «нужно, чтобы его страна была полностью укомплектована людьми. Для этого ему нужны те, кто молится, те, кто сражается, и те, кто работает».

Слова были произнесены во второй половине IX века. Подобные комментарии из X века найти трудно. Однако они начали множится после 1000 года как в Англии, так и во Франции. Именно тогда Адальберон Лаонский утверждал, что «на Земле одни молятся, другие сражаются, третьи работают».

Как подчеркивает словенский историк Томислав Виньевич, даже среди узкого круга интеллектуалов существовали и другие, более популярные модели. Однако о них пишут не часто, поскольку им не свойственна та же заманчивая простота и очевидность. В подавляющем большинстве случаев такое разделение исходило от средневековых священнослужителей.

Они вообще не были предназначены для описания реальной картины общества. Они не были направлены на точную интерпретацию реальности. Последующие авторы ссылались на такое разделение в конкретных, часто специальных и личных политических интересах.

В подавляющем большинстве случаев комментарии исходили от священнослужителей.

Они вообще не были предназначены для описания реальной картины общества. Они не были направлены на точную интерпретацию реальности. Последующие авторы ссылались на такое разделение в конкретных, часто специальных и личных политических интересах.

Не случайно представители духовенства и поставили духовенство на том месте, которое, прежде занимали римские сенаторы. Таким образом духовенство хотело показать, что класс, к которому он принадлежит, должен руководить другими и иметь первенство во всех сферах жизни, а не только в вопросах веры.

Епископ Жерар Камбре, также упомянул трехстороннее разделение, главным образом потому, что хотел показать, кто должен иметь приоритет.
Высшие духовные сановники прекрасно знали о существовании торговцев, ремесленников, горожан... и всех остальных людей, которых нелегко отнести к тем, кто работал в поле, воевал или молился. Но они писали политические и религиозные трактаты, а не статистические ежегодники. Им не нужно было быть точными.

Видение трех групп общества в некоторой степени отразилось во французской системе, где с 14 века король созвал собрания представителей Генеральных штатов - разделенных соответственно на духовенство, дворянство и остальное население.

Однако в других странах его практическое значение было весьма незначительным. Слишком хорошо было осознано, насколько сложнее на самом деле была организация человеческой деятельности. Достаточно упомянуть, что автор немецкой проповеди, написанной около 1220 года, разделил все население на целых 28 различных слоев. Это больше соответствовало фактам, чем простая тройная система.

Вислые свинцовые печати князя Владимира Мономаха раннего периода правления

Сохранившиеся древнерусские печати известны со второй половины X века. Это вислые свинцовые печати (так называемые буллы), которыми скрепляли документы — практика, заимствованная из Византии (первое летописное упоминание о печатях на Руси относится к 944 году). Древнейшая печать — князя Святослава Игоревича, найденная при раскопках Десятинной церкви и несущая изображение княжеского знака, — к сожалению, была утрачена в годы Великой Отечественной войны. Известны дошедшие до нас печати сыновей Владимира Святославича — Изяслава, Святополка, Ярослава, Глеба. На ранних княжеских буллах, по-видимому, с начала XI века помещались изображения князей и их святых покровителей. Начиная с рубежа XI–XII веков на княжеских печатях на аверсе помещалось изображение святого патрона самого князя, а на оборотной — патрона его отца. Эта традиция сохранялась на протяжении XII–XIII веков. Изучение булл такого типа дает большой материал для древнерусской княжеской антропонимии.

Известны печати древнерусских митрополитов и епископов, начиная с митрополита Феопемпта, занявшего киевскую кафедру в 1030-х годах. На печатях духовенства помещались изображения Богоматери и святых, а также благопожелательные надписи с именем владельца на греческом языке. Дошли до нашего времени и печати древнерусских посадников, прежде всего новгородских.

Особую часть сфрагистических (Сфрагистика — наука, изучающая печати) источников составляют свинцовые печати-пломбы так называемого дрогичинского типа (по месту их первой большой находки — у города Дрогичина, на пограничье Руси и Польши), сравнительно небольшого размера. Они использовались преимущественно для опечатывания товаров или меховых денег (связок шкурок пушных зверей). Благодаря археологическим исследованиям древнерусская сфрагистика представляет собой постоянно пополняемый фонд важных вещественных источников по истории средневековой Руси.

Дорогие подписчики, похоже один из видеороликов на канале попал в рекомендации и набрал 23 000 просмотров. Если вы ещё не смотрели милости прошу, ну и конечно же давайте лайки и комментарии.

https://youtu.be/eoU8wUXufGA?si=-5_urogYdaznHgF-