Специальное оружие средневековых моряков

Кракемарт – короткая кривая массивная обоюдоострая сабля, излюбленное оружие крестьян, французских и английских моряков. Была незаменима в абордажных столкновениях. В остальной Европе особого распространения не получила.

Как правило, имела короткую ручку, иногда украшалась резьбой. Возникла в XIV веке, была популярна у английских и французских моряков (в меньшей степени в других странах Европы) в XV веке.

Сабля кракемарт приобрела славу грубого тяжёлого оружия в абордажных боях на тесных палубах кораблей. Им наносили мощные удары, кололи и резали на коротком расстоянии, но это оружие нуждалось в значительной физической силе при применении. Сабля кракемарт, действуя наподобие консервного ножа, могла пробивать вражеские доспехи, чему способствовало острое и широкое остриё клинка.

Миниатюра в рукописи, сделанная примерно в 1468–1475 гг. Короткоствольные бомбарды имеют достаточно характерную для второй половины XIV века конструкцию. Лафеты, однако, условные — похоже, художнику довелось видеть только ствол старой пушки. Рукописная «История Александра Великого».

До 1360‑х гг. пушки невелики по размеру и мало отличаются от позднейших ручных. Но уже в 1362 году пизанцы осаждают замок Пьетрабуона, и находится «некто, который стреляет из бомбарды очень метко, а та бомбарда весит более 2000 фунтов, и он наносит большой урон, и побивает много [противников]». В 1378/1379 году в Аугсбурге Иоганн из Аарау изготавливает три бронзовые пушки, стреляющие 127-, 70- и 50-фунтовыми (каменными) ядрами. Последняя из них, как указывает источник, «бьёт на 100 шагов».

В 1375 г. во Франции королевским указом строится «великая пушка из железа», на постройку которой уходит 2110 фунтов «испанского и французского железа» и 200 фунтов стали, а также много дерева для лафета. Помимо этого, для её изготовления использовалось 90 фунтов каната, которым был обмотан весь ствол, и бычьи шкуры, которыми ствол был обшит поверх обмотки для защиты от сырости.

При осаде крепости Одруйк (1377) бургундское войско, по словам Фруассара, использует «140 орудий», из которых по крайней мере некоторые стреляют 200-фунтовыми снарядами. Впрочем, комендант Вильям де Вестон при разбирательстве его действий, приведших к сдаче, оправдывается тем, что против крепости действовали «9 великих пушек и 2 требюше». В 1377–1378 гг., по сообщению историка XVIII века, герцог бургундский заказывает и получает пушку под каменное ядро в 450 фунтов. «Большую» бомбарду» в 1382 году заказывает город Лилль.

При осаде Оденар (1382) у гентских фламандцев есть «…бомбарда поразительной величины, 53 [французских] дюйма [в обхвате]… и когда бьёт та бомбарда, то это видно днём на добрых пять лье вокруг, а ночью на десять; и звук такой громкий, будто из преисподней вырвались все черти».

Венецианцы в 1376 г. нападают на Кверо с бомбардами «неслыханной и невиданной величины», о которых позже пишет «Хроника Тарвизия». Позже, в 1380 г., они обстреливают Брондоло из бомбард «Тривизана» и «Венециана», имеющих 195- и 140-фунтовый калибры (58,6 и 42,1 кг). В 1387 г. синьор Падуи имеет бомбарды калибром 500 (римских/сиенских) фунтов. Сиенское войско осаждает Сан-Джюсто 5 июня 1390 г. с двумя бомбардами калибром 300 (флорентийских) фунтов, и их огонь «обрушивает часть стены».

В 1388 г. в Нюрнберге делают «большую пушку ценою 500 марок, коя пробивает с тысячи шагов шестифутовую стену». В том же году для перевозки нюрнбергской пушки «Кримгильда» («Chriemhilde»), стреляющей 500-фунтовыми ядрами, требуются 52 лошади. Договор 1397 года между королём Венцелем и пфальцграфом Рупрехтом упоминает пушки, стреляющие (каменными) ядрами в 1 центнер (100 фунтов).

В первых десятилетиях XV века орудия под 500-фунтовое каменное ядро становятся достаточно обыкновенными. Своебразной вершиной развития короткоствольных ковано-сварных бомбард является «Штейрская бомбарда» («Pumhart von Steyr»), построенная в Австрийском герцогстве, видимо, в 1420‑х годах. Дальнейшим их развитием стали длинноствольные ковано-сварные бомбарды, из числа которых наиболее известны гентская (фламандская) «бешеная Грета» и английская «Монс Мег» французской постройки, а также длинноствольные бронзовые бомбарды XV века. Переходным типом к длинноствольным бронзовым оказывается «ленивая Метте [Матильда]» (ок. 1410).

Один из самых известных сюжетов маргиналий — рыцарь, обращенный в бегство улиткой или, как здесь, вставший перед ней на колени, возможно, в мольбе о пощаде. Американский историк Лилиан Рэнделл однажды предположила, что эти образы могли высмеивать ломбардцев, которые были известны во Фран­ции как ростовщики (вспомним русское слово «ломбард», напоми­нающее о былой специализации выходцев из северной Италии) и считались злобными трусами.

Однако сценки, где рыцари пасуют перед улитками, встречаются слишком часто и в слишком разных контекстах, чтобы их можно было свести к одному этническому стереотипу. Скорее всего, перед нами смех над трусостью как таковой и/или насмешка над нерыцар­ственностью воинского сословия. В одной из рукописей «Искусства любви, добродетели и счастья» (около 1300 года) текст главы «Каковых вещей следует опасаться, а каковых — не следует, ибо они ничем не опасны» сопровождает сцена, где напуганный мужчина бросает свой меч перед зайцем и улиткой, то есть пасует перед противниками слабыми и ничтожными.

Добродетели, попирающие пороки. Фасад Страсбургского собора. XIII век

Согласно средневековому христианскому мировоззрению в человеческой душе разворачивается постоянная борьба между пороками и добродетелями. Чело­век греховен, но может спастись, ведя добродетельную и благочестивую жизнь. На стенах соборов добродетели, пороки, грехи и наказания за них представле­ны в виде аллегорических фигур, которые показывают, с чем людям следует бороться и какое оружие выбрать для этой борьбы, чтобы в итоге спастись и достичь Царствия Небесного.

Двенадцати благородным девам, олицетворявшим добродетели, отводилось довольно скромное место — на уровне глаз. Проходя мимо, верующий мог их разглядеть и запомнить. Добродетели изображены рука об руку с пороками: рядом с Надеждой мы видим Отчаяние, Вере противопоставляется Идолопо­клонство, а Гордыню можно победить только Смирением.

На изображенном отрывке из французской рукописи популяр­нейшего «Романа о Розе» — алле­го­рической поэмы во славу куртуаз­ной любви — две монахини-кларис­сы со­бирают с дерева фаллосы. Этот запретный плод ничуть не менее сладок, чем тот, который их прародительница Ева сорвала с Древа познания добра и зла. Справа изображена еще более прозрачная метафора вожделения и совокуп­ления — монах преподно­сит сестре свой пенис, а еще на одном листе сестра тащит за собой того же монаха, привязав ему на пенис веревку. Все эти сцены, скорее всего, символизи­руют (греховную) женскую сексуальность и власть над мужчиной.

Дерево, усаженное плодами-фал­лосами, в средневековом искусстве редкость, но все же не уникум. В XIV–XV веках похожее фривольное древо встречалось на фресках в двух тирольских замках, на нескольких паломнических значках и на деревян­ных шкатулках, какими обменивались будущие супруги.

В 2000 году в ходе реставрации средневекового источника в тоскан­ском город­ке Масса-Мариттима под штукатур­кой обнаружили огромную (5 на 6 мет­ров!) фреску с изображе­нием древа, усаженного двадцатью с лишним фаллосами. У его подножия стоит девять женщин (и видны остатки десятой фигуры). Две из них, вцепившись друг другу в волосы, не могут поделить еще один фаллос. Над их головами парят большие черные птицы — то ли вороны, то ли орлы. Одна из птиц, зависшая над голо­вой второй дамы слева, напоминает черного орла — символ Священной Римской империи и проимпе­ратор­ской партии гибеллинов, которая в Италии того времени противо­стояла партии гвельфов, поддержи­вавших римских пап. Эта фреска располагалась под аркадой обще­ственного фонтана, куда жители ходили за водой. Единственное, что мы о ней знаем наверняка, — это то, что она была создана после 1265 года, когда было построено само здание, а вскоре после этого ее забелили.

Музыка и Грамматика в архивольтах собора в Шартре. XII век

Семь свободных искусств делились на тривиум и квадриум. В тривиум вхо­дили, как бы мы сейчас сказали, гуманитарные науки: грамматика, риторика и диалектика. Квадриум включал в себя арифметику, геометрию, астрономию и музыку. Философия, считавшаяся божественной наукой, не входила в число семи свободных искусств. Она стояла во главе всех учений: только овладев все­ми семью искусствами, можно было постичь философию. Каждая дисциплина являлась высочайшим достижением человеческого разума. Науки изобража­лись в виде величественных и серьезных дев, держащих в руках различные атрибуты. Так, например, Грамматике надлежало держать в руке розги, Гео­метрии — циркуль и линейку, а сидящей на скамье Музыке — молоточек, кото­рым она ударяла по нескольким колокольчикам.

Миниатюра из манускрипта Якова Ворагинского «Золотая легенда». Франция, 1382 год

Святая Маргарита (в православной традиции Марина) Антиохийская — самая безжалостная победительница бесов и драконов в средневековой культуре. По житию, она родилась в конце III века н. э. в Антиохии (сегодня это террито­рия современной Турции). Как христианку, ее бросили в темницу. Там к ней явился огромный чудовищный дракон, обвитый мелкими змеями. Он бросился на девушку и проглотил ее. Однако Маргарита перекрестилась, и тогда утроба змея разорвалась, он умер, а она вышла на свободу. После этого перед ней возник бес, и Маргарита жестоко избила его, вырвав ему полбороды, ус и вы­бив глаз. На европейских миниатюрах святая изображается рядом с побежден­ным змеем. То, что она побывала в его желудке, заметно по одежде: подол длинного платья виден в пасти монстра.

Золотой амулет. Англия, XIII век


Это брошь XIII века, на которой тоже хорошо читаются буквы AGLA — Atha Gebri Leilan Adonai. Видимо, брошь использовалась как талисман.