Сегодня В. Р. Цою было бы 56 лет. В ночи вышел дружественный подкаст Blitz & Chips с моим участием, где я говорю, вы не поверите, про фильм «Лето». И должен сказать, что в подкаст не вошли две важные для меня мысли.
Мысль первая. Сразу после просмотра решил порыться в воспоминаниях участников, вольных и невольных, и в очередной раз убедился, что память человеческая работает очень странно и когда захочет. В книге с воспоминаниями о Свине Алексей Рыбин, например, рассказывает о том, как Майк пытался Свину продать песню, но Свин ее не только не купил, но и никогда не исполнял. Проблема в том, что указанный текст принадлежит песне «Надристать», которая дала название сольному альбому Свина, записанному Алексеем Вишней. Есть и история, как Б. Б. Гребенщиков в программе «История российского шоу-бизнеса» рассказывал о том, как «Кино» по запросам Юрия Айзеншписа пели перед бандитами в малиновых пиджаках — а потом извинялся за дезинформацию: дескать, историю ему кто-то из знакомых рассказал. Так вышло, что аргументы у меня ровно про тех, кто ознакомился с первым сценарием фильма и сказал, что все неправда — но где вообще эта правда? Что есть она? Фильм ли это о Цое и Майке? Или же о духе времени? Конечно, приятно, что внутри есть милые отсылки к настоящему вроде пепельницы в виде ноги или телефона губной помадой от Марьяны, но это всё-таки либо история по мотивам, либо правда одного конкретного человека. Плюс это же кино: оно вам ничего не должно, в том числе в плане исторической достоверности.
Мысль вторая. Почитал интервью, посмотрел интервью с создателями, теперь не понимаю, что сделало «Лето» таким фильмом — то есть хорошим, но с огрехами. Сын Цоя сценарий (не первый драфт, а несколько итераций) ругал, Рома Зверь многократно и в ответ на претензии БГ сообщает, что сценарий многократно переделывался. К тому же и сами Идовы сообщают, что изначально была идея фильма с песнями только Цоя и Науменко. Тут я пришёл к выводу, что Алексея Вишню и его песню «Всецело» поставил Серебренников, оказавшийся знатоком андеграунда тех лет. Однако в интервью на СТС продюсер Илья Стюарт говорит, что когда после «Ученика» он предложил режиссеру снимать «Лето», он ответил: «я ничего об этом не знаю, но давай». Я сразу скажу, что я не считаю из-за этого вклад сценаристов и режиссёра минимальным, просто фильм таким притягательным делают не только (и, может, даже не столько) они. Это музыкальный супервайзер, догадавшийся поставить в конец «Я посадил дерево» и не забывший о творчестве Свина — а также Антон Севидов и Рома Зверь, сделавшие очень аккуратные, почти незаметные изменения в известных наизусть песнях. Это художники по костюмам и дизайнеры, которые помогли воссоздать тот самый дух эпохи, которым дышит фильм. Это Влад Опельянц, тот, кто смог сделать зрительную часть фильма без шуток и скидок великолепной, напоминающей о «новой советской волне» и вообще многих великих советских фильмах. И, конечно, актеры. Неважно, как много было среди них фанатов Цоя и Майка и были ли они — но кто-то явно смог в фильм нужную энергию вдохнуть. «Лето» это фильм, который так важен второстепенными вещами (как и в любом лете важны глупые мелочи вроде поездки на залив или домашнего дня ничегонеделания) — и даже его съемочная команда это косвенно подтверждает.
А остальные мои (и не только) мысли тут: https://soundcloud.com/blitz-and-chips/s04e23-leto
Мысль первая. Сразу после просмотра решил порыться в воспоминаниях участников, вольных и невольных, и в очередной раз убедился, что память человеческая работает очень странно и когда захочет. В книге с воспоминаниями о Свине Алексей Рыбин, например, рассказывает о том, как Майк пытался Свину продать песню, но Свин ее не только не купил, но и никогда не исполнял. Проблема в том, что указанный текст принадлежит песне «Надристать», которая дала название сольному альбому Свина, записанному Алексеем Вишней. Есть и история, как Б. Б. Гребенщиков в программе «История российского шоу-бизнеса» рассказывал о том, как «Кино» по запросам Юрия Айзеншписа пели перед бандитами в малиновых пиджаках — а потом извинялся за дезинформацию: дескать, историю ему кто-то из знакомых рассказал. Так вышло, что аргументы у меня ровно про тех, кто ознакомился с первым сценарием фильма и сказал, что все неправда — но где вообще эта правда? Что есть она? Фильм ли это о Цое и Майке? Или же о духе времени? Конечно, приятно, что внутри есть милые отсылки к настоящему вроде пепельницы в виде ноги или телефона губной помадой от Марьяны, но это всё-таки либо история по мотивам, либо правда одного конкретного человека. Плюс это же кино: оно вам ничего не должно, в том числе в плане исторической достоверности.
Мысль вторая. Почитал интервью, посмотрел интервью с создателями, теперь не понимаю, что сделало «Лето» таким фильмом — то есть хорошим, но с огрехами. Сын Цоя сценарий (не первый драфт, а несколько итераций) ругал, Рома Зверь многократно и в ответ на претензии БГ сообщает, что сценарий многократно переделывался. К тому же и сами Идовы сообщают, что изначально была идея фильма с песнями только Цоя и Науменко. Тут я пришёл к выводу, что Алексея Вишню и его песню «Всецело» поставил Серебренников, оказавшийся знатоком андеграунда тех лет. Однако в интервью на СТС продюсер Илья Стюарт говорит, что когда после «Ученика» он предложил режиссеру снимать «Лето», он ответил: «я ничего об этом не знаю, но давай». Я сразу скажу, что я не считаю из-за этого вклад сценаристов и режиссёра минимальным, просто фильм таким притягательным делают не только (и, может, даже не столько) они. Это музыкальный супервайзер, догадавшийся поставить в конец «Я посадил дерево» и не забывший о творчестве Свина — а также Антон Севидов и Рома Зверь, сделавшие очень аккуратные, почти незаметные изменения в известных наизусть песнях. Это художники по костюмам и дизайнеры, которые помогли воссоздать тот самый дух эпохи, которым дышит фильм. Это Влад Опельянц, тот, кто смог сделать зрительную часть фильма без шуток и скидок великолепной, напоминающей о «новой советской волне» и вообще многих великих советских фильмах. И, конечно, актеры. Неважно, как много было среди них фанатов Цоя и Майка и были ли они — но кто-то явно смог в фильм нужную энергию вдохнуть. «Лето» это фильм, который так важен второстепенными вещами (как и в любом лете важны глупые мелочи вроде поездки на залив или домашнего дня ничегонеделания) — и даже его съемочная команда это косвенно подтверждает.
А остальные мои (и не только) мысли тут: https://soundcloud.com/blitz-and-chips/s04e23-leto
Вчера все радовались появлению сайта dau.xxx — а я могу сказать, что после просмотра «Не в себе» давно не читал с таким усердием privacy policy.
По поводу памятной даты вспомним письмо, которое написал Бергману Акира Куросава на 70й день рождения:
Dear Mr. Bergman,
Please let me congratulate you upon your seventieth birthday.
Your work deeply touches my heart every time I see it and I have learned a lot from your works and have been encouraged by them. I would like you to stay in good health to create more wonderful movies for us.
In Japan, there was a great artist called Tessai Tomioka who lived in the Meiji Era (the late 19th century). This artist painted many excellent pictures while he was still young, and when he reached the age of eighty, he suddenly started painting pictures which were much superior to the previous ones, as if he were in magnificent bloom. Every time I see his paintings, I fully realize that a human is not really capable of creating really good works until he reaches eighty.
A human is born a baby, becomes a boy, goes through youth, the prime of life and finally returns to being a baby before he closes his life. This is, in my opinion, the most ideal way of life.
I believe you would agree that a human becomes capable of producing pure works, without any restrictions, in the days of his second babyhood.
I am now seventy-seven (77) years old and am convinced that my real work is just beginning.
Let us hold out together for the sake of movies.
With the warmest regards,
Akira Kurosawa
Dear Mr. Bergman,
Please let me congratulate you upon your seventieth birthday.
Your work deeply touches my heart every time I see it and I have learned a lot from your works and have been encouraged by them. I would like you to stay in good health to create more wonderful movies for us.
In Japan, there was a great artist called Tessai Tomioka who lived in the Meiji Era (the late 19th century). This artist painted many excellent pictures while he was still young, and when he reached the age of eighty, he suddenly started painting pictures which were much superior to the previous ones, as if he were in magnificent bloom. Every time I see his paintings, I fully realize that a human is not really capable of creating really good works until he reaches eighty.
A human is born a baby, becomes a boy, goes through youth, the prime of life and finally returns to being a baby before he closes his life. This is, in my opinion, the most ideal way of life.
I believe you would agree that a human becomes capable of producing pure works, without any restrictions, in the days of his second babyhood.
I am now seventy-seven (77) years old and am convinced that my real work is just beginning.
Let us hold out together for the sake of movies.
With the warmest regards,
Akira Kurosawa
Ретроспектива фильмов Александра Расторгуева (с завтрашнего дня и в ближайшие 40 дней она будет бесплатной) проходит онлайн здесь:
https://artdoc.media/ru/selection/rastorguev__letopis__smutnogo_vremeni/
https://artdoc.media/ru/selection/rastorguev__letopis__smutnogo_vremeni/
artdoc.media
Расторгуев. Летопись смутного времени
Артдокмедиа — это архив документального кино, независимого и актуального контента, в основном снятого на территории бывшего СССР с начала 2000-х годов. Ежедневно в кинозале 5 сеансов, с обсуждением фильма с авторами.
Съездил в Выборг на пару часов, чтобы на фестивале «Окно в Европу» посмотреть «Кислоту» Александра Горчилина. Любопытное кино.
В первые же несколько минут режиссёр-дебютант показывает намеки на ориентиры: вот сейчас у нас заиграет Моби (легкий кивок в сторону Долана — впрочем, если нет, так даже смешнее), вот у нас изменение сознания под кислотой и извивающиеся голые тела (две разных отсылки к Ноэ), вот вдруг люди шепчутся как у Германа, а дальше все как-то сходит на нет.
«Кислота» нарочно главным героем делает человека неудобного, но многим знакомого: прожигателя жизни, которому нечего делать, у которого нет проблем, поэтому их придётся как-то выдумать. С бесцельностью, достойной лучших румынских фильмов, Филипп Авдеев в роли Саши бродит по Москве — как будто чтобы найти пропавшего из поля зрения друга, а на деле чтобы не возвращаться домой, избежать разговоров с родными или просто занять себя. Когда живёшь на Тверской с видом на DI Telegraph, есть ли у тебя проблемы? Саше кажется, что есть: он делает музыку, но ее как-то особо никто и слушать не хочет — в итоге тут есть прощупывающая границы вашей морали сцена секса, в которой на девушке все время наушники, сквозь которые играет Сашина музыка. Не умеющий сказать «нет», вялый человек, который в конце концов просто решает стать мудилой, но и тут в последний момент, когда он уже готов стать злодеем, он останавливается — такой вот он, герой времени.
В фильме есть и другие герои, но они будто бы возникают только тогда, когда это нужно Саше (или когда, наоборот, ему сильно хочется этого кого-то не видеть). Бабушка, излишне комический персонаж, пропадает, когда дела становятся хуже некуда. Девушка сливается, потому что Саша не может с ней расстаться — но появляется ее младшая сестра. Друг в итоге находится и учит Сашу жизни и зовёт в церковь. Церковь это вообще место действия самого странного, дикого момента фильма (возможно, не случайно в нем появляется Сергей Походаев из «Левиафана» в роли служки-двойника режиссёра), который даже непонятно, стоит ли описывать, но стоит сказать, что непонятна логика сценария, по которому к взрослению приходишь либо через религию (и это вроде бы не выход), либо не то чтобы приходишь.
Что вообще такое — быть взрослым? Почему, когда человек прыгает с балкона, это похоже на то, как представляют себе фильмы Жоры Крыжовникова те, кто их никогда не видел? Почему это происходит под Моби? Заставлять людей слушать свою музыку — это насилие? Почему Горчилина так притягивают крыши и балконы как средства описания московской жизни? Дельфин на титрах это от бессилия или это что-то значит? Наконец, самообрезание и импотенция, возникшая от него это метафора? Вы нас учите жизни или показалось? Если не показалось, то вы уверены, что стоит?
Саша не может ответить на эти вопросы, он идёт по шоссе и готов высосать все, что находится в бутылке с серной кислотой. Это может быть несколько кривой, довольно красивый фильм с кучей вопросов к сценарию, но если вам не хватало фильма о тех молодых людях, что не знают, что им делать и как дальше жить — из-за этого жизнь не живя и проживая, то вот, теперь он есть. Соберитесь уже, наконец, и поймите, чего вы хотите — если фильм хотел сказать нам именно это, то я скорее за.
В первые же несколько минут режиссёр-дебютант показывает намеки на ориентиры: вот сейчас у нас заиграет Моби (легкий кивок в сторону Долана — впрочем, если нет, так даже смешнее), вот у нас изменение сознания под кислотой и извивающиеся голые тела (две разных отсылки к Ноэ), вот вдруг люди шепчутся как у Германа, а дальше все как-то сходит на нет.
«Кислота» нарочно главным героем делает человека неудобного, но многим знакомого: прожигателя жизни, которому нечего делать, у которого нет проблем, поэтому их придётся как-то выдумать. С бесцельностью, достойной лучших румынских фильмов, Филипп Авдеев в роли Саши бродит по Москве — как будто чтобы найти пропавшего из поля зрения друга, а на деле чтобы не возвращаться домой, избежать разговоров с родными или просто занять себя. Когда живёшь на Тверской с видом на DI Telegraph, есть ли у тебя проблемы? Саше кажется, что есть: он делает музыку, но ее как-то особо никто и слушать не хочет — в итоге тут есть прощупывающая границы вашей морали сцена секса, в которой на девушке все время наушники, сквозь которые играет Сашина музыка. Не умеющий сказать «нет», вялый человек, который в конце концов просто решает стать мудилой, но и тут в последний момент, когда он уже готов стать злодеем, он останавливается — такой вот он, герой времени.
В фильме есть и другие герои, но они будто бы возникают только тогда, когда это нужно Саше (или когда, наоборот, ему сильно хочется этого кого-то не видеть). Бабушка, излишне комический персонаж, пропадает, когда дела становятся хуже некуда. Девушка сливается, потому что Саша не может с ней расстаться — но появляется ее младшая сестра. Друг в итоге находится и учит Сашу жизни и зовёт в церковь. Церковь это вообще место действия самого странного, дикого момента фильма (возможно, не случайно в нем появляется Сергей Походаев из «Левиафана» в роли служки-двойника режиссёра), который даже непонятно, стоит ли описывать, но стоит сказать, что непонятна логика сценария, по которому к взрослению приходишь либо через религию (и это вроде бы не выход), либо не то чтобы приходишь.
Что вообще такое — быть взрослым? Почему, когда человек прыгает с балкона, это похоже на то, как представляют себе фильмы Жоры Крыжовникова те, кто их никогда не видел? Почему это происходит под Моби? Заставлять людей слушать свою музыку — это насилие? Почему Горчилина так притягивают крыши и балконы как средства описания московской жизни? Дельфин на титрах это от бессилия или это что-то значит? Наконец, самообрезание и импотенция, возникшая от него это метафора? Вы нас учите жизни или показалось? Если не показалось, то вы уверены, что стоит?
Саша не может ответить на эти вопросы, он идёт по шоссе и готов высосать все, что находится в бутылке с серной кислотой. Это может быть несколько кривой, довольно красивый фильм с кучей вопросов к сценарию, но если вам не хватало фильма о тех молодых людях, что не знают, что им делать и как дальше жить — из-за этого жизнь не живя и проживая, то вот, теперь он есть. Соберитесь уже, наконец, и поймите, чего вы хотите — если фильм хотел сказать нам именно это, то я скорее за.
Аня передает вам привет и обещает, что скоро что-то напишет, а пока рассказываю я! И снова про наше, родное, ну что ж ты будешь делать.
Вчера дуплетом посмотрел два фильма на русском языке (важно их охарактеризовать именно так) о том, как люди меняются под воздействием внешних обстоятельств, то есть среды и окружения. Начну с плохого.
Несмотря на то, что «Хрусталь» благодаря феерической истории номинировали на «Оскар» от Беларуси — комитет по выдвижению был создан впервые за 20 лет, в нем участвует продюсер фильма — местные критики как один говорят о нем как об одном из лучших русских фильмов года. Ну, как обычно. Сюжет простейший: минская бездельница, которая помогает время от времени матери в музее, хочет уехать в Америку, чтобы там в Чикаго танцевать на настоящих рейвах, а не скучных в музее-мастерской Азгура. В итоге в анкете на визу она пишет какой-то левый номер, ну а раз номер существует, то чего бы и не поехать в город Хрусталь, где люди с этим телефоном живут, да и подождать, пока из посольства не позвонят?
Критики пишут, что сценарий крепко сшит и сделан как по учебникам, но это же полная чушь. Сама завязка сюжета кажется нелепой донельзя, а фильм населен нелепейшими персонажами, над которыми возвышается Алик, такой недопарень главной героини, который бросается фразами вроде «Давай ширнемся» и в одной из сцен натурально прячет за спиной перевязанную жгутом руку. «Хрусталь» фильм насквозь фальшивый — тут можно было бы красиво придумать, что примерно так же, как гуси из хрусталя ненастоящие, так и фильм такой же, но это слишком по отношению к фильму милосердно было бы. Поначалу над ним возвышается главный герой-гопник, которого играет похожий на Тома Харди Иван Мулин, по правде живой, остроумный и настоящий, но нет, и он оказывается гнидой, его младший брат хлещет водку из горла, все заканчивается тотальной дракой всех со всеми — и режиссер нам этим пытается показать: посмотрите на них, тьфу, деревня. Может, кому-то и нравится затянутый полуторачасовой фильм, полный лишних сцен (да-да, это я о сцене с Хаски, которая так всем понравилась), взявший все то, за что мы ненавидим Звягинцева, только не так тускло снятый? Наверное, да, но я скорее пас.
Вчера дуплетом посмотрел два фильма на русском языке (важно их охарактеризовать именно так) о том, как люди меняются под воздействием внешних обстоятельств, то есть среды и окружения. Начну с плохого.
Несмотря на то, что «Хрусталь» благодаря феерической истории номинировали на «Оскар» от Беларуси — комитет по выдвижению был создан впервые за 20 лет, в нем участвует продюсер фильма — местные критики как один говорят о нем как об одном из лучших русских фильмов года. Ну, как обычно. Сюжет простейший: минская бездельница, которая помогает время от времени матери в музее, хочет уехать в Америку, чтобы там в Чикаго танцевать на настоящих рейвах, а не скучных в музее-мастерской Азгура. В итоге в анкете на визу она пишет какой-то левый номер, ну а раз номер существует, то чего бы и не поехать в город Хрусталь, где люди с этим телефоном живут, да и подождать, пока из посольства не позвонят?
Критики пишут, что сценарий крепко сшит и сделан как по учебникам, но это же полная чушь. Сама завязка сюжета кажется нелепой донельзя, а фильм населен нелепейшими персонажами, над которыми возвышается Алик, такой недопарень главной героини, который бросается фразами вроде «Давай ширнемся» и в одной из сцен натурально прячет за спиной перевязанную жгутом руку. «Хрусталь» фильм насквозь фальшивый — тут можно было бы красиво придумать, что примерно так же, как гуси из хрусталя ненастоящие, так и фильм такой же, но это слишком по отношению к фильму милосердно было бы. Поначалу над ним возвышается главный герой-гопник, которого играет похожий на Тома Харди Иван Мулин, по правде живой, остроумный и настоящий, но нет, и он оказывается гнидой, его младший брат хлещет водку из горла, все заканчивается тотальной дракой всех со всеми — и режиссер нам этим пытается показать: посмотрите на них, тьфу, деревня. Может, кому-то и нравится затянутый полуторачасовой фильм, полный лишних сцен (да-да, это я о сцене с Хаски, которая так всем понравилась), взявший все то, за что мы ненавидим Звягинцева, только не так тускло снятый? Наверное, да, но я скорее пас.
Куда выгоднее на этом фоне выглядит «История одного назначения» Авдотьи Смирновой, который, если вы не знаете, основан буквально на одной странице биографии Л. Н. Толстого: пришлось выступить адвокатом на военно-полевом суде против забитого ротного писаря, во время аффекта ударившего капитана. Хочется перефразировать речь самого Толстого из фильма и сказать: да, поначалу фильм кажется несколько театральным, в нем раздражающий саундтрек (под неожиданным автором В. Вакуленко, более известного как Баста), но он живой. Пока что по сравнению с прошлым годом все русскоязычные фильмы несколько расстраивают, но тут несколько другая история (просто поразительно, я бы правда не подумал, что с некоторыми скидками вторым понравившимся мне фильмом я могу назвать «Я худею»). Да, тоже деревня, да, тоже про оскотинивание человека, но гораздо тоньше снято — и при этом без всякого пиетета по отношению к снимаемому, но это и без меня вам везде скажут. Трясущаяся камера, Толстые и их окружение как люди во плоти и крови, классовое разделение, но как будто бы незаметное. У Смирновой банально есть такт, какая-то чуткость по отношению к своим героям — кое-где даже заметно, что на уровне монтажа она сознательно отказывается от слишком вычурных, артси-фартси вещей, и это очень важное для художника решение.
Я человек впечатлительный и на концовке, где саундтрек наконец работает как надо, все-таки появился в горле комок — этим людям, которых ты за эти два часа увидел, сопереживаешь, пытаешься их понять, при этом тебе вроде бы и не дают ответов, так, лишь намекают. Однако без вопросов тут не обойтись: можно же было обойтись без драматичного самоубийства? Если разговоры о судьбах России так ни к чему и не ведут, то нужно ли их столько в фильме? Почему в конце особая благодарность выражается Роману Абрамовичу и Борису Гребенщикову? Реализм, который в итоге побеждает театральность — это случайность или правда классная задумка? Конечно, это же русская классика, как-никак, поэтому на любое «дай ответ» ответа не дается, но даже без них «История» смотрится очень симпатично.
Я человек впечатлительный и на концовке, где саундтрек наконец работает как надо, все-таки появился в горле комок — этим людям, которых ты за эти два часа увидел, сопереживаешь, пытаешься их понять, при этом тебе вроде бы и не дают ответов, так, лишь намекают. Однако без вопросов тут не обойтись: можно же было обойтись без драматичного самоубийства? Если разговоры о судьбах России так ни к чему и не ведут, то нужно ли их столько в фильме? Почему в конце особая благодарность выражается Роману Абрамовичу и Борису Гребенщикову? Реализм, который в итоге побеждает театральность — это случайность или правда классная задумка? Конечно, это же русская классика, как-никак, поэтому на любое «дай ответ» ответа не дается, но даже без них «История» смотрится очень симпатично.
Пока мои соседи на кухне смотрят «Реальную любовь» и готовят салаты (они молодцы!), я могу похвастаться только тем, что мы с Аней составили свой сводный топ года. Сначала мы думали поделиться с вами методикой сближения двух топов, но, кажется, это будет лишним — сидите и мучайтесь, кто за какой фильм (и как) проголосовал.
Это во-первых.
https://medium.com/@heymaka/my-dick-plays-on-the-double-feature-screen-your-dick-went-straight-to-dvd-лучшие-фильмы-года-7cf23da481a1
Это во-первых.
https://medium.com/@heymaka/my-dick-plays-on-the-double-feature-screen-your-dick-went-straight-to-dvd-лучшие-фильмы-года-7cf23da481a1
Medium
My dick plays on the double feature screen, your dick went straight to DVD: лучшие фильмы года
Артем Макарский и Анна Сотникова, ведущие самого лениво обновляющегося канала про кино, Everybody’s Doing it Now, составляют сводный топ…