В средние века миряне в своих конфликтах с мона­хами часто критиковали их за стяжатель­ство, пьянство и распутство. Отсюда во многих европейских языках появились устойчивые выражения и пого­ворки, высмеивавшие пороки монашествующих. Например, итальян­ская «Preti, frati e polli non sono mai satolli» — «Попы, братья и куры никогда не бывают сыты».

Цистерцианцы

Обмирщение, восторжествовавшее среди клюнийцев и в других близких по духу монастырях, вновь пробудило мечты о возвра­щении к первоначальной строгости. В 1098 году аббат бургунд­ского монастыря Молем по имени Роберт, отчаявшись привести братьев к строгости, с 20 монахами ушел оттуда и основал аббатство Сито. Оно стало ядром нового, Цистерцианского (от Cistercium — латинского названия Сито) ордена, и вскоре в Европе появились сотни аббатств-«дочерей». Цистерцианцы (в отличие от бене­­диктинцев) носили не черные, а белые (из некрашеной шерсти) одея­ния — поэтому их стали называть «белыми монахами». Они тоже следовали уставу святого Бенедикта, но стремились исполнять его буквально, чтобы вер­нуться к первоначальной строгости. Для этого требовалось удалиться в далекие «пустыни», сократить продолжительность богослужений и посвятить больше времени труду.

Отшельники и рыцари-монахи

Помимо «классических» бенедиктинцев, на Западе существовали монашеские общины, жившие по другим уставам или сохраняв­шие устав святого Бенедик­та, но применявшие его принци­пиаль­но иначе — например, отшельники, практиковавшие крайнюю аскезу в небольших общинах, такие как камальдулы (их орден был основан святым Ромуальдом), картезианцы (последователи свя­того Бруно) или гранмонтенсы (ученики святого Стефана из Мюре).

В эпоху Крестовых походов возникли духовно-рыцарские ордены: госпиталь­еры, тамплиеры, тевтонские рыцари и пр. Они были призваны защищать паломников, устремлявшихся в Палестину, сражаться с неверными и раздви­гать границы христианского мира — не только на Святой земле, но и в Испании и Прибалтике.

Францисканцы и доминиканцы

В XIII веке появились новые, нищен­ствующие ордена. Самые известные из них фран­цисканцы, или меньшие братья, и доминикан­цы. Они порвали с бенедиктинским идеалом ухода от мира и постоянного пребывания за стенами одной обители, чтобы, наобо­рот, идти в мир, проповедовать, обращать, сражаться с ересью, препода­вать в университетах.монастыри они строили не в горах и лесах, а в горо­дах, где жила их паства. Стремясь к идеалу радикальной бедности, они пона­чалу не желали жить за счет доходов от земель и пытались прокормиться собственным трудом и сбором милостыни.Со временем их нищенство тоже стало формальностью, а аскетический идеал померк.
Одним из главных принципов монастырской жизни с самых ранних времен была добровольная бедность.Однако ее можно было понимать по-разному.Даже если монахи действительно отказывались от личного имущества, то многие монастыри накапливали богатства, владели землями, управляли людьми,а их братья активно пользовались своим привилегированным положением.

https://youtu.be/P0eRNIk-7yI

Лишь немногие владеют тут польским языком, однако данный ролик можно понять в какой то степени не владея польским. Наглядный пример организации армии во время феодальной раздробленности Польши.

Норманнские всадники и лучники в битве при Гастингсе. Фрагмент гобелена из Байё. XI век

15 июля 1099 года произошло одно из ключевых событий мероприятия, кото­рое позже станет известно как Первый крестовый поход: войска крестоносцев после успешной осады взяли Иерусалим и принялись истреблять его обитате­лей. Большинство выживших в этом сражении крестоносцев вернулись домой. Те, кто остался, образовали на Ближнем Востоке четыре государства — граф­ство Эдесское, княжество Антиохии, графство Триполи и Иерусалимское коро­левство. Впоследствии против мусульман Ближнего Востока и Северной Афри­ки были отправ­лены еще восемь экспедиций. Следующие два столетия поток крестоносцев в Святую землю был более или менее регулярным. Впрочем, многие из них на Ближнем Востоке не задерживались, и государства кресто­носцев испытывали постоян­ную нехватку в защитниках.

В 1144 году пало графство Эдесское, и целью Второго крестового похода стало возвращение Эдессы. Но в ходе экспедиции планы поменялись — крестоносцы решили напасть на Дамаск. Осада города провалилась, поход ничем не окон­чился. В 1187 году Саладин, султан Египта и Сирии, взял Иерусалим и многие другие города Иерусалимского королевства, включая самый богатый из них — Акру (современный Акко в Израиле). Во время Tретьего крестового похода (1189–1192), который возглавил король Англии Ричард Львиное Сердце, Акра была возвращена. Оставалось вернуть Иеруса­лим. В то время считалось, что ключи от Иерусалима находятся в Египте и поэтому начать завоевание следует с него. Эту цель преследовали участники Четвертого, Пятого и Седьмого походов. Во время Четвертого крестового похода был завоеван христиан­ский Константинополь, во время Шестого вернули Иерусалим — но ненадолго. Поход за походом оканчивался неудачно, а желание европейцев в них участво­вать слабело. В 1268 году пало княжество Антиохии, в 1289-м — графство Три­поли, в 1291-м — столица Иерусалимского королевства Акра.

Долгое время считалось, что главной причиной участия в Крестовых походах была жажда наживы: якобы так млад­шие братья, обделенные наследством, поправляли свое положение за счет сказочных бо­гатств Востока. Современ­ные историки от­вергают эту теорию. Во-первых, сре­ди крестоносцев было немало богатых людей, которые поки­дали свои владе­ния на долгие годы. Во-вто­рых, участие в Крестовых похо­дах стоило довольно дорого, а прибыли почти никогда не приносило. Затраты соответствовали статусу участника. Так, рыцарь должен был полностью экипировать и себя, и своих спутников и слуг, а также кор­мить их во время всего пути туда и обратно. Бедняки надеялись на воз­можность подработать в походе, а так­же на подаяния более обеспеченных кресто­носцев и, конечно, на добычу. Награбленное в крупном сражении или после успешной осады быстро тра­тилось на провизию и другие необходимые вещи.

Исто­рики подсчитали, что рыцарь, собравшийся в Первый крестовый поход, дол­жен был собрать сумму, равную своим доходам за четыре года, и в сборе этих средств часто принимала участие вся семья. Приходилось закладывать, а иногда даже продавать свои владения. Например, Готфрид Бульон­ский, один из лидеров Первого крестового похода, был вынужден заложить родовое гнездо — Бульонский замок.

Большинство выживших крестоносцев возвращались домой с пустыми руками, если, конечно, не считать реликвий из Святой земли, которые они потом дари­ли местным церквям. Однако участие в Крестовых походах сильно поднимало престиж всей семьи и даже ее следующих поколений. Вернувший­ся домой крестоносец-холостяк мог рассчитывать на выгодную партию, и в некоторых случаях это позволяло подправить расшатавшееся финансовое положение.

Гибель Фридриха Барбароссы. Миниатюра из манускрипта «Саксонская всемирная хроника». Вторая половина XIII века

Подсчитать, сколько всего крестоносцев погибло в походах, сложно: известны судьбы совсем немногих участников. Например, из спутников Конрада III, короля Германии и предводителя Второго крестового похода, больше трети не верну­лись домой. Умирали не только в бою или впоследствии от получен­ных ран, но и от болезней и голода. Королям тоже приходилось нелегко. Например, император Священной Рим­ской империи Фридрих Барбаросса утонул в реке, Ричард Львиное Сердце и король Франции Филипп II Август еле пережили тяжелую болезнь (судя по всему, разновид­ность цинги), от которой выпадали волосы и ногти. У дру­гого французского короля, Людовика IX Святого, во время Седьмого крестового похода была такая сильная дизентерия, что ему пришлось вырезать сиденье штанов. А во время Восьмого похода сам Людовик и один из его сыновей умерли.

Ида Австрийская. Фрагмент генеалогического древа Бабенбергов. 1489–1492 годы
Участвовала с собственной армией в Крестовом походе 1101 года.

В 1248 году на одном из кораблей, которые во вре­мя Седьмого крестового похода везли крестоносцев в Египет, на 411 муж­чин приходилось 42 женщины. Неко­торые женщины участвовали в Кре­стовых походах вместе с мужьями; некоторые ехали сами по себе. Как и мужчины, они отправлялись в походы, чтобы спа­сти душу, помолиться у Гроба Господ­ня, посмо­треть на мир, забыть о до­машних неурядицах, а также просла­виться. Бедные или обедневшие в ходе экспедиции женщины зарабатывали себе на хлеб, например, как прачки или искательни­цы вшей.

В боевых действиях женщины участвовали весьма активно. Один источник упоминает женщину, которая была убита под обстрелом во время осады Акры. Она участвовала в засыпании рва: это делалось для того, чтобы подкатить к стенам осадную башню. Умирая, она попросила бросить ее тело в ров, чтоб и в смерти помочь осаждающим город крестоносцам.

Как выглядел туалет в средние века? А ну вот примерно так, фото из личного архива во время посещения замка Мальборк.

Ле Гофф Жак - Цивилизация средневекового Запада

Автор книги, один из ведущих представителей Школы «Анналов», предпринимает попытку сжато, но предельно ярко и убедительно охарактеризовать основные особенности средневековой цивилизации. В центре внимания автора — Пространство и Время в жизни и восприятии тогдашнего населения Европы, его материальная жизнь, характеристика их социальной системы и, главное, анализ их менталитета, коллективной психологии, способов чувствовать и мыслить.

https://royallib.com/book/le_goff_gak/tsivilizatsiya_srednevekovogo_zapada.html

#литература

Император Священной Римской империи Фридрих II дал обет принять участие в Кре­стовом походе, но исполнять его не торопился. В 1227 году он наконец-то отплыл в Святую землю, но серьезно заболел и повернул обратно. За нару­ше­ние обета папа римский Григорий IX тут же отлучил его от церкви. И даже через год, когда Фридрих снова сел на корабль, папа не отменил наказание. В это время на Ближнем Востоке шли междоусобные войны, начавшиеся после смерти Саладина. Его племянник аль-Камиль вступил в переговоры с Фрид­рихом, надеясь, что тот поможет ему в борьбе с братом аль-Муазза­мом. Но ко­гда Фридрих наконец поправился и снова отплыл в Святую землю, аль-Муаззам умер — и помощь аль-Камилю была больше не нужна. Тем не менее Фридриху удалось убедить аль-Камиля вернуть христианам Иеру­салим. У му­сульман оставалась Храмовая гора с исламскими святынями — «Куполом ска­лы» и ме­четью аль-Акса. Этот договор был достигнут отчасти благодаря тому, что Фридрих и аль-Камиль говорили на одном языке — как в буквальном, так и в переносном смысле слова. Фридрих вырос на Сицилии, большая часть насе­ления которой была арабоговорящей, говорил по-арабски сам и интересовался арабской наукой. В переписке с аль-Камилем Фридрих задавал ему вопросы по философии, геометрии и математике. Воз­вращение Иерусалима христианам путем тайных переговоров с «неверными», а не открытого боя, да и еще отлу­ченным от церкви крестоносцем, многим казалось подозрительным. Когда Фридрих из Иерусалима приехал в Акру, его закидали потрохами.

Фридрих II и аль-Камиль. Миниатюра из манускрипта Джованни Виллани «Новая хроника». XIV век

Взятие Иерусалима в 1099 году. Миниатюра из манускрипта Вильгельма Тирского. XIII век

Долгое время считалось, что главной причиной участия в Крестовых походах была жажда наживы: якобы так млад­шие братья, обделенные наследством, поправляли свое положение за счет сказочных бо­гатств Востока. Современ­ные историки от­вергают эту теорию. Во-первых, сре­ди крестоносцев было немало богатых людей, которые поки­дали свои владе­ния на долгие годы. Во-вто­рых, участие в Крестовых похо­дах стоило довольно дорого, а прибыли почти никогда не приносило. Затраты соответствовали статусу участника. Так, рыцарь должен был полностью экипировать и себя, и своих спутников и слуг, а также кор­мить их во время всего пути туда и обратно. Бедняки надеялись на воз­можность подработать в походе, а так­же на подаяния более обеспеченных кресто­носцев и, конечно, на добычу. Награбленное в крупном сражении или после успешной осады быстро тра­тилось на провизию и другие необходимые вещи.

Исто­рики подсчитали, что рыцарь, собравшийся в Первый крестовый поход, дол­жен был собрать сумму, равную своим доходам за четыре года, и в сборе этих средств часто принимала участие вся семья. Приходилось закладывать, а иногда даже продавать свои владения. Например, Готфрид Бульон­ский, один из лидеров Первого крестового похода, был вынужден заложить родовое гнездо — Бульонский замок.

Большинство выживших крестоносцев возвращались домой с пустыми руками, если, конечно, не считать реликвий из Святой земли, которые они потом дари­ли местным церквям. Однако участие в Крестовых походах сильно поднимало престиж всей семьи и даже ее следующих поколений. Вернувший­ся домой крестоносец-холостяк мог рассчитывать на выгодную партию, и в некоторых случаях это позволяло подправить расшатавшееся финансовое положение.