​​Release Day | 20.01.2023

Ryuichi Sakamoto — 12
modern classical

Рюичи Сакамото уже давно борется с раком. 2021 и 2022 года дались ему особенно тяжело, поэтому музыкант работал над новой музыкой. Все его переживания и надежды вылились в новую пластинку.

Måneskin — Rush!
rock

Итальянские звезды РоКа снова будут из каждой колонки.

Trippie Redd — Mansion Musik
hip-hop

Треп-реп-рок-емо приколист и его пятый альбом. Что же, умеет ТАК только этот паренек.

Katatonia — Sky Void of Stars
metal

Шведы из Katatonia как всегда — немного попсы, малех жести, тут готично сделаем. Опционально, но фанатам звука

Laibach — Love Is Still Alive
alternative rock

Laibach будто бы устроили перезапуск франшизы и теперь звучат совершенно иначе. Сюрпризы начинаются даже с обложки. Не будем вам портить первое впечатление.

Oddisee — To What End
hip-hop

Один из самых недооцененных массовой аудиторией рэперов с новым и как всегда отличным релизом.

Lord Mountain — The Oath
stoner metal | doom metal

Третий альбом калифорнийских металистов. Если вы прям не можете без чего-то, хорошо косящего под Black Sabbath, то вот вам материал.

Aiming for Enrike — Empty Airports
electronic | math rock

Любителям залипать в одну точку, когда слушаете музыку, для вас также есть пластинка на пятницу. Калейдоскоп красивых лупов и гитарок.

Imperium Dekadenz — Into Sorrow Evermore
black metal

Опытные немецкие блэкари с эпичной пластинкой.

Twilight Force — At The Heart Of Wintervale
symphonic power metal

Песни про драконов и прочую магию. Саундтрек под вашу настолку. 

Инди-подборка от Леры с канала "канал"

Mac DeMarco — Five Easy Hot Dogs
instrumental

Наш старый знакомый отправился в дальнюю дорогу, прожег кучу денег и записал инструментальный альбом. Хотелось бы, конечно, чего-то чуть более впечатляющего, особенно после 6-летнего перерыва.

The Murder Capital — Gigi's Recovery
post punk

Новый альбом дублинцев означает очень качественный звук, красивые гитарные аранжировки и мрачный вокал. Но есть один минус (точнее, минус в контексте 2023-го) — это снова пост-панк.

Ladytron — Time's Arrow
synthpop

Ladytron работают по давно проверенной схеме — кристальные мелодии с роботическим голосом, где есть что-то от инди-попа, диско, шугейза и индастриала.

Biig Piig — Bubblegum
indie pop

Короткая ипишка от любимицы Билли Айлиш.

Agar Agar — Player Non Player
electronic | indie pop

Французский электропоп, чем-то напоминающий группу The Dø, но с более бойкими танцевальными ритмами. Песня «The Visit» это супер-хит.

#emusicfridays

​​Lords of Acid — Lust

Страна: Бельгия
Жанр: new beat / hardcore techno
Год: 1991

Из ньюбитеров Lords of Acid едва ли не дальше всех ушли от панка в сторону рейва. Если, например, 2 Body’s звучали по-хаусовому, но всё ещё электропанково, то Lords of Acid устроили секс-террор, близкий уже к хардкор-техно, пришедшему в начале 90-х.Среди машинолюдей Lords of Acid потрясали больше всех, их эротичные лязги били по ушам как шугейзовые стены звука но при этом звучали похоже на то, что мог бы создать человек.

Поверх этого вокалистки бешено стонали и устраивали развратные танцы, повторяя под вязкие, тяжёлые и кислотные синтезаторы фразы вроде i want to sit on your face. Механистичность их звучания напоминает не про заводские станки и злых роботов, а про механизмы из БДСМ-клубов. Слушать их — как получить в лицо камшот из электронного шума.

Хардкор-техно любят сравнивать с хэви-металом, но Lords of Acid мне напоминают скорее The Stooges: тяжёлый, плотный звук и агрессивная сексуальность. А главный бэнгер группы, I Sit on Acid, передаёт привет I Wanna Be Your Dog не только искусственной замедленностью, но и одинокими ударами по пианино.

ВК / Spotify / Apple Music / Яндекс.Музыка / YouTube Music

#Бельгия #НеделяБельгии #Европа #newbeat #hardcoretechno #techno

Наткнулся вчера на занятную статью о том, что несмотря на бодрые отчеты, в 2022 году рынок современного винила достиг-таки предела и впервые за 17 лет показал рост всего на 4% против прошлогодних 95%.

Многие гонят на Тейлор Свифт за то, что та оккупировала заводы и согнала всех остальных в многомесячные очереди, однако на самом деле ее стоит поблагодарить – если бы не ее «Midnights», продавшийся тиражом в лям (!) пластов, скорей всего, цифры были бы и вовсе отрицательными.

Почему так? Автор приводит целый список претензий к рекорд-индустрии. Среди них позиционирование винила как «лакшери-продукта» вместо масс-маркета, с постоянно растущей ценой – $40 в рознице за новый релиз не удивляют никого и считаются нормой. И это притом, что инвестиций в развитие формата не делается практически никаких: компании просто досуха доят технологию, которой вот уже более 70-лет, не строят новые заводы и не подстегивают слушателей обзаводиться проигрывателями. Более 50% покупателей музыки в этом формате вообще не имеют вертаков и приобретают пластинки в качестве сувенира (а это значит, что покупают их в мизерных количествах).

В общем, если в двух словах, виноваты во всем жадность и лень.

Конечно, теснее всего из музыкальных направлений реслинг связан с американским хип-хопом. Здесь не нужно выискивать концептуальные альбомы или перелопачивать старые интервью, про взаимное влияние этих двух пластов
культуры можно говорить бесконечно.

Snoop Dogg с 2016 года входит в зал славы федерации WWE, а его двоюродная сестра Саша Бэнкс — одна из популярнейших рестлерш в мире. Звёздный пуэрториканский эмси Bad Bunny участвовал в турнирах в команде с профессиональным борцом Дэмианом Пристом. Легендарный Джон Сина спас карьеру на ринге, согласившись на роль читающего рэп реслера.

Отдельно трогательным мне кажется, что в списках связанных с драчками на ринге хип-хоперов часто упоминается ушедший от нас в 2020 году загадочный гений MF DOOM — при этом, если я ничего не пропустил, ДУМ сам никогда на ринг не выходил. Но вся его легенда выглядит как отчётливо реслерская: броская маска и окутанная тайной личная жизнь (вплоть до так окончательно и не объявленной причины смерти), любовно конструируемый образ суперзлодея, постоянные отсылки к реслингу в текстах. Кто-то ДУМА называет the greatest heel of all time, кто-то и опускает слово heel.

Предлагаю посмотреть захватывающий, стилизованный под приключенческий комикс клип на трек, где MF DOOM напоминает, что писать о нём можно только так, капсом. Да, реслинга как такового здесь нет. Зато огромный мужчина в маске колотит врагов, как и всегда в этой эстетике — защищая беззащитного персонажа от приспешников зла.

https://www.youtube.com/watch?v=gSJeHDlhYls

Как 20 лет назад русская поп-музыка перестала быть модной

2003 – год нелепой битвы русского рока с “попсой”. После конфликта с Филиппом Киркоровым, дошедшего до рукоприкладства, Юрий Шевчук собрал рок-группу “Попса” и записал целый альбом с участием Горшка, Ильи Черта и других коллег. Как бы ни смехотворно это не звучало, но это протестный альбом, и так называемая “попса” здесь – объект ненависти, подлежащий, как минимум, высмеиванию, как максимум - уничтожению.

Однако русский рок и российская эстрада были тогда не настолько полярными мирами, как это принято считать. Продюсер выпустившей в 2003 году хит “Часики” Валерии Иосиф Пригожин до этого сотрудничал с “Королем и шутом”. Автором многих треков популярного в начале 00-х певца Оскара (в том числе и танцевального хита «Мажь вазелином») был основатель группы «Мёртвые дельфины» Артур Ацаламов, вообще-то игравший в своем коллективе альтернативный рок. Ну и спевший в рекламе “Ментоса” свою лучшую песню Валерий Кипелов – общеизвестный факт.

В том же 2003 году вышел дебютный альбом одной из важнейших российских рок-групп 00-х “Звери” “Голод” с песнями про секс и “районы-кварталы”. Основателем “Зверей” является продюсер и композитор Александр Войтинский, стоявший у истоков дуэта “Тату”, но отказавшийся в итоге от сотрудничества с группой из-за лесбийских мотивов.

Еще один поп-феномен 2003 года – придуманный Максимом Фадеевым проект Глюк’oZa, и если его визуальная часть явно была вдохновлена гремевшими тогда Gorillaz, то самая очевидная ассоциация, которая может возникнуть при прослушивании дебютника “Глюк’oZa Nostra” – конечно же, королева русского рок-н-ролла Жанна Агузарова. Ранние песни Глюк’oZa – своего рода музыкальный фанфик, будто бы созданный поклонником певицы, который представил, что бы она могла записывать в нулевые годы.

Возвращаясь к противостоянию русского рока и “попсы” – годом позже Земфира выпустит песню “Небомореоблака” с известным панчем “Эти серые лица не внушают доверия/ Теперь я знаю кому поёт певица Валерия”. Однако было бы некорректно ставить Земфиру рядом с Шевчуком – она действительно права в том смысле, что российской поп-музыке тогда будто бы резко увернули ручку яркости в угоду формату. В этом можно винить ряд факторов – и сменившееся руководство российского MTV, переставшего ставить слишком модную музыку, и появление ненавистной Шевчуку “Фабрики звезд”.

Факт остается фактом - самые прогрессивные российские поп-продюсеры конца 90-х, такие как Игорь Матвиенко (“Иванушки”), Павел Есенин (Hi-Fi, Шура), Юрий Усачев (“Гости из будущего”), к 2003 году перестали рисковать и адаптировать к отечественной эстраде новейшие западные жанры, а также поднимать в текстах песен “опасные” темы. Пресловутая русская “попса” будто вышла из клубов и решила отдохнуть, заняв место дома на диване перед телевизором.

Наверное, это действительно связано с сужением пресловутого формата на ТВ и радио, которое коснулось в том числе русского рока и “Нашего радио” – много ли ярких рок-звезд оно породило после 2003 года? Однако фактор личности в истории тоже мог иметь место – вот что писал Максим Фадеев, еще один герой 90-х и продюсер мрачнейших песен Линды, в своем посте, приуроченном к 20-летию альбома Massive Attack “Mezzanine”. “Я не побоюсь сказать, что после ее выхода музыка закончилась. Начали создаваться бренды”, - писал музыкант 5 лет назад. Не знаю, насколько этот пост был саморазоблачительным – но почему бы не предположить, что у тех же Матвиенко, Усачева и Есенина тоже было какое-то событие в жизни, скорректировавшее их отношение к поп-музыке (а может, они просто повзрослели).

Я неоднократно писал в этом канале про Мадонну - например, про её сотрудничество с Бьорк и про каверы на её музыку авторства Игги Попа и Sonic Youth. Но знаете ли вы, что сама Мадонна исполняла кавер на классиков металла?

Ну, то есть как кавер - несколько риффов. Зато не откуда-нибудь, а из трека Pantera «A New Level» с классического альбома «Vulgar Display of Power». И не единожды, а больше 50 раз во время тура Sticky and Sweet 2008 года - играя их собственноручно на Gibson Les Paul в мэш-апе с песней «Hung Up» (построенной, в свою очередь, на хуке из «Gimme Gimme Gimme» ABBA). Не верите? Вот пруф.

Как же этот внезапный метал-кунштюк попал в программу Мадонны? Дело в том, что певица очень хотела сыграть в «Hung Up» на ритм-гитаре - и обучавший её гитарист живого состава Монте Питтман показал ей риффы из «A New Level» в качестве тренировочного упражнения. В результате упражнение (и песня) так понравились Мадж, что она решила вставить кусочек в свою лайв-программу.

Кстати, Питтмана научил играть этот рифф сам Даймбэг Даррелл - так выдающийся металл-гитарист опосредованно (и, к сожалению, посмертно) поучаствовал в подготовке шоу королевы поп-музыки.

Брендон Рэндалл-Майерс живет в Нью-Йорке, играет в ансамбле Гленна Бранки и сочиняет авангардную гитарную музыку для разных коллективов соответствующего круга — скажем, на альбоме «Dynamics of Vanishing Bodies» (довольно крутом, но сегодня не об этом) его музыку играл гитарный квартет Dither, в составе которого играет Гьян Райли. В целом в каталоге его записей и произведений стоит покопаться, потому что подходы у него довольно прикольные, но это потом — пока меня интересует альбом его проекта Scarcity, который вышел в прошлом году.

На альбоме Scarcity Рэндалл-Майерс играет металл, причем на всех инструментах сразу — с вокалом помогает Даг Мур из группы Pyrrhon, а всё остальное композитор делает сам. У альбома есть концептуальная история про то, как это размышление о скорби, навеянное пандемическими потерями — тексты Мура исследуют именно это сторону, и их в разных местах даже хвалили, но я, честно говоря, на этом так и не смог толком сфокусироваться. Из-за того, как Scarcity звучит — это, в общем, такая 45-минутная металлическая сюита в пяти частях, в которой авангардный композитор-умник предлагает свой взгляд на дум и блэк. Это круто, сложно, интересно и всё такое, но прямо сейчас мне важней всего сказать вот что — первые 18 минут этой записи просто очуметь что такое. Здесь авангардный композитор-умник складывает из блэка что-то такое огромное, геометрическое и сверкающее бесконечными острыми гранями, словно перед тобой взлетает и начинает складываться и раскладываться что-то из «Трансформеров», если бы их снимал дуэт Дени Вильнёва и Ари Астера. Дальше тоже много крутого, в финальной части есть классная духовая секция, но всё-таки вот этот старт какой-то совсем нечеловеческий.

​Cut it out and start again: история китайского дакоу

Последнее время много читаю про китайский рок и его невероятную эволюцию в 1990-х — по сути, произошедшую благодаря издержкам западного капитализма. История эта тесна связана с прелюбопытным явлением “дакоу”, определившим музыкальные вкусы, карьеры и судьбы миллионов китайцев, но за пределами страны почти неизвестным.

Дакоу — это кассеты и компакт-диски, которые с начала 1990-х отправляли в Китай, Тайвань и Гонконг на переработку лейблы из Европы и США. Рекорд-индустрия так устроена, что выгоднее было печатать альбомы каждого из музыкантов с большим запасом, огромными тиражами, а потом ждать, что какой-то из них выстрелит и отобьет затраты. При таком подходе у крупных лейблов, от Universal до 4AD, скапливались гигантские остатки нераспроданных кассет, а позже и дисков. Их продавали в Юго-Восточную Азию по бросовым ценам как пластиковый мусор, привозили по морю и особым образом маркировали — делали прорезь пилой в каждой кассете, чтобы ее невозможно было слушать или перепродавать. Термин “дакоу”, собственно, и переводится как “прорезанный” или “пропиленный”.

Но даже испорченные таким образом кассеты при желании можно было восстановить — развинтить, склеить пленку и переставить в новый корпус. С компакт-дисками еще проще: проигрыватель читает информацию от центра диска к краю, так что если прорезь не слишком глубокая, диск все еще можно слушать, потерянными окажутся только последние треки.

Чтобы понимать, что произошло дальше, потребуется немного социо-культурного экскурса. В 1989 году в Пекине на площади Тяньаньмэнь началась акция протеста; участники требовали демократизации политического режима. Студенты поставили палаточный городок и на полтора месяца устроили маму-анархию с выступлениями ораторов, стихийными концертами, голодовкой и периодическими столкновениями с властями. В июне протестующих жестоко разогнали (счет убитых и раненых шел по неофициальным данным на тысячи). А рок-музыку, как опасную для коммунистической идеологии, фактически запретили, она ушла в подполье. Ходят байки, что кассета Цуй Цзяня с песней “一无所有” (“У меня ничего нет”), гимном протестов на площади Тяньаньмэнь, была в те годы пропуском для китайской молодежи на первое свидание. Если у тебя ее не было, ни одна уважающая себя девушка пойти с тобой в свет не соглашалась.

В то же время китайцы пожинали плоды реформ Дэна Сяопина и по чуть-чуть разворачивались к взаимодействию с капиталистическими странами. Рок-музыка была под запретом, но баржи, груженные ненужными западным слушателям кассетами, прибывали в порты страны — оседая, кстати, главным образом в Пекине и небезызвестном городе Ухань.

​Китайская предприимчивость легла на острый культурный дефицит. В полусекретных магазинчиках или прямо на улице люди начали продавать дакоу-кассеты. Причем продавать сразу тоннами — их было так много и они поначалу были так дешевы, что позволить себе их мог практически кто угодно. Буквально за год в стране родилась новая серая индустрия: с большими и маленькими боссами, оптовыми поставщиками, перекупщиками, “байерами”, которые советовали, что продавать в первую очередь и по какой цене. И, конечно же, колоссальным уровнем коррупции — выигрывал тот, кто мог скупить груз напрямую у таможенников.

Самое интересное в дакоу — это то, что огромное количество музыки свалилось на китайскую молодежь абсолютно без контекста. У слушателей не было доступа ни к какой западной музыке; в громкоговорителях по стране транслировали в основном одни и те же восемь одобренных партией национальных опер. И вдруг этой музыки стало с избытком везде вокруг — но не было о ней никакой информации. Китайцы знакомились с ней с чистого листа, непредвзято, без предпочтений по жанрам, да и без представления, что какие-то жанры существуют в принципе. Дрим-поп, панк, метал, фолк, хип-хоп — все для них было едино. Поэтому, например, The Beatles и Боб Дилан не вызвали среди молодежи большого ажиотажа, а вот финская симфо-метал-группа Sonata Arctica стала сверхпопулярной. Для тех, кто торговал записями, это “no context” тоже сыграло роль — известна история про то, как один из оптовиков дакоу по незнанию выбросил кассеты группы Nirvana на свалку на сумму достаточную, чтобы купить дом.

Дакоу привело к взрыву в музыкальной жизни Китая. Как говорит Ли Чао из группы Zaliva-D, половина покупателей дакоу стала рекорд-коллекционерами, вторая — начала исполнять музыку. Свое становление в качестве музыканта он, как и, скажем, гитарист Мамер, лейбл Old Heaven Books и сотни других, связывает именно с дакоу. Экспериментальная природа китайского рока во многом проистекает из этого же явления. Мне очень понравился подкаст Radiolab, где появляется группа Demerit. Очевидец рассказывает, как она выходит на сцену — вся в кожанках и тяжелых ботинках — и начинает играть типичную очень панковскую песню, со ска-ритмом. А потом вдруг два гитариста принимаются пилить два длиннющих виртуозных соляка в метал-традициях, а под кожанками оказываются футболки Iron Maiden. Для сочинителей и исполнителей такая эклектика была совершенно естественной, никакого конфликта интересов или хронологических референсов в ней они не видели.

Говорят, людей, выросших в 1990-х на испорченных кассетах, в Китае так и называют — поколение дакоу. А прямо сейчас по тем временам в стране дико ностальгируют, хотя купить кассеты и диски с прорезями можно до сих пор.

Послушайте классный подкаст Radiolab на тему — а потом включите вот этот трек, где певица Фэй Ван перепевает Cocteau Twins, чего без дакоу тоже бы не случилось. Ван тут так хороша, что Элизабет Фрейзер и Роберт Гатри с ней потом даже немножко поработали.

Самый недооцененный альбом всех времен

Вы удивитесь, но это альбом Пола Маккартни.

Вспомнил тут, как в 2001 году подарил отцу на Новый год кассету с новым на тот момент альбомом Маккартни «Driving Rain». Мы ее тут же воткнули и офигели: тревожное вступление с шагающим басом, нервные ударные и МРАЧНЫЙ вокал Макки, ближе к финалу открывающего трека «Lonely Road» срывающийся на тяжелые, прямо-таки болезненные стоны, сквозь которые артист причитает о том, что он не хочет продолжать этот жизненный путь в одиночку. Это даже не рычащий вокал из «You Know My Name (Look Up the Number)» – то пародия, а в «Lonely Road» мы услышали настоящий крик отчаявшегося человека. Хорошо помню свой и отцовский шок – к такому от самого мелодичного «Битла» мы готовы не были.

Это эпохальная пластинка для Пола Маккартни, его последний по-настоящему великий альбом, в который он вложил все силы, которым он закрывал одну эпоху и открывал другую. Возможно, это вообще самая важная, искренняя и прямолинейная сольная запись, которую он когда-либо делал. Это его собственный «Plastic Ono Band», вышедший тридцать лет спустя после альбома Джона Леннона. И про «Driving Rain» никто не вспоминает, я не вижу никаких поползновений в сторону общественного признания этой записи, и даже сам Маккартни предпочел забыть о том, что этот альбом когда-либо выходил.

Я же помню наизусть каждую песню с этого альбома. В нем на протяжении часа и шестнадцати композиций борются тьма и свет. В одних треках нашли отражение настроения, связанные со кончиной Линды Маккартни за три года до его выхода и болезнью Джорджа Харрисона (он скончлся через две недели после появления альбома), в других Маккартни находит утешение в лице своей новой пассии Хизер Миллс. Пикселизированная, размытая серая обложка – селфи Маккартни в туалете, снятое на часы Casio со встроенной камерой (было и такое) – походит этой непростой пластинке как нельзя лучше. Эмоции сложные, но Макка доносит их при помощи едва ли не лучших мелодий в карьере. Я даже не буду перечислять песни, на которые стоит обратить внимание – каждую я считаю запоминающейся и не похожей на остальные. Смотрю на треклист и треки сами начинают играть в голове. Но хороши не только мелодии: «Driving Rain» – первый лонгплей, записанный Маккартни вместе с группой, которая впоследствии станет его постоянным составом, с которым он прикатит на Красную и Дворцовую площади и будет ездить по свету и по сей день. Чувствуется, что классные музыканты (Расти Андерсон, Эйб Лабориэль-мл. и другие) придали импульс, на котором Маккартни движется до сих пор – особенно это чувствуется в финальном десятиминутном джеме «Rinse the Raindrops», в котором певец опять срывается на истошные вопли и выплескивает все эмоции, что у него накопились. По сокрушительности эту песню я могу сравнить разве что с «Let’s Call It Love» Sleater-Kinney с их (некогда) финального шедевра «The Woods» (2005).

Я годами гонял «Driving Rain» в детстве, выучил каждый звук с этого альбома, до сих пор регулярно к нему возвращаюсь, и он мне совершенно не надоел. Однако, у общественности на его счет иное мнение. В Англии этот лонгплей стал самым плохо продаваемым релизом Маккартни, добравшись лишь до 46-ой строчки чартов, в туре в его поддержку музыкант играл всего пару песен и больше к ним не возвращался, на четырех дисках ретроспективного бокс-сета «Pure McCartney» (2016) не нашлось места ни для одной песни из «Driving Rain». Недавно мне попалось видео, в котором какой-то блогер на протяжении двух часов расставлял все альбомы Маккартни от худшего к лучшему, и угадайте какой пластинкой открывалась эта подборка? Во-многом, тот видос и побудил написать этот пост.

Я даже не уверен, что «Driving Rain» когда-нибудь переиздадут: с ним у Пола Маккартни ассоциируются разом слишком много тяжелых событий. Мало того, что это альбом про смерть Линды, так еще Хизер Миллс оказалась той еще змеюкой, и обчистила Сэра Пола на много лямов во время развода.

Однако лично для меня это самая лучшая пластинка Маккартни и недавно я понял, что котирую ее даже выше «Ram» и «Band on the Run».

​​Release Day | 27.01.2023

The Arcs — Electrophonic Chronic
garage rock | blues rock

Группа Дэна Ауэрбаха из The Black Keys вернулась после долгого перерыва. Тем, кто любит первую запись и пластинки дуэта — априори зайдет. 

Lil Yachty — Let's Start Here
hip-hop

Яхти можно любить или ненавидеть. Но он есть и это самое главное. 

Hammock — Love in the Void
ambient | post-rock

Опытный эмбиент-пост-рок дуэт с новым альбомом. Как всегда красиво.

Fucked Up — One Day
punk

Канадские панки-мегаломаны с новым произведением. В этом случае, правда, они аппетиты поумерили. И очень правильно, не устанешь, пока слушаешь, минимум филлеров.  

Kimbra — A Reckoning
pop

Любителям поп-солянок строго к приобретению. Разнообразно, порой со всякими гипер и другими попами. Мейнстрим-штаны на пятницу. 

Samia — Honey
indie pop

Второй и прям легенький релиз от Самии Финнерти. Музыка и для себя, и для реклам кондиционеров. 

Emarosa — Sting
alternative rock

Ребята из пост-хардкора уже несколько релизов как полностью ушли в поп-музыку. Причем, не самую интересную. Под конец дико тошнит от уже задолбавших ретро-вайбов.

Sightless Pit — Lockstep Bloodwar
industrial

Sightless Pit — это локация в Скайриме, а еще дуэт Ли Буфорда из The Body и Дилана Уокера из Full of Hell. Думаю, что тут дальнейшие рекомендации будут лишними.

SG Lewis — AudioLust & HigherLove
electronic

Британский битмарь наделал музыки и для танц-полов, и для чилла дома. 

White Reaper — Asking for a Ride
garage rock

То ли ироничные, то ли не очень ребята продолжают гнать рокец. 

Seer of the Void — Mantra Monolith
stoner rock

Стоунер греки со злым и угарным релизом. Ну а каким еще мог быть альбом с названием Mantra Monolith. 

Fågelle — Den svenska vreden
experimental

У шведки Fågelle все шансы быть упущенной различными критиками, но вы хватайтесь. Арт-поп штука, записанная будто бы совсем где-то далеко от всех (но там, где есть клавишные и другие инструменты). 

YEAR0001 — RIFT Two
electronic

Сборник от шведского инди-лейбла с большим количество интересных проектов. Хотели смачный микс, который можно год туда-сюда гонять? Вполне подходит. 

Little North — Wide Open
jazz

200+ IQ музыка от умельцев импровизации из Дании. 

Wolfgang Haffner — Silent World
jazz

Заслуженный немецкий джаз-барабанщик с новым альбомом. Максимально лаунджевый звук, чисто для расслабона. 

...And Oceans — As in Gardens, So in Tombs
black metal

Финский коллектив, любящий иногда менять имена. По наполнению —лихой блэк с симфоническими приколами. 

#emusicfridays

​Что послушать в эту пятницу?

Первый дайджест в 2023! Считаю, что этот факт заслуживает отдельного упоминания. У нас на очереди: психодел-альбом самого инициативного из «лилов», возвращение Даниэла Сизара и новый релиз Fred again.. (куда без него?)

Подписывайтесь на мой плейлист в Spotify и слушайте релизы, недоступные на стримингах в определенных регионах, в соседнем телеграм-канале под названием «винамп». Ссылка в комментариях.

💿 Альбомы / EP

Lil Yachty — Let’s Start Here. | стриминги

Стив Лейси перепел Lil Boat, и теперь Lil Boat перепевает Стива Лейси. Получается куда хуже, чем у главной надежды нью-фанка, но надо отдать должное Майлсу. Он не зассал и выдал экспериментальный альбом за гранью трэп-бэнгеров «Poland», «Coffin» и «One Night». После такого можно и приставку «Lil» убрать из псевдонима.

Bēkon — You People (Original Soundtrack from the Netflix Film) | стриминги

Соавтор Кендрика Ламара («DAMN.» и «MM&TBS») записал саундтрек для нового фильма Джоны Хилла. 33 минуты терапевтического саунда с фокусом на лоуфайный хип-хоп и драматичную «пианинку».

Fred again.. — Actual Life 3 Piano EP (January 1 - September 9 2022) | стриминги

У Фреда есть такая привычка: переигрывать на пианино песни с нового альбома и собирать такие вот миньоны-послесловия. Если на «AL3» местами было просто грустняво, то здесь прямо царит всепоглощающая, умиротворяющая печаль.

📀 Синглы

Daniel Caesar — Do You Like Me? | стриминги

На новом альбоме Дэниэл обещает поменьше R&B и побольше фолка. Не сказать, что «Do You Like Me?» это подтверждает или удивляет каким-то другим образом, но оно и не важно. Сладкоголосый канадец вернулся и звучит потрясно.

ROSALÍA — LLYLM | стриминги

Новый готовый хит Розы: с припевом на английском, подбивающими повторять за собой хлопками из фламенко и двухнедельным подогревом в тиктоке.

Skrillex, Bladee — Real Spring | стриминги

Судя по «Real Spring» и «Way Back», один из двух новых альбомов Сонни обещает быть по-хорошему попсовым: без размаха «Jack Ü», но зато со своими приколюхами, осмысляющими главные тренды 2022-2023.

Q — LUV (I KNOW I WANT THIS FOR REAL) | стриминги

R&B-самородок уходит в дискотечный отрыв и на три минуты отбирает у Стива Лейси звание «Принс для зумеров». Когда уже альбом?

Rauw Alejandro, Daddy Yankee — PANTIES Y BRASIERES | стриминги

Робин от мира неоперрео добавил к прошлогоднему отличному альбому «SATURNO» совместную песню с «королем реггетона». Обычно в таких случаях пишут что-то про связь поколений.

KayCyy, BabyTron — MOTOWN | стриминги

Один из последних любимчиков-сонграйтеров Канье поделил песню с новой звездой американского панч-рэпа. За идею — пятерка, за исполнение — тоже пятерка. Очень крутой и свежий трек.

#ампдайджест

Одна из величайших загадок музыкального мира — то, почему британцы Prefab Sprout так и не стали суперзвездами. В середине 80-х, говорят, было ощущение, что вот-вот всё у них получится: мир тепло принял дебютник Swoon, за ним последовал Steve McQueen — один из самых впечатляющих поп-альбомов в моей жизни, филигранно идущий по канату, с которого кто только не валился.

С одной стороны, он достаточно умный и разный, чтобы по-снобски настроенный слушатель не скривился. Поконкурирует на равных с монстрами утончённого попа, The Blue Nile, Scritti Politti... С другой, это чистейая поп-музыка, на которую тело моментально реагирует желанием танцевать. Бросит вызов самому Майклу Джексону?... Steve McQueen кажется мне самым точным музыкальным воплощением 1980-х, как я себе их представляю. Синтезаторы звучат вульгарно и смазливо, Пэдди МакАлун выдаёт идеальное сочетание чувственности с придыханием и плохого парня на мотоцикле и в кожанке.

И всё же успех не пришёл. С 1990 года каждого нового альбома фанаты Prefab Sprout дожидались годами. Тем удивительнее, что несмотря на явные усталость и разочарование МакАлун так и не опустил планку. Последний на сегодняшний день Crimson/Red вышел в 2013, и он... великолепен. Эту музыку не хочется любить, но любой скепсис она сносит бурным потоком жизни: например, открывающая альбом The Best Jewel Thief In The World это целый шпионский боевик с представлением героя, с размышлением о жизни, с кульминацией и погоней — и всё это умещается в четыре минуты чистого удовольствия. Как голос человека в 56 лет может звучать так чисто и наивно? «Они точат ножи, но у тебя девять жизней»!

На песню сняли близкий к тексту клип, и он показался... неудачным. Большинство комментаторов на Ютубе сходятся во мнении: «прекрасная песня, которая заслуживает видео получше». Интернет не подвёл, и кто-то из фанатов смонтировал нарезку кадров из хитчкоковского To Catch A Thief, которая настолько подошла к песне, что я не мог поверить глазам: нет, ну это же точно снятый специально клип? Двери хлопают на сильную долю, на словах о драгоценностях мы видим роскошное колье, а фирменные хитчкоковские крыши как будто только и ждали этих звуков.

https://youtu.be/5WnATZLcXuA

↑↑
Такахата и Миядзаки хотели использовать "Песню о Земле" в финале фильма, но из-за смерти автора Высоцкого в 1980 году возникли проблемы с авторскими правами и другие препятствия для использования песни, и в итоге им пришлось отказаться от ее использования в фильме. Такахата, Миядзаки и Джо Хисаиси решили попробовать создать оригинальную тематическую песню. Сначала Хисаиси написал мелодию в стиле русского шансона, имея в виду "Песню о земле" Высоцкого, к которой Миядзаки адаптировал текст. Миядзаки написал следующие слова:

錆の砂漠の彼方から　風は来た
腐った海をこえて　風は見た
大地が固く心を閉じたのは
やき払われた悲しみから
種が石になって　死んだのは
ひきさかれた　いたみから
白い翼をもった　胸高き風よ
はるかな地へ　すぎゆく風よ
種は死にはしない
母は子等を見すてはしない
大地は　今　心をひらく
🤖
Ветер пришел из-за пустыни ржавчины
За гнилым морем ветер видел
Земля крепко закрыла свое сердце
От печали, которая была сожжена
Семя превратилось в камень и умерло
От боли, которая была разорвана
Гордый ветер с белыми крыльями
В далекую землю, ветер, который проходит
семена не умирают
Матери никогда не бросают своих детей
Земля теперь открывает мое сердце

Новая тематическая песня должна была быть исполнена Хамзой Эльдином, суданским поэтом, который в то время находился с визитом в Японии. Однако стиль пения Хамзы - это уникальная аранжировка, которая каждый раз неизбежно отличается от оригинальной мелодии, и даже после множества дублей дело не пошло, и в итоге время закончилось, и проект был заброшен.
В конце концов, было решено использовать песню "Легенда ветра", написанную Хисаиcи, в качестве концовки.

(От себя отмечу, что в 1983 году, за год до выхода «Навсикаи», «Песня о Земле» все же вышла в Японии на виниле)

​UNDR INFLNCE "Navbahor" (2023)

Сегодня в это сложно поверить, но в 1970-х и 1980-х годах Узбекистан был важной точкой на советской джазовой карте. Фергана, где регулярно проходили крупные музыкальные фестивали, носила негласный статус джазовой столицы Средней Азии.

Да и Ташкент не стоял в стороне — в городе даже был свой джаз-клуб, солисты которого записали в 1978-м "Восточную сюиту", важнейший опус в истории центральноазиатского джаза. Имелись и свои локальные звезды — ансамбли "Сато" Леонида Атабекова и "Радуга" Бориса Сметанова, выдающийся гитарист Энвер Измайлов.

Московскую группу UNDR INFLNCE (ранее — Under Influence), собранную тремя выходцами из Ташкента — саксофонистом Игорем Теном, клавишником Санжаром Турсуновым и басистом Германом Тигаем, — очень хочется записать в продолжатели дела великих предшественников. Прежде всего потому, что они тоже отталкиваются от корней и пытаются интегрировать традиционную узбекскую музыку в джазовую импровизацию. Разумеется, с поправкой на современность: там, где "Сато" заигрывали с роком, UNDR INFLNCE кокетничают с хип-хопом и электроникой. Но придется сдержать импульс. Хотя бы потому, что несправедливо вешать ярлык "продолжателей" на совсем молодых музыкантов, которые явно еще ищут себя, свой язык и свою культурную идентичность.

Поиски себя — главное, что бросается в глаза, когда слушаешь альбом "Navbahor". Ташкентский костяк группы, основанной в 2016 году, к его записи сильно разросся. Среди прочих в ряды участников вошли два кубинца, братья Вейтиа Эчаварриа — трубач Карлос Энрике и перкуссионист Фидель Алехандро. Стартовая композиция "Chunga", пронизанная афро-кубинскими ритмами, — открытка их корням. Сразу отмечаешь старательность и воздушность исполнения, но, что называется, за душу эта вещь не берет, а настраивает на фоновое прослушивание легкого, обаятельного и совсем не обязательного джаза. Впрочем, уже следующий номер "Bomber" обнажает обманчивость первого впечатления. Здесь UNDR INFLNCE экспериментируют с фанком, хип-хопом и наложением синтезаторных слоев в духе передовиков британской джазовой волны (скажем, GoGo Penguin) — и создают музыку куда более фактурную, с нетривиальными соло духовых и заводным басовым риффом.

И совсем иначе группа звучит, когда ступает на родную землю. Она как будто прибавляет в весе; звук становится более округлым, насыщенным, свободным. В "Sarbozcha" солирует танбур (на нем мастерски играет Юнус Ражабий, выписанный из Узбекистана) — традиционный струнный инструмент, который исполняет народную мелодию, ничуть не отклоняясь от оригинала. Тему подхватывают и развивают в духе современного Гласпер-фьюжна, и узбекскому фолку модные аранжировки оказываются как нельзя к лицу. На "O’rik Gullaganda" и "Bukhara" группа повторяет прием еще раз. Вначале четко и ясно она представляет слушателям аутентичную мелодическую тему, а потом отклоняется в сторону и исполняет свой авторский материал, улавливая лишь настроение первоисточника.

Именно в эти моменты — когда UNDR INFLNCE слегка отпускает свою (несомненно, важную) миссию по ликбезу публики и включает фантазию — музыка и начинает по-настоящему сверкать. А музыканты, пусть всё еще ищущие, совершенно точно дают понять, что им есть что сказать.

◾️ Spotify ◾️Apple Music◾️ VK Музыка ◾️ Yandex Music

Немного нарушу собственный план. Но оставлю затравку для следующего того самого обещанного вдумчивого поста про очень крутой и необычный альбом. Для этого вновь вспомним пуэрто-риканского рэпера Residente.

«Somos Anormales» — дебютный сольный сингл музыканта, первая из представленных песен с его сольного альбома «Residente».

Песня пуэрториканского рэпера начинается с тувинского горлового пения. Поворот! Более того, она вовсе была записана в Туве, в Кызыле, куда Residente прилетел на одну неделю. Записана вместе с тувинским ансамблем «Чиргилчин». Лидер ансамбля Игорь Кошкендей, народный хоомейжи Республики Тува (почетный официальный титул, присуждаемый исполнителям горлового пения) значится соавтором трека. Вместе с Residente он получил Latin Grammy в 2017 году в номинации «Best Urban Song». Вот такое достижение российской культуры, если считать тувинскую культуру частью российской, пока Тува входит в состав РФ. В Википедии пишут, что текст Residente для того, чтобы «Чиргилчин» смогли записать свою партию, сначала был переведен с испанского на английский, а потом уже на тувинский. Такие трудности, не помешавшие коммуникации и пониманию тем не менее.

Residente, конечно, в плане представления того, как деколониальные идеи и смыслы воплощаются в музыке — артист показательный. «Анормальность» в песне он провозглашает не как изъян, а как то, чем нужно гордиться. В том, чтобы отличаться от других, нет ничего плохого. Это не повод для разногласий и конфликтов, а причина для объединения: «Если у нас есть что-то общее, так это то, что мы разные». Сила в многообразии и его принятии, а не в единообразии и единомыслии.

Справедливость этого утверждения и в уникальном звуке Residente. Соединяя разные культуры, разные жанры он это многообразие приумножает, одновременно создавая этим пространство для диалога, для взаимодействия, для взаимоуважения.

Клип впечатляющий огого как! Но включать с дисклеймером — содержание откровенное, для кого-то покажется шокирующим. Визуальные образы лобовые, жесткие. Срежиссировал сам Residente. Ну то есть там буквально из вагины матери-Африки извергается фигурально всё человечество. Но дети одной матери не находят согласия друг с другом. Для чувствительных — ссылка на песню без клипа.

Про горловое пение и пространство для диалога, для взаимодействия, для взаимоуважения продолжу в следующих нескольких постах.

Помните, я обещал рассказать о любимых сборниках би-сайдов? А вот же они!

Suede «Sci-Fi Lullabies»

Редкий в своем роде сборник би-сайдов, который фанатским консенсусом ценится выше половины альбомов. Без «Sci-Fi Lullabies» не обходится ни один обзор дискографии Suede, песни оттуда играются на концертах, да и сам Бретт Андерсон любит посокрушаться: почему многие песни отсюда не попали на альбомы?

«Sci-Fi Lullabies» не только символизирует творческую плодовитость и карьерную наглость (оставить в би-сайдах песню «Killing of A Flash Boy» — это вообще как?) Suede в 90-х, но и наглядно иллюстрирует, как уход гитариста и сонграйтера Бернарда Батлера развернул группу на 180 градусов: от мрака и боли — практически к поп-музыке.

Kent «B-Sidor»

Еще один сборник-таймлапс. В данном случае обратный: на сборнике би-сайдов шведские рокеры встречают нас на стадионе, буквально берут за руку и ведут сначала на студию, чтобы познакомиться поближе, а потом на первую репточку, где все начиналось.

Но лучше B-Sidor все-таки слушать от конца до начала: так можно понаблюдать, как Йоаким Берг ищет свой голос (а группа — звук) и как на смену грязному звуку и песням со строчками вроде «Я хочу, чтобы мой язык был там» пришли баллады дождливой стокгольмской тоски от лица вечно влюбленного и безумно одинокого шведа. А еще здесь есть та самая «Utan Dina Andetag», которая десятилетие томилась на сборнике би-сайдов, чтобы в итоге стать главным хитом.

Mansun «Kleptomania 2»

Mansun — самая интересная, умная и хитрая группа позднего бритпопа, которая находчиво притворялась то группой Japan макияжно-глэмовой эры, то заумным прог-роком с песнями по семь минут, то R&B, но сыгранным как постбритпоп (среди тех, кто выкупил фишку — Blood Orange, сделавший кавер на главный хит отсюда).

Сборник би-сайдов — отдельное удовольствие понаблюдать, как Mansun а) позволяли себе чуть больше б) начинали как базовые мерсисайдские гопники в панамах, которые слишком жадно смотрели на группу Oasis — но заигрались (и слава Богу!).